E=mc^2

Начало года в выпускном классе далось близнецам с трудом. Хотя, за обоих говорить некорректно. Итэр, будучи до звона в ушах общительным юношей, кому палец в рот не клади — дай с кем-нибудь зацепиться языками, необязательно в переносном смысле, радовался возвращению в место, полное друзей. Чего не скажешь о Люмин — сестра, затемненная на фоне брата, считала свою жизнь серой и скучной. Не до веселья ей было: близились экзамены, поступление и взрослая жизнь. Так еще и непутевого братца на себе тащить приходилось, буквально вырывая его из различных передряг и сомнительных компаний. Так и сейчас, стоя перед расписанием, приходится тащить Итера за рукав белоснежной рубашки, любезно выглаженной накануне утром матерью. Он стоит в компании соседских мальчишек, что перевелись в класс в этом году. Венти и Сяо, в прошлом — ученики элитной гимназии, совсем уж глупцами не были. А причина их перевода кроется в слишком безответственном характере первого. Видимо, натворил что-то, на него это вполне похоже. Почему же здесь его друг? Очевидно — без Венти Сяо один учиться не будет. Он сам так сказал. — Эй, Люмин, ну подожди, — откинув голову назад, находясь в весьма сомнительном положении, чудом сохраняя равновесие, стоя на одной ноге, смотрит на сестру, — дай я пацанам школу покажу! — У вас еще целый год впереди, Итэр, — оглядывает брата испепеляющим взглядом. Настолько, что, кажется, даже молчаливый Сяо поморщился, — у нас новый преподаватель физики. Опаздывать никак нельзя. Нужно кабинет найти, а из-за тебя мы итак задержались. Парням не оставалось ничего кроме как обреченно вздохнуть и последовать за девушкой. Впрочем, долго идти не пришлось — пара лестниц, и вот он — кабинет номер одиннадцать. Дверь любезно распахивается, представляя классу старых добрых близнецов и парочку новеньких. Изумленные взгляды бегло пробегаются по новоприбывшим, а за ними следуют теплые улыбки. Кто бы что ни говорил, но класс у них самый дружный в школе. Правда. Никаких конфликтов, лишь добро и позитив. Бабочек не хватает в воздухе, настоящая идиллия. Кстати, о бабочках. Едва стоило небольшой компании появиться у входа, девчушка, походкой точно полету вышеупомянутого насекомого, подлетает ближе. — Привет-привет! Я Ху Тао, доброе утро, близняшки! — сжимает в объятиях, но быстро переключается на новеньких, — Приятно познакомиться! Как вас зовут? Сяо, по заметкам в голове Люмин, некомфортно вообще. Он легонько, совсем несильно сжимает нежно-бирюзовую толстовку Венти пальцами одной руки, попятившись назад. Впрочем, на них она летом успела насмотреться, когда братец буквально выкидывал её на улицу, проветриться. Девушка подходит к своему излюбленному месту, передавая компанию в шаловливые руки лучшей подруги. Вот уже как десять лет отсидела здесь, никак не надоело. Возможно, это странно, но Люмин — любительница первой парты. Только именно той, что рядом с окном, возле с учительского стола. Может, кто-то назовет её извращенкой, может — ненормальной, но они не смыслят ничего в правильной рассадке. У этого места свои преимущества, делиться которыми девушка не желала. Возможно, в этом кроется её успех — абсолютная отличница. Без единой четверки за все десять лет, что она провела в стенах душного помещения. Ей даже есть чем гордиться. Между тем, прямо за спиной доносятся загадочные смущающие перешептывания. Девушка поворачивает голову, удивляясь красному лицу Чун Юня. Он едва слышно читает текст из очередной книги своего соседа по парте, а по совместительству — лучшего друга, Син Цю. Тот любезно прикрывает название произведения, одаривая читающего слишком смешным лицом. Таким загадочным, со слегка прищурившимися глазами, оглядывает друга. Пытается не рассмеяться. — После чего... Входит легко, — глаза Чуня округляются, а он, кажется, становится похож на закипающий чайник. — Интересно, мой милый друг? — от взгляда книжного червя не скрыться. Пареньку остается только стремительно отвернуться, буркнув в ответ что-то неразборчивое, — Или окно, что ты так старательно сейчас разглядываешь, интереснее меня? Смех заливает класс, когда звонок предупреждает о начале урока. Почему-то никакого нового учителя не было видно ни в самом начале урока, ни после десяти минут от звонка. Класс уже начал возноситься в возмущениях, но дверь вовремя скрипнула, пропуская высокого молодого... учителя? Это он-то учитель? Точно не какой-нибудь новенький? Парень быстрым шагом подходит к учительскому столу и представляется. — Извините за опоздание, ученики. Я Чайльд Тарталья, ваш новый учитель физики, — он улыбается куда-то вглубь класса, — Сразу пресекая вопросы, я довольно строгий, иногда совсем-совсем даже злодей в этом страшном школьном мире, но пока злодействовать не собираюсь. Легкий смешок волной проходит по классу, но пресекается довольно быстро, стоит ученикам услышать следующую фразу новоиспеченного учителя. — А сейчас напишем небольшую контрольную чтобы я смог оценить уровень ваших знаний! — на место былого веселья пришлись возмущенные вздохи, — Оценки ставить не буду, — волнения утихли. Прошло пятнадцать минут, как излюбленный историк, а по совместительству — завуч Чжун Ли одарил класс своим присутствием. Ему срочно понадобился Тарталья. Так же срочно, как Итэру понадобилась Люмин, стоило учителю выйти за дверь. — П-с-с, Люми, дай списать... — брат шепчет громче, чем обычно говорит. Оно и неудивительно: он выбрал место полностью противоположное сестре, заняв последнюю парту на ряду возле двери, перед ним сели Сяо и Венти. По классу покатились перешептывания об ответах на задачи. Отличников или хотя бы людей, понимающих что-нибудь в физике в классе было совсем немного: Люмин, как самая отчаянная отличница, Аяка, что почти не уступала ей и, видимо, тот самый Сяо — он что-то строчил в тетрадке со скоростью света, а как только Итэр взглянул на его записи, братца передернуло. — Да у нас новый гений в классе! Сяо, дашь списать? — такую гримасу состроил, что Кот В Сапогах из «Шрека» позавидовал бы. Новоиспечённый гений едва заметно кивает, а Венти, улыбаясь во все тридцать два, признает, что всегда списывал у друга злосчастную физику. Спустя пару секунд, пока месенджер загружал фотографию в общий чат, началось массовое списывание. Люмин в это время с работой закончила. В класс возвращается Тарталья, именно тогда, когда у одного одноклассника приходит уведомление на телефон, что он любезно не успел спрятать с приходом учителя. Никто не удивлен — в неудачах весь Беннет. Юноша смущается, убирая телефон в портфель под пристальным взглядом Чайльда, бубня под нос что-то вроде: «Ну я же точно выключал звук!». — Вы закончили? — учитель своими бездонными глазами оглядывает ученицу, — Я могу проверить работу прямо сейчас. Люмин кивает, передавая листок вперед. Одно из преимуществ парты — по классу шастать не нужно. Девушка занимает Тарталью, даря шанс своим друзьям-одноклассникам окунуться в телефон чтобы наконец-то дописать контрольную. Никто не знал, как новый физик относится к списыванию, поэтому действовать нужно максимально осторожно, прощупывая почву. — Люмин, верно? — объект мыслей подсматривает её имя в списке рассадки. Ему дала его классная руководительница Джинн, заранее попросив ребят не пересаживаться пару уроков, пока Чайльд не привыкнет к ученикам, — У тебя в третьей задаче весьма... Неординарное решение. Я бы хотел пообщаться с тобой на эту тему после уроков, — под непонимающим взглядом девушки продолжает, — Я имею ввиду, что сто лет не видел человека, кто бы так решал подобную задачу. Не подумай ничего плохого, у тебя все правильно, — лучезарно улыбается, заставив что-то внутри девушки вздернуться. — Да, конечно, я приду.