Лань Усянь

Вэй Усянь никогда бы и не подумал, что он совершит когда-нибудь брачный обряд, склонив свою голову в три поклона. Да ещё не с кем-нибудь, а с самим Лань Ванцзи — Вторым Нефритом Облачных Глубин. Но красный ханьфу шёл ему как никогда. Алый шёлк в несколько слоёв с ритуальными орнаментами красиво облегал фигуру и подчёркивал белизну его чистой кожи. На дорогой ткани были вышиты солнце и луна — символы вечной жизни, чистота светлой души и умиротворения. Но разве Вэй Усянь был именно таким? Лань Ванцзи всегда был немногословен. Он выражал свои чувства через поступки, а не слова. И проведя рукой по узорам, Вэй Усянь лишь коротко улыбнулся. Пусть для всего мира он был лишь сторонником Тёмного пути, для Лань Чжаня он являлся целой Вселенной. После свадьбы Лань Ванцзи перевёз своего молодого супруга в цзинши. Теперь Облачные Глубины являлись для Старейшины Илина, который ещё шестнадцать лет назад коротал свои будни на Могильных холмах, новым домом. В принципе, Усянь не протестовал. За всё то время, что он тут был, юноша успел адаптироваться и притереться к устоям жизни Гусу Лань. Пять тысяч правил являлись для него не более чем предостережением. К тому же злить старика Цижэня было одним удовольствием. Да и Сычжуй постоянно крутился рядом, оставаясь для Вэй Ина всё тем же крохотным мальчиком, которого он закапывал в землю с редиской. — Не думал, что цзинши и правда станет мне домом, — тихо проговорил Усянь, осматриваясь в комнате. Он уже не раз бывал тут, лез к Ванцзи по ночам, но тогда даже не думал, что и вправду разделит с ним ложе. Время близилось к ночи. Лань Чжань положил Бичэнь на подставку и подошёл к сундуку. — Что это? Лань Ванцзи вытащил из сундука красивое белое одеяние, которое носили все в клане Лань. Лань Чжань аккуратной стопкой положил новый ханьфу на кровать, мимолётно улыбаясь. Он был уверен, что не только чёрный идёт его прекрасному супругу. Белый будет смотреться не хуже. — Теперь это твоя одежда, — проговорил Лань Ванцзи. — Что? Но зачем? — Усянь осторожно отодвинулся от одежды. Пальцы привычно зарылись в складки собственного одеяния. Неужели он выглядит плохо? Да ничего подобного! — Меня вполне устраивает моё одеяние. Смотри, тут даже нет дырок! Оно почти новое! Вэй Ин вскочил на ноги и покружился. От длительных стирок чёрный цвет местами полинял, а ветхая ткань грозилась вот-вот расползтись. Не нужно было иметь зоркий взгляд, чтобы заметить кое-где заплатки на верхнем одеянии юноши. Лань Ванцзи покачал головой. — Ты теперь мой супруг. Пора тебе сменить чёрный на белый. Вэй на Лань, — кратко объяснил свои действия Ванцзи. Усянь обернулся. — Мой супруг хочет, чтобы я вступил в клан? Но разве просто быть супругом не достаточно? — улыбнулся Вэй Ин. Вэй Усянь не хотел усугублять ситуацию. После того как Ванцзи на всю Поднебесную объявил о том, что Вэй Усянь — безумец, вступивший на Тёмный путь, — отныне является его спутником жизни, Гусу Лань подвергся жёсткой критике. Ещё бы! Облачные Глубины всегда несли за собой репутацию праведности, благочестия и справедливости, а самого Лань Ванцзи — знаменитого Второго Нефрита — ставили в пример отпрыскам из других кланов. Чем же смог обольстить его Вэй Усянь? Не иначе как очередное тёмное искусство. — Нет. — Но почему? Я ведь вернулся в Гусу Лань с тобой. — Ты мой супруг, мы должны были вернуться сюда. — Но ведь как-то нечестно получается. Что скажет твой дядя? — Бесстыдник. — Вот именно! Это будет самое большое бесстыдство с моей стороны. Подумай о своём клане, они не обрадуются, если я сменю свою фамилию на Лань. — Ты не хочешь? — Нет, не хочу. Лань Чжань, давай побережём сердце твоего дяди? Лань Ванцзи молча кивнул. Он убрал ханьфу обратно в сундук, беря в руки Бичэнь. — Ты куда? Мы ведь только вернулись. Да и время уже больше девяти. — На ночную охоту. — Я тогда с тобой, — Усянь спрыгнул с кровати. — Нет. Взгляд Ванцзи говорил о том, что лучше бы Усяню подчиниться. И Вэй Ин отступил. Этим вечером Ванцзи ушёл на ночную охоту с молодняком. Взял Цзинъи и Сычжуя и отправился в лес, оставляя молодого супруга на холодном супружеском ложе совсем одного. — Надо же, обиделся, — ворчал себе под нос Усянь, валяясь на кровати. — Подумаешь, какая-то одежда. Я ему что, в чёрном не нравлюсь? И вообще, где мой «каждый день»? Усянь рухнул лицом на подушку. Он-то рассчитывал сегодня весело провести ночь, раздразнить Ванцзи, чтобы услышать в свой адрес очередное «убожество», «бесстыдник» и прочее, пока его ноги будут обнимать крепкую спину Ванцзи. Но его новоиспечённый супруг успешно слинял. — Скучно! — пожаловался в пустоту Усянь. Так рано он никогда ещё не засыпал. Да лучше бы он охотился, чем вот так мучиться от безделья. И за что же его так сильно наказывал Ванцзи? Спустя час, полностью разворошив постель, Усянь всё же сполз на пол и подтащил сундук к себе. — Гляну только одним глазком, — сказал он сам себе. — Ты не бойся, — погладил он своё одеяние, — я тебя никогда не брошу. Сундук открылся с тихим щелчком. Усянь достал и положил на колени белое клановое одеяние с вышитыми облаками по плечам и подолу халата. Вэй Ин сразу же ощутил заклинания, сшитые в нити внешней ткани, которые отражали атаки низкого уровня. Что-то похожее носил и сам Ванцзи, с разницей лишь в том, что халат Усяня был более изящным. К белому цвету был также добавлен голубой. И такого же небесного цвета нижнее одеяние. Видимо потому, что Вэй Ин когда-то говорил, что наряды Гусу Лань были похожи на похоронные или монашеские. В принципе, выглядело очень даже ничего. Даже лобная лента прилагалась. Усянь пригляделся. Белая полоска ткани была также расшита клановыми узорами, а не просто однотонная. Такие носили только члены ордена Гусу Лань. И теперь Ванцзи на полном серьёзе преподносил столь роскошный подарок Усяню. — Лань Чжань, что же ты творишь? Ладно, хотя бы примерю. Как и ожидалось, ханьфу сел как влитой. Идеальной была и длина рукавов и подола. Ничего не мешало, а голубой цвет красиво подчёркивал цвет глаз Вэй Ина. Старейшина Илина не казался уже таким грозным. Скорее он был похож на горный цветок в утренней росе с примесью холодной нотки от Гусу Лань. В руке свисала лобная лента. Честно говоря, Вэй Усянь давно хотел примерить её на себе чисто из любопытства, но узнав истинное значение ленты, юноша перестал так часто хватать Ванцзи за неё. — Как её надо завязывать? У Лань Чжаня она всегда ровно сидит посередине лба, может, надо использовать линейку? Вэй Усянь вертелся и так и сяк, но облачиться в белый наряд как подобает не получалось. Усянь прекратил свои усилия после шестой попытки. — Ну и ладно! Тогда сделаю так. Коварная улыбка озарила хитрую мордочку Вэй Усяня. В голове родилась замечательная идея. Было далеко за полночь, когда Ванцзи возвращался с охоты. Тварь, на которую он охотился с учениками, была низкого уровня и не особо опасной. А потому Цзинъи и Сычжуй справились сами без каких-либо проблем. Второй Нефрит лишь проверил, чтобы заклятия были использованы верно с максимальной эффективностью. В Облачных Глубинах царил мрак, и только в цзинши горел свет. Лань Ванцзи бесшумной тенью проскользнул внутрь и с громким звоном уронил Бичэнь. Комнату освещала пара свечей, свет от которых падал лишь на кровать. На самом же ложе сидел Вэй Усянь. Белое верхнее одеяние не было затянуто как надо, и рукава едва держались на плечах юноши. Вэй Ин не надел нижнего одеяния, и халат едва был подвязан поясом, демонстрируя глубокую выемку декольте и стройные ноги, выглядывающие из-под подола. Бесстыдник игриво расправил складки своего нового одеяния, улыбаясь. Но не это поразило больше всего Лань Ванцзи. Усянь как-то ухитрился обвязать свои запястья лобной лентой и теперь выглядел обманчиво беспомощно, если бы не озорные огоньки с танцующим драконом в его глазах. — Мне идёт? — невинным голосом поинтересовался Вэй Ин, ведя плечом. Ханьфу не был застёгнут как надо, и ткань соскользнула с плеча, обнажая чистую кожу. Ванцзи сглотнул. — Бесстыдник. — Лань Чжань, развяжи меня? Ванцзи ещё раз осмотрел внимательно Усяня, а в глазах зажглись скрытые и далеко не благочестивые мотивы. — Лань Чжань, у меня уже затекли руки, — захныкал Усянь, дёргая ногой. — Не двигайся. Вэй Усянь ощутил запах сандала возле себя. Шею и плечо отдало тёплым дыханием. Секунда, и Вэй Ин был уложен на спину. Ванцзи задрал его запястья над головой, придерживая одной рукой. Тело Усяня не было скрыто как надо. Тут и стараться не надо было, всего лишь отодвинуть край халата, чтобы открыть себе доступ к запретной хризантеме. Лань Чжань поставил колено меж ног любимого и начал осыпать его лицо поцелуями. — Ой! Вэй Усянь пискнул, потираясь о ногу Ванцзи. — Ну же! — Не двигайся, — сказал Ванцзи. — Я сам. Лань Чжань перевернул супруга на живот, чтобы тот меньше сопротивлялся, и приподнял его за ягодицы. — Нет, не так, — захныкал Усянь. Он начал брыкаться с двойной силой, пока Ванцзи не приподнялся над ним. Вэй Ин шустро перекатился на спину, укладываясь под Лань Чжаня, чтобы плотно обхватить его спину ногами. Руки все еще были связаны над головой. Усянь улучил момент, чтобы обхватить ими шею супруга. — Развяжешь меня? — Нет. Усянь открыл рот в беззвучном крике, ощущая, как нагло и без предупреждения его заполнил Ванцзи. — Лань Чжань, что это ты в меня засунул? Разумеется, это был риторический вопрос. Нефрит своего супруга Усянь изучил уже вдоль и поперёк. «Каждый день» не проходил даром. Просто ему нравилось дразнить холодного Второго господина Лань, видя, как его уши окрашиваются в лёгкий розовый цвет. Пальцы на ногах непроизвольно поджались. Лань Чжань нарочно выбрал быстрый темп, вбиваясь максимально глубоко, прижимаясь раз за разом низом к упругим ягодицам. — Потише, пожалуйста, — попросил Вэй Ин. — Ты сам напросился, — сипло проговорил Ванцзи. Лань Чжань начал раз за разом совершать мерные толчки. От напора Ванцзи Усянь кричал каждый раз, совершенно не сдерживая себя. Лента спала с волос, и тёмные пряди рассыпались по подушке. — Лань Чжань, прошу, давай помедленнее, — взмолился Усянь. — Что если твой дядя услышит? Ты же не хочешь, чтобы я своими криками перебудил весь Гусу Лань? На секунду Ванцзи действительно остановился, но только для того, чтобы снова резко войти. — Кричи. — Хотя бы развяжи меня. Пожалуйста, мои руки действительно уже затекли. Ванцзи, предпочитающий в основном заниматься любовью в одной позе, удивил Усяня ещё раз. Он перевернул их, оказываясь теперь на спине. Вэй Ин гордо восседал на нём сверху, словно на почётном пьедестале. Лань Чжань потянул за узел, и лента спала с рук. Ванцзи потянул парня на себя, снова насаживая его на себя. — Постой! — стон заполонил стены комнаты. — Лань Чжань, прекрати! Не так глубоко! Очередной стон разбился о звук неприличного шлепка. Усянь состроил несчастный вид, словно ему было больно. — Я выхожу. — Нет, — Усянь ухватился за плечи Ванцзи, насаживаясь на его нефрит самостоятельно. — Лань Чжань, ты чувствуешь это? Юноша выпрямился и положил руку себе на живот. — Ты достаёшь мне прямо досюда. Ох, Лань Чжань, что же… ты… ах… постой… Усянь успел только пискнуть, ощущая, что его бёдра тянут сильнее вниз. До упора. Потом лёгкая передышка, но лишь для того, чтобы снова вонзиться в тело любимого. Усянь мог гордиться тем, что мог с лёгкостью раздразнить дракона внутри Лань Ванцзи. Лань Чжань положил свою руку на живот Усяня чуть ниже пупка, где с каждым новым толчком выпирал силуэт его нефрита, поглаживая большим пальцем точку Ци-хай*. И какими бы ни были новые причитания Вэй Усяня, Лань Чжань не отпускал его до самого утра. Да и сам Усянь не отпускал и не отстранялся от супруга. Они оба выдохлись после нескольких сражений, когда клановый ханьфу был напрочь испорчен. — Ну вот, мы испортили новое одеяние. В чём же я покажусь завтра? Видимо, всё же придётся ходить в моих старых одеждах, — Усянь без сожаления снял с себя халат и кинул на пол. — В сундуке есть ещё, — Ванцзи омыл своё тело и тело любимого влажными полотенцами. Убрал испорченный ханьфу и укрыл их одеялом. — Но я видел, там был только один комплект. — В цзинши стоят ещё несколько сундуков, — Ванцзи поцеловал супруга в лоб. — Что? Но… — Спокойной ночи, Вэй Ин. Лань Чжань погасил свечи и, довольный, уснул.