Город, в котором каждый будет счастлив

Альбедо молчит некоторое время. Затем, кажется что-то обдумывает, ведь лицо алхимика, что ранее выглядело таким нежным, сейчас стало мрачным, тёмным, каким-то чужим. Точно в один момент, от прошлого светловолосого, чьи волосы были столь пушистыми, что больше напоминали пшеницу… Остался лишь след на песке, что позже смоет прозрачная вода, утаскивая воспоминания и всё что связано с этим человеком в свои недры, пленит его там, более никогда не позволив выбраться со дна на поверхность. И, переливаясь из нежно-голубого, почти прозрачного, в тяжелый синий, эта вода закроет ему глаза своими нежными руками, с длинными и тонкими пальцами. Возможно, даже неестественно костлявыми, грубо обтянутыми кожей, что давным давно сморщилась от влаги. И мягкое дыхание, шёпот моря, будет прямо у его уха… И он будет звучать, заставляя воду волноваться всё сильнее и сильнее. Пока вода на поверхности будет бушевать, он будет слышать лишь прекрасную песнь вод, точно колыбельную, постепенно смирившись и упокаиваясь в ледяной колыбели. А прекрасная девушка, Вода, будет беречь остатки воспоминаний, и будет сидеть рядом, охраняя вечный сон того Чем больше об этом думал Венти, тем страшнее было осознание того, что погибни альбедо — он, Барбатос, останется в компании дикого молодого человека, который ему угрожает с самой их встречи. Не так он желал провести этот день… Не в сильных руках, что сжимают его конечности до боли. Не помогай он алхимику… Что случилось бы здесь тогда.? Остался бы он живым? Или этот дикий, воткнул бы заостренный камень в чужое горло, заставляя того задохнуться, а красную бархатистую кровь — пропитать страдающую от недостатка солнца землю, что была истерзана погодными условиями региона, который ранее пренадлежал Гуй Чжун. Крепкие мужские руки сжимают тонкие руки Венти всё сильнее. Под тяжестью размышлений, слова становятся пылью пред глазами и белым шумом. Взгляд устремлен на траву, что четко вырисовывается пред ним. Ярко синяя она устремляется вверх, обволакивая собой белый цветок, что прятался в гуще синей травы. Белые листья его раскрывались, но был тот точно сокрыт за синевой. Венти это напомнило клетку. Однажды он читал какоё-то простенький трагический романчик. Тот ему не особо понравился, но тем не менее, сцену с тем, как главный герой был брошен в колодец, в конце произведения, сейчас походила на это растение, на то, как его обволакивало со всех сторон. В нос ударил запах влажной почвы, такой приятной, но почему-то сейчас, он казался таким отталкивающим и пугающим, что Венти от ощущений становилось тошно и руки начинали неистово дрожать. Разговор алхимика с диким молодым человеком прошёл мимо него… Лишь отголоски слышались где-то вдали, точно на сломанном приёмнике, что передает лишь глушенный сигнал. резким рывком его утаскивают в сторону. Альбедо спешно удаляется. Честно говоря только сейчас Венти ощутил, что его точно предали и бросили, оставив где-то позади. а этот грубый молодой человек, всё не собирался отставать. На этот раз, Венти волочили за собой. Тот его куда-то потащил. Видать, договорился с Альбедо встретиться у другого места. Либо, товарищ отдал его на верную… А точно ли смерть? ответа тот не знал. молодой человек протащил его, чрез поле с ярко красными цветами, средь которых были и мягкие, благоухающие мятные и синие, как ночное небо. едет тот подбородком прямо по земле, что было крайне неприятно, если уж так посудить. Куда его тянет этот сумасшедший? Венти не знал, потому был весьма тем взволнован. На какую-то часть пути, Барбатос просто закрыл глаза, дабы пыль не попадала в них, ибо было откровенно говоря больно. Трава щекотала аккуратное личико того, с вздернутым, обычно после алкоголя слегка красноватым, как у среднестатистического пьяницы. Бард имел пристрастие к такому виду развлечений, как пьянка до самого утра, а потом можно и на второй заход. Интересно, а этот дикий, будь они в другом положении, стал бы с ним пить? Кажется прошли двое довольно много — ощутился неприятный холод пещеры и её вой щекотал уши. Она была довольно темной. По правую сторону, лежали сумки с вещами и продовольствием. Мысли были прерваны тем, что бард оказался швырнут к стенке «обители» затем вжат носом в каменный пол, и какая-то чертовски крепкая веревка была обвязана вокруг его тонких, хрупких и изящных запястий. Он выглядел точно «сахарный». Его кости были наверняка настолько хрупки, а сам тот был до того нежным на вид, что казалось грубости не потерпит. Но то — на первый взгляд. Незнакомец посадил парня у стены, а сам принялся разжигать огонь. Искры брызгали в разные стороны. Тот использовал жидкость для розжига. Альбедо, если бы увидел это, сразу бы понял, что в ночь, когда Тарталья пропал, этот парень явно кого-то ограбил. Но кажется дома Чайльда это не коснулось — они не обнаружили следы кражи, да и в целом, вверх дном, дом рыжего перерыт не был. И то хорошо. Лицо у Дикого, было с чуть грубоватыми чертами, слегка вытянутое. Скулы были ярко выражены, разрез глаз — узковатый и золотые, точно огни глаза, походили своим видом, выражением эмоций чрез них, более на звериные. Казалось, в любой момент тот зарычит. Не сказать уж, что это не возбуждало барда. Ведь парень пред ним, это мать его мечта. У него широкие, относительно его роста и фигуры плечи, а таз наоборот узкий… К тому же, тот явно подкачан, судя по сильным рукам, что были полностью открыты. Венти наблюдал за тем, как пушистый брюнет, разжигал небольшой костер, затем опускаясь на противоположной сторону от Венти, у стены, просто пялился на пламя своими золотыми глазами, будто пытаясь в этой огни найти нечто, возможно, родное. -Эй, звать тебя как? — громко спрашивает бард, дабы его услышали. Незнакомец в ответ тяжко вздыхает, чуть прогибается в спине, посильнее облокачиваясь о стенку пещеры. Не очень тот и жаловал вопросы со стороны юноши. По началу, даже хотел бросить что-то типа «заткни ебло, щенок» но передумал, дабы этот бард сам наконец заткнулся. -Сяо. — кратко выдает «дикий» каковым для себя уже прозвал того Венти. Честно говоря незнакомец выглядел привлекательно. Бард давно не видел симпатичных для себя. Все эти, в городе… Как-то что-то не то… Только на одну ночь — возможно… Но даже таких было маловато. Разве что Кэйя, но связываться с Альберихом — себе дороже. Потому что не нравился тот ему как-то… Честно, Венти считает что Кэйя, явно не тот, на кого стоило бы тратить время. Он сексуален, привлекателен, хорошо одевается, раскрепощён… Но что-то в нём Венти не нравилось… Бард не любит опытных активов. Это скучно для него… Более острые ощущения, по мнению мальчишки, можно получить только подчинив себе того, у кого это впервые. -А у тебя есть кто? — Парень напротив недоверчиво смотрит в глаза барду, что уже показался крайне подозрительным, со своими странными, резкими вопросами в лоб. Не было никого у Сяо. Тот почти всегда пребывал в полном одиночестве. Глаза горели яркой, дикой огнью… И тут уж Венти начал себе придумывать: что было бы, если бы этот парень, ну, вдруг… Просто взял бы и… Сорвался? Хотелось посмотреть, каков Дикий будет в действии. Бард усмехается собственным мыслям. -Не молчи, Сяо — С усмешкой произносит Венти. Услышав своё имя, тот стал сам не свой и задышал чаще -Лучше, подойди ближе… Хочу тебе кое-что сказать… Кое-что важное… — Сяо хмурится, прикрывая глаза, всем своим видом так и говоря «иди нахуй, пидор». Но даже такая «робость» со стороны того, барда не останавливала. -Говорю, руки затекли. Подойди, ослабь немного. — Сяо цокает языком, приоткрывая янтарные глаза. Недоволен он появлением этого мальчишки здесь. Отпустил бы лучше и всё. Обитель адепта, своим присутствием, портит какой-то парнишка, который к тому же, неженка походу. -Ага, может мне еще тебе отлизать в придачу? — Слова сами по себе срываются с уст Зверя. Венти смеется, вскидывая изящные, черные брови, в ответ на слова дикого. -Я не против. Правда, ослабь говорю! — жалобно просит бард, всё не отставая от Сяо. Он сдается. Не может больше слушать высокий, несколько противный для того голос. Ему хотелось просто тишины и покоя, а не вот это вот всё! В результате, Сяо поднимается, подходит к молодому барду, наклоняется, желая ослабить веревку… И теплые, искусанные губы, накрывают его — чуть обветренные, не такие мягкие, как у этого… Что? Этот парень сейчас-... Только сейчас до адепта доходит, когда его губы кусают и он ошеломленно открывает рот из-за чего, в него проникает горячий язык Венти, настойчиво исследуя чужой рот, проходясь по чуть островатым зубам, дёснам... Алатус неосознанно выдыхает носом , слишком шумно, вздрагивая, но таки бездействует. Тогда Венти становиться настойчивее - пытаясь уложить его наземь, он чуть наваливаясь, прижимается к Сяо. Это заставляет адепта встрепенуться, резко отстраниться от плененного, тяжко задышав. Теплота залегла внизу живота. Теперь и «там» чувствовалась некоторая тяжесть, заставляющая его чуть ли ни застонать от внезапно нахлынувшего «прибоем» чувства возбуждения. -Т-ты чего творишь-то блять? — голос Сяо дрожит, от неожиданности и Алатус сваливается наземь, при попытке подняться на ноги... Венти грамотно использует то время , пока адепт сообразил, что ему делать и кое-как переползая , оказывается на том сверху , прижимаясь своим уже слегка возбуждённым членом к Алатусу. Чувствуя его, Сяо чутка бледнеет... Но только не щеки... Они пылают яркой огнью, их слегка покалывает , пред глазами всё начинает слегка "плыть". Стоило Зверю предпринять попытку скинуть с себя барда , как тот тут же начал тереться о его пах, чрез тёмно-фиолетовые брюки Алатуса. Тело охватило пламенем. С губ резко срывается странный звук, который был чужд для Сяо. Стон. Громкий, шумный неприличный звук. Он чувствовал как возбужден был Венти в тот момент, как он напирал сверху, и как его, чертовски чувствительный член, тёрся о барда. От ощущений тот резко кусает губы до крови. Горячий стон снова слетает с губ. Сяо чувствует, что будто плавится. Температура тела стала значительно выше , глаза замылились и его самого трясло от приятного возбуждения , которое заставляло его задыхаться в этом тепле. И лишь ярко зелёные глаза , оставались проводником в этот мир. —Тише, тише... - с улыбкой произносит "сахарный парень", наклоняясь к дрожащему и пылающему от желания, что ранее было далеко, неизвестно адепту. Сам Венти уже чувствовал приятное возбуждение , которое контрастировало с отвратительной неудовлетворённостью, что била ключом. Он желал. Желал его тела , желал подчинения, желал чтобы тот его наконец взял, не выгляда так. Не мог Венти смотреть на этого очаровательного, возбужденного "зверя", который лишь пару мгновений назад туго стягивал его запястья веревкой. Слыша его шумное , несдержанно дыхание, бард всё так же улыбается, нежные, пухлые губы касаются чужой шеи, горячий язык ласкает участок кожи, а губы, такие мягкие , нежные и пухлые, оставляют свой след... Отстранившись, тот улыбается , рассматривая "метку" на чужой шее. Он чувствует его напряжение и то, как тот возбуждён... Парень ведь, мать его сидит на паху Алатуса, лаская его аккуратными движениями таза. Действия становятся активнее и Сяо под ним, сжимает ладони в кулаки, раскрывая рот, чтобы не задохнуться от того, что становилось только жарче. По телу точно били разряды тока. Руки дрожат при попытке хотя бы поднять их. Приятная истома окутывает тело, заставляя его желать лишь большего, хотя как такового опыта у него не было. Серия громких, похабных стонов, несдержанно слетает с чужих губ, а затем вновь язык Венти оказывается внутри его рта и он , не осознавая что делает, резко берет его за затылок , прижимая к себе , отвечая на поцелуй из последних сил, с диким желанием. Он совсем не понимает, как именно нужно работать языком, потому старается повторять за бардом , который настойчиво проникает внутрь рта, продолжая тем самым заводить Зверя. Алатус никогда не думал, что простой поцелуй, сможет заставить его желать этого парнишку лишь сильнее. После первых ласк член Сяо начал твердеть. Бард явно знал ,что делать, потому был так искусен в доставлении удовольствия, которое действительно пустило дрожь по телу, а возбужденный , налитый кровью член, давал напряжение, приятно тёрся о Венти, что заставляло Сяо сводить брови от этих чувств. Некогда ранее Алатусу было думать о плотских утехах , удовлетворении и так далее. Он был занят защитой... И никогда не думал что всё это обернется тем что чертовски красивый, молоденький и симпатичный бард, будет вводить его в экстаз, работая своими “сахарными“ бедрами так, что в голове всё мутнилось и хотелось лишь зажать его у стены , трахая в рот, смотря как эти пухлые губы обхватывают его член и с каким наслаждением и колкой усмешкой тот на него смотрит, слушать пошлые звуки, что охватят просторы пещеры и возможно , даже участок за её пределами, выбивать их из него, нежно сжимать подбородок и на пике, целовать Венти... —Ты весь так напрягся... Уже на грани? - слова барда вернули его в реальность. Но она не стала другой - пленник всё ещё сидел сверху и сквозь зелёные шорты вырисовывался и стояк сидящего на нем юноши. Сяо уже не выдерживает такого напряжения он уже не может себя контролировать. Резко дернувшись, тот толкает Венти к стене, обеими руками прижимая наглого к ней. Тяжёлое дыхание , полурыками слетает с губ, он вновь приближается к нему, жмется к барду грудью, в ответ на что получает приятный укус, из-за которого маленькая струйка крови течет по его подбородку и "пленник" слизывает её, смотря на Сяо таким взглядом, что это заставляет его сердце стучать лишь чаще. Не в силах что-либо делать дальше , сильно смущаясь, тот отстраняется от Венти, отворачиваясь в сторону. —Развяжи. Я всё сам сделаю - но к сожалению Барда , тот поднимается и уходит от него на противоположную сторону , роясь в вещах, что-то выискивая. Затем тот таки возвращается и нож резко рассекает верёвку , что обвивала нежные запястья барда. Алатус откидывает холодное орудие в сторону. Его щеки всё так же горят, он смотрит на Венти чуть хмурясь. В ответ тот лишь похабно улыбается , резко укладывает того наземь. —Я обещаю что сделаю тебе приятно - с ухмылкой произносит тот, снимая с Сяо низ, так бережно и аккуратно, но в результате, одежда всё равно была именно грубо откинута в сторону. Чуть раздвигая ноги Алатуса , тот усаживается между ними, наблюдая за возбуждённым, что облизывал губы от сухости, часто взглатывая , смотрел на Венти голодными глазами. Бард припадает губами к бугорку на боксерах, проходясь языком , стимулируя и без того возбуждённый член адепта. Рука Сяо легла на волосы Венти и нежно гладила их. Тяжёлые, шумные вздохи слетали с его губ, иногда рвались и сладкие постанывания, когда становилось уж совсем приятно, ладонь "зверя" слегка сжимала чужие волосы. Тонкие пальцы Венти аккуратно прошлись по чужому члену, чрез ткань , скользнули к самому основанию, по которому Венти начал водить уже чуть сильнее надавливая подушками пальцев. Сяо в этот момент зарылся пальцами в чужие волосы , резко прогибаясь в спине, испуская громкий стон, наполненный вожделением. Тело точно пробило электрическим разрядом, всё ощущения резко сошлись в одной точке, а руки мелко подрагивали. Сбитое дыхание всё не восстанавливалось, но уже было настолько плевать... Долго тянуть Венти не хотел - сам уже был весь на взводе , желая поскорее ощутить заполненность изнутри. Потому, решил с подобной стимуляцией побыстрее закончить, тот спешно возвысился над Алатусом, стягивая с того боксеры, затем и сам полностью снимая остатки одежды. Сяо прикрыл глаза лишь на пару мгновений , ощутил легкую тяжесть в области таза , из-за чего распахнул глаза. Венти сидел на нем, чуть изогнувшись в спине , обхватив свой стоящий , сочащийся предэякулятором член Взяв Алатуса за руку , он поднес её к своему разгоряченному , раззадоренному возбуждением телу и поднял взгляд зелёных глаз на него. —Попробуй... Это несложно .. Но будь аккуратнее. - тонкие пальцы резковато скользнули внутрь узкого, горячего Венти. Тот резко дёргается, раскрывает глаза и из горла вырывается стон. —Блять! - вскрикивает он, сведя брови к переносице, постанывая , чувствуя как они медленно, но резко проникают всё глубже и глубже. Алатус вводит их внутрь по основание , чувствуя как всё пульсирует, сжимается. Венти всё продолжает мелко дёргаться , делая глубокие , шумные вздохи. —Хорошо...~ - стонет тот, сильно напирая на чужие пальцы, насаживаясь на них, стараясь загнать всё глубже. От этого зрелища экстаза партнёра, внизу живота затянуло более болезненно, а член, что уже стоял не первые минуты, сильно набух и синеватые вены проступили , добавляя рельеф. Сяо начинает аккуратно двигать пальцами, не совсем понимая , как правильно того растягивать, ведь опыта тот не имел. Венти уже изнемогал от желания, начиная надрачивать сам себе, запрокинув голову. —З-заканчивай... - сквозь частые вздохи произносит он, останавливая Алатуса тем , что взял того за руку. Тот послушно выводит пальцы из барда, на что его анус отдает лёгкой пульсацией. —Ха... Смешной... Мы только познакомились... А ты уже будешь со мной ебаться... - Сяо не успел и слова вставить, как Венти чуть приподнялся, подставив чужой , сочащийся предэякулятом член к своему пылающему от желания анусу и опустился на него, медленно насаживаясь. Странные чувства охватили тело. Алатус прогибается в пояснице , стонет точно самая настоящая шлюха, закатывая глаза от удовольствия. Венти делает плавный толчок вниз, насаживаясь на член Сяо на половину , несдержанно выдыхая , вместе с этим выдохом выпуская и стон удовольствия. Руки держаться за чужую талию, оглаживают её и ужасно дрожат от ощущений. —Приятно? - с лисьей ухмылкой спрашивает Венти , шепча Алатусу, что утонул в беспамятстве на самое ухо. —Не бойся... Я и сам вижу что тебе нравится. - Бард нежно целует парня в щеку и медленно начиная наращивать темп. Пальцы на талии слегка впиваются в кожу. Сяо жмуриться, запрокинув голову, выдыхая с лёгкими постанываниями. Хотелось рвать горло от удовольствия, но его заткнули мягким, сладостным поцелуям, всё быстрее и быстрее насаживаясь на его член. Венти наслаждался этой некоторой беспомощностью актива. Он сейчас над ним главенствует и он его направляет. Но этот период доминации барда продлился недолго. Через пару мгновений , тот спустил пальцы на чужие бедра , и резко начал двигать ими поддаваясь тазом вверх, навстречу Венти. Обрушившись на того сверху, тот лишь чуть приподнял таз, чувствуя что чужие руки обхватили ягодицы , с силой насаживая его на себя. —Ты так хорош, Сяо... - шепчет он , постанывая тому прямо на ухо , содрогаясь от каждого толчка, что были всё глубже и глубже и заставляли чувствовать приближение скорого оргазма у обоих. Стоны учащаются как и интенсивность. Венти вцепляется в чужие плечи, чувствуя дрожь по телу. Так глубоко входил партнер. Тот ощущал его всем тело, весь этот жар. Не сказать что это был лучший секс за всю его жизнь. Но определенно это было приятно. Ужасно приятно, несмотря на неопытность, тихие постанывания и отчаянные попытки войти в барда глубже, которые заставляли того чувствовать некий дискомфорт от интенсивности толчков. конечно, не хотелось чтобы тот его порвал, потому Венти взял всё в свои руки : возвысившись над Алатусом, тот начал небыстро, глубоко насаживаться на сочащийся предэякулятом член. От такой позиции он ощущался очень уж глубоко, потому Венти спешно начал ускоряться , чувствуя приближение желанного оргазма , вскоре падая Сяо на грудь. Затем резкая разрядка накрыла обоих с головой. Тело резко заполонили мурашки, оба выгнулись, почти синхронно громко простонав. Пульсация ощущалась во всем теле, заставляя постанывать, пока сладостное удовольствие не разлилось сильнее по телу точно сладкий сироп , заставляя содрогаться от потоков удовольствия. Приятные чувства вскоре отошли. Осталось лишь ощущение другого теплого тела и огонь трещал прямо над ухом. Он слез с чужой груди, лег рядом , медленно вдыхая нагревшийся в пещере воздух.