Несущий знамя Воителя

Саламандры — воплощение закаленного на наковальне чувства долга, искусные мастера, а также обладатели грозной и бескомпромиссной чести. Они готовы к труду и самопожертвованию, и идут в бой с наилучшим оружием и доспехами, зачастую выкованными самими же Саламандрами. Свои рабочие инструменты легион использовал как орудия войны, жаром, железом и грубой силой повергая всех тех, кто осмеливался отрицать Имперскую Истину или пытался подорвать устои Империума Человечества. Многие деяния великой войны, как подлые, так и доблестные, видели кровавые звёзды, и в центре вихря оказался легион Саламандр — преданный, поверженный, практический уничтоженный, но так и не склонившийся перед врагом. Мало какой легион заплатил столь высокую цену за верность и честь, как Саламандры. И ещё меньше тех, кто пошёл на это по своей воле и так же часто проливал свою кровь ради защиты человечества. Саламандры — именно такой легион, и хотя он не раз стоял на грани уничтожения, но снова и снова возрождался из пепла войны, становясь всё сильнее и твёрже, словно несравненные стальные клинки, выкованные в легендарных кузнях их родного мира: несломленные, непобедимые и верные своей цели. XVIII легион вместе с Железными Руками и Гвардией Ворона был частью первой волны атаки в битве на Истваане V. После того, как стало известно о предательстве Хоруса и уничтожении Истваана III, Император приказал семи легионам космодесанта атаковать войска своего сына и бывшего друга. Однако, среди этих семи легионов четыре оказались предателями. Приземлившиеся силы первых трёх легионов вступили в жесточайшую битву, и через некоторое время, несмотря на свои боевые навыки, были вынуждены отступить к зоне высадки для перегруппировки, которую к тому времени уже укрепили четыре легиона предателей, составлявших вторую волну атаки. И тогда силы второй волны открыли огонь по измотанным войскам отступавших космодесантников. Три лояльных легиона попали между молотом войск Хоруса и наковальней укреплений зоны высадки. Несмотря на их героизм, они были почти полностью уничтожены, и лишь горстке боевых братьев удалось спастись в этот роковой день. Таким был Хоншу П’рилл из 13-й линейной роты. Хоншу был на корабле в составе своей роты на момент Резни в Зоне Высадки и находился там чисто по случайному стечению обстоятельств и задержки при переходе из варпа. Он лично наблюдал как корабли некогда лояльных легионов второй волны напали на них и начали терзать ничего подозревающих союзников, а потом как им всем пришлось экстренно отступать. Его глазам открылась ужасающая картина того, как тысячи кораблей и спасательных челноков сбивали на орбите и в каком ужасном состоянии до них добирались уцелевшие везунчики. Из всего легиона Саламандр с Истваана V вернулось немногим больше двух тысяч, а из сектора и того меньше убралось — флотилии оставшихся легионов не позволили бы и только самопожертвования глориан всех трёх примархов помогли хоть кому-то уцелеть. Но даже такие жертвы были незначительными на фоне потери сразу трёх примархов. Вулкан был не только лидером их легиона, но также и его сердцем с душой — именно он воплощал в себе все ценности Прометиевого Культа и той самой человечности, коей недоставало во многих других легионах астартес. Он жил и умер сражаясь за свои идеалы и, даже будучи окружённым бесчисленными толпами врагов, не переставал мстить предавшим ублюдкам за каждого погибшего сына Ноктюрна и простого солдата. И подобно его примеру, все оставшиеся угольки в печи легиона Саламандр вновь воспылают чтобы перековать себя вновь и защитить Империум с его невинными гражданами от орд Воителя. Так ему хотя бы казалось до встречи с Мореусом из Детей Императора. Если III легион что на Истваане, что на дальнейшем фронте сил предателей продвигался больше не для завоеваний или битв, а чтобы как можно болезненней и мучительней нанести удар по Империуму с его жителями, то вот 88-я штурмовая рота была совсем иной. Не только своей организацией, но также и тактикой боя они походили на совсем иной легион, не акцентирующий больше внимание на извращённом видении "совершенства" как прочие отделения. Они были более жестокими, кровожадными и готовыми сделать что угодно для достижения поставленной цели, но при этом продолжали действовать эффективно и редко когда задерживались на истязания своих жертв. Эта группировка Детей Императора больше напоминала Гвардию Смерти с Сынами Хоруса, идущих высокоэффективной машиной смерти и стирающих всё на своём пути. И больше всего из этой группировки выделялся Мореус с Крига. Он был охотником как по определению этого слова, так и по сути — всегда вёл небольшие группы своих подчинённых словно альфа в стае хищников, а когда оказывался один мог устроить охоту на любые силы лоялистов и в одиночку справлялся даже с самыми опытными из астартес. Он убил уже несколько десятков опытных командиров и дуэлянтов, расправлялся даже с дредноутами и небольшими группами терминаторов. И именно из-за этого его прозвали «Росомаха» за любовь к преследованию своих врагов до их убиения и практически полное игнорирование просто огромного числа урона, что не способно выдержать даже выносливое тело космодесанта. -…И именно поэтому я считая его нужно устранить первым.- закончил Хоншу пока от его угольно-чёрной кожи отражался свет карты стратегиума. Он обращался к командирам и других оставшихся отделений, что были также остатками ныне расколотых легионов. Слегка побитый долгими битвами шлем «Крестоносца» лежал подле него на столе, как и сильно повреждённый символ легиона на левом наплечнике подтёрся. Правой рукой он удерживался об стол, но в левой держал свой громовой молот, коим также пользовался как костылём для удержания баланса — после недавней стычки он бесповоротно потерял свою ногу и в экстренных условиях ему пришлось использовать протез, что пока не прижился. -Мореус слишком опасен и именно он будет главным фактором в остановке атак на скопления Циклопа. -Сильно в этом сомневаюсь.- со скепсисом ответил ему стоящий напротив Карел Мах смотря тому прямо в глаза через линзы своего модифицированного шлема «Корвуса» и удерживая в одной руке силовой посох Омниссии.- Ими командует Вариус Ринн — опытный генерал и один из самых невероятных стратегов если не среди всех легионов, то уж точно среди Детей Императора. Я знаю его достаточно хорошо и именно он является всем мозгом в организованности Детей Императора на этом мире. -Вы можете сколько угодно собачиться между собой, но я скажу одно: прикончим обоих ублюдков и никаких проблем.- ответил последний член их небольшого совета и озарил обоих обсидиановой бездной своих чёрных глаз с слишком кровожадной для XIX легиона ухмылкой. Моритат-прим Кэдес Некс, Охотник Воронов, «Кровавая Ворона», закреплённый за 14-й заградительной ротой Гвардии Ворона. Этот легионер — тёмная личность с дурной славой в сплочённом братстве повстанцев с Освобождения, и среди прочих легионеров его появление считается дурным предзнаменованием. Во времена своей молодости на Киаваре он был известен как Кровавая Ворона, опасный убийца, осуждённый пожизненно гнить на луне-темнице. Но все изменилось, когда Корвус Коракс предложил ему свободу и прощение, если он станет сражаться вместе с другими повстанцами и ограничит свои жертвы только теми, на которые ему укажет новый повелитель. Перенеся болезненную позднюю трансформацию в космического десантника, Кэдес Некс оставался в рядах Гвардии Ворона только из-за благосклонности Коракса. Немногие братья могли терпеть его жуткую одержимость охотой. Впрочем, в теневых войнах, что вела Гвардия Ворона во имя замысла Императора, его отточенное умение убивать применялось с пугающей частотой. Когда Гвардия Ворона прибыла на Истваан V, Кэдес десантировался с остальными силами, но затем растворился в пустошах, чтобы охотиться на предателей на собственных условиях. После побега с Резни, он оказался в флотилии клана Раукан и немало раз помогал лично Железному отцу Маху в решении вопросов с силами предателей. Так что даже со своей скверной репутацией он оставался союзником остатков лояльных легионов. -У нас не хватит сил и боевых братьев под этого.- холодно ответил Мах повернув голову в сторону Гвардейца Ворона.- Тридцать шестая рота после Истваана V пострадала слишком сильно и сейчас не может обеспечивать свой полный боевой потенциал, особенно когда устранить стоит ещё командиров и других предательских легионов. -В таком случае пусть они устранять побегут главарей III легиона, а я займусь этим центурионом. Как бы этот парень не был хорошим дуэлянтом, но от клинка убийцы даже сильнейшие падут. -Я бы не был на твоём месте столь самоуверен Некс — Мореус опасный и опытный мечник, с коим даже опытнейшие воины моего легиона не смогли справиться. -Хмпф, то что ваш главарь погребальной стражи проиграл ещё не говорит что этот предатель силён. Скорее уж этот Мореус просто знает как наводить страх на тех, кто никогда не познавал истинных ужасов этой галактики… *** Чем дольше шла битва за один этот мир, тем извращённей и жестче проходили битвы между лоялистами и предателями. Десятки линий траншей тянулись вдоль всего поля боя многими слоями, где в укреплённых бункерах обосновывались силы с обеих сторон конфликта, а сама битва начинала принимать всё более позиционных характер. С обеих сторон мастера осады и обороны подводили мощные образцы артиллерийских орудий и средств ПВО, предотвращающие любые попытки прорвать воздушное пространство без серьёзных потерь. Также было невозможно использовать и технику в условиях всё ухудшающейся погоде планеты, где резко начавшийся штормовой сезон вот уже несколько месяцев как бесперебойно льёт дождём и создаёт всё более толстые слои грязи. Из этого выходит, что некогда быстрая и жестокая война стала медленной и мучительной игрой в перетягивание каната, где всё зависит от битв небольших передовых групп в полутёмных траншеях под непрекращающейся артиллерийской дуэлью. Окопы копали достаточно широкими чтобы в них поместилось одновременно двое астартес и те не мешали друг другу, благодаря чему можно было спокойно передвигаться в полный рост. Даже не будь у меня итак прекрасного зрения, системы силового доспеха предусматривали ночное зрение в линзах шлема, да и сами глаза астартес хорошо приспосабливались к тьме непрекращающегося ливня. Изредка сверкающие где-то на фоне молнии не сильно мешали, что светом, что звуком — постоянная пальба из артиллерийских и танковых орудий грохотали сильнее любой молнии и поэтому даже два десятка космодесантников могло спокойно пробегать по скрипучим доскам и не быть услышанными. Несколько тактических отрядов, один штурмовой и отряд поддержки с апотекарием — такой расклад космодесантников показал себя идеально в условиях текущей войны. Меньшие группы не могли оказать должной огневой мощи и быстро теряли эффективность при потерях, а большие оказывались слишком заметными для артиллерийских орудий врага. Также в этом большую роль играла ещё пурпурная расцветка их брони, что по моему совету заменилась на чёрную с элементами старого цвета или уже розового, начавшего набирать среди боевых братьев популярность. Я шёл впереди всей группы, ведя их за собой и держа силовой меч с зазубринами наготове в одной руке, а во второй удерживал огнемётный пистолет, идеально подходящей для стрельбы в столь узком пространстве. Пистолет был кстати трофейным — он до сих пор был в тёмно-зелёных цветах и в качестве украшения имел голову дракона на сопле оружия. Вырвал в последнем штурме из мёртвой хватки обезглавленного Саламандра, что до последнего стоял и сражался даже с заполненными фосфексом лёгкими. Битвы за этот жалкий мирок в принципе перешли в любимое для меня русло позиционной войны, где удобно отыскивать врагов для ближнего боя и после месить их ряды. Никакой артиллерии или стрельбы за тридевять земель от нас — только ближний бой и только горький привкус для всех этих самоуверенных лоялистов, думавших будто у них есть хоть какие-то шансы нам противостоять. -Командир, — ко мне подошёл один из связистов, коего можно было отличить по дополнениям к силовому ранцу в виде антенн радиопередачи, а также по сервочерепу с вокс-передатчиком. Его клювастый шлем был окрашен в чёрный с идущей вдоль него пурпурной линией, а линзы обладали тёмно-красным свечением.- Командная ставка передаёт о начавшейся атаке лоялистов — несколько бронетанковых звеньев Железных Рук выдвинулось на северном направлении и при поддержке терминаторов Саламандр они прорывают позиции Сынов Хоруса. На юге также началось движение по траншеям со стороны лояльных полков Имперской армии, где также заметили автоматонов Механикум. Значит они хотят продавить по бокам и взять в котёл передовой штаб с апотекарионом? Стратегия неплохая, но кажется слишком рискованной и больше походит на обманный трюк — у лоялистов не так много сил чтобы удержать нас внутри, да и при том мы сами можем взять их в окружение. Если я правильно помню, то разведчики также замечали тут ещё и XIX легион в небольшом контингенте… -Передайте капитану Вариусу об возможных диверсиях в тылу со стороны Гвардии Ворона.- отдаю сразу приказ связисту.- Также передайте восточному третьему и юго-западным с пятой по седьмую отделениям отступить — это определённо ловушка с затаившимися талаксами. -Так точно кома- Аргх! Не успел договорить связист, как прилетевший в его горло болт оторвал голову от туловища и повалил тело вниз. Остальным отрядам не нужно было произносить и слова чтобы взвести своё оружие вверх траншей и начать пальбу по устроившим засаду Гвардейцам Ворона. Тяжёлые болтеры сразу открыли огонь по чёрно-белым теням в клювастых шлемах, сумев задеть парочку из них, однако взамен отряд из пяти потерял двух от ловких выстрелов лоялистов прямо в грудь и голову космодесантников. Тактический отряд с мельтами открыли бесперебойный огонь горячей плазмы по позициям врага, но не смогли никого задеть и были больше полезны в прикрытии апотекария пока тот бежал на помощь раненым. Ещё пятеро тактических десантников нацелились высоко в небо и открыли пальбу по пикирующим вниз штурмовикам и в следствии атаки оных практически полностью были уничтожены, нарвавшись на грозовые когти врага. Однако последних уже атаковали штурмовые десантники III легиона, разорвав троих на куски и получив по ответному удару от двух оставшихся. На меня же бросилось ещё пятеро штурмовиков с грозовыми когтями на перевес. Первого сбиваю струёй горящего прометия прямо в лицо, что оплавляет броню и когти астартес, убивая его на месте. Второго располовиниваю точным ударом клинка, где срываю чеку с закреплённой магнитами на поясе гранаты и бросаю половину в оставшихся. Взрыв задел одного, повредив левую часть силового доспеха и оторвав один движок прыжкового ранца, но при этом оставшись в живых. Двое других космодесантников не оставили своего боевого брата позади и дали ему отступить, навязав мне ближний бой и выбив в одной из атак мой пистолет из рук. Чего они не знали, так это что и моей «обычной» руки достаточно чтобы смять керамит силового доспеха. Так что первый напавший, пришедший с безоружной части, был крайне удивлён когда я схватил того за шлем и смёл голову как алюминиевую банку. Второй атаковал со спины и пронзил мне грудь с головой, что, не буду врать, было крайне больно и гарантировало смерть обычному астартес не смотря ни на какую живучесть. Вот только когти его застряли на местах удара в мёртвой хватке, а меч во второй руке сменил хват на обратный и в итоге я отрубаю обе руки с половинкой «клюва» еле успевшему отклониться космодесантника. В прочем, того добивает подоспевший апотекарий с цепным мечом и добивший его. Что-то не ожидал я что столько легионеров будет в одном засадном отряде. Знали на кого нападут? Хоть будь это так, то использовали что понадёжней…Блять. -Мельта на одиннадцать! — кричу я и отклоняюсь в сторону от потока разгорячённой плазмы. Сверху траншей спрыгнул отряд с мельта оружиями, что целились явно в меня и только потом уже переключившись на остатки отряда. Четверо тяжеловооруженных космодесантников, одного из которых апотекарию всё же не удалось вернуть к жизни, открыли по ним огонь и разорвали троих глупцов, но после уходили дальше в укрытие от всё прибывающих лоялистов. Штурмовой отряд уже окончательно разорвали ещё один отряда с ранцами и которые…были моритатами. Если бы моритаты и можно было проще назвать, то явно их называли бы отрядами смерти. Это отчаянные воины-убийцы и штурмующие в тылу врага астартес, созданные для самых рискованных диверсий и атак. Они вооружены на манер мартышек с гранатами — всем что может взорваться и при этом нанести как можно больше урона врагу. У них немало волкитного и плазменного оружия кстати. -Ох, сколько сил на меня аж потратили.- с усмешкой сказал я прокрутив силовым мечом в руке.- Похоже у вас лоялистов я оказался той ещё болью в одной точке, да? В таком случае уж лучше бы сразу послали за мной настоящих убийц, а не кучку камикадзе обмазанных плазменными гранатами. Ах, да, у объедков трёх легионов вряд ли есть даже силы на линейные роты, что уж тут про профессионалов говорить… -Я бы и сам хотел сказать почему именно нас за тобой послали центурион, но боюсь мертвецам это без надобности.- ответил их командир, что можно было отследить по шлему с красной линией рассекающего его вдоль, а также по наличию у этого астартес ножен с цепным мечом. Они не произнесли и слова далее, как уже открыли огонь из своего оружия и мне пришлось после уклоняться. Над головой прожужжал волкитные лучи, а мимо пролетели голубые выбросы плазмы, как устремляюсь в сторону Гвардейцев Ворона. Мимо проноситься также и болтерный огонь со стороны оставшихся тактических космодесантинков, кои ведут огонь на подавление моритатов и также позволяя апотекарию утащить раненных подальше с поля боя. В прочем, враги целились в основном в меня, поскольку я и был их основной целью, так что у моих подчинённых было больше шансов на перегруппировку. Для космодесантников XIX легиона я оказался слишком быстрым — те не успевали навести на меня свои убойные пушки, как я ловким взмахом силового меча разрубал их пополам или ловким движением руки лишал головы. Свободная рука, в свою очередь, лишилась формы перчатки керамитового доспеха стала когтистой лапой и не хуже меча или грозовых когтей разрывала врагов. Да и дополнительная рука, вырастающая из предплечья, мешала со спины атаковать. Так продолжалось примерно ещё секунд двадцать или тридцать — я нарезал лоялистов, а те бежали на меня в немой ярости. Вроде они называют это Пепельной слепотой или как-то иначе, но данное состояние является дефектом их геносемени — спонтанных вспышках ярости в пылу боя, где те просто молча и не произнося и звука бегут в рукопашную терзать подобно диким зверям своих врагов. Страшная это конечно тайна в их легионе, но примерно на том же уровне что и половое влечение Космических Волков к собакам или Тёмных Ангелов к задам друг-друга — что-то может быть слухами и клеветой, но вряд ли оно взялось с пустого места. В любом случае я их разрывал на части одного за другим и даже сам не заметил как на месте самой засады остался только я и, скорее всего, командующих тут всем легионер Девятндацатого. -Ух, что-то меня занесло…- усмехнулся я, осматривая устроенную тут мясорубку. Легионеры XIX бились достаточно яростно, чтобы забрать на тот свет с собою врагов. Тактические отряды уничтожены полностью, штурмовые разорваны или оплавлены. От отряда поддержки ничего не осталась кроме решето, что до сих пор сочиться кровью. А апотекарий был разорван и насажен на собственный цепной меч, где зубчики оружия до сих пор не прекращали понемногу двигаться и поедать плоть умершего. Что ж, отчасти засада удалась — враг смог вырезать большую часть передовой группы, но вот главная цель в лице меня оказалась слишком опасной. За это они тут все поплатились жизнью и опозорили себя. Хотя…это же Гвардия Ворона — их редко когда воспринимают за серьезную силу и по своей ущербности они уступают разве что Железным Рукам и их безголовому примарху. В прочем, сейчас нужно ещё разобраться с недобитым птенцом… -Похоже твои боевые братья мертвы.- обратился я к всё ещё стоящему легионеру Воронов держащему меня на мушке своей волкитной серпенты и придерживая второй рукой силовой меч. Он не был ранен, нет, но вот откинутый в сторону с сильными повреждениями прыжковый ранец говорил что далеко он не улетит.- Однако мертвы и мои. Мы остались в битва один-на-один и, как мог уже догадаться, победителем выйду я. Так что будь добр — не двигайся и позволь мне быстро убить тебя. -Да, шансы мои пожалуй малы…- с усмешкой проговорил он и опустил свой меч в землю, а серпенту откинул в сторону. Далее же он…встал на одно колено? — Но что если я предложу за свою жизнь служение кому-то столь великому и искусному воину как ты Мореус с Крига?