Нежелательное лицо

Когда Гермиона ушла, Гарри остался сидеть в гостиной, мысли крутились, но ни одна из них не занимала его голову надолго. Он был уверен, что Гермиона чего-то не договаривает ему, она и выглядела счастливой, и много улыбалась, значительно больше, чем после войны, однако, грусть ее словно пропитала. Видимость успеха, довольства обманывала, пока неожиданно в глазах подруги не вспыхивал холод. Снейп вошел в гостиную, когда Гарри уже начинал засыпать, сидя на диване. Он поднял его и потянул в ванну, нехотя Поттер еле тянулся за мужчиной. Снейп начал стягивать с него свитер, и он попятился: — Я могу помыться сам. Северус насмешливо вскинул обе руки вверх и вышел из ванны. Гарри облокотился на холодную плитку, скинул одежду и забрался под душ. Со Снейпом было неожиданно легко, он давал выстроить личные границы и не давил, старался всегда быть удобным, чего от него было сложно ожидать. В Хогвартсе Снейп приходил ночевать к нему каждую ночь и каждое утро они вместе завтракали, а потом Снейп уходил. Днем они виделись только в большом зале, где Снейп улыбался ему и сам завязывал разговор, иногда позволяя себе делать намеки на их совместные ночи, от чего Гарри краснел, отворачивался и пытался понять, слышат ли их беседу кто-то еще. Во Франции Гарри планировал понять, способны ли они быть вместе и пока ответ был удовлетворительным. Снейп не считал его инвалидом, не считал ненормальным, не заставлял пытаться бесконечно колдовать или что-то еще. Он только был рядом, проявляя внимание и получая его. В замке Гарри спал в объятиях Северуса, просыпался, обнимая его. Иногда в течение дня вспоминая эти моменты, он утопал в ощущении уюта, и тут же его движения становились мягкими и тягучими, словно он боялся расплескать собственное счастье вовне. Выйдя из ванной, Гарри немедленно забрался в огромную кровать, и Снейп ушел принять душ, перевесив через руку халат. Большая комната была выдержана в классическом стиле, без сложностей декора. Чистый бежевый цвет в основе, но тут и там в спальне имелись яркие цветные акценты: вазы, картины, шторы, маленькие декоративные подушки. Блаженство переполняло Поттера, несколько дней они будут жить в месте, где не нужно прятаться и можно быть естественным, не опасаясь ни слухов, ни, уж тем более, прямых утверждений. Северус, завернутый в халат и с полотенцем на голове, прошествовал мимо Гарри на кухню, где был выход на маленький балкончик. Гарри выпрыгнул из-под одеяла и помчался за ним. Снейп курил странные сигареты из розовых лепестков, откуда он их брал – Гарри не знал, но стоило им оказаться в Париже, Снейп немедленно вытянул откуда-то пачку и прикурил. Пахли они странно, и сначала Гарри не понравилось, какой аромат остается на Снейпе, но теперь после того, как он не видел мужчину целый день, он не хотел пропускать даже эту церемонию. Снейп держал сигареты между пальцами в самом низу у ладони и, делая затяжку, прислонял ладонь к подбородку, пряча лицо под пальцами. Выдыхаемый дым окутывал голову Снейпа, и в темноте улицы казалось, что у Снейпа вовсе нет лица. — Как прошел твой день? — поинтересовался Гарри, протискиваясь на балкон, ближе к свободной руке Снейпа. Северус приобнял его и притянул ближе, спиной к своей груди. — Почти нормально, если не считать двух несчастных сов и нескольких каминных переговоров. Купил продуктов и немного почитал. А как Гермиона? — М-м-м, — Гарри пожал плечами, — я думал, она переживает из-за работы, только вот теперь я так не думаю. Ее что-то гнетет, но она не говорит об этом прямо. — А не прямо? — Не знаю. Я смог понять только то, что до Рона ей нет дела. На этом все. Они вернулись в постель и Снейп погасил свет. За несколько дней Гарри успел выяснить, что Снейп готовит довольно посредственно и все заботы по кухни Гарри взял на себя, лишь грязную посуду убирал Снейп, взмахивая палочкой. Он делал это так незаметно, не акцентируя внимания, что Гарри практически не чувствовал себя как безрукий. Дни Гарри проводил с Гермионой, утра и ночи его полностью занимал Северус. Два раза втроем они выходили погулять по городу, посмотрели квартиру Гермионы и познакомились с Робером. Француз догадался об их отношениях при первом же взгляде на мужчин, Гарри так и не понял, что их выдало. Позже Гермиона объяснила ему, как они со Снейпом ведут себя: как пара, прожившая вместе лет десять, им было достаточно одного жеста и взгляда, чтобы понять куда повернуть, что лучше не говорить и как сесть за столом. Северус и Гермиона, казалось, нашли друг друга: они таскались от одной достопримечательности до другой, затащили Гарри в музей магии, откуда можно было проникнуть на еще один магический бульвар, настолько же немагический, как и весь Париж. Спустились в парижскую канализацию, где Гарри немного приободрился, но его энтузиазма хватило ненадолго. После бесконечных скитаний по столице, они вновь отправились на квартиру Гермионы, где ее ждало письмо о возобновлении работы с понедельника. Снейп довольно сообщил ей, что они покидают Париж в воскресенье, так что это весьма удачное стечение обстоятельств. Субботний день выдался таким же беспокойным, как и все прочие. Ранним утром появилась Гермиона с замечательной идеей посетить Фонтенбло, нужно было лишь добраться до министерства и оттуда с помощью портала они попадут в сад Дианы. Гарри, который только начал готовить завтрак, невольно морщился. Снейп, вернувшийся со своего перекура, радостно согласился. Весь день Гарри наблюдал статуи, колонны, картины и прочие красоты, мало откликающиеся в его сердце. Разве что вид на сам дворец его восхитил, но он мечтал вернуться в квартиру Малфоев и вытянуть ноги на диване. — Мисс Грейнджер, может, в последний вечер мы немного выпьем? У Люциуса здесь хранится несколько бутылок отличного вина, — предложил Снейп, когда они шли к порталу. — Я все ждала, когда вы это предложите, — улыбнулась Гермиона. В гостиной Снейп расставил нарезки, вытащил две бутылки красного вина и, под щебет Гарри и Гермионы, разлил по бокалам алкоголь. Они выпили за отлично проведенное время, ведя неспешные беседы об отличии магических кварталов французов и англичан. — Профессор, а могу ли я называть вас по имени? — спросила Гермиона, когда пятая бутылка была на исходе. — Только если мы проведем с вами ночь вместе, — игриво улыбнулся Снейп в ответ, а Гарри немедленно пихнул его локтем под ребра. К середине ночи Гарри уже не мог вспомнить с чего начинались и чем заканчивались их споры. Гермиона пару раз порывалась отчалить домой, но ей мешали все время наполняющиеся бокалы. Пытаясь сосредоточиться, Поттер смотрел на Снейпа. Тот точно был пьян в стельку, однако, полностью сохранил координацию и голос. Даже наливая вино, он умудрялся не шататься и руки его не дрожали, сам же Гарри и Гермиона, уже несколько раз облились вином, запачкав диван. Снейп, с полной невозмутимостью во взгляде, взмахивал палочкой и красные пятна исчезали. — Нет, ну что это за заклинание?! — вскрикивала каждый раз Гермиона, выхватывала свою палочку и пыталась повторить движения, из ее палочки вылетали снопы ярких искр и таяли в воздухе. Допив последний глоток, Гарри не смог открыть глаза. Потерев руками лицо, он поднялся с пола, на который перебрался после очередного чистящего заклинания Снейпа, и отправился в спальню. Гермиона поплелась за ним, а Снейп замкнул процессию. Они легли втроем, Гарри вцепился в Северуса и тут же уснул, а Гермиона, ухватив уголок одеяла, свернулась в клубок на самом краю. Проспав буквально секунду, Гарри открыл глаза, ему показалось, что в гостиной вспыхнул камин. Выбравшись из постели, стараясь никого не разбудить, Поттер пошел в ванну. На улице уже было утро, и от света у Гарри вспыхнула острая головная боль. Умывшись, он недолго смотрел в свое отражение, оценивая, насколько плохо смотрится. Придя к выводу, что все могло быть и хуже, он вышел. Постель была пуста, Гермиона и Северус стояли в дверях, пытаясь вместе открыть драпировку. — Теперь, Северус, когда мы все-таки провели ночь вместе, я буду обращаться на ты, — полушутя сказала девушка, разбирая складки ткани. — Мерлин, я попался, — засмеялся Снейп. В этот же момент вновь раздался треск камина и ткань, всколыхнутая магией, открыла проход в гостиную. Снейп вошел первым и огляделся. На столике, полном пустых бутылок, стояла бутылка Перье. Снейп, немедля ни секунды, очистил бокалы и открыл холодную бутылку: — Драко чертовски внимателен, но странно, что он не остался. Побелев, Гермиона переспросила: — Драко? — Да, это его любимая вода. Ну и Люциус не мог оказаться во Франции. — Мне пора, я не буду вас провожать, профессор, Гарри… До встречи. Снейп проследил взглядом за девушкой и повернулся к озадаченному Поттеру. — Нужно собираться, — только и сказал Северус, решив не делиться своими выводами.