something...

<там на столе моё сердце> Ветер забирался под тонкую рубашку и вызывал табуны мурашек по всему, казалось бы, хрупкому телу. Где-то внизу быстрым потоком движется вода, хранящая сейчас в себе всё ночное небо… На лице не было эмоций — не осталось никаких сил на них. Кто бы мог подумать, что единственное, что приносило удовольствие больше не сможет спасать… На последнем концерте он сорвался. <ждёт, пока его отнесут в тепло> Каждая строчка ударяла маленьким молоточком по сердцу, что множество раз было на грани, в мелких трещинах — всего касание, и конец. Музыка играла где-то далеко, на фоне — он не слышал её, но пел так, будто это не так. Почувствовали это не только друзья, но и зрители, кажется… Не ликований, не громких и бурных хлопков… <оно уже и так всё изранено> Его спасали, каждый гребанный раз Рик вытаскивал его из того состояния, когда он был готов взяться за лезвие, хотя у самого проблем не меньше. Не должен был, но помогал. А Рэй кричал на него, прогонял и злился, хотя совсем не хотел, чтобы Купер уходил. Когда дверь закрывалась — терпеть это каждый раз было сложно — по щекам бежали слёзы, безостановочно и, видел Бог, уже бы тогда он покончил с этим, но хотел извиниться… <надеюсь, что хоть ты сбережёшь его> Рэй не винил никого, что так вышло. Не винил Рика, что тот не захотел его видеть после последней выходки. Виноват он сам — всегда так было… Но больше не будет. Ноги отрываются от железной балки, шаг в пустоту и… Падение? Рэймонд открыл глаза, когда понял, что жив… Висит в воздухе над водной гладью, и кто-то держит наверху… Кто-то, чьи прикосновения были роднее кого-либо другого, их Рэй всегда узнает. — Рэй, подожди немного! я вытащу тебя… — такой любимый, но дрожащий голос разбил безэмоциональную маску — по щекам побежали слёзы. Рику пришлось сильнее наклониться, чтобы он смог вытянуть Марвина, только… Чёрт бы побрал эти брендовые кроссовки. Подошва оказалась скользкой… Они сорвались вместе, но за секунду до погружения в воду, Купер прижал к себе посильнее своего мальчика, смерть которого он бы не пережил, отправился бы следом. Удар о воду, на берегу слышится сирена — Лиам вызвал, догадался, что Марвин хочет сделать и где. Оба тела выловили, успели, пока течение не унесло их далеко-далеко. <найди на моём сердце живое место> Рэй очнулся в больнице… Не в обычной. Почти всё тело перебинтовано, на нем болтается белая рубаха… Всё ужасно болит. Первое, что он видит, когда пытается осмотреть палату, это Одли и Мишель в дверном проёме — о чем они говорят с врачом? Не слышит… Пытается вспомнить, что было… Помнит, как шёл на мост, хотел прыгнуть и сделал это, но… — Рик! — резко вскочил, что ещё большей болью отдалось по всему телу. Точно помнит, что там был Рик — они вместе упали. — поговорите Вы с ним, потом мы поставим капельницу… кхм, чтобы он отдохнул, — мужчина в белом халате закрыл за Лиамом дверь, а тот как-то грустно смотрит. Страшно. Безумно страшно, но ком в горле не даёт спросить того, чего хочет знать сердце… <и закрыв глаза на его протесты> — как твое… а, хотя странный вопрос… — Лиам начал неловко, точно что-то укрывал. Даже в самых нелепых ситуациях он говорил уверенно, открыто и то, что было на уме. А сейчас… — где Рик? что с ним…? — Рэй поднялся на кровати, не сводя взгляда с парня. Тот начал нервничать, глаза метались от места к другому, а от волос на затылке уже должно было остаться ничего. — послушай, тебе нельзя сейчас нервничать… несколько часов назад ты сорвался с моста и… «если бы не Ричард, ты был бы мёртв…» Одли не мог сказать этого вслух. — ответь мне… где РИК!!! отвечай твою мать! <положи туда веточку алоэ> Рэй дрожал, он не хотел слышать ответа, и надеялся, что всё, о чем он сейчас думает неправда. Что Купер сейчас в центральной больнице с малыми повреждениями без угрозы для жизни, сидит и отшучивается перед медсестрами. — Рик мёртв. он закрыл тебя собой и ты почти не пострадал, а сам… Одли не договорил, увидел, как глаза Рэя наполняются чем-то… пугающим. — ты лжёшь! он не мёртв! жив… позови его! позови его сюда! дай мне его увидеть! — Марвин словно с катушек слетел, вцепился в Лиама и требовал… требовал… Почти сразу, услышав крики, прибежали санитары, двое мужчин уложили Рэя на койку, женщина прикатила капельницу и вколола иглу в вену. Успокоительное подействовало только через 5 минут, всё это время Марвин продолжал звать Купера и вырываться несмотря на всю боль, что приносило каждое слово и движение. <и оно к утру наполнится любовью> В тот день умер не только Ричард… Умер и Рэймонд. Его оставили в клинике до тех пор, пока он не придёт в норму. Но он не смог… Стоило только перестать действовать лекарству, он возвращался к тому состоянию… Потому что стоило наркотику перестать действовать, Рэй терял Купера снова.