Инь и Ян

Вода почти кончилась. Есть хотелось жутко, а может просто по привычке. Сяо Син брела за Чун Юнем по лугу у скал, нещадно рвя с каждым шагом высокую сырую траву под ногами. Почти как в собственном мире, она задыхалась от долгих прогулок. Но только здесь она могла быть уверена, что с ней ничего плохого не случится. Чун Юнь шёл впереди, но не отходил далеко. Дистанция, которой они могли держаться порознь была немалой, но рисковать и высчитывать точный радиус не хотелось никому. Он то и дело оглядывался на поникшую спутницу и становилось как-то не по себе. Ещё ни разу в своей жизни Чун Юнь не брал ответственность за чью-то жизнь. Если бы это была Сян Лин или же его друг Син Цю — бремя вмиг облегчалось. С Сяо Син было куда сложнее. — Может, привал? Вот именно поэтому. Девушка была лишена выносливости в отличии от него самого, подающего пример сильного телом и духом. Чун Юнь молча остановился, развернулся к нерадивой спутнице и протянул ей свою почти полную фляжку воды. Сяо Син с радостью приняла её, но глотки стали комом в горле. Она постаралась выровнять дыхание, отвела смущённый взгляд от парня, боясь увидеть в его лице осуждение или неприязнь, или даже некое пренебрежение. Чун Юнь не мог быть таким, но разве он когда-либо, в игровой вселенной, встречал такую проблему, как она? — На голом месте привал делать разумно в некоторых случаях, но в нашем лучше найти какое-то прибежище. Тучи сгущаются. — А есть где-то поблизости? — Сяо Син обвела небо, на котором сияла местная луна. На горизонте стягивались тучи. Ночи Тейвата и правда были светлыми, но продолжат ли они быть таковыми, если скроется единственное светило? Конечно, Чун Юнь и сам облажался. Снова. Если бы они только шли дорогой, то не столкнулись бы с такими трудностями. По пути десятки домиков, ресторанчиков, пунктов отдыха. Но через горы было быстрее. Правда, только для него самого, как оказалось. — Пещер тут нет, зато есть руины. Во многих из них обитают монстры или бандиты, но я знаю одно местечко, откуда их давно прогнали. Только это не близко. Девушка вздохнула, почти взвыла от последней фразы. Она физически больше не могла выносить ноющую боль в спине и напряжение в ногах, и осталась безнадёжно стоять, жалостливо оглядывая горизонты. Внизу блестело в серебряных лучах озеро Лухуа. Всех деталей было не разобрать, но сверкающая поверхность притягивала взгляд больше всего. Снова хотелось пить. — Идём. На месте мы сможем хорошо отдохнуть и переночевать. И поужинать, — Чун Юнь определённо знал, чем можно приободрить.

***

Руины пустовали достаточно давно, чтобы оставленные около них ящики успели обветшать от сырости. Половина конструкции погрузла в земле, другую часть поглотила скала. То, что оставалось вполне могло укрыть от ливня, но не от леденящего сквозняка. Сяо Син сжалась, крепко обхватывая ноги руками. Бамбуковая подстилка сменилась шерстяной, но холод старых плит продолжал пробирать до самых костей. Чун Юнь с хрустом ломал ящики. При каждом ударе гигантского меча о дерево, Сяо Син непроизвольно вздрагивала. К этим звукам добавились слабые раскаты грома где-то на горизонте. Из света у них осталась только масляная лампа и редкие вспышки молний. Сяо Син была поклонницей грозы с детства, и гром её не пугал. Однако же темнота, холод и сырые руины — очень даже. Она задумчиво пялилась то на огонёк лампы, то на спину парня, что была намного шире его игровой версии, хоть и оставалась в пределах подростковой фигуры. Сяо Син погладила холодные худющие ноги, невольно улыбнулась. Рядом рухнули на землю доски и щепки. Чун Юнь опустился на колено над ними и ловкими движениями перебрал кучу. Мелкие куски оказались внизу, крупные — уложены сверху звездой. Из набедренной сумки он выудил коробок. Внутри виднелись палочки. — Спички? — Сяо Син вытянула шею и пригляделась к диковинке в руках юноши. — Такие странные. — Кто? — Спички. Разжечь костёр. — Что? — Чун Юнь перекатил взгляд к коробку. — Это? Это палочки, пропитанные серой. А вот это, — он достал из-за пояса небольшую бутылку. — Поможет нам быстрее разжечь огонь. С этими словами он пролил немного жидкости на костёр, черкнул палочками, и пламя с шумом вспыхнуло, тут же обхватив доски. — Ого, это что? — Понятия не имею, если честно. Этим поделилась Сян Лин и, кажется, этим же угощается Бэй Доу. Для меня это не более, чем зажигательная смесь. Сяо Син усмехнулась. С алкоголем она была знакома, но дружбу заводить не стремилась. И всё же, отпить огненной воды из бутылочки хотелось, из чистого интереса. Однако это желание она оставила при себе. Чун Юнь отвязал от сумки два спальных мешка и уложил недалеко от костра. После сел на меховую подстилку поодаль от огня и молча уставился на него. Девушка поджала губы, сильнее обхватила плечи руками и принялась в неловкости мять короткие рукава ципао. — Спасибо, — опомнилась она спустя несколько минут. — За костёр, спальные мешки… За всё это. — Я просто делаю то, что должен. — Знаешь, ты говоришь, как настоящий герой. Только, мне кажется, ты слишком много берёшь на себя. — Что ты имеешь в виду? — он обратил на неё драконий взгляд. Отражение пляшущих огоньков утопало в глубокой синеве. — Сяо Син, мы с тобой связаны, и никто другой не смог бы быть сейчас вместо меня. К тому же, я бы не остался в стороне в любом случае после того, что натворил. — Я имела в виду, что ты мог бы поделиться со мной какими-то знаниями, чтобы я могла помогать в… обустройстве ночлега, например. А ещё… ты знаешь, не вини себя так сильно. Ты ведь не виноват, что… — Я единственный, кто несёт в себе «Энергию солнца», и на меня рассчитывали все. Весь Тейват, сам того не зная, — прозвучало холодно, наотрез. — …Ладно, хорошо, но избавься хотя бы от этого гнетущего чувства. С ним ты как с дополнительным грузом. То, что случилось — уже в прошлом, и не имеет смысла переживать о нём, только разве что помнить, в чём была ошибка. Вряд ли ты повторишь её снова. — Не так-то это просто. Особенно если ошибаешься слишком часто. — Ну брось, в чём ты ещё ошибся? — Сяо Син выпрямилась, хмуро уставилась на собеседника, который вновь вернул внимание к костру. — Я был не прав, когда выбрал этот тяжёлый путь для тебя. Я напрочь забыл достать тебе оружие… Точно, нужно же перекусить, ты наверняка голодная. — Вот и снова ты слишком много на себя взял, — улыбнулась девушка, смягчившись. Щёки горели от тепла огня и неожиданного желания парня заботиться о ней, граничащего с обязанностями. Но приятность слов быстро сникла вместе с осознанием, что она не более, чем груз ответственности для спутника. Сяо Син вскочила на ноги, опережая юношу. — Знаешь, было бы здорово, если бы ты перестал это делать. Она быстро преодолела расстояние между ней и рюкзаком, вытащила из него пару хорошо завёрнутых лепёшек и вручила одну Чун Юню. — Про голод я тебе, уж поверь, скажу сама. Про путь забудь, а оружие мне, надеюсь, не понадобится. А если вдруг что — разве его трудно раздобыть? — Хорошее — да, — ответил парень, принимая еду с рук девушки. — Спасибо. Может, ты и права в чём-то, но это не отменяет моей рассеянности. — Это вполне нормально для твоего возраста, — она пожала плечами. — Для моего возраста? Мы разве не примерно одного возраста? — Да-да, точно, так и есть! Я просто хотела сказать, что подросткам свойственно не брать слишком много ответственности на себя, — Сяо Син подтянула подстилку ближе к парню и села рядом. — Это утверждение в корне неверно. Возможно, в твоём мире так и есть, но не у нас. — В целом… согласна. Здесь, в этом мире, совсем по-другому, — Сяо Син откусила рисовую булочку и с наслаждением промычала. Попробовать местные блюда она и мечтать не могла, а слюнки каждый раз текли, как только приходилось что-нибудь приготовить в игре. Прохлада от обладателя Крио Глаза Бога отличалась от противного сквозняка и сырых стен. Она казалась лёгкой, свежей, как морской бриз, как утренний морозец, как мягкий ветерок. А может костёр просто чересчур обогрел девушку.

***

Чун Юнь от скуки превращал капли в танцующие снежинки, устало перебирая пальцами. Половина из них сбивалась другими каплями, а остальная часть мягко залетала под их каменную крышу. Фляжки, оставленные снаружи, уже давно наполнились водой и переливались через края. Дождь всё не прекращался. Раскаты грома тихо громыхали над руинами. Девушка, уснувшая на плече, в очередной раз норовила свалиться ниц. Чун Юнь снова придержал её, но та в этот раз отмахнулась, нахмурилась, что-то буркнула сквозь сон и улеглась ему на колени. Парень обомлел. Охватывающая дремота тут же исчезла, уши моментально побагровели. Сердце или душа, нечто объёмное вмиг скатилось от груди куда-то вниз, обдав приятной дрожью. Снежинки в воздухе бризом упали в костёр, заставив языки пламени заплясать. Это горячее чувство снова пугало. Чун Юнь едва справился с ним час назад, когда разговоры о еде и погоде склонили девушку ко сну на его плече. Монотонная игра в снежинки успокоила жар, но он снова вернулся, и с большей силой скрутил всё нутро. Ещё немного, и тот поглотит его. Выжжет огромную дыру изнутри. Чун Юнь пересилил блаженную истому, махнул рукой, увлекая град капель за движением. Вода тут же стала снежным вихрем, охватила голубые волосы, облепила алеющие щёки инеем. Ресницы потяжелели от льда и сомкнули веки. Холод прошёлся по шее, забрался под воротник. Когда успокоиться внутренне не представлялось возможным, экзорцист всегда охлаждал свой пыл таким образом. Только сейчас этот трюк не сработал. Привычное состояние внешне никак не отразилось на внутреннем. Сердце заколотилось сильнее. Экзорцист был знаком с последствиями разбушевавшейся энергии Ян. Потерять сознание прямо сейчас означало оставить Сяо Син без защиты. Чун Юнь отчаянно вдохнул морозный воздух в попытках охладиться изнутри. — …Помогите!.. Лун! И выдохнул, распахнув глаза. Крики доносились неподалёку, но увидеть, откуда именно не позволяла темнота и занавес дождя. — Что?.. Кто это? — Сяо Син лениво поднялась с чужих колен, слабо соображая, что происходит. — Кто-то снаружи просит помощи. Будь здесь, — коротко бросил Чун Юнь и подхватился на ноги. Оружие вмиг оказалось у него в руках и покрылось ледяной коркой. — Нет, стой, я тоже! — Сяо Син бросилась за юношей в дождь, но тут же замерла, скукожилась, попав под проливной дождь. Ландшафт переменился, ужесточился, стал пугающе враждебным: тут и там со склона неслись реки воды, трава утонула в грязи и камнях, ветер нещадно клонил деревья с низу. В темноте едва проглядывались движущиеся силуэты. Сяо Син сжала кулаки, настраиваясь на первое в своей жизни настоящее приключение. Вот он, её шанс стать героем. Решимости добавляло отсутствие патлатых монстров и внушительного размера Стражей руин. Сяо Син осторожно двинулась к двум силуэтам людей, один из которых, пониже, явно был Чун Юнем. Ступив несколько шагов, она поскользнулась и свалилась в грязную траву. Метнув взгляд к ним, она убедилась, что её бесславное падение никто не заметил, и тут же вскочила с земли. До ушей доносились приглушённые обрывки слов: — …сын мой, там, его несёт туда! Рука указывала на бурное течение рядом с ней, а чуть дальше, к низу, был слышен плеск, что теперь казался отличным от общего шума воды. Сяо Син тут же бросилась на звук. Тонущая фигура захлебывалась и судорожно барахталась руками, то утопая, то выныривая из тёмной каламути, напоминающей чёрную извилистую ленту. Девушка, то и дело поскальзываясь на мокрой траве, и едва догнала и поравнялась с тонущим. Мальчишка, задыхаясь, выкрикивал бессвязную речь. Стукнувшись о камень, он тут же схватился за него мёртвой хваткой и остановился. Через него несся грязный поток из веток и комков земли, и, казалось, вот-вот оторвёт и понесёт дальше по склону. Чун Юнь скользил по льду вниз, вдоль временной реки. Как бы он не кричал, Сяо Син не обращала на зов никакого внимания. Он почти потерял её в толщи проливного дождя, но свет молнии обрисовала её силуэт у самого берега. Парень ещё раз позвал спутницу, но безуспешно. Вспышка вновь показала её, склонившуюся над рекой. А следующая — её же, по колено в воде. Снежная морось по-настоящему пробрала холодом всё тело от головы до пят. Сяо Син и мальчик уже виднелись совсем рядом, как вдруг фигура девушки исчезла в воде. Ледяной меч врезался в землю, переламывая ледяной спуск. Хозяин меча взмыл в воздух, подхватываемый снежной метелью. Меч следом оторвался от земли, перемахнул через своего владельца и вонзился в реку. Ледяная стена выросла из воды и разорвала пополам бурлящий поток далеко впереди. Волна вместе с Сяо Син ударилась о внезапную стену. Из лёгких на мгновение вышибло воздух. Колебания воды успокаивались, постепенно замирали, пока она не покрылась толстой коркой льда вокруг. Белая изморозь побежала вверх по склону, так далеко, что скрылась из виду в метели. Новые капли дождя с неба тут же превращались в снежинки, как только опускались к мёрзлой реке, и уносились в танце кто куда. Вода вокруг тела превратилась в снежное крошево и Сяо Син ступила на ноги. Сразу же перед носом возникла рука помощи. Юноша рывком вытащил девушку из ледяного кратера. К его боку припал дрожащий мальчишка и крепко обхватил ногу. — Спасибо, — сдавлено сказала Сяо Син, виновато глядя в глаза спасителю. Снова в них невозможно было разобрать ничего, кроме безжизненной холодности. Спустя момент она заметила, как блестит от мороза его лицо и топорщатся волосы, как дрожат оледеневшие ресницы. Он походил на красивую ледяную скульптуру. Чун Юнь лишь коротко кивнул и повел за собой нерадивую спутницу и ребёнка по льду к скалистому берегу, оставляя позади стену, за которой скрывался обрыв со свисающим рядом острых зубов-сосулек.

***

— Спасибо, не нужно прям так… — Нет-нет, возьми, куда же ты так, совсем промокшая, промёрзшая, — женщина вручила одежду Сяо Син и улыбнулась. Не смотря на улыбку, взгляд оставался грустным. — Наша старшая дочь совсем немного успела поносить, прежде чем окончательно уехала в Мондштадт. Она сама придумала и пошила этот брючный костюм, поэтому я его сохранила на память. Но теперь, я думаю, он нашёл свою новую хозяйку. Размер может быть немного великоват. Сяо Син ответила улыбкой на этот жест и приняла подарок. Одежда была из простых, совершенно непривлекательной, к тому же пахла сыростью, хоть ткань и правда хорошо сохранилась. И всё же, Сяо Син взяла её чисто из вежливости и собиралась засунуть куда подальше, как только ципао высохнет. Волосы снова были распущены и топорщились во все стороны, хаотично завились и совсем закудлились. Половина заколок осталась похороненной под толщей грязи и камней вместе с другим красивым подарком от Сян Лин — ярким бантом. В другой бы ситуации это показалось бы мелочью, но сейчас, в этом мире, каждая безделушка обладала ценностью наравне с реликвией. Благо, маленькая деревянная расчёска с алым цветком, ещё один эксклюзивный подарочек, уцелела в набедренной сумке. Правда, она не слишком справлялась со своей задачей и Сяо Син с досадой оставила волосы в покое. Как только женщина ушла, Сяо Син с неохотой переоделась. Одежда и правда была великовата и оказалась ещё уродливей на теле: огромные, широкие штаны-шаровары, синеватая рубашка без рукавов и светлая накидка. Некая смесь моды двух королевств. Эксперимент, по мнению Сяо Син, очень уж неудачный. Даже, может быть, хуже, чем её собственный костюм в первоначальном виде. Если бы не Сян Лин, он бы оставил за собой статус чудаковатой одёжки. Сяо Син стыдливо застыла у входа в зал, заглянув одним глазком. Глава семейства как раз говорил о том, что смог уложить сына спать. Женщина чуть расслабилась в лице. Она поставила поднос с чаем и лепёшками на стол и поплыла обратно на кухню, прося мужчину помочь. Как только шаги сникли, девушка вошла. За одним из стульев, спиной к ней, сидел Чун Юнь. Вот перед кем было особенно стыдно, и даже не за свой дурацкий внешний вид. Юноша коротко поблагодарил людей, но не спешил брать горячие угощения в руки. Девушка медленно прошла мимо, оценивая настроение спутника: плечи расслаблены, движения спокойные и никакого снега в голубых пушистых волосах. Она села через стул и покосилась на юношу. — Сяо Син, как ты чувствуешь себя? — к удивлению девушки, тот был явно рад её видеть. От него больше не веяло холодом, ни в каком из смыслов. — Неплохо. А ты? — Промок немного. Пришлось снять накидку. А для тебя, я вижу, нашлась одежда. Под накидкой оказался тёмно-синий чаншань, переходящий в штаны. Грудь пересекали голубые и золотые узоры, тянущиеся до самых подолов. — А как же ты? Ты же тоже промок и даже… промёрз. — Не беспокойся за меня, — мягкая улыбка окончательно успокоила девушку, и она полностью облокотилась о спинку стула. — Только… будь впредь осторожной и рассудительной. — Я и была, — напряжение вернулось к телу. Сяо Син уже готовила речь, но высказать её так и не дали. — А вот и ты. С тобой всё в порядке? — прозвучал громогласно хозяин дома. Он и его женщина вынесли подносы со всякого рода закусками и традиционными сладостями. Девушке стало ещё более неловко. — Спасибо ещё раз, что спасли моего сына Луна. Мы с ним задержались на рыбалке, хотя… я же видел, что приближается гроза. Я бы никогда себе не простил такую оплошность, если бы не вы. По правде, я до сих пор виню себя за это и долго ещё буду… — К вашим услугам. Рад быть полезным, — отозвался Чун Юнь. — Да брось ты это, в самом деле, — мужчина смутился и махнул рукой. — Ты сына моего спас, а говоришь так странно. Вы куда путь держите? — Далеко в горы, — молниеносно ответил Чун Юнь, ныряя взглядом в кружащиеся красноватые чаинки в чашечке. — За необходимыми ресурсами. — Вы оба искатели приключений? — Почти. — Да, мы оба опытные путешественники! — вклинилась Сяо Син и раскраснелась от пристального внимания. — М-мы ищем приключений, останавливаемся тут и там. — Ого, и ты значит тоже? Такая хрупкая, а уже путешественница… — подала голос женщина. — О… да. Это мой жизненный путь. Я знаю, что не зря его выбрала. Это огромная свобода, приключения, настоящая жизнь, — слова вдруг полились потоком. Чун Юнь оторвался от чая и покосился на спутницу. Она была так легка в своих высказываниях, хотя могла ещё какой-то час назад замолчать навсегда. Это породило неоднозначные чувства внутри. — Но Чун Юнь может рассказать больше. Он экзорцист и обладатель Глаза бога, — продолжила Сяо Син и с наслаждением отпила горячего чая. Чун Юнь перекатил взгляд на свою чашку со студёным, до тонкой ледяной корки, напитком. Чаинки едва проглядывались сквозь неё, застыв на самом дне.

***

Туман за окном стоял такой густой, что деревья у дома наполовину утопали в нём. Мягкие лучи утреннего солнца окрашивали его в желтоватый цвет. Сяо Син сидела на пороге и со всем присущим ей усердием заталкивала подаренную одежду в рюкзак, принесённый несколькими минутами ранее добрым хозяином дома в очередной знак благодарности за спасение сына. Он и мальчишка даже успели приволочь спальные мешки и другие предметы, оставленные в руинах, ни свет ни заря. Сяо Син переоделась, аргументируя тем, что в этом одеянии ей привычнее в сражениях, ещё раз сказала спасибо добрым людям и заявила, что подождёт Чун Юня снаружи. Юноша задержался, будучи схваченным своим новоиспечённым маленьким фанатом. Девушка же не хотела мешать их прощанью, но ещё больше — терпеть неловкость. Чун Юнь вышел за дверь вместе с семьей. Мальчик с сожалением отлип от своего героя. Они оба помахали друг другу рукой на прощание. Сяо Син последовала примеру, а уже через несколько минут они молча брели по туману. Повсюду было сыро, неприятно, гулял прохладный ветерок. Девушка то и дело вздрагивала, что не осталось незамеченным спутником. — Почему ты переоделась? В горах после дождя довольно холодно. — А в том мне совершенно не удобно. — А, «в сражениях»? Сяо Син остановилась, поджав губы, развернулась к парню и хмуро заглянула ему в глаза. Между ними так и осталась терзающая недосказанность о вчерашнем, и самое время было выплеснуть всё, как на духу: — Слушай, я всего лишь хотела побыть героем, сделать хоть что-то полезное и значимое здесь, в этом мире. Может быть это был мой шанс, не знаю, получить Глаз Бога, например! — Для этого необязательно было лгать, — Чун Юнь без труда выдерживал подобного рода зрительный контакт. — А чтобы получить Глаз Бога, необязательно поступать так неразумно. — Да что ты? Может ещё скажешь, что для этого необязательно иметь смазливое личико и одежду по последнему писку моды? Что-то я сомневаюсь! Мои наблюдения говорят другое! — Обладателем Глаза Бога может быть кто угодно… — Ох, охо-хо! — она театрально схватилась за живот. — Боже, как же смешно! Ага, конечно. В завершении девушка фыркнула и прошла вперёд. Её силуэт тут же стал постепенно поглощать туман, пока не осталась гореть лишь яркая рыжая шевелюра. Чун Юнь, плотно сжав челюсть, смотрел ей вслед и ощущал, как вскипает всё нутро. — Да, кто угодно. Стихоплёт, повар, какая-нибудь модница! Только всё это… Бессмысленно! Сяо Син нахмурилась. Тон парня показался ей совершенно ему несвойственным. Она обернулась и увидела прямо перед самым носом мелькнувшее ледяное лезвие. Оно с лязгом воткнулось в землю, а туман в широком радиусе вокруг осыпался снегом. Чун Юнь в считаные секунды оказался рядом. — Если только твоё ремесло — не избавлять мир от зла. Если Глаз Бога нужен просто ради статуса или эксперимента, если он не помогает тебе… сдерживать себя, и тем самым обеспечивать безопасность для других… То это не более, чем безделушка. А ещё, я впервые вижу, чтобы кто-то так безрассудно подвергал себя и другого опасности, не думая ни о чём, как только получить снисхождение от богов, — юноша подошёл вплотную, заглядывая до ужаса глубокими, неестественными, заново пугающими драконьими глазами. — Они не нуждаются в хлебе и зрелище, Сяо Син. И точно не оценят подобие подвига. Присмотревшись, его взгляд выражал просьбу, обеспокоенность. Чун Юнь надеялся, что гостья из другого мира поймёт не только слова, но и то, что он чувствовал в тот момент, вчера, когда ещё хотя бы одна лишняя секунда могла навсегда их разлучить. Плюс к этому, его терзало неведение, молчание девушки о том, что она знает о месте, в котором оказалась. Это была тайна, что влекла его больше всего после той необъяснимой тяги, что между ними образовалась. Он знал, как не права спутница в своих суждениях, но также чувствовал, что бесконечно похож на неё в глубине своей души, как ярко порой ощущает несправедливость мира, и насколько же сказанные ей слова пусты по сравнению с его настоящими мыслями. — Ты что… только что приуменьшил заслуги своих друзей? — не сдержала колкость девушка, испытывающее глядя исподлобья прямо в глаза. — Тебе показалось, — отрезал юноша, разрывая затянувшийся зрительный контакт. — Держись рядом со мной и не отступай ни на шаг.