Альтернативная история

***

Встреча с кузиной перед походом перевернула его жизнь, заставляя жалеть о прошлом, осознавая свои поступки. Каждую ночь, проведенную вдали от Лале, шехзаде переносил тяжело. Он помнил её вкус, запах и шелковистость кожи, похожей на самый дорогой бархат. А ещё её огромные глаза цвета янтаря , которые так сладостно темнели, когда она злилась. Каждый раз воспоминания о ней сводили его с ума, и он порывался умчаться к ней, чтобы увидеть хоть на миг. Но он не должен был забывать о том, что он будущий султан, и у него есть прямые обязанности по отношению к своему народу. В такие моменты он хотел отречься от престола, чтобы жить себе спокойно, полностью предавшись тому, что ему больше всего нравилось на свете. Однако он прекрасно понимал, что во дворце полно врагов, готовых на все, чтобы заполучить власть в свои руки. Эти люди были противоположностью его отцу, считавшему, что хороший правитель должен во чтобы то ни стало, заботиться в первую очередь о своем народе. Мехмед услышал тихий стук, и позволил посетителю войти к себе. Это был его верный слуга, которого юноша везде с собой брал. Не раз тот спасал ему жизнь, обладая какими-то особенными способностями, предчувствуя надвигающуюся опасность. Поэтому, шехзаде ему доверял как самому себе.

***месяц спустя***

Лале сидела, тихо перебирая струны арфы, которая ей очень понравилась. Девушка напевала печальную песню о разлуке и смелых воинах, воспевая её к своим друзьям.Рисовать она после смерти Султана Мурада 2 больше не могла, опасаясь наказания. Она совершенно не обратила внимания на то, что её уединение было нарушено. Но вот её сердце внезапно зачастило, когда она ощутила присутствие того, кого больше всего не хотела здесь видеть. «Мехмед?!»

***

-Нет! Прошу, замолчи! Они не могли умереть! Они живы— она закрыла уши руками, качая головой, и зажмурив глаза, чтобы унять нервную пронзившую дрожь во всем теле. Друзья…Её друзья…Аслан и Влад…Они мертвы… Шехзаде подошел к ней, обхватив её, и прижав к себе, стараясь успокоить вырывающуюся кузину. Лале постаралась отпрянуть и ударить, но он крепко держал её. Сдавшись девушка прижалась к нему, не сдерживая рыдания. - Ненавижу... Прошептала она в ответ, отвернувшись от него. -Лале, прости, я сделал все, что смог… Шехзаде вышел из её покоев, грустно взглянув на девушку. Взяв кувшин она с ненавистью кинула его в огромное зеркало, которое находилось прямо напротив кровати, но оно даже не треснуло, а кувшин раскололся на несколько кусков. Лале вошла в кураж, начав раскидывать все, что попадалось ей под руки, а потом без сил упала на мягкий ковер, уткнувшись лбом в ослабевшие руки. Плечи её сотрясались в немых рыданиях, пока кто-то ласково не приобнял её, и не помог лечь в ту самую постель. Девушке было все равно, она безучастно уставилась в потолок, даже не обратив внимание на то, как кто-то все прибрал, разложил вещи по местам, укрыл её, и также тихо покинул комнату. Сейчас она была просто сосудом, пустым и холодным...

***

Церемония похорон проходила по самым лучшим традициям Османской империи. Весь народ оплакивал смерть Султана Мурада и воинов. Никто не мог поверить в то, что произошло. Казалось, это какой-то кошмарный сон, который должен был закончиться. Но нет, все было правдой. Прошла неделя после похорон, а Мехмед все ещё не мог оправиться от такого жестокого удара. Смерть отца, принятие трона и ответственности…Все уже не казалось так ярким и долгожданным, если бы была возможность, он бы ни минуты не раздумывая, отказался от всего этого, лишь бы вернуть к жизни отца. Никто не видел как он ночами дико кричал от боли и отчаяния, напоминая безумца, который метался по комнате, срывая злость на всем, что попадалось под руки. Его грудь сдавливали сдерживаемые рыдания, а мысли роем кружились в стучавшей голове. И лишь один вопрос его волновал: За что? Весь замок и гарем погрузились в траур, не играла больше музыка, не было слышно веселого смеха и щебетания сплетниц, каждый ходил в темных одеждах, погруженный в свои самые потаенные мысли. Казалось, общее горе объединило всех, более сплотило, показав, что не вечен мир и покой, тая в себе многие опасности. Так проходил день за днем.

***несколько недель спустя***

Постепенно жизнь возвращалась в свое русло, люди начали приходить в себя, а молодой Султан Мехмед с головой окунулся в государственные дела. Лишь раз Лале мельком смогла увидеть султана, случайно столкнувшись с ним в саду. Он шел с каким-то человеком, внимательно слушая его рассказ. Она сразу отметила, как впали его щеки, как под глазами залегли темные тени. Сейчас он словно стал старше и взрослее на несколько лет. Сердце девушки против воли сжалось от боли. А когда он взглянул на неё, то, казалось, абсолютно не узнал, равнодушно переведя взгляд дальше, будто бы она была одной статуй. Лале это сильно задело, но она не подала виду, склонив голову, и пройдя мимо, торопясь в свои покои. Единственное чего она не знала, так это то, что почти каждый день султан следил за ней в потайной комнате, наблюдая за тем, как она переодевается, расчесывается, умывается, готовится ко сну или беседует с Шахи-хатун. Ему становилось каждый раз легче, когда он просто смотрел на неё, надеясь искренне, что когда-нибудь она сама искренне ответит ему взаимной любовью на его чувства. Только в ней он видел все самое лучшее и прекрасное, словно она была ангелом, ниспосланным ему самим Аллахом, чтобы он смог перенести все тяжкое горе. Каждый раз он хотел войти в её покои, лечь рядом с ней и, крепко обняв, прижать её к себе, покрывая лицо и губы поцелуями, испивая её как щербет...

***несколько месяцев спустя***

Стоял теплый летний вечер, жизнь гарема вернулась в свое прежнее русло, девушки приступили к своим обязанностям, надеясь, что за прошедшее время, когда истек окончательно траур, теперь новый султан навестит их, дабы выбрать себе фаворитку. Лале молча наблюдала за этим, радуясь, что она не окажется на их месте. Она всё ещё жила своим прошлым, страшась отдаться настоящему, начать новую жизнь, впустить в сердце новую любовь, продолжая цепляться за образ умерших друзей, боясь предать их память. Душевные раны постепенно заживали, напоминая о себе лишь тоскливой ностальгией. Жизнь продолжалась, а значит, и она должна была жить, ради себя, ради друзей, которые этого бы хотели! Часто девушка любила посещать большую библиотеку, в которой были собраны многие издания книг со всего мира. Но больше всего ей нравились свитки, в которых повествовалось о других странах и об истории империи, то как она становилась обширной и могущественной. Вот и в этот вечер, Лале сидела на низкой софе, в сотый раз перечитывая историю великого султана Мурада I . Она не обратила внимания на то, как внезапно исчезла её наставница Шахи-Хатун. За окнами дворца уже совсем стемнело, девушки в гареме разошлись по своим комнатам, и наступила тишина. Было слышно лишь треск горевших свечей. Она потянулась, и вдруг вскрикнула, увидев в дверях Мехмеда, который стоял и смотрел на неё. Его глаза горели, напоминая два черных уголька, на нем был одет расшитый золотыми нитями камзол, голова была не покрыта чалмой, а отросшие черные волосы, спадали несколькими прядями на лоб. Сейчас он как никогда был похож на голодного хищника, с широко раздувающимися ноздрями. Сердце Лале гулко забилось, щеки раскраснелись, а перед взором предстало воспоминание о его сильном теле, которое она так часто видела в своих снах. Тряхнув головой, девушка поднялась, стараясь как можно дальше отойти от султана, который стал медленно и молча двигаться в её сторону. - Уже... довольно... поздно... Мне... следует вернуться к себе... От волнения она говорила с трудом и понимала, что несёт какую-то чушь, но мысли путались, а ладони вспотели. - Я... я как раз... читала про вашего….нашего прадеда... Мурада I... Она тихо выдохнула, заметив, как потеплел его взгляд, когда она упомянула про султана. Мехмед остановился, несколько раз сжав кулаки, он шумно выдохнул, стараясь унять возбуждение. - Присядь рядом со мной, Лале! Обещаю, что не прикоснусь к тебе... сейчас. Султан сел на ту самую софу, на которой лишь недавно располагалась девушка, и похлопав рядом с собой, кивнул ей. Та робко, напоминая испуганную лань, подошла, и присела на самый краешек, опасливо следя за ним. Мехмед улыбнулся. Он тихо заговорил о своей любви к великому предку, который был очень умён и силён духом и характером, он умел править страной жёсткой рукой, и не терпел, когда кто-то ставил под сомнение его слова. Юноша рассказывал, иногда они вместе смеялись над какой-то смешной ситуацией из их детства, потом ненадолго замолчали, когда он вспомнил о братьях. А после вновь приступил к своему увлекательному рассказу. Лале внимательно слушала его, задавала вопросы, и сама не заметила, как веки её отяжелели, и она погрузилась в сон. Мехмед улыбнулся, глянув на часы, которые показывали уже далеко за полночь. Аккуратно взяв свою кузину на руки, он вышел в полутемный коридор, где ждали его охранники. Евнух бросился, чтобы взять спящую на руки. Но султан взглядом остановил его, лишь сообщив, что сам справится. Мужчины переглянулись друг с другом, и последовали за своим султаном, впервые видя такое проявление заботы и нежности. Им стало ясно, что эта девушка значила для их владыки больше, чем он хотел показать на самом деле.

***

И вот теперь он был здесь, рядом с той, которая завладела всеми его мыслями и желаниями, лежала перед ним беззащитная и невинная. Она будет его! Мехмед тихо подошел к постели, скинув с себя камзол. Его тело было идеальным: широкие плечи, узкие бедра, сильные ноги. Кожа была хоть и бледной, но не портила общего впечатления. Юноша присел рядом с красавицей, проведя ладонью по её ноге, задирая платье. Лале что-то застонала, и перевернувшись на живот, вновь погрузилась в сладостный сон. Он улыбнулся, вновь положив руку на её ногу, и стал нежно поглаживать её, поднимаясь все выше. Вот его ладонь накрыла ягодицы спящей, ласково сжав их, потом поднялась выше, круговыми движениями он погладил её спину, развязывая платье и аккуратно спуская. Мехмед склонился, и стал нежно покрывать лопатками поцелуями. Девушка затрепетала, вздрогнув, когда его рука стала поглаживать её нежные складочки через ткань нижних шаровар. (прим. Шаровары были аналогом нижнего белья в Османской империи) Он вновь целовал её, покрывая все её тело легкими поцелуями. Её тело отзывалось на его прикосновения, а между ног разгорелось пламя. Девушка тихо застонала, даже не подозревая, что сон был реальностью. Ей было хорошо и приятно, теплые волны накрыли её, разгораясь в ней жидким пламенем. Бессознательно она стала требовать большего. Девушка сладостно застонала, что-то прошептав, продолжая пребывать в плену сказочного сна, похожего на реальность и перевернулась обратно. Мехмед вновь улыбнулся, распалившись не на шутку. Его мужское достоинство было твердым и готово к атаке её потайных глубин, но он не хотел торопиться. Медленно стал спускаться по изгибу её шеи. Приласкал затвердевшие соски, уделив каждому особое внимание, пока его пальцы ласкали лоно Лале, изгибающейся в его объятиях. Вот он спустился еще ниже, снимая лишнюю одежду, обвел языком дрожавший живот и подул.

***

Лале вздохнула, когда ощутила легкое дуновение на своей коже живота. Девушка сонно распахнула глаза, и вдруг поняла, что находилась в покоях султана, и была абсолютно голой,а над ней склонился обнаженный Мехмед, внимательно смотревший в её испуганные глаза. - Лале! Ты так нужна мне... Тихо прошептал Мехмед, накрывая её губы своими, завладев её ротиком, проникнув глубоко языком, пока сильные руки ласкали проснувшееся тело. Она услышала мольбу в его хриплом голосе. Сердце сжалось от боли и тоски, а предательское тело уже стало реагировать на его присутствие. Она покачала отрицательно головой, все ещё стараясь прислушиваться к доводам разума, но когда его теплые губы прикоснулись к ней, разом рухнула выстроенная перед ним стена, и девушка с тихим стоном ответила на его поцелуй, полностью признав свою капитуляцию. Лале робко встретилась своим языком с его, обвив шею султана. Его легкая щетина приятно покалывала её щеки и губы, задевая нежный изгиб шеи, отчего все её ощущения в раз накалились. Он стал медленно прокладывать дорожку из поцелуев к её плечу, потом пробежался по груди, и вот его губы всосали затвердевший сосок, а ладонь накрыла вторую грудку, не оставив без внимания и вторую вершинку. Девушка тихо постанывала, крепко зажмурив глаза. Она твердила себе, что делает это лишь из жалости к султану, что сейчас он как никогда нуждался в ней, но сама же с ужасом признала, что ей не хватало его рук и губ, что в глубинах сознания она вспоминала о нем, что часто во снах видела себя в его объятиях. Девушка и сама не могла понять, как такое могло с ней произойти, ведь когда она была в сознании, то боялась, избегала и его. Но стоило ему прикоснуться к ней, и весь страх исчезал. Это не укладывалось в голове! Но сейчас, когда его губы спускались ниже, Лале испытывала огромное удовольствие и трепет, пронзающий все напрягшееся тело. Сильные руки, казалось, не оставили ни одного сантиметра, которые бы не погладили. Голова Лале кружилась, волосы разметались по подушке, а на лбу выступила испарина. — Ааааххх!!! Простонала распростертая на шелковых простынях девушка, когда горячий язык Мехмеда скользнул внутрь её лона, уже истекающего любовными соками. Он стал с упоением лизать её, теребить набухший клитор, наслаждаясь стонами и вздохами Лале, которая сейчас без оглядки отдалась ему.

***

Мехмед не мог поверить, что его нежный тюльпан, его сладкий лукум сейчас лежала под ним, раскрытая и жаркая, истекающая соками любви, и готовая принять его в себя. Как долго он мечтал об этом! О Аллах, спасибо за такой чудесный подарок! Султан раздвинул пальцами припухшие половые губки, истекающие любовными соками, и стал с усердием лизать её пещерку, наслаждаясь вкусом этой еще невинной плоти. Она была божественна! Еще ни одна наложница не доставляла ему столь безумного удовольствия, как эта!

***

Она выгибалась, её пальцы запутались в его жестких волосах, а из горла вырывались все громче и громче стоны. Лале пребывала в безумном состоянии, волны наслаждения накатывали на неё, напоминая заряды молнии, посылая в её сердцевину импульсы непреодолимого желания. Лишь на миг она вынырнула из забытья, встретившись с чёрными глазами Мехмеда... Ох, как же ей было хорошо! Она вновь впала в блаженство, полностью отдавшись на волю своего султана, который сводил её сума. Девушка хотела большего, она горела, прикосновения его жгли её кожу. - Прошу... я... ммм... Лале бессвязно что-то шептала, сама не понимая, чего просит у ласкавшего её мужчины. Но накопившееся в ней желание, разрывало её на части, ища выход. И в тот момент, когда она думала, что уже не сможет выдержать большего, её лоно вдруг пронзила секундная боль от резкого толчка чего-то большого и горячего. Девушка вскрикнула, сжавшись, и постаравшись оттолкнуть то, что растягивало её нежные складки, но её бедра крепко держали, а что-то огромное и тугое продолжало глубже проникать в её лоно. Она с облегчением выдохнула, когда ощутила свободу, но в следующий миг её вновь пронзило орудие, заполнив до самого конца. Однако она больше не ощущала боли, ей было хорошо, и вот уже раз за разом в неё проникало это что-то, отчего её тело взорвалось от новых ощущений. Все было как в тумане, и лишь перед глазами стояли два темных пятна, внимательно наблюдавших за ней. Лале закрыла глаза, прикусив губу, чувствуя, как её тело наполнилось неимоверной энергией, готовое в любую минуту взорваться. И на самом пике оргазма, девушка громко выкрикнула его имя: - Мехмед! Она сотрясалась, ноги и руки стали ватными, перед глазами все сверкало и расплывалось, между ног разлился огонь. Ей было хорошо как никогда... Мехмед в последний раз резко вонзился в её тугое и упругое лоно, с готовностью вобравшее всего его до самого конца, и бурно излил свое семя.

***

Очнувшись в его объятьях,в его покоях, девушка вскрикнула . Судорожно схватив простынь, она поспешила скрыть свою наготу от его глаз, отбежав подальше от кровати. Разум вновь завладел ею, окатив её ужасом того, что она недавно по доброй воле отдалась Мехмеду. Тому, кто пытался ей овладеть несколько лет назад, тому кто не смог уберечь её друзей от атаки врагов и тебе погибли на поле боя. Этот человек воспринимал её лишь как игрушку для любовных утех, а когда она надоест ему, её судьба будет такой же несчастной, как и судьба всех его других наложниц, заточенных в этой огромной золотой клетке! Нет, не этого она хотела! Мужчина должен был любить её, а она его!

***

Мехмед поднялся с кровати, глаза его удивленно распахнулись,скидывая остатки сна, и не скрывая своей наготы, он медленно двинулся в сторону Лале, которая испуганно пятилась от него. О Аллах! Да она просто сведет его сума своими выходками! Вначале она с искренней страстью ответила ему на его ласки, а теперь, неожиданно пытается сбежать от него. Ох, как же он сейчас был зол! Ещё ни одна девушка не могла вывести его из себя, а эта умудрялась каждый раз привести его в неописуемую ярость. Лале продолжала отступать, неотрывно следя за султаном, который все ближе приближался к ней. И сердце её замерло, когда неожиданно девушка соприкоснулась с чем-то холодным и твердым. Мельком взглянув, несчастная поняла, что была прижата к огромному зеркалу. Мехмед припер её к нему, продолжая неотрывно смотреть ей в глаза: - Неужели ты думала сбежать от меня, мой сладкий лукум? Прошипел он, крепко сжав дрожавшую девушку. - Это... это... безумие... Вскричала та, и попыталась вырваться, когда султан резким движением сорвал с неё простынь. Оба тяжело дышали, прекрасно понимая, что им хорошо был известен исход, однако, никто не хотел уступать. Ярость и ненависть взорвалась, переплетясь с искрами страсти и вожделения. Словно дикий зверь, Мехмед набросился на неё, резко развернув её лицом к зеркалу, заставив смотреть на их отражение. Взгляды встретились, а его руки стали ласкать её груди, потом спустились по напряженному животу, и вот его пальцы накрыли трепещущее лоно. Лале не могла оторваться от столь завораживающего зрелища, видя его черные глаза,в которых разгорался огонь желания, видя, как ладони скользят по её телу . Их дыхание было сбивчивым и хриплым, тела вспотели и покрылись капельками соленого пота. Мехмед продолжал настойчиво и властно ласкать все ещё сопротивляющуюся девушку, и вот он заставил её опереться ладонями о зеркало, немного приподняв женственные бедра. Не отрывая своего взгляда, султан мощным рывком вошел в её скользкое лоно, глубоко проникнув, удерживая бедра руками. Девушка вскрикнула, неотрывно смотря в его темные глаза, продолжавшие словно гипнотизировать её. Очень медленно он почти выскользнул из неё, внимательно следя за её реакцией, и сразу же сильно вонзился, наполнив до самого конца, начав с упорством и настойчивостью вонзаться в её податливое тело, которое уже во всю отвечало ему, несмотря на то, что в глазах её все ещё кипели страх и ненависть. Мехмед вновь остановился, перейдя на медленные поступающие движения, каждый раз почти выскальзывая из неё, чтобы в следующий миг вновь всецело пронзить своим твердым и скользким копьем. Лале закусила губу, она чувствовала, как волны оргазма неуклонно подступали к ней, и закрыла глаза, чтобы не видеть победного блеска глаз Мехмеда. —Смотри на меня, Лале! Смотри же! Выкрикнул он, вновь резко вонзившись в неё, притянув девушку к себе, и обхватив руками за талию. — Нет... не хочу... — Посмотри же на меня, Лале! Я люблю тебя... Она распахнула свои очи,от услышанного, встретившись с его черными глазами, и он нежно улыбнулся, с усердием заработав бедрами. Оба кончили одновременно, тесно прижавшись друг к другу. Лале хрипло дышала, дрожа от невероятных и необычных ощущений. Она проиграла в этой борьбе…Она в него влюбилась с того момента как вновь увидела перед походом, как бы этого не отрицала… Мехмед бережно подхватил на руки девушку, и отнес к кровати, укладывая и прижимая к себе. -Я люблю тебя, Лале. Но последние слова она уже не слышала, провалившись в сон.