Эффективность

— Ты снова тащишь Фатуй в ту комнату? — Дилюк не возражает желанию Кэйи напиться сегодня. Все-таки тоже человек, и выпытывать информацию через постель на трезвую голову отвратительно. — Мерзость. Альберих только согласно вскидывает брови. Да, мерзко. Зато эффективно. Особенно с молодыми дипломатками, которые подкупаются на сладкие речи капитана. — В следующий раз не дам ключи. — он очень хочет сказать, что беспокоится, что это до добра не доведет. Хочет, но вместо этого изо рта брызжет яд. Он понимает, что это необходимо, что это лучше, чем плен и пытки, что это эффективно, но от одной мысли, что друга практически насилуют, что он спит с незнакомыми людьми не потому, что хочет, а потому, что нужно, становится плохо. Кэйа был бы счастлив отмазаться от этого, мол, комната закрыта, ключи не дал злобный бармен, в отель не пускают, и вообще ничего не получается. Но без этого Монд практически беззащитен. Это чуть ли не самый результативный метод разведки. Он опрокидывает очередной стакан и встает из-за стойки, натягивая образ обворожительного манерного парня. — Будь осторожен. — вырывается из уст Дилюка. Он сам не понял, как смог это сказать. В ответ — горькая усмешка. — Не переживай, братишка. Это должен кто-то делать. Альберих возвращается под закрытие, заказывая еще несколько коктейлей.

***

Дилюк словно в тумане поднимается на второй этаж. Крики бьют молотом по голове. Ключ с трудом попадает в скважину, и дверь открывается рывком. Рагнвиндр старается не смотреть на происходящее, а только внимательно глядеть на лица. — Выметайтесь нахуй из этой таверны! — винодел, кажется, сорвет связки — А ты что же, парниша, к нему хочешь? — здоровый мужчина кивает вниз, на кровать, но у Дилюка в устремленных в чужие глаза радужках пляшут языки пламенного гнева. Он призывает меч, на что посетители, хмыкая, уходят, толкая его в проходе. Винодел подходит к кровати. Образ улыбчивого капитана в голове быстро трескается и разлетается прочь. Кэйа в порванной одежде, сжимается и дрожит. Дилюк невероятно зол на себя и на того, кто это сделал, а взгляд синих глаз потерян до ужаса, что проникает, кажется, под сердечную сумку Рагнвиндра. Идиот, придурок! Мог бы позвать на помощь, или хотя бы захватить меч! Он одергивает себя. Орать или замахиваться на друга — худшее, что можно сделать в данный момент. — Кэйа! Кэйа, ты меня слышишь?! В ответ только немигающий взгляд, направленный на беспокойное лицо. Дилюк берет капитана за запястья и чувствует что-то теплое и липкое. Нельзя смотреть, нельзя смотреть, не сейчас. Мужчина что-то бормочет про себя и укладывает брата. Ему нужен отдых, а Дилюку — придумать как привести его в себя. Руки на смуглых щеках, дрожащий голос зовет. — Кэйа, посмотри на меня! Состояние рыцаря едва можно назвать сознательным. Альберих наконец осмысленно смотрит на Дилюка и хрипло повторяет чужое имя. Дрожь не проходит, и кажется вечной. Его заворачивают в плед, греют, и одной селестии известно, сколько времени они так проводят, пока заезженная пластинка Кэйи не сменяется чуть ли не жалобным стоном. — Люк… Больно. — мужчина наконец срывается на плач. Таким беспомощным он не был никогда. Ни в дождь, когда отец оставил его, ни ночью, когда такое родное пламя едва не сожрало парня. У Дилюка срывается шумный болезненный вздох. Его резали. Ему рвали волосы и сильно били. Его насиловали до того, что ягодицы и их внутренняя часть были в крови. Винодел с трудом сдерживает желание разбить здесь все к чертям собачьим, убить каждого, кто знал, что происходит и не помог, не сказал или допустил… Нельзя. Потом разберется, и отомстит. Сейчас перед ним Кэйа, который… О состоянии которого даже думать не хочется. Кэйа засыпает, но дергается даже во сне. Альберих кричит и сжимает простыни, не просыпаясь. Его не сломали смерти всей его семьи. Его не сломало исчезновение отца. Его не сломала даже ссора с Дилюком. Его сломали вместе с одной из костей сколько-то странников, из комиссии, название которой он и не помнит. Конечно, он восстановится, будет шутить и улыбаться еще больше. Но блять… Дилюк подрывается от крика и зажмуривается. Архонты, как же ужасно… — Эй… что же, бездна подери, у них в голове было?! Рагнвиндр вновь осматривает все раны. Прижигает там, где это поможет. Не в силах держаться равнодушным, проводит рукой по голове. Даже волосы липкие. Кэйа не было рядом в нужный момент, а Дилюк не оставит. Потому что уже терял Кэйю.