Вот ваш пропуск в horny jail

Ох чёрт, кто же знал, что этот портал вёл не в соседнее безопасное здание, а в другое, мать его, измерение?! Октейн не был напуган, отнюдь, только очень сильно возмущён и огорчен таким раскладом событий: после игр они с Натали договорились встретиться у него в номере, и парень уже был полон предвкушения вечера. Но раз очутился здесь, то с этим надо что-то делать. А, портал закрылся сам собой? Фантастика. Где выход-то теперь искать? Октавио попытался выйти на связь через рацию, но ответа не последовало. Он один. Оставаться на месте вряд ли разумное решение (впрочем, когда это он разумом руководствовался в последний раз?), но куда идти? На его мысленный вопрос так вовремя ответил жуткий голос из колонок, пуще обычного роботизированный: — Добро пожаловать в мой мир, «легенды». Надеетесь выбраться отсюда живыми? У вас есть шанс. Через час самых удачливых из вас заберёт эвакуационный корабль. Остальные сильно не расстраивайтесь. Смерть — ещё далеко не конец. Здесь... Вы научитесь бояться собственной тени, — затем последовал злобный, хитрый смех, и колонки замолкли. Сильву передёрнуло. Может это ему снится? Ай, щипнулось больно — значит не сон. Портал вёл в Город Черепа в Королевском Каньоне, только вместо привычного солнца здесь светила яркая луна. В какое бы здание Октейн ни зашёл — на полу стоят свечи из красного воска, а в углах висит любопытно большая паутина. Вдруг, испанец услышал шаги поблизости, и поспешил пойти на звук. Обладателем шагов оказалась Ваттсон... Или нет? Вместо привычного свитера с подобием шлема, на ней пепельного цвета костюм и багровая куртка с вышитыми летучими мышками. Угольные волосы не прикрыты, а губы накрашены вызывающей красной помадой. Как это может быть Нат? Хотя если это другой мир... Она заметила Октавио до того, как тот успел что-либо предпринять, и сразу же направилась к нему. — Привет, Окти, — и, хотя первым его порывом было навести дуло и выстрелить, стрелять он не стал. Потому что никто, кроме Нат, не называл его так, — Сладкий Окти. Девушка подошла вплотную, нисколечко не боясь направленного на неё оружия. Более того, она смело взяла карабин из рук испанца и выбросила. — Боишься меня, сладенький? — напускно-разочарованно произнесла та, — Не бойся, я не причиню тебе вреда. Ну, разве что чуть-чуть, — она аккуратно стянула с него маску и положила руки на мужские плечи. Теперь настоящий адреналин, а не химозный от стимуляторов, разгонял кровь по его сосудам. Ему было одновременно некомфортно и приятно. Некомфортно, потому что это — другое измерение, в нём другие люди (или, вернее сказать, существа?), другая... Натали. А приятно — это всё-таки девушка с внешностью Нат, которая вешалась ему на шею при встрече, прижимаясь непозволительно близко и интимно, и в какой-то степени раздевая его. Парень искренне не знал, что делать, но на всякий случай предпочёл не сопротивляться. — Видишь? Доверься мне, — тот факт, что она до сих пор стоит на ногах, уже является доказательством доверия, — Я всего лишь... Девушка подтянулась на носочках и лизнула его шею. Тот шумно выдохнул через нос, прикрыв веки. Она увлечённо продолжила своё занятие, слишком усердно лаская определённый участок кожи, пока вдруг не впилась в него двумя острыми клыками. Сильва зашипел от внезапной боли, а вампирша, как и ожидалось, начала жадно сосать кровь. Произошедшее привело легенду в ступор, он не сразу попытался оттолкнуть монстра от себя, но когда ему удалось... мальчик, лучше бы ты её не злил. Со злобным криком та набросилась на Октавио и повалила на пыльную землю, вновь присосавшись к двум маленьким дыркам. С прошествием времени из-за кровопотери сопротивляться было всё труднее. Но она как будто решила пощадить его: не выпивать всё до конца. — Сладкий, я же обещала, что не причиню вреда. Не сопротивляйся, — мило улыбаясь, посоветовала она. Её губы набухли, а подбородок испачкался в алой жидкости. Пальцами в перчатках вампирша нежно размазала кровь из ранки по чётко выраженному торсу — только чтобы соблазнительно медленно и трепетно очистить дорожку влажным и холодным языком. Под пупком, у самых шорт, девушка решила задержаться, выводя языком загадочные узоры и легко чмокая оливковую кожу. Октейн запустил ладонь в её волосы, лениво пытаясь оттащить, но та лишь усмехнулась, прежде чем вернуться на уровень его лица. — Зря ты так, Окти, — она накрыла его губы своими, и Сильва понял — никакой помады и не было. Только кровь, металлический привкус которой остался у него во рту после бурного поцелуя. Через пару секунд перерыва она втянула его в новый, такой же активный и страстный. А её ладонь медленно опускалась под ткань шорт, затем — под резинку трусов, пока не дотронулась до лишь слегка эрегированного члена. — Ох, так ты совсем не рад? Это надо исправить. Тогда вампирша спустила мешающую одежду вниз, так, чтобы половой орган предстал перед её розовым личиком во всей красе. Обхватив ладонью ствол, она не стала церемониться и сразу заглотила головку целиком, немного пососав, что дало ощутимый результат — пенис упруго поднялся. Ухмыльнувшись, девушка начала заглатывать глубже, помогая себе рукой. А резиновая перчатка нисколько не снижала остроту ощущений. Октейну ничего не оставалось делать, кроме как удовлетворенно и сдержанно стонать: после каждого темпа брюнетка искусно водила языком по головке и целовала фаллос. И делала это настолько приятно и правильно, что Сильва, неожиданно даже для себя, кончил ей в рот меньше чем за две минуты. — А разве, — чтобы избавиться от хрипотцы в голосе, тот кашлянул, — разве клыки не должны были мешать? — Мы можем их втягивать, Окти, — ответила она, сплюнув сперму, — Но если ты хочешь, то я могу... — Нет-нет, н-не надо! — резко оборвал он её и отполз подальше, торопливо надевая всё обратно под осуждающий взгляд роковой красотки. — Останься подольше... Нам же было так хорошо... — грустно протянула она, смотря на Октавио щенячьими глазами и медленно подползая ближе. А что было дальше он не помнил, поскольку так удачно потерял сознание. *** — Окти! Окти, ты очнулся! — Нат? Что... — открыв глаза, он обнаружил себя на больничной койке, в сгиб локтя была воткнута игла от капельницы. У изголовья сидела Пэккет, счастливо улыбаясь ему и обнимая небритое лицо ладонью, любовно потирая скулу большим пальцем, — Что произошло? — Ты потерял сознание от кровопотери на играх, так что тебя привезли сюда. Ты весь день пролежал тут, пока не очнулся. — Правда? — Натали кивнула, и Октейн тяжело вздохнул, — Мне нужно... кое-что тебе рассказать.