Несущий знамя Воителя

-Пятьдесят седьмой…пятьдесят восьмой.....пятьдесят девятый! Морган считал, пока своими отросшими заместо рук мечеобразными когтями разрубал одного Имперского Кулака за другим. Он пробивал их штурмовые отряды с щитами как кегли и уже подустал играть с ними в конспирацию — ничего нового или оригинального они предоставить уже не могли, а так надо бы и спор с Карладом выиграть. Вот слышится свист над головой Мореуса и в следующее мгновение тот отскакивает от попытавшегося прибить его громовым молотом Кулака. Тот был слишком самоуверен и не удосужился хотя бы на мгновение подумать, что крича прямо в воздухе «За Императора!» при итак далеко не самом тихом прыжковом ранце выдаст его позицию раньше времени. Наверняка лоялист предполагал что враг его не сможет вовремя среагировать и не то что увернуться, но даже корпус развернуть. Однако тот понял что ошибся в тот же момент, когда три болта влетели в его голову и разорвали её на куски. Мало кто может ожидать третью руку у вражеского астартес посреди боя, ведь вряд ли найдётся даже вид такой — способный отращивать дополнительные конечности за мгновения боя и ловко орудовать закрепленным на поясе за магниты болт-пистолетом. Мало какой, но маджины к таким и относились. -Хм. Где же ещё? — размышлял в слух Мореус осматривая помещение через линзы своего шлема в поисках ещё затаившихся врагов. К сожалению конструкция шлема была рассчитана на существ с двумя зрительными органами, из-за чего верхняя пара глаз были бесполезны в нём. В прочем, пока что эффект неожиданности не стоит убирать — снесёт кто ему голову и будет очень удивлён когда безголовое тело ударит в ответ. Ну хотя бы элемент неожиданности будет работать пока сам Мореус не шибко известен.- Раз здесь пусто, то пора и наверх… Штурм дворцового комплекса походил на штурм города уже внутри города. Огромные залы с построенными на совесть бункерами могли перейти в извилистый коридор или даже траншею, а лестница могла повести штурмующих как вверх, так и вниз или куда-то в бок в соседнее помещение. Некоторые даже вели в предыдущие помещения и разветвлялись, заставляя петлять и делать круги. Каждое помещение при этом имело не малый шанс быть ловушкой самой разной степени опасности: от простых гранат на привязи или пресловутого механизма с поставленным на дверь дулом оружия, до готовых к детонации зарядов мельты или оставшихся на последний бой бойцов-смертников. Космодесант же оседал в более просторных, но от того более неудобных к штурму залов. Седьмой легион всегда славился упорством и больным желанием держать свои позиции до конца, особенно когда они «героически» будут погибать удерживая каждый фут земли. Морган не был гениальным стратегом, но память поглощённых астартес и солдат ауксилии подсказывала что враги пытаются продать свои жизни подороже в столь отчаянной обороне. Точно также как на Истваане III — готовые встретить смерть глупцы вместо отступления и перегруппировки решили бездарно погибнуть чтобы потешить своё самолюбие. Только если лоялисты на Истваане не имели возможностей бежать, то вот здесь у них быль шансы, путь и малые. Мореус включил вокс-связь с отданным ему под командованием отрядом и получил рапорт об проделанной работе — индуктии как раз расправились с соединениями людей в соседних комнатах и направлялись к нему в главный зал. Они упивались и веселились в охоте на своих жертв и даже с радостью могли принять свою гибель, а после снять приглянувшуюся пушку или украшение доспеха с павшего брата. Фабий на славу постарался в создании новых недо-астартес такими, но все они не более чем временная мера, работающая как Громовые Воины из далёкой Объединительной Войны Терры и не особо полезные в долгосрочной перспективе. Как затычка в боевом строю или пушечное мясо в битвах астартес — определённо. Но вот как полноценная замена легионерам… В прочем, со временем и по ходу прошедших битв идёт отсев, где уже можно найти пригодных к дальнейшей службе людей, а кого можно в первых рядах на убой пустить. Помимо Мореуса их было всего двенадцать: четыре десантника тактического отряда с болтерами модели «Охотник» и являющихся связистами отряда, ещё трое были тяжело вооружены лазпушками для пробития тяжелобронированных врагов и также пистолетами «Инферно» под зачистку узких проёмов. Трое астартес вооружились болт-пистолетами и цепными мечами для близкого контакта и именно поэтому были в авангарде, но также имели и прыжковые ранцы для атак местах где это позволительно. И наконец последний дуэт представлял собой технодесантника с тяжеловооружённым сервитором, где вооружение последнего могло на раз и два разломать любой встречный дредноут. -Надеюсь вы закончили тут? Не хотелось бы встретить себе затылком пулю.- было первым что сказал Мореус при сборе всей группы.- Сейчас мы ворвёмся в шестой транспортный отсек, где должны располагаться спидеры и лэнд-байки. Можно ожидать тяжёлые стационарные орудия и автоматонов — размеры позволяют. -Вряд ли там будет даже один дредноут центурион.- задумчиво отозвался техноадепт потирая своим аугментированным протезом ручку силового топора механикума.- Приоритетнее всего будет защита ангаров с штурмовыми ястребами и орлами. -Не думай технобрат что лоялисты не решатся все силы отправлять даже не защиту этого ангара. Загнанный зверь — самый опасный зверь. А Кулаки отступают только после смерти.- ответил ему Мореус и повернул в голову подоспевшего пушечного мяса из простых смертных рабов. Их нельзя назвать дисциплинированными воинами или хотя бы ополчением — это обыкновенная банда из мародёров и зависимых от веществ людей, которых подобрали из самых глубоких нор городов-ульев. Их не жалко отправить на убой, да и те не особо понимают где и когда воюют под действием стимуляторов.- Рабы, выдвигайтесь вперёд. *** Тяжёлый болтерный огонь сопровождался множеством выстрелов лазерных пушек и струящийся плазмы. Вместо дредноутов их встретили терминаторы — столь же бронированные, сколь и опытные воины в одной из лучших видов брони когда-либо использованных в Империуме. Это элита в любом легионе космодесанта, кою посылают на самых опасных врагов и носители которых являются личными телохранителями примархов. Они успели вовремя среагировать и только неповоротливый сервитор был ранен до полного уничтожения, хоть и успел прокатиться вперёд на своей гусенице подорваться спровоцированным технобратом взрыве плазменной пушки. Это дало достаточно времени для перебежки в укрытие тактическому отряду и чтобы облепленные взрывчаткой смертные рабы подорвались об терминаторов. Из тех это задело только одного, но плотные потоки лазера пробили броню и испепелили находящиеся на пути мясо с плотью. И пока остальные спрятались за укрытием, то вот Мореус выскочил вперёд вместе с отрядом ближнего боя и двинулся по дуге к позициям имперцев. Первый из терминаторов направил автопушку в их сторону и произошла серия выстрелов, разорвавшая грудь и большую часть тела одному штурмовику, но позволило уже ворваться к центуриону и в прыжке вонзить свою когтистую руку в нагрудник терминаторской брони. Оставшиеся двое хоть и желали, но вряд ли могли атаковать убившего их брата противника — тяжёлый лазер отрекошетил от наплечника брони одного из них. Плазма и тяжёлые болты полились беспощадным дождём по тактическим отрядам и уже двое погибли от расщепления своего тела и разрыва оного на сотни кусков, но оставшиеся ещё продолжали вести огонь по неповоротливым терминаторам. Центурион Мореус же, в эту самую минуту, получил вдоль своего тела и брони отмашистый удар силовым топором. Керамит на его брони треснул и по краям появились чёрные прожилки его тела, частью которого и стал доспех после поглощения. И пусть после этого он не стал сильно прочнее, но вот вырастить из двух обрубков две отдельные конечности многого стоит. К примеру жизни того, кто не целился в голову. Одна рука схватила силовой топор, а вторая в это же время схватила шлем вражеского терминатора. Давление руки сжимало до скрипа и хруста толстую броню, а вторая конечность подхватила плазменный пистолет и вставила в стык между нагрудником и шлемом. Яростный крик лоялиста, нагрев миниатюрного плазменного реактора и взрыв, уничтоживший верхнюю часть груди терминатора. Быстро, мощно и без лишних слов. Огонь болтеров всё продолжался в это время по двум оставшимся терминаторам. Мультимельта одного не давала тяжёлой поддержки выйти из своих позиций, а грохочущие болты от штормового болтера уже унесли двух тактических космодесантников на тот свет. Двое оставшихся легионеров Детей Императора с клинками побежали на позиции врага и нанесли удары по спинам врага. Это не нанесло серьёзного ущерба и один из самоуверенных космодесантников встретил свой печальный конец, получив в нагрудник пробивающий керамит и грудную клетку с органами удар силового кулака. Осталось всего пятеро астартес, техномарин и сам Мореус — вот результат встречи с, хоть и малым, но отрядом терминаторов. Однако Морган не любил отступать в самый разгар боя и когда ему встречались столь занятные противники, пусть и в неповоротливой броне. Центурион спрыгивает и вновь рывков устремляется в сторону вражеского астартес. Он проскальзывает под струей разгоряченной плазмы, добившей неудачно подставившегося последнего ближника его легиона, как и после проскочил мимо пролетевшего по нему силовому кулаку. -Был шестидесятый…а теперь и шестьдесят первый! Острые когти вонзаются в броню терминаторского доспеха, а после со скрежетом металла начинают терзать его на куски. Терзаемый болью, лоялист попытался отбиться но смог разве что неуклюже замахнуться силовым кулаком, а после лишиться его от выстрела третьей руки с плазменным пистолетом. Последнее что увидел Имперский Кулак было две светящиеся точки из-под лини глаз в шлеме силового доспеха его противника, а также чёрную как ночь руку. Она схватила шлем и сжала тот кусок металла. Последний лояльный терминатор сдаваться не собирался даже в самых смелых мечтах. Он направил свою автопушку на центуриона и подставил своё плечо под град болтов, чтобы получить минимум урона. Только не учёл данный терминатор того, что всё это время не особо появлявшийся технодесантник был достаточно близок к нему. Он решил не пренебрегать подставившийся ему спиной и поэтому выстрелил встроенным в одну из его серво-рук мультимельту. От последней линии защиты в лице одинокого терминатора только и слышался как яростный предсмертный крик, пока разгорячённая плазма пожирала его тело. Победа была в этой битве за Детьми Императора и при этом потери были минимальны — парочка индуктиев и один сервитор. -Как печально что больше они непригодны.- заключил с тяжким вздохом технобрат и посмотрел на оторванную руку в терминаторской броне, где ещё плавился металл и плоть на месте разрыва. Его механодендриты ощупали поверхность золотого покраса, но после схватили слегка повреждённый штурмовой болтер и сняли ещё полный боезапас.- Терминаторский доспех достаточно тяжело производить, а из-за начавшейся на Марсе войны и вовсе стало невозможным — подконтрольные Воителю кузницы могут жалкие крохи производят в сравнении с временами Великого Крестового Похода. -Победа куётся тяжелее любого доспеха или оружия технобрат. И если в создании клинка нужен металл и жертвы в лице времени с упорством, то вот тут ещё жертвуют жизнями и судьбами миллионов воинов. *** Чем ближе бои подходили к вершине башни, тем ожесточённей велась схватка между лоялистами и силами Воителя. Характер Имперских Кулаков ввёлся в абсолют и теперь те были готовы стоять до конца не смотря ни на какие потери. Также Чёрные Горгоны, чья честь была задета за время продолжительных и беспощадных боёв, стояли до последнего и пытались остановить силы предателей всеми возможными способами. И даже если бы небо не было закрыто для них, они всё продолжили стоять до последнего солдата на своих позициях лишь бы удержать этот мир как можно дольше от лап противника. Однако бились они с теми, кому время было не столь важно. Железные Воины были мастерами осад и каждый отчаянный шаг лоялистов давился точно выверенными и безоговорочно приведёнными в действия контрмерами сынов Олимпии. Гвардия Смерти и вовсе не обращала особого внимания на битвы — они словно живые автоматоны шли на позиции обороняющихся под прикрытием тяжёлого болтерного огня и забрасываемых наперёд боеголовками с химическим и вирусным вооружением. Гиганты в брони цвета кости были последним что видели задыхающиеся от кровоточащих лёгких неудачники, коим не повезло сразу умереть от снаряда или града болтов. Однако и Третий с Шестнадцатым не оставались позади. Сыны Хоруса яростно отбивали каждый метр у своих противников, временами даже разрывая с животной яростью и холодной ненавистью тела своих врагов. Дети Императора же показали всё совершенство своего владения парным оружием — разрезая и терзая в безумном танце лезвий они показывали невероятную по своей красоте и жестокости картину поля боя. Также именно в узких коридорах шумовые десантники показали все ужасы сдирающей плоть и кости музыки, где только от одного стона данных астартес замертво падали смертные солдаты. Отряд Мореуса же как раз смог прорваться к основным коридорам башни, где в огромном помещении, в сотни метров длину и десятки в ширину, проходила кровопролитная битва. Над головами свистели пролетавшие болты, залы освещались залпами плазмы и эхом разносились полные ярости боевые кличи с обеих сторон. Монструозные дредноуты шли подобно огромным танкам на передовую прикрывая своих братьев и поливая из закрепленных на своих руках тяжёлых орудий. Огромные Контепторы шагали словно непробиваемые титаны и одним ударом своих могучих рук из стали били по рядам решивших пойти вперёд врагов. Какие-то из них долго и неудержимо сражались с всё наступающими врагами, какие-то падали замертво от прибивающих их щиты и броню их саркофага выстрелы противника. Смертные же воины, отчаянно и с яростью в глазах сражаясь у ног богоподобных астартес, гибнув сотнями каждую секунду боя — кто-то от пробившего их тело снаряда или взрыва, кто-то в штыковой атаке, а кто-то просто попал под ноги собственного союзника и был растоптан в горячке боя. Морган был просто в восторге от такого: всюду взрывы, смерть и противники, что так отчаянно хотят тебя убить. Это так напоминало ему об временах когда он самолично атаковал целые миры и бился с величайшими армиями в истории. Ему даже вспомнились костюмы ополчения одной случайно им атакованной шахтёрской колонии, где костюмы для бурения крайне сильно походили на терминаторские не только внешне, но и по своим качествам. Цепной меч в одной руке и силовая перчатка в другой были неплохим оружием. Конечно он бы хотел воспользоваться и своим оружием в виде естественно обостряемых рук, но пока что ещё рановато — пока не все в его легионе, да и в других, не деградировали морально до такой степени. Да, Дети Императора искривляют свою внешность, ставят десятки имплантов и более ужасных вещей внутрь своего организма, но пока что это только для обострения чувств или в качестве аналога звукового оружия. Но только пока — в этом мажджин уверен также, как и в том что в открытом космосе нету кислорода. Лезвия визжат при движении и кровожадно впиваются в керамит и плоть подставившегося лоялиста, разрывая его пополам через плечо. Силовая перчатка же мигом превратила в фарш попытавшегося атаковать со спины врага с прыжковым ранцем. Ещё один попытался его атаковать своим силовым топором, но Мореус ловко парировал, отвел меч в сторону и приложил к шлему вражеского астартес силовой кулак. -Двести второй…двести третий…Эй! Нападайте активней ублюдки! — прокричал Мореус и разрубил ещё одного космодесантника своим силовым мечом.- Двести четвёртый. Маджину всё больше и больше начинает нравиться простым оружием — столь элегантный, но в тоже время необычный способ ослабления себя в угоду более продолжительного боя. Действительно оружие цивилизованного мира.