Только между нами

Неловкость, которую испытывала Агата после того, как поддалась соблазну и решилась сделать шаг навстречу своим желаниям, слишком сильно мешала тренировочному процессу. На очередной тренировке, изучая новое вращение, она чувствовала исходящую от Саши настороженность, излишнюю серьезность и сдержанность. Исчезли улыбки, привычные шутки, подколы, исполнение элемента постоянно срывалось, но вместо того, чтобы посмеяться над неудачей и вновь приступить к отработке, Саша оставлял Агату на льду, раз за разом повторять движения, а сам уходил на трибуну, утыкаясь взглядом в смартфон. Возвращался только когда его подзывал тренер. И пока поклонники ждали от своей любимой пары новых совместных сториз и роликов в ТикТок, Агата с Сашей расходились по разные стороны катка, пребывая в состоянии полнейшей растерянности. Сумбур, невообразимый хаос в мыслях и непонимание, как ей быть дальше и как себя вести - Агате были несвойственны подобные размышления, ведь раньше она спокойно флиртовала с мужчинами, не задумываясь о своей и без того небезупречной репутации, не испытывала угрызений совести и уж точно не чувствовала себя в чем-то виноватой, однако на этот раз все было иначе. По прошествии пары дней в сети начали появляться провокационные ролики, скомбинированные из сториз и видео, в которых делались явные намеки на роман участников "Ледникового периода". В комментариях поклонники выражали надежды на то, что их кумиры станут парой не только на льду, но и в жизни, восхищались красотой партнерши и силой, мужественностью партнера. И вот тогда Агата отчетливо ощутила то, что Саша стал ее сторониться. Причем если до этого никто из коллег особо не акцентировал внимания на том, сколько времени ребята проводят вместе, просто ухмылялись на их совместные сториз, то сейчас практически все заметили напряжение и дискомфорт, появившиеся в паре. Сашу насторожил тот факт, что после тренировки на льду даже обычно улыбчивая и пребывающая в хорошем настроении Наташа, не подъехала к нему, просто издалека махнула рукой и скрылась за дверью, ведущей в коридор. Догнать девушку ему не составило особого труда. - У тебя все в порядке? - К чему вопрос? - Наташа избегала взгляда глаза в глаза и, просматривая инстаграм, отмечала все подряд комментарии лайками. - Переживаю за тебя. - М... - неопределенно протянула она. - Все хорошо, спасибо за заботу. - Наташ, я серьезно, что такое? Вроде не ругались, а у меня ощущение, что я где-то накосячил. - Ну ты же не косячил, значит все нормально... - Мне не нравится, что мы стали меньше общаться, реально, мне не хватает этого. - А мне показалось тебе вполне весело на тренировках. Саша улыбнулся: - Ааа, все-таки ревнуешь. Услышав это, Наташа вспыхнула и смерила его недоумевающим взглядом: - Ты о чем? - Тебя же журналисты спросили на интервью, не ревнуешь ли ты меня к другим партнершам на льду. Ты сказала, что не ревнуешь. - Чтобы я тебя ревновала? Ха ха, ха! - подключила наушники, показывая, что разговор закончен. - Ну-ну, - то, что слова Наташи шли вразрез с ее тоном и поведением, Саше, разумеется, очень даже льстило. - Сань, мне отдохнуть надо, пока Никита отъехал. Извини. Включив музыку, Наталья уверенной твердой походкой направилась по коридору к раздевалкам. Слушая одну из своих любимых композиций старалась не думать о том, как Саша смотрит вслед. Теперь ей становилось не по себе при мыслях о нем, смесь разочарования, ревности и досады мешала адекватно воспринимать случившееся и наибольшая глупость состояла как раз в обиде на мужчину, по факту ей не принадлежащего. Смешно сказать, но ревновала она его как своего партнера, размышления о жене Саши ее даже не посещали. Добравшись до раздевалки, Наташа усилием воли заставила себя переключиться, сосредоточиться на обдумывании рабочих моментов и подготовке очередного номера, однако спустя пару минут послышался громкий смех одной из ассистенток, затем голос Агаты, дверь распахнулась - сразу стало понятно, что ни отдохнуть, ни подумать над постановкой не получится. - Ну бомба будет, говорю тебе. Про Милохина с Медведевой везде уже пишут, что у них роман. Теперь про вас с Сашкой писать будут, - девушка произнесла это, не прекращая смеяться. - Ты жену его видела? - Видела и что? Кукла, красивая, коллекционная. А ты ого-о-онь! Да, Натали, скажи Агата у нас шикарна? У нас на проекте девочки самые лучшие. - Натали моя любовь, - с этими словами Агата подошла к Наталье и от души, крепко-крепко обняла ее. - Мы ж любим друг друга?! - Обожаем, - Наташа растянула губы в улыбке, но взгляд глаз чайного цвета оставался серьезным. - Зачем нам Сашка, правда? Нам и вдвоем хорошо. - Действительно, зачем... Никто из них не догадывался об истинных чувствах и эмоциях друг друга, но обе изображали наигранную веселость, чтобы не вызывать лишних подозрений со стороны. Женя безуспешно пыталась дозвониться до Дани, но автоответчик беспрестанно сообщал о том, что абонент временно недоступен и можно оставить ему сообщение. - Черт, - выругалась, отключая смартфон, усиленно раздумывая, где может находиться ее партнер. До начала раскатки оставалось всего полчаса, из-за рекламных съемок Милохина их пара и так пропустила вчерашнюю тренировку, поэтому Женя нервничала все сильнее. - Привет. Мы думали тебя не будет сегодня, - услышала она голос Алины и недоуменно обернулась. - С чего бы? Я тренироваться собираюсь. - Без Дани? - Алина расчехлила коньки, вышла на лед, чтобы немного раскататься, повторить несложные элементы, и заметила, что Женя тут же поднялась к трибуне. - Он скоро приедет, задерживается. - Тебе разве не позвонили, не сообщили? По удивленному выражению лица было понятно, что никто никому не звонил и о чем шла речь, Женя даже не догадывалась. - Даня в больнице, увезли на скорой. - Как?! - испуганный возглас вырвался непроизвольно, отдаваясь звоном в ушах. - Что случилось? - Сознание потерял, хорошо, что агент рядом оказался... - В какой он больнице? Я прямо сейчас туда поеду. Алина не успела ничего ответить, но поняла, что подобная новость буквально оглушила ее коллегу и даже сообщи она адрес, ее вряд ли бы услышали. Женя заметалась около трибун, чувствуя, что сердце вот-вот выскочит из груди от сильного волнения. В голове образовался гудящий вакуум, полнейшая растерянность вытеснила первоначальный порыв быстрее бежать в больницу. Куда ехать, в какой он палате... Удивительно, но не промелькнуло ни единой мысли насчет дальнейшего участия в проекте, оставался лишь страх, что с Даней может случиться что-то ужасное, ведь удар головой об лед на первом эфире и пусть небольшое, но сотрясение, это нешуточная травма, в некоторых случаях имеющая отдаленные последствия. Узнать, в какую больницу госпитализировали Милохина удалось из многочисленных публикаций СМИ, которые в подробностях описывали тяжелое состояние кумира молодежи, появились первые снимки, как Даню на носилках заносят в лечебное учреждение, подробности очевидцев говорили о том, что блогер не приходил в сознание. Пока Женя, на огромной скорости ехала по проспекту, новости одной из радиостанций так же поведали о несчастье, случившемся с ее партнером, вот только в этой версии Даню увезли врачи прямо с тренировки, что в принципе было откровенным враньем. Наконец, припарковавшись, захлопнув дверь автомобиля и даже не проверив сигнализацию, с колотящимся сердцем, влажными от волнения ладонями, покрасневшими от слез глазами Женя вбежала в помещение больницы, принявшись тут же выяснять, как ей попасть к Милохину и каково его состояние. Она не обращала внимания на собравшихся журналистов, делающих снимки, игнорировала вопросы, и впервые испытывала такой страх за какого-то другого, не родного ей человека. Среди всей этой суматохи и хаоса в мыслях, ее взяла за руку молоденькая медсестра, шепнула на ухо, чтобы Женя следовала за ней и повела по узкому коридору к лифту. Несколько этажей, полумрак, затем отделение за запертой дверью - все меньше оставалось понимания, что здесь происходит. - Евгения, успокойтесь, пожалуйста, все хорошо, - медсестра ободряюще улыбнулась. Она открыла дверь палаты, в глаза ударил яркий свет, и перед Женей предстал абсолютно здоровый Даня, с сияющей улыбкой, одетый в смешную желтую майку с нарисованными червяками. - Н-не поняла... - Женя отступила назад, вжавшись спиной в высокий шкаф, стоящий у стены. - Сюрприииз, извини, что цветами тебя не встретил, ну сама понимаешь, там эти шавки журналисты везде. - Я... Ты же... - она хватала ртом воздух, ничего не соображая. - Мне сказали... - Типа я откинулся уже? - Сказали, что ты... без сознания... на скорой... - Ну да, круто мы придумали? - В смысле... В смысле... Придумали?! - дышать становилось сложнее и кружилась голова. - Это все... Вранье?! - Конечно. Я тут, молодой, вполне здоровый. Надо было закинуть повод для обсуждений, рейтинги мои падают, слишком правильный я с тобой стал. Публика интерес теряет. Женя расстегнула кожаную куртку, пробуя вдохнуть, но казалось, что в помещении невыносимо душно, хотелось прохлады. - Ты... идиот... Дебил... - она часто-часто моргала, чтобы хоть немного сдержать слезы, подбирая как можно более обидные слова. Не могла поверить, как так повелась на уловки хайпующего на всем блогера. - Ну ты че, Женьк, тебя там тоже должны были сфоткать, писать будут как ты приезжала, поддерживала, переживала, а мы потом такие на тренировку приедем и напишут, что твоя вера в меня спасла... - Какой же ты... придурок... - Женя дернула ручку двери, желая немедленно свалить от этого клоуна, который видел единственной своей целью достижение популярности любым способом. Забыв, что дверь открывается наружу, она, глотая слезы, в очередной раз потянула на себя холодный хромированный шар. - Эй, ээй, ты что?! Даня мигом оказался рядом и понял, что шутки закончились, Женю трясло мелкой дрожью, что в таком случае делать - он не знал, ему раньше не приходилось видеть женские слезы, разве что наигранно-вымученные, но это было совсем другое. - Ты только... о себе... - плечи вздрагивали, на щеках красовались потеки черной туши. - Жень, хватит, ну... прости... Я же не думал... - Да ты вообще не умеешь думать, у тебя мозгов на это не хватит! - закричала девушка, не задумываясь о том, что персонал может услышать. - Что в твоей башке есть, кроме денег, хайпа и тупых шуток?! - Ты есть, - Даня уверенно, обеими руками пригвоздил ее к двери и, увидев, как расширяются зрачки темно-карих девичьих глаз, в которых плескался страх неизвестности, отбросив все сомнения, прижался своими губами к приоткрывшимся мягким, невероятно-теплым губам Жени. Аромат ментола, смешавшийся с солоноватым привкусом слез. Секундный шок, когда все вокруг, казалось замерло. Даня сделал шаг назад в полной тишине. Женя все еще стояла на одном месте, понемногу приходя в себя. Никому не хотелось нарушать молчание, да и что тут говорить? Когда тишина стала совсем уже невыносимой, Даня все же вымолвил, не слишком задумываясь о том, что будет дальше. - Я не знал, что ты начнешь.. Так переживать. - Он отвернулся, потому что не мог видеть, как она прожигает его взглядом, полным немого упрека. - Моя команда решила, что надо придумать повод. - А если в следующий раз они придумают, что ты наркоман, что кокаин у тебя нашли... - нахлынувшее облегчение от того, что с Даней все нормально, вызвало легкий озноб и Женя обхватила себя руками. - Придумывали уже. Никто не поверил. - Ты мог мне позвонить? Предупредить?! - Да мы никому не сообщали, чтобы больше было на правду похоже. - Я звонила сама, у тебя телефон недоступен. С каждым ее словом Дане становилось все неприятнее, и дело не в том, что приходилось оправдываться, просто в такие минуты его одолевало гадкое ощущение собственной ничтожности. - Отключил его. Журналисты звонили бы... - Почему же ты именно мне достался? - устало выдохнула Женя. - С другой мне бы не хотелось стать лучше. - Милохин, да хватит уже! Я не понимаю, прикалываешься ты или нет, ради хайпа ходишь на тренировки или потому, что тебе это нравится, я ничего вообще о тебе не знаю. Даня молчал, чтобы услышать свой внутренний голос. Обычно он вел с ним диалоги, порой казалось, что шизофрения уже близко, такими эмоциональными и содержательными были беседы. Разговоры с самим собой прекращались во время тусовок, мероприятий, когда принятый алкоголь расслаблял и окружающие отвлекали Даню от словесных пикировок со своим вторым "я". Прекращались они и тогда, когда Даня находился на льду, когда болтал с Женей, когда снимал с ней забавные видео или отдыхал, сидя рядом на трибуне, положив голову к ней на плечо. Женя спасала его от одиночества, которое он постоянно, ежеминутно испытывал, даже находясь среди фанатов, коллег и своей команды. И сейчас внутренний голос молчал. - Когда съемки в Леднике закончатся, поедем вместе отдыхать. Там и узнаешь обо мне, что захочешь, - произнес Даня, все еще не оборачиваясь. - Ты уверен, что тебе разрешат уехать? Твоя команда, агент, или кто там тебе это все придумывает. - Скажу, что меня похитили. Хейтеры. Смотаемся куда-нибудь на острова. Здесь зима начнется, а мы с тобой в океане будем плавать, рыбок ловить. Ну что? Как тебе идея? - Папарацци с собой возьмешь? Чтобы делали фоточки твоей охоты на рыб и сочиняли про то, как ты акулу голыми руками поймал. - Женьк, ну извини, ну вот такой я иногда бываю. Ну никак без этого сейчас. Женя неопределенно покачала головой, взяла с Дани обещание, что на завтрашнюю тренировку он обязательно появится и, позволив чмокнуть себя в щеку, вышла в коридор. Ей о многом следовало подумать.