Годовой цикл

Маленький мальчик двенадцати лет сидел на старых ступенях перед фотолавкой и плакал. Ребёнок, про которого все забыли: родители, друзья, соседи. Уже никого не беспокоило как дела у мальчика, которого бросили родители; у мальчика, который злится и кричит вместо того, чтобы принять помощь. Он долго сопротивлялся и не мог понять, что больше никогда не увидит родителей. Ему было легче накричать, обидеть, разозлиться, чем прислушаться и принять. Но вот в солнечный осенний день, когда на небе не было ни единого облака, мальчик проснулся и на него, словно ледяная вода, вылилось осознание. Родителей. Больше. Нет. Он раскурочил всю фотолавку и комнату над ней, а когда злости больше не осталось — полились слёзы. И он вышел плакать на улицу, где ещё немного грело солнце. Мир жил и дальше, а у мальчика жизнь, казалось, остановилась. Как вдруг. — Привет, не подскажешь, где найти Чэн Сяоши? Закрывая собой солнце, на мальчика смотрел высокий парень, в его белых волосах запутались солнечные зайчики, холодные серые глаза были наполнены добротой, а на лице играла лёгкая приветливая улыбка. Мальчик засмотрелся. Неужели жизнь и вправду остановилась и за ним пришёл ангел? Но буквально через секунду ребёнок уже вытер слезы и глянул исподлобья на незваного гостя. — А тебе он зачем? Что тебе надо? — злость, как и всегда, пришла первой. — Я Лу Гуан из органов опеки, мне нужно поговорить с Чэн Сяоши. — Не знаю никакого Чэн Сяоши, катись отсюда. — Тебя не учили, как нужно обращаться к старшим? Мальчик присмотрелся: белобрысому на вид было лет шестнадцать. — У самого-то молоко на губах обсохло? — выплюнул слова младший. Доброта из глаз беловолосого улетучилась, равно как и его улыбка. — Хотелось начать по-хорошему, но, видимо, не получится. У меня есть твое фото, я в курсе, что Чэн Сяоши — это ты. И в мои обязанности входит проводить с тобой четыре часа в день, семь дней в неделю. Ты как хочешь, а время пошло, — Гуан поставил на наручных часах таймер и сел рядом. Мальчик отвернулся, наклонил голову так, что чёрные пряди скрыли покрасневшие светло-карие глаза. Он надеялся, что парень уйдёт, как и всегда все от него уходят, но тот не ушёл ни через двадцать минут, ни через сорок. Смирившись, Сяоши поднялся и пошёл обратно в фотолавку, чтобы поесть. Беловолосый проследовал за ним, он не мешал, ничего не говорил, просто наблюдал и был рядом, словно призрак. Мальчик тоже молчал, он следовал обычному расписанию своего дня и пытался максимально не обращать внимание на этого чудика. Ровно через четыре часа раздался писк наручных часов и Лу Гуан ушёл. Стало… Пусто? Так проносились дни за днями, а беловолосый всё так же приходил и был рядом без слов. Чэн Сяоши закрывал дверь на ключ — Гуан сидел под фотолавкой; уходил на баскетбольную площадку на весь день — Гуан его находил; кидал в него вещами, кричал и злился — Гуан всё равно продолжал появляться каждый день. В какой-то момент мальчику надоело сопротивляться и он смирился. Он всё еще не хотел разговаривать с Лу Гуаном, но и избегать его больше не был намерен. Но беловолосый не явился и на следующий день тоже. В душе у Чэн Сяоши стало так пусто и одиноко. Его снова бросили, снова оставили одного. Он уже не злился, просто сидел днём на ступенях и ждал, а по ночам плакал от несправедливости этого мира. Спустя долгую неделю мальчик уже отчаялся. «Вовсе он мне не нужен, я его вообще не знаю. Ходил за мной по пятам, странный какой-то», — думал мальчик, а сердце стучало «нужен, нужен, нужен». А потом раздался звон колокольчиков над входной дверью, та со скрипом приоткрылась, и в фотолавку заглянул Лу Гуан. — Привет, Сяоши. Извини, я болел, не хотел тебя заразить, — и улыбнулся как в первый раз. Чэн Сяоши просто кинулся к беловолосому, обнял его и разрыдался. Так и началась их дружба. Сначала они стали больше разговаривать: мальчик узнал, что Лу Гуан вырос в детдоме и, как только ему исполнилось шестнадцать, пошёл добровольцем в органы опеки, присматривать и помогать таким, как Сяоши. Они вместе взялись за ремонт в фотолавке, преобразили старое помещение. И вскоре начали появляться редкие посетители. Проходили дни, недели и месяцы. У беловолосого появилось милое прозвище — Гуан Гуан, а Сяоши начал стабильно посещать школу и подрабатывать курьером в местном ресторанчике по вечерам. *** Когда брюнету исполнилось четырнадцать лет, парни начали видеться реже: Гуану как раз стукнуло восемнадцать и у него началась подготовка к экзаменам для поступления в университет. Чэн Сяоши очень привязался к беловолосому и, когда выдавались свободные часы, часто бегал к нему в школу (благо та находилась в пяти минутах от его собственной) с газировкой или бенто, чтобы вместе разделить обеденный перерыв. Вкусный бенто младший научился готовить специально для Гуана. Однажды Сяоши опоздал на пару минут к месту встречи, а добежав, не успел выйти из-за поворота. Он услышал, как какая-то старшеклассница что-то обсуждала с беловолосым. Брюнет не решился показываться из укрытия и навострил уши. — Лу Гуан, я давно хотела тебе сказать, что ты мне нравишься. Давай встречаться? Щёки Чэна вспыхнули, а сердце учащённо забилось. «Что за странная реакция? Это всего лишь признание, мне-то что?» — Прости, но мне нравится другой человек. «Ого, я и не знал, что Гуан-Гуан в кого-то влюблён». — Просто бы сказал, что я тебе не нравлюсь, зачем врать? — обиделась девушка. — Я тебе не вру. И я тут жду кое-кого, так что увидимся на уроке, — ответил парень и этим дал понять, что разговор окончен. Девушка развернулась на каблуках и стремительно направилась в сторону школы. Она прошла мимо Сяоши, словно его там и не было. Брюнет несколько секунд глядел ей вслед, а после глубоко вдохнул и выдохнул. Как ни в чём не бывало он вышел из-за поворота и направился к Лу. Их полюбившееся место встречи — это дворик, находящийся с внешней стороны школы беловолосого. Там был красивый газон с высокими деревьями и несколькими лавочками, на одной из которых они постоянно сидели. Гуан как раз стоял возле неё в ожидании Сяоши и, увидев его, замахал рукой в знак приветствия. — Гуан-Гуан, извини, что опоздал, нас задержали на литературе. — Ничего страшного, садись, давай быстро перекусим. Проболтав весь обеденный перерыв и доев бенто, парни сложили все пожитки в сумку. Пришло время расходиться и Чэн ждал прощального жеста, который он в тайне безумно обожал. — До встречи после школы, я зайду ближе к вечеру, хорошо? — Хорошо, — сказал брюнет и слегка наклонил голову, Гуан мягко потрепал младшего по волосам и ушёл на уроки. А Сяоши так и стоял с румянцем на щеках, пока не вспомнил, что ему тоже пора в школу. *** У фотолавки дела шли в гору, и Сяоши уже даже не подрабатывал курьером, так как заработка вполне хватало на жизнь. Тем временем экзамены прошли успешно. Лу Гуан, как достаточно перспективный парень, сдал всё на отлично и уже рассылал в университеты письма с просьбой принять его. Чэн очень грустил из-за этого, так как не хотел, чтобы Гуан переезжал в другой город. Он с каждым днём всё больше осознавал, что беловолосый нравится ему не просто как друг — что-то внутри разливалось жаром по всему телу от одной мысли о старшекласснике. — Эй, Сяоши, ты где витаешь? — спросил Гуан и продолжил клеить марки на письма для отправки. — Просто думаю о том, что мы совсем перестанем видеться из-за твоей учёбы в университете, — брюнет потупил голову в пол. Гуан оторвал взгляд от конверта и удивлённо посмотрел на младшего. — Неужели ты будешь скучать? — Вовсе я не буду скучать! Надеюсь, ты выберешь университет подальше отсюда, и у меня появится больше свободного времени, — как обычно злобно, но уже чуть более наигранно, вспыхнул Сяоши и, скрестив руки на груди, отвернулся в сторону, только бы беловолосый не увидел налившиеся слезами глаза. — Не переживай, Сяоши. Я ещё долго буду надоедать тебе своим присутствием, потому что собираюсь отправить письма только в ближайшие к нашему городу университеты, — спокойно проговорил Гуан, потрепал младшего по волосам и продолжил клеить марки. — Я и не переживал, — буркнул брюнет и принялся помогать, пряча в глазах улыбку и хрупкое чувство… любви? *** Прошло ещё два года, Гуан учился на втором курсе в педагогическом университете, который находился в двух часах езды. Беловолосый пропадал почти на весь день на учёбе, так как очень хотел в будущем работать в органах опеки на полную ставку, но при этом всегда находил время, чтобы побыть с Сяоши. Чэн в свою очередь уже учился в первом классе старшей школы и работал в фотолавке, которая покрывала все его расходы. Он не собирался поступать в университет и учиться дальше, решив заняться снимками, но не только проявлять, но ещё и создавать их. Сегодня ему исполнилось шестнадцать лет и он захотел устроить небольшой праздник. Улицы были покрыты снегом, а с неба падали мелкие снежинки. СМС от Сяоши: «Зайдёшь сегодня вечером?)» СМС от Гуана: «Не надейся, что я забыл про твой день рождения. Обязательно буду!» Сяоши прижал телефон к груди и улыбнулся — сегодня он решил признаться Гуану в своих чувствах. Два года потребовалось, чтобы понять, что его чувства вовсе не игра переходного возраста или воображения. Он пробовал встречаться и целоваться с девушками, но это не помогало. Его сердце трепетало только рядом с Лу Гуаном, который вот уже как четыре года постоянно был рядом. Парень прикупил торт и решил заняться готовкой блюд для праздничного стола. В меню было много блюд, и большинство из них любил именно Гуан. Сяоши вёл себя как влюблённая девчонка, и ему иногда это совсем не нравилось. Но когда никто не видел, то почему бы и нет. Тыкнув в нос Гуана на их общем фото, брюнет посмотрел на время и надел пуховик, чтобы выйти на улицу, ведь Лу вот-вот должен был прийти. Сяоши немного расчистил ступеньки от снега и почти сразу же увидел приближающегося друга. Тот нёс в одной руке зонт, чтобы хлопья снега не облепили его шапку, а во второй — какой-то пакет. — Привет, Гуан-Гуан. Давай быстрее в дом, на улице мороз, — проговорил брюнет с уже красным носом. — Привет, именинник. Это тебе подарок. С днем рождения, Чэн Сяоши, — и беловолосый протянул увесистый подарок. — Внутри открою, пойдём, — Сяоши взял пакет и пошёл внутрь фотолавки. Парни разделись, обсудили дела в университете у Гуана, накрыли на стол и сели праздновать. — Ну так что? Я уверен, тебе не терпится узнать, что там, — Лу заговорщицки подмигнул и кинул взгляд на пакет с подарком. Брюнет, не теряя времени, достал достаточно тяжелую коробку и разорвал праздничную бумагу, в которую та была упакована. Перед его глазами предстала коробка из-под новёхонького фотоаппарата. — Гуан-Гуан, не стоило, — Сяоши вмиг расчувствовался и еле сдержал накатившие слёзы радости. Он сразу же открыл упаковку и достал фотоаппарат, чтобы удостовериться, что держит в руках свою мечту, хоть и вторую по значимости после Лу Гуана. — Конечно, стоило! Ты мне все уши прожужжал, что собираешься стать фотографом. У меня даже других вариантов не было, — парень потрепал младшего по волосам и заулыбался. — Спасибо, Гуан-Гуан, — Чэн хотел было положить фотоаппарат обратно в коробку, но не сдержался и, быстро включив его, неожиданно щёлкнул беловолосого. — А давай фото вместе сделаем? — Я не против, только в этот раз без вспышки, — Гуан потер глаза. Поставив фотоаппарат на высокую тумбу недалеко от стола и нажав на таймер, Сяоши подбежал к Гуану и сел рядом, обнимая его. Брюнет думал о том, что хотел бы всегда коротать так вечера, обнимать Лу и не просто как друг, а ещё поцеловать его. — Гуан-Гуан, я люблю тебя, — щёлк. — Сяоши, я тоже тебя люблю, давай есть, — улыбнулся беловолосый. Брюнет разорвал объятия и серьёзно посмотрел на парня перед ним: — Нет, балда, я правда тебя люблю! Давай встречаться? Гуан моргнул. И потом ещё раз. Он не мог поверить в то, что услышал. — Дурак! Скажи уже что-нибудь или я тут со стыда умру. Взгляд Лу изменился: — Тебя не учили, как нужно обращаться к старшим? — Видимо, учитель плохой попался. — Ну, либо учителю плохой ученик, — Гуан придвинулся ближе: — Я полюбил тебя почти сразу, как увидел, — сказал беловолосый и поцеловал брюнета. Сяоши сначала удивленно смотрел на размытые закрытые глаза перед собой, а потом тоже прикрыл веки и отдался страстному и горячему поцелую. Руки Гуана пролезли под футболку парня и сжали талию, притянув покорное тело ближе. Чэн одной рукой обнял Лу за шею, а другой зарылся в белые волосы. Щёлк. Гуан разорвал поцелуй и посмотрел в сторону камеры: — Что за чёрт? — Походу и фотоаппарат плохой попался, раз мы тут все такие собрались, — засмеялся Сяоши и встал — убрать и выключить камеру, чтобы им больше ничто не помешало.