Записки на коленке.

Мелодия будильника. Обычная в любое время, но крайне раздражающая по утрам. Быстро провести по экрану смартфона, чтобы от постороннего звука не проснулись соседи. Откинуть одеяло, подставив нагретое под ним за ночь пространство утренней прохладе. Батареи так и не включили. Нос замёрз - надо потереть его рукавом флисовой тельняшки. Вытащить щётку и противную пасту «без фтора». Даже фтор зажопили, собаки. Пошарить рукой в коробке с линзами. Какое у меня сегодня настроение? Как я себя чувствую? Никак я себя не чувствую. Хмыкаю. Это из детства. Значит, глаза будут карие. Пойти умываться. Щёлкнуть чайник, который шумит как взлетающий боинг. Будильник с ним ни в какое сравнение не идёт. В чашку – кофе, в тарелку – кашу. Схема, отработанная за многие годы до автоматизма. А бутерброды – по выходным. И порция кофе – двойная. Потому что можно посидеть с кружкой подольше. Никакого яркого света по утрам – ем и одеваюсь в полутьме. Крашусь напротив окна. Только глаза и брови. - Доброе утро! – охраннику на входе. Двадцать минут бодрым шагом до нырка в светлую глотку подземки. Натянуть маску, нашарить кошелёк с проездным в сумке. Сесть в вагон, постучать колёсами по рельсам в подземных венах. Выйти в центре. Лавировать между людьми под бьющие в ушах биты из наушников. Брать листовки, вежливо отказываться от предложений, ждать на светофорах. Обходить курящих у арки. - Здравствуйте! – предъявляя студенческий, потому меня что никогда не пропускают без документа. Ха. Плохо сохранилась. Сознательно игнорировать лифт. Подниматься по ступенькам на шестой этаж. Смотреть на людей. Красивые. Загадочные. Волшебные. Смешные. Сколько-то времени слушать, записывать, отвечать, уточнять. Много отвлекаться, одёргивать себя. Показывать зубы на чьи-то шутки, прикрывая рот ладонью. Приподнимать бровь на глупости. Возвращаться домой через тёмный парк. Шуршать листьями и оглядываться – привычка. Звук в наушниках – так, чтобы услышать шаги за спиной. Мало ли что. У нас возле школы орудовал маньяк. Душил девушек проводами от наушников. Такие дела. Шумно выдохнуть, швырнув сумку на кровать. Переодеться. Щёлкнуть чайник, хлопнуть дверцей холодильника. Почитать перед сном. Умыться. - Свет нужен? - Нет. Щёлк. *** Звонок. Стук колёс. Скрип сидения. Трамвайная романтика. Утыкаюсь лбом в стекло. Лениво перетекаю взглядом по открывшемуся виду. Парк. Жёлто-оранжевый весь. Я знаю, что шелестящий. Залитый солнцем. Какая-то девушка обнимает дерево. Прижимается розовой мягкой щекой к неровной коричнево-серой коре. Её фотографируют. Пара. Танцует танго, разметая опавшие листья. Люди останавливаются, смотрят. А они – друг в друге. Я не слышу музыки и не знаю, есть она в нашей реальности или звучит только для них. Улыбаются. Взгляд - глаза в глаза. И чарующе, совершенно магически двигаются. Звонок. Стук колёс. Скрип сидения. И волшебство скрывается за поворотом. *** Он напоминает мне Эдди Редмэйна. Что-то есть в его лице такое же трогательное. Всегда ходит в оттенках коричнево-горчичного. Эти цвета красиво оттеняют его русые волосы, искря их рыжим. Мне кажется, что у него даже есть веснушки, но я никогда не подходила достаточно близко, чтобы их рассмотреть. В руках у него всегда стаканчик с кофе. Он редко улыбается и так же редко что-то говорит. Высокий и спокойный обычно. Я никогда не слышала его смех. Он пишет левой рукой, размашисто рисует круги Эйлера и выглядит очень одиноким.