Город чёрных звёзд: Нарушитель спокойствия

Насилие всегда имело место быть. Мобианцы с незапамятных времён воевали друг с другом, с горсткой людей и их изобретениями. Для дискриминации и геноцида всегда существует повод: насильное навязывание своего мнения более слабым государствам и общинам, кровная месть или убеждённость в том, что кто-то в этом мире оказался лишним. Мотивы гнусных деяний разнятся от злодея к злодею, но если у этих жестоких душ хватит смелости на создание чего-то действительно легендарного, то, невзирая на великие достижения, все творения таких мобианцев будет объединять одно: порицание со стороны большинства. В подобных условиях города строятся на костях, и одним из таких городов стал город-государство Блэкмаунт. Памятник амбициям, взращённых из мести. Маяк надежды для жаждущих отдалиться от несправедливости этого мира. Это место, которое самый беспощадный злодей всея Мобиуса доктор Эггман не смог взять при помощи своей бездушной стальной армии. Это город, который выстоял перед всеми натисками королевства, враждебность к которому являлась — и является по сей день — главной движущей силой мобианцев, жаждущих ещё больше возвыситься над магами, что, по ощущениям, в этой жизни не испытывают ни одного чувства, кроме напыщенности от победы в генетическую лотерею. Ни тысячи манёвренных стальных машин, ни наполовину состоящая из обладателей сверхсил армия Королевства Акорнов, площадь которого в сотни раз больше, не смогли присвоить землю Блэкмаунта себе, и это больше, чем что-либо другое, отражало непоколебимость коллективного духа народа, смешанного из разных рас, который желал всего лучшего исключительно для себя, неустанно двигаясь в этом направлении. Этот город был возведён и возрос на реке жизни, где селились почитатели Матери-Природы, однако водоём не сохранился до нынешнего момента в первозданном виде. При очередном дерзком расширении границ города — что было прямым посягательством на земли Королевства — река была перекрыта дамбой ради рытья канала для изменения её русла; поток постепенно зарастал тиной и ряской, замедлив своё бурное течение, после чего равнинная его часть, где сейчас располагается вольный город, превратилась в болото из-за деятельности вторженцев. После этого болото было осушено ими же ради добычи горючих ископаемых — поначалу торфа в дополнение к углю, а затем нефти, но уже на её пересохшей дельте. Очень мало кому на всём Мобиусе осталось ведомо, как на древнейшем мобианском языке называлась эта река, но после изменения её русла она не без причины получила название Лайфроуд. Во всём мире, в частности за океаном, Блэкмаунт слыл меритократическим и технократическим пристанищем с высочайшим уровнем жизни для мобианцев, не обладающих магией, но делающих всё возможное, чтобы улучшить свою жизнь без оглядки на кого-либо, особенно на Королевство Акорнов, чью землю основатели Блэкмаунта и их сподвижники как раз таки присвоили себе. Поначалу это был лишь клочок земли в качестве резервации для изгнанного «государственного преступника» и его самых ярых сподвижников, что не побоялись отправиться в изгнание за несколько сотен миль вместе с ним, однако впоследствии границы резервации расширялись руками, оружием, злостью и отчаянием самих же изгнанных, и после несогласованного проектирования и строительства стабильного источника тепла, верфи с передовыми технологиями и мифического корабля, в одночасье ставшего легендой, резервация перестала быть таковой. Эта область стала сродни раковой опухоли для Акорновского Королевства — спустя десятилетия она дала метастазы в умы самих граждан Королевства, хотя политики при поддержке дружины по большей части смогли пресечь вольномыслие в сторону лояльности к «беспринципным сепаратистам, убийцам и уничтожителям природы, сеющим раздор в обители чести и доблести». Около пятисот квадратных километров некогда лесистой территории и множество значимых личностей оказались втянуты в полный интриг и крови конфликт из-за желания одного военного деятеля, до одного рокового дня безумно преданного королевской семье, сеять возмездие. Солидарных с ним нашлось немало, ведь печальные итоги очередной войны с агрессорами с севера были известны всем акорновчанам. Утереть нос королевской семье белок и отгородиться от неё — такова была цель отцов-основателей города-государства, полностью солидарных друг с другом и верных друг другу до конца. Однако, как и в любой части Мобиуса, не всегда всё бывает гладко. Блэкмаунт — это блаженный рай для одних и сущий ад для других, и не просто потому, что эти другие являются магами. Этот с виду обычный город, невзирая на свой довольно молодой возраст, хранит в себе целую кладезь мрачных историй и нераскрытых тайн. Одни мобианцы видят стекольный блеск и элегантную архитектуру, перспективы богатства и признания. Других, гораздо более обеспеченных лоялистов, манит статус налогового убежища с наилучшими условиями — едва город-государство успел просуществовать половину своего нынешнего срока, как инвестиции с других материков хлынули потоком, который, словно свободно катящийся вниз снежный ком, не стихает до сих пор и только набирает обороты. Третьим заметен лишь мрак, по их мнению, сокрытый в самих стенах Блэкмаунта. А четвёртые порой задаются вопросом, как этот вольный город вообще выстоял и, более того, расцвёл и заблагоухал самым манящим ароматом, который только можно вообразить — преимущественно с точки зрения финансов и патентного права. Ещё ходили слухи об извращённом чувстве справедливости у тех, кто удосужились пожить в этом городе хотя бы небольшую часть своей сознательной жизни — и вот эти слова были фактически у всех на устах. Если послушать тех, кому удалось побывать там мимоходом, то лейтмотивом через их речь будет проходить вывод, что Блэкмаунт — это идеальное место, с виду походящее на оплот мира и размеренной жизни с нескончаемыми перспективами, для аморальных мобианцев, имеющих предпочтение ходить по головам других. Город возводился и расширялся, в основном, не с целью сеять ещё больше зла, но тот, кто в нём не жил, ни за что бы в это не поверил. Слишком сильна была пропаганда Королевства; как бы войско семьи Акорнов ни старалось, оно не смогло взять Блэкмаунт силой, поэтому старой монархии и новообразованному городу-государству пришлось в какой-то момент выстраивать дипломатические отношения и начать относительно мирно уживаться вместе. Золотые времена делёжки территорий Блэкмаунта членами разных диаспор, не гнушавшихся разбоя, прошли, однако эти события всё ещё напоминают о себе. Супергерои вроде Соника обходят вольный город стороной, и не из-за того, что боятся, а вследствие того, что там их в любом случае не ждёт радушный приём, несмотря на непосредственную близость этого города к Акорновскому Королевству — в территориальном, но не в духовном смысле. С самого своего основания загадочно пропавшим бурундуком по имени Джошуа Уиллоу, который сподвиг целую свору мобианцев на настроения против Королевства и который руками своих верных последователей унёс жизни не одной сотни «детей природы», Блэкмаунт стремился к автономии. Город двигался в направлении полной независимости от ископаемых и умственных ресурсов Королевства Акорнов, однако не так бурно, как в направлении обуздания научного прогресса в любых сферах. Первый работающий на ископаемом топливе источник колоссальных тепловой и электрической энергий, промышленная генерация холода, первое стальное плавучее сооружение, изобретения для противодействия магам, использование внутриядерной энергии для максимально эффективного обеспечения разросшегося города электричеством и теплом, оружие, способное противостоять даже мобианцам в суперформе, — все эти достижения сделали решительные учёные Блэкмаунта, редко имевшие контакт с коллегами из Роботрополиса, столицы Королевства. Жители главного города в государстве с монархическим строем искренне считали, что проживающие в Блэкмаунте зазнались, а те, в свою очередь, не считались с их мнением ни по какому поводу. Каждый из этих двух городов боролся с доктором Эггманом, как и старался не замечать существование соседа, по-своему. Оторванный от реалий Акорновского Королевства Блэкмаунт не то чтобы досаждал, но оставался большим подспорьем, достоин ли он вообще существовать. И эти неутихающие дебаты, особо не переходящие в действия со стороны некоторых громогласных подданных королевской семьи, длятся уже без малого полтора века. А в настоящее время не решаются брать город силы Королевства только потому, что блэкмаунтцы неоднократно успели на практике продемонстрировать свою способность сопротивляться как внешнему давлению, так и внутреннему хаосу. За это время сменилось не одно поколение граждан города-государства, а также их стремления, желания, культура и взгляды на жизнь. Единственное, что точно не меняется последние несколько лет у всех поколений жителей Блэкмаунта, это презрение и выражение никчёмности по отношению к Сонику и «Борцам за свободу», а также мнение, что принцесса Салли недостойна королевского трона, как и вся семейка Акорнов. Блэкмаунтцы смотрят на факт соседства своего города с хоть и небольшой, но всё же империей, которая из-за внешних врагов пребывает в относительной нестабильности уже очень долгое время — дольше, чем существует Блэкмаунт; они видят свой город, в котором деньги, получаемые от одних стран и от прибылей своих компаний, идут на закупку ресурсов из других стран, а блэкмаунтцам даже не надо применять грубую силу, ведь всё решается дипломатией и многомиллиардными корпоративными соглашениями — в основном, конечно, вторым способом; они видят это, складывают два плюс два и логично приходят к тому, что их презрение в сторону Королевства Акорнов только усиливается. А ещё каждый уважающий себя житель Блэкмаунта скрывается под хорошей одеждой. Стали ли здешние мобианцы от этого цивилизованнее — для некоторых этот вопрос нешуточно открытый. Очередной почти безоблачный августовский день, мало для кого знаменательный, но именно сегодня бурундук по имени Гарри Мэпл впервые за долгое время оставил свою небольшую бухгалтерскую контору на попечение рыси Янушу Левандовскому — своему подопечному, когда-то усердно искавшему, куда бы податься в подмастерья мира бумажной волокиты. Из всех подчинённых бурундука, хоть и немногочисленных, именно этому молодому мобианцу приходилось уделять больше всего внимания вследствие его низкой скорости усвоения знаний, которые полагаются по рабочим обязанностям. Гарри не выгонял Януша только из-за исполнительности последнего и его дикого желания исправиться при любой промашке. Эмигрант из страны за океаном был прилежным учеником, однако мог бы стараться лучше, и Гарри то и дело это подмечал. Бурундук вместе с ежом Майклом Бекхаусом — одним из своих лучших друзей детства — шёл в центральный боро Уиллтон, не переставая рассуждать о том, как быстро пролетели целых два года, встречать возвращавшихся других своих закадычных друзей. Первым из них был горностай Эшли Лукас, он же просто Эш — сильный телом и духом соблазнитель женских сердец и искатель опасных приключений. Собственно, именно второе качество и сподвигло горностая на то, чтобы с отвагой вступить в ряды блэкмаунтской армии. От матери, первой ежихи в его роду, он унаследовал абсолютно нетипичные для горностаев иглы на лопатках, которые при взгляде на Эша в профиль как бы подчёркивали тот факт, что он, невзирая на жёсткость своего крепкого тела, не лишён скорости и плавности движений даже в бою. В школе он успел воспользоваться огромной популярностью не только из-за внешней привлекательности — хотя, в первую очередь, именно благодаря ей, — но и из-за своих высоких спортивных достижений, однако с возрастом, как это полагается порядочным самцам, он всё больше начал ценить в других душу, нежели видимую оболочку. В последние несколько лет Эшли не терпелось завести семью, но вот с чем ему однозначно не везло, так это с поиском достойной девушки. Вторым другом Гарри, который только что вернулся в родные края, был хряк, сын переселенцев с соседнего материка, с замысловатым, привычным лишь для обитателей тех земель именем Роберт Ми́клош Э́рнест Рубик, которого все из лаконичности называли Бобом. Редкий мобианец вспоминал его полное имя, да и сам хряк, который жил в беднейшем боро Бургос почти безо всякого комфорта, вовсе не слыл личностью, привыкшей к торжествам и почестям. Боб был мобианцем более сдержанным, чем Эш и уж тем более чем Гарри; в этом плане он стоял где-то наравне с Майком, только без цветастого костюма с галстуком, и лишь диву можно было даваться, насколько разнообразных мобианцев Мэпл смог в своё время собрать вокруг себя. Эшли в звании сержанта командовал Робертом, а также Майклом, отправленным домой по медицинской репатриации после потери правой руки, и ещё шестью мобианцами. На войне они все были горностаю как родные братья, и Гарри среди них порой очень не хватало. Мэпл был достаточно низкорослым бурундуком, да и его телосложение никак нельзя было назвать синонимом силы. В армию Блэкмаунта набор с недавнего времени стал на добровольной основе из-за внедрения продвинутой полусамостоятельной автоматики на пограничных орудиях в целом и на пушке Эрикссона-Мештерхази — огромном лазерном орудии — в частности, и бурундук мог бы вообще туда не заявиться, если бы не уважение к своему отцу и, безусловно, лучшие друзья, которые без принуждения избрали такой путь. Наряду с Робертом, Эшли и Майклом Гарри выдерживал все вызовы, что бросала ему местная военная академия с жесточайшим отбором лучших из лучших. И хоть кто-то, слушающий эту историю со стороны, наверняка поставил бы всё своё состояние на то, что тот, кто сейчас вместо военной формы щеголяет в пиджаке, вылетел бы из Военной академии Блэкмаунта по борьбе с магами в первую же неделю. К величайшему своему удивлению, такой любитель ставок проигрался бы по-крупному. А факт был в том, что Гарри прошёл все испытания от командиров академии, абсолютно все — кроме последнего. Когда в ночное время суток бурундук, трое его друзей и ещё около пары дюжин оставшихся из трёх сотен сослуживцев стояли, будучи вкопанными по подбородок в ледяную грязь, и сдерживали стоны боли от промерзающих насквозь костей, он изъявил желание прекратить это финальное испытание. Хотя вылетел Мэпл отнюдь не самым первым. Он мог бы продержаться чуть ли не дольше всех, если бы в самый ответственный момент перед его полностью затуманенным от мучений взором не явилась хорошая денежная перспектива и бизнес, который впоследствии приносил бы миллионы блэкмаунтских песо ежегодно. При раздумьях между тем, что вязло верх — меркантильность или холодный расчёт, — Гарри бы, не раздумывая, ответил, что второе, и не кривил бы душой. Безусловно, деньги Мэпла очень привлекали, однако жадным, подлым и зазнавшимся назвать его язык ни у кого не поворачивался. Он сам любил обирать нечистых на руку богачей города-государства, и говорил об этом при любом удобном случае. Но с течением времени разговоры об этом поутихли, а затем и вовсе прекратились. Гарри просто устал афишировать это на каждом шагу. Он был с головой погружён в работу по поддержанию жизни в своём бизнесе, являясь в нём и директором, и главным бухгалтером, иногда беря на себя роль внешнего финансового аудитора для других юридических лиц, прошедших регистрацию в Блэкмаунте. Дело Мэпла только-только начало разрастаться, и он был весьма горд за себя. Именно тогда Гарри стал принимать к себе с обучением первых помощников. Белый костюмчик в некоторой степени до зависти хорошо устроился в мирной жизни. Он целенаправленно этого хотел, он шёл к этому — и ему за это воздалось. Про незнакомцев, которые были нелицеприятны лично для него, он мог шутить сколь угодно язвительно и вообще вести себя вызывающе, однако в верности принципам и в преданности своим друзьям, которых он сам же и сплотил возле себя ещё в детстве, ему фактически не было равных — по крайней мере, в Блэкмаунте. Безрассудный рыжий грызун-балагур в белом полуформальном костюме с красной футболкой и лакированными чёрно-белыми туфлями-оксфордами был способен сподвигнуть друзей на любые свершения — от великих до самых опрометчивых. Этим их компания только и занималась в школьные годы, но, когда пришло время взрослеть, принимаемые решения всех четверых, а также Геральда — младшего брата Гарри, покинувшего город в поисках своего места в жизни, — Антонио — пошедшего по стопам отца и подавшегося в преподаватели младшего брата Эшли, — Леона — одноклассника и ближайшего друга Геральда и Антонио — и мангуста Джордана, который ещё со школы прослыл потребителем и распространителем дурманящей разум травы, стали гораздо более обдуманными. Гарри, как и вернувшиеся ветераны боевых действий в лице его бывших одноклассников, за исключением Джордана, обучался в знаменитой блэкмаунтской Военной академии по борьбе с магами, однако бурундук в последний момент дошёл до того, что перестал видеть в этом что-либо, кроме потери времени, которое можно было бы потратить на освоение бухгалтерского ремесла, и возможной скорой смерти. Никакие баснословные деньги, зарабатываемые на войне, не смогли затмить у бурундука сомнения, а ведь Гарри всегда стремился к богатству. Эшли же пошёл воевать по доброй воле ради благополучия семьи. У каждого были свои мотивы стать военнообязанным, и побуждение к этому было одно: уважение и любовь среди своих родных. Появление Эшли и Роберта не заставило себя долго ждать. Они не меньше Гарри и Майкла жаждали своего же возвращения домой. Крепкие рукопожатия и похлопывания по плечу друзей не разлей вода разбавлялись радостными возгласами — в особенности, конечно, возгласами Гарри. — Мне кажется, пока тебя не было, ты даже подрос на дюйм-другой, — самый низкий мобианец в лице Мэпла глядел вверх на самого высокого, которым являлся Лукас. — Ты с этим давай подвязывай, а то на твой памятник никакой бронзы не хватит. Друзья оценили шутку сдержанным, но искренним смехом. Ни одно сказанное с юмором словцо Гарри не оставалось без положительной оценки его знакомых. Нрав задорного и вспыльчивого затейника почти не изменился с самого детства. — Ты так уверен, что я заслуживаю памятника? — немного посмеялся и горностай, намекая на то, что именно его подчинённые сделали весомую часть работы; силач не любил выпячивать свои подвиги напоказ, о некоторых из них даже родители и младший брат не догадывались. — Я лишь направлял своих подопечных. Бурундука мало прельщали те, кто обламывали шутки своим чересчур серьёзным отношением к жизни. Лукас разделял это мнение; он наряду с ежом и хряком был не против подыграть, хоть вне работы и не был таким уж беззаботным. Мэпл любил в какой-то мере забываться в свободное время: если уж отдыхать, так отдыхать по-настоящему, и не стоит слишком много думать о завтрашней работе, как размышлял белый костюмчик. — Завязывай скромничать, — бурундук по-дружески хлопнул горностая тыльной стороной ладони по плечу, но чтобы это сделать, бухгалтеру потребовалось вытянуть руку вверх. — Ты девкам вообще шанса не давал, когда соблазнял их, вот и в других делах давай так же. Соблазни жизнь, мать её! — на это сержант лишь ухмыльнулся, поскольку Гарри, будучи достаточно колкой натурой практически в любых делах, не упускал шанса припомнить Эшу его многочисленные школьные романы с одноклассницами. — А я так посмотрю, седой шерсти у вас не прибавилось, — Гарри разглядывал хряка и горностая пристально, но с переполнявшей гордостью за бравых бойцов Блэкмаунта. — Ты, Эш, — бурундук кивнул в сторону самого высокого мобианца в их компании, — мало того что командиром отделения заделался, так ещё и ни царапины не получил! Сразу видно, благодаря кому мы в Блэкмаунте можем спать спокойно. — Только не говори, что сомневался во мне. Не поверю, — Лукас выгнул брови. — Сержант должен вести ребят к победе, и мы свою победу заработали дорогой ценой, — его голос изменился на более тихий. — Да и, честно говоря, это больше заслуга Боба и Майка. Если б не они, домой бы я вернулся в ящике, — после чего горностай, чтобы отогнать дурные мысли, тряхнул зачёсанной на бок причёской, отчего стала лучше видна его дерзкая стрижка в виде молнии над правым ухом, и снова улыбнулся. — А вообще, хватит о войне. Давайте лучше своих повидаем. Я собирался пойти семью обрадовать. Гарри был нисколько не против этого. Ради такого пиршество можно было, по его мнению, и отложить. Бурундук покивал с одобряющим видом. — Мне бы тоже не помешало, — Рубик повернул голову к Лукасу. — Мама наверняка очень волновалась. Спасибо за всё, что ты сделал. — Не стоит, — горностай проявил обыденную для себя вежливость, чаще всего не свойственную таким крепышам, как он. Тут Майкл, будучи крайне пунктуальным и не любящим в силу вечной занятости из-за профессии прокурора тратить время, спросил: — Значит, празднование откладываем до завтра? — Да и не страшно, — улыбчиво отмахнулся бурундук. — Завтра уж точно получится всех собрать, — белый костюмчик говорил про отправившегося на вольные хлеба Геральда, который уже с давнего времени завёл привычку наведываться в Блэкмаунт лишь раз в год, а также про двух одноклассников Геральда, один из которых приходился Эшли младшим братом, и про Джордана. — И если никто не против, то встречаемся у Центра международной торговли. С меня имбирного эля на всех! — Кошелёк не треснет? — подшутил над бухгалтером Роберт. Гарри только с наигранной надменностью мотнул головой из стороны в сторону. На том друзья и разошлись такими же парами, как и встретились. Лукас, поворачивая к дому своих родителей, который был Рубику частично по пути, с наигранной строгостью вымолвил: — За твой счёт, Гарри. Я запомнил! Мэпл в ответ щёлкнул пальцами. Школьная банда Гарри не собиралась ввосьмером уже многие годы, и этот день однозначно должен был принести что-то необычное. По крайней мере, так считал Гарри, в жилах которого всегда бурлила толика адреналина, дававшая небывалый душевный подъём. По надеждам расходящейся четвёрки, впереди было много запоминающихся дней в мирной обстановке.