Годовой цикл

4 года назад — Привет, слушай, нет времени объяснять… через пару минут я подойду к тебе и предложу сыграть в баскетбол. Не соглашайся! — Сяоши подошёл к Гуану и схватил его за плечи. — Не соглашайся, слышишь? — брюнет со слезами на глазах потряс ничего не понимающего парня. — Кто… — Мне пора, — брюнет хлопнул в ладоши и исчез. — …ты? — не успел договорить парень. Гуан так и остался стоять в шоке на окраине университетского стадиона. К ногам беловолосого мягко подкатился баскетбольный мяч, серые глаза медленно опустились на него, а руки на автомате потянулись поднять. — Новенький! — возле Гуана остановился брюнет, который минуту назад появился из ниоткуда и исчез. — Не мнись в углу, нам человека не хватает, пойдёшь? Беловолосый поднял мяч и прошёлся глазами по лицу незнакомца, ища подвох. «Это шутка какая-то, что ли?». — Привет, — Гуан замолчал, просьба того парня не казалась ему розыгрышем, и он серьёзно задумался. Посмотрел на брюнета перед ним, в его чёрные, с янтарными отблесками, глаза, которые с дружеским вызовом смотрели на Лу Гуана. — Так что думаешь? Сыграем? По ощущениям этот вопрос был вопросом жизни и смерти и Гуану, словно через воду, послышались обрывки фраз: «Не умирай, Гуан-Гуан. Очнись, слышишь?!». Мурашки прошлись по бледным рукам и добрались к волосам на загривке, вставшим дыбом. — Я… — он не мог. Не мог отказать этим глазам, которые на миг полностью приобрели янтарный цвет. — …с удовольствием. *** Наше время Сегодня Лу Гуан почувствовал, что что-то должно произойти. Он уже четыре года держал в голове образ напуганного и заплаканного Чэн Сяоши, и голос интуиции где-то вдалеке шептал: «сегодня тот самый день». День, когда брюнет возьмёт снимок «на крайний случай», как они его называли, вернётся в прошлое и попытается уговорить беловолосого не дружить с ним. Снимок «на крайний случай» они раздобыли с камеры наблюдения на территории университета: взяли кусочек видео, где видно Лу Гуана, распечатали чёткий кадр и хранили в недрах красной комнаты. Он был сделан в тот самый день, когда они познакомились, за минуту до их встречи. К сожалению, такая схема работала, только если случится что-то с Гуаном, так как беловолосый не мог путешествовать в прошлое. Но этого было достаточно, Сяоши сам настоял, что это нужно. «На всякий случай». И этот самый случай уже дышал ему в затылок, он чувствовал. И вот Чэн Сяоши в теле Шань Шань рассказывает свой план. Они должны поймать преступника. Лу Гуан не спорил — в этот раз Сяоши всё продумал до мельчайших подробностей. Ровно в 1:30 беловолосый кинулся к проявочной и закрыл комнату на ключ. Он слышал, как по ту сторону двери появился Чэн Сяоши. Слышал, как брюнет надирает задницу подонку, который убивал людей. И всё думал, когда придёт его час… Но. Время не пришло. Преступника успешно задержали, план удался, что не могло не радовать. Интуиция в этот раз ошиблась, что с неё взять. Однако, когда ребята — Лу Гуан, Чэн Сяоши и Цяо Лин — собрались все вместе, брюнет был на нервах. Хотел узнать, что произошло с той девчонкой, Эммой. Как она умерла. Что-то на задворках сознания колыхнулось, но в этот раз Лу Гуан решил не замечать. Сегодня Чэн Сяоши в ударе, так что всё должно пройти гладко. Рука беловолосого на миг повисла в воздухе, сомневаясь вместо хозяина, но хлопок в ладоши прозвучал, и брюнет оказался в прошлом, рядом с той девушкой. Он начал её отговаривать, слова звучали совсем по-взрослому, что было не свойственно Сяоши. — …даже если временами вокруг будет царить мрак, однажды ты встретишь тех, кто принесёт свет в твою жизнь, — речь была потрясающей и Лу Гуан на секунду подумал, что его светом всегда был Чэн Сяоши. В этот момент перед глазами промелькнули красные вспышки и грудь отозвалась жгучей болью. Эти красные глаза, они ведь были у Люминя тогда, в комнате Шань Шань. Цяо Лин, с кроваво-красными глазами, вырвала нож из груди Гуана, закрыла глаза и отключилась. Доля секунды и в комнате вновь оказался Чэн Сяоши. Он не сразу понял, что произошло, но в нос ударил металлический запах, и он увидел Гуана, всего в крови. — Эй, Лу Гуан, ты слышишь меня?! — брюнет тряс беловолосого за плечо, другой рукой прижимая наспех снятую куртку к ране, пытаясь остановить кровь. Рядом неподвижно лежала Цяо Лин, он осмотрел её на наличие повреждений и прощупал слабый пульс. Мобильник, вызов скорой, будут через 15 минут. Слишком много. И тут его осенило — снимок «на всякий случай». — Твою мать, Лу Гуан, очнись, я не хочу с тобой прощаться, я не хочу менять прошлое, не в этот раз! — Сяоши наклонился ухом к лицу беловолосого, слушая хриплые вдохи-выдохи. — Чёрт! Чэн вскочил и побежал в проявочную, схватил коробку с верхней полки и перевернул её вверх дном на стол, начиная разгребать руками снимки. Лу Гуан возле университетского стадиона. Вот он. Он схватил снимок, его глаза налились янтарём, челюсти сжимались и разжимались. Хлопок. Сяоши увидел Гуана и засомневался. Он так не хотел прощаться с этим парнем и так не хотел отговаривать его дружить с ним, но сейчас нельзя быть эгоистом. — Привет, слушай, нет времени объяснять… через пару минут я подойду к тебе и предложу сыграть в баскетбол. Не соглашайся! — Сяоши подошёл к Гуану и схватил его за плечи. — Не соглашайся, слышишь? — брюнет со слезами на глазах потряс за плечи ничего не понимающего парня. — Кто… — Мне пора, — брюнет хлопнул в ладоши и исчез. Он ожидал вернуться в мир, где Гуана нет рядом, но вновь попал в комнату с металлическим запахом и залитым кровью беловолосым. — Чёрт возьми, Лу Гуан, почему ты никогда меня не слушаешь?! — Чэн Сяоши упал на колени рядом со своим другом и зарыдал, навзрыд, как плакал только в детстве, когда родители его бросили. — Сяоши, не вини себя, — раздался совсем слабый голос над ухом. Брюнет поднял красные от слёз глаза на парня рядом с ним. — Я сам тебя выбрал, — беловолосый закашлялся. — Тихо, береги силы, Гуан-Гуан. Скорая уже в пути, — Чэн вновь прижал к ране друга уже полностью окрашенную в алый куртку, стеклянными глазами наблюдая, как кровь просачивается и капает на диван. Но Гуан продолжил: — Четыре года назад… в тот день… я понял, что не хочу терять будущее с тобой, несмотря ни на что. Это был мой выбор, — слабая рука поднялась и коснулась щеки брюнета, оставляя красные отпечатки. Тот посмотрел в глаза Лу Гуана. — Я влюбился в тебя с первого взгляда, Чэн Сяоши, — улыбнулся беловолосый из последних сил. Шок. Мозг дал импульс только для одного единственного действия, которое казалось правильным в тот момент. Брюнет наклонился к Лу и коснулся губами безумно дорогой ему улыбки, прошептав: «Я тоже, Лу Гуан». Улыбка парня погасла и голова откинулась на диван. — НЕТ! Не умирай, Гуан-Гуан. Очнись, слышишь?! Очнись! Он знал, четыре года знал, что умрёт потому, что выбрал его, неудачника и нахлебника — Чэн Сяоши. И всё равно каждый грёбаный день продолжал его выбирать. Глупый Гуан-Гуан. — Какая пунктуальность, — раздалось из проявочной комнаты и в фото-агентство вбежали медики скорой помощи, но было уже поздно. А, может, смерть — это только начало?