Маяк

- Дейти, прячься! - приказал ему мгновенно Тан. Дейти растерялся. Зачем прятаться? Куда? Тан больше ничего не сказал. Он взмахнул рукой, и в воздух взметнулись серебряные веревки. Они оплели Дейти и привязали его к столу. Дейти даже пикнуть не успел. - Ты с ума сошел?! Отпусти меня! - возмутился Дейти. Он попытался высвободиться, разорвать нити. Но удерживали они его крепко - на совесть. Дейти попытался их поджечь - бесполезно. - Серьезно! Отпусти меня! - взмолился Дейти, сдирая кожу, чтобы освободиться. Серебряная веревка обвилась вокруг его головы и залепила ему рот. Что?! Да он обнаглел! Дейти, конечно, был не против ролевых игр, но время какое-то неподходящее! Дейти извернулся, словно уж, и выглянул из-за стола. Хотя бы видеть ему можно? Обзор открылся так себе. Но хотя бы так... Дейти заметил, как приоткрылась дверь, и в зал зашёл отец Тана. На его боку не было никакой раны. Излечился. Дверь захлопнулась с глухим звуком. - Чего ты добиваешься, отец? - тяжело вздохнул Тан, - Мои родные уже на подходе. Монифу освободили. Ты проиграл. - Их поджидает сюрприз, - пожал плечами Глава Дома, - Никто до тебя не дойдёт. Я все успею. - Хорошо, - не стал спорить Тан, и в следующую секунду мелькнула серебряная вспышка. Отец и сын одновременно вскинули руки, ударяя друг друга. Их магии встретились на полпути. Воздух завибрировал и стал плотным. Со стороны это смотрелось странно - будто они чего-то ждут, просят помощи у небес... Магии не было видно, но она чувствовалась. Она будто выкачивала кислород... Дейти заметил, что левое запястье Тана очень сильно кровоточит. Мрамор под ним стал красным. Дейти замычал. Почему, почему Тан не захотел, чтобы он ему помог? Танатос вдруг опустил руки. Как и его отец. - Отпусти Дейти, - вдруг сказал Тан. - Отпустить? Да ты с ума сошел! - рассмеялся презрительно Глава Дом Оникс, - Я его специально сюда пропустил! Мне такие свидетели не нужны! Даже если ему стереть память, он может все вспомнить! - Дейти ни в чем не виноват, - тихо заметил Тан, - Он не имеет никакого отношения к нашему роду. И я... Я люблю Дейти. Отпусти его, прошу! - Мне плевать, кого ты там любишь! - воскликнул яростно Глава Дома, - Он должен умереть! Отец Тана снова вскинул руки. Танатос принял удар и прохрипел: - Если ты.. Если ты... Если ты не отпустишь Дейти, то ты... Ты больше мне не отец! Глава Дома засмеялся. - И что?! Отрекайся! - совершенно безумно вскричал он, - Я пытался убить тебя много раз, а ты отрекаешься только сейчас?! - Но ты был не самым плохим отцом... - глухо пробормотал Тан, - Строгим, но ты не делал мне зла до восемнадцати... Может, ты способен легко отринуть любовь... А я - не могу. Но сейчас... Сейчас я понимаю окончательно - ты мне больше не отец. Я отрекаюсь... Отныне ты - не моя семья. Танатос вскинул обе руки, и в глазах его заблестели слезы. Дейти понял, что сейчас что-то случится... - Танатос! - попытался крикнуть Дейти, но кляп мешал. - У меня больше нет отца! - заорал оглушительно Тан, - Я истинная Таната! Сын своей матери! Интуиция не подвела Дейти. Раздался хлопок. Ослепительная вспышка на секунду дезориентировала Дейти, пол просел, и повисла абсолютная тишина. Кругом летали известка и пыль. Кажется, потолок скоро обвалится... Дейти, страшно нервничая, снова забился в путах. Веревки его не пускали. Это же хорошо, да? По крайней мере, тот, кто создал их, жив... Клубы пыли немного осели, и Дейти с облегчением увидел Танатоса, твердо стоящего на ногах. - Любовь - самая сильная вещь в мире, Дейти. Сильнее магии, - тихо произнес Танатос, пристально рассматривая свое запястье, - Иногда мы любим тех, кто этого не заслуживает. Мы даём вторые шансы, даже зная, - ничего не изменится. Потому что действительно любим. Но рано или поздно наше терпение иссякает... И мы отрекаемся... От любви. От своего рода. От своей крови. И даже если она одинакова... Это больше ничего не значит. Пыль осела совсем, и Дейти увидел на полу, в луже крови, Главу Дома Оникс... Он лежал без движения. Судя по количеству красного, у него разорвало внутренние органы. - Он... - Тан кивнул на лежащее тело, - Иногда был совершенно глуп. Если я от него отрекусь, значит, выйду из рода... Стану обыкновенной Танатой. А Таната, если у неё нет пут, сильнее любого Колдуна. Знаешь, Дейти... Тан грустно улыбнулся. - Я все-таки любил его. И будучи в здравом уме, мне было сложно его убить. Но теперь я окончательно убедился, что любить его не за что. Он не имеет права называться моим отцом, - Танатос опустил голову, и в этот момент открылась дверь. На пороге застыла Монифа. Правда, ее очень быстро вытолкали обратно в коридор. Вместо неё в дверях встала немолодая женщина в черных одеждах. Удивительно похожая на Монифу. - Все в порядке, Тан? - тихо спросила она. - Да, Госпожа, - просто ответил ей Танатос. - Отлично. Монифе лучше... - Госпожа Дом Оникс невыразительно взглянула на тело, - ... Лучше этого не видеть. Она ушла очень быстро, кивнув им на прощание. Но Дейти успел заметить, что левое запястье у неё было перебинтовано. О Господи! Тан был прав! Она тоже ненавидела Оникса... - Неужели?! - вдруг воскликнул Тан, и Дейти с удивлением увидел, как с пальца Главы Дома соскользнуло кольцо с огромным ониксом и зависло в паре сантиметров от лица Тана. Оно светилось серебристым, голубым светом. - Уважаемый Кейфл Танатос, - произнес холодным, женским голосом камень, - Вы вышли из рода. Но вы отреклись лишь от Главы. Не согласитесь ли вы снова войти в семью, чтобы принять на себя управление? Род без Главы - это очень опасно. Дейти затаил дыхание. Что скажет Тан? Танатос долго молчал, а потом медленно проговорил: - Я принимаю управление. Временное. Как только сын Монифы Дом Оникс станет совершеннолетним, я отойду от дел. Мне никогда не нужна была эта власть. Я просто хотел быть свободным и счастливым. - Принято, Глава! - голос родового артекфакта словно потеплел. Кольцо скользнуло прямо на указательный палец Тана. И в этот миг путы Дейти развязались. Опасность миновала, да? Раз кольцо село на палец Тана, значит, прошлый Глава точно мертв. - Я снимаю всю защиту этого поместья! - спокойно приказал Тан, и Дейти понял - больше им ничто не угрожает. Кровь отца Тана залила весь пол, и, поднимаясь, Дейти запачкал ею локоть. Колдун поморщился и тут же забыл об этом. Дейти подбежал к Тану, желая одного - обнять его, вцепиться намертво. Но Танатос, с беспокойством оглядев его, вдруг взволнованно воскликнул: - Дейти, чья это кровь?! Дейти встал, как вкопанный, и замахал руками. - Не бойся, не моя! - принялся оправдываться он, - Испачкался... Тан побледнел так, что Дейти заледенел от ужаса, а потом мужчина резко повернулся к своему отцу. Дейти в шоке заметил, как пальцы бывшего Главы Дома дрожали... Словно что-то чертили. Отныне Дейти Де Ленч забудет Кейфла Танатоса... И все, что с ним связано. А кто расскажет ему, тот испытает невыносимую боль. Вот мое проклятие... Дейти сам не понял, как все перед ним потемнело и выцвело...