Your body...

Дрожь по телу едва виднеется, но Чимину становится ещё страшнее, когда он думает и об этом. Не хочется позориться и выглядеть каким-то не таким на фоне Юнги. Он снова и снова потными ладонями проезжается по волосам, чтобы поправить их. От взгляда Юнги ничего не ускользает, он замечает абсолютно всё. То, как Чимин раскачивается и всё время мотает головой, даже то, как он расстёгивает несколько пуговиц рубашки, потому что ему вдруг стало душно, он всё замечает. Для Юнги становится последней каплей то, что Чимин лезет в сумку за успокоительными. Альфа останавливает машину на заправке. — Юнги, можешь купить водички, пожалуйста? — Чимин продолжал искать что-то в сумке, но Юнги аккуратно отобрал её под не понимающий взгляд. Альфа молча взял Чимина за руку, поглаживая её большим пальцем, и поднёс к губам, нежно целуя. — Чимин, — Юнги завёл локон волос омеги за ухо, касаясь щеки. Всё для того, чтобы Чимин максимально комфортно сейчас себя чувствовал и внимательно слушал… Ну и ещё потому, что Юнги не может без касаний. — Эти люди вырастили меня. Они не монстры, не людоеды и тебя не съедят. Омега тихо смеётся, но волнение не удаётся унять. — Я бы не повёз тебя знакомиться с ними, если бы они хотя бы на чуть-чуть могли доставить тебе дискомфорт. Поэтому, пожалуйста, не волнуйся. — Не могу, — хрипло ноет, мысленно ругая самого себя за такое. — Я так боюсь того, что они не примут меня. Вдруг они подумают, что я не достоин тебя? Это всё же родители, и они думают о своих детях и об их счастье. — Вот именно, а моё счастье — это ты. Юнги наклоняется, едва касаясь губ, из-за неосторожности, но такой поцелуй даже больше нравится. — Поэтому выбрось из головы ненужные мысли, что лишь портят настроение, — альфа шепчет в губы, — и думай о том, как будешь терпеть моего папу целый день, потому что он от тебя не отстанет с расспросами о всей твоей жизни. — Всей? — Чимин отстраняется, чувствуя лёгкий испуг и, кажется, новую порцию волнения. — Рассказывай то, о чём хочешь. И не волнуйся, пожалуйста. Они считают тебя частью нашей семьи, и ты прими их. — Обычно частью семьи после свадьбы становятся. Будет ли это правильным? — Еще как, — с хитрым взглядом вновь целует в щёку. — Солнце, ты заставляешь меня уже жалеть о том, что мы едем туда. Я не думал, что ты настолько будешь волноваться. — Конечно, я буду волноваться, — Чимин кусает губу, опуская взгляд. — Мне важно, чтобы всё прошло идеально, но… Я знаю, что этого не будет. Я обязательно что-нибудь испорчу. — Мы с тобой об этом уже говорили. Даже если ты дом спалишь, то они первым делом спросят, в порядке ли ты. Пожалуйста, чувствуй себя, как дома со мной. — Ну если как с тобой, то это уже другое дело, — Чимин усмехается своим же словам, на секунду замолкая. Ему нужно сказать то, что сейчас в голове. Высказать прямо сейчас то, что сейчас заполняет его. Психолог, с которым Чимин долго занимался, посоветовал не держать эмоции внутри себя. — Ты моё безопасное место, Юнги. Если ты со мной, то я буду в порядке. Он останавливается с выдохом. Тревога постепенно пропала. На душе стало чуть легче, когда Чимин прислушался к своим словам. Прекратить волноваться полностью помогли уже ранее сказанные слова Юнги. Омега поднял на Мина глаза и, кусая губы, кивнул, сверкая глазами. У него получилось… — Молодец, — Юнги крепко обнимает его, целуя в скулы. — Я горжусь тобой. Ты отлично справляешься, — Альфа гладит по волосам, прислушиваясь к стуку сердца Чимина. — Я так люблю тебя. Юнги видит изменения в Чимине, и эти изменения только омеге на благо. Чимин больше не думает о чём-то плохом, не уничтожает свой организм. Альфа наконец-то спокоен за него. — Готов? Чимин оборачивается, чтобы ответить, но не успевает и слова молвить. Юнги не упускает возможности поцеловать Чимина даже перед дверью в дом родителей. — Эй, голубки, я вам не мешаю? Омега отстраняется, краснея до невозможности, и резко поклоняется. — Здравствуйте! — Пап, — Юнги цокает, после чего доносится смех родителя. — Не, ну а что ты хотел? Я понимаю молодость, страсть и всё такое, но посмотри в каком состоянии бедный мальчик. — Это из-за тебя, — Юнги приобнимает Чимина, оставляя лёгкий поцелуй в висок. — Пошли? Чимин молча кивает, не отводя взгляда от папы Юнги. Он настолько красив, что Чимин не находит слов… Вот в кого Юнги… — А ты Чимин, значит? — старший омега, кусая губу, разглядывает его, пока Чимин неловко снимает обувь. — Юнги говорил, что ты очень красивый, не обманул. Чимин мнётся, не зная, что именно отвечать на такое. Поблагодарить? Может, в ответ тоже сделать комплимент. Юнги стоял в сторонке, словно и не видел, пытаясь разобраться с чем-то в телефоне. — Расслабься, солнышко, не надо так зажиматься. Чувствуй себя как дома! — омега улыбается, неожиданно обнимая Чимина. Тот на удивление действительно расслабляется. А в его объятиях так же хорошо, как в объятиях Юнги. — Я на секунду отвернулся, а они уже обнимаются, — Юнги смеётся. — Вы там застряли что ли? — Идём! — омега крикнул альфе, отстраняясь от Чимина — Ну что? Пойдём кушать мою стряпню и знакомиться с нашей семейкой? Вечер прошёл в приятной, весёлой обстановке. Чимин познакомился с братом и отцом Юнги. Все были настолько милы и приветливы, что Чимин даже подумал о том, что хотел бы остаться жить в этом моменте. Именно моменте… Юнги всё держал омегу за руку под столом, но их поймали совсем скоро. Чимин смеялся с обиженного выражения лица альфы после того, как его отчитали, как маленького, потому что он не давал Чимину нормально поесть. Вопросы были самые разные, начиная с «как вы познакомились», заканчивая количеством покрашивания волос. Юнги и не сомневался в том, что Чимин с папой быстро найдут общий язык, и не прогадал. По традиции всех таких посиделок в ход пошёл детский альбом, после чего Юнги пригрозился забрать любимого кота семьи к себе домой, но родителей было не остановить. — Вот тут Кихён подарил ему велосипед. Юнги такой радостный был, что целый день катался на нём и в итоге проколол колесо. Ой сколько слёз было, — омега засмеялся, а Чимин так внимательно рассматривал, стараясь запомнить каждую детальку, попутно смеясь с рассказов. — А я где был? — брат в сторонке не остался. — А ты ещё в животе был. Мы тогда думали в честь кого тебя назвать. — И в честь кого назвали? — В честь гуся с соседнего двора, — Юнги засмеялся, получая яростный взгляд брата. — Па, скажи, что я правду говорю. — Па? — Сохун с удивлением обернулся на папу, а тот молчал, продолжая листать альбом. — Не понял. — В честь корейского певца мы тебя назвали, — вмешался до этого молчавший отец. — Это был любимый певец твоего папы. Джиён с ума сходил по нему. Чимин улыбался, слушая всё это. Становилось так тепло и уютно с каждой секундой. Все смеялись, рассказывали что-то и было так интересно слушать… Вот если бы и у Чимина была бы такая семья… «Совсем один? А как же родители? — Они давно развелись. Никто из них не хотел возиться со мной, поэтому меня отправили к дяде. Он не очень хороший человек, но старался воспитывать меня, как своего ребёнка, и проводить со мной больше времени. С восемнадцати я начал жить один. У них своя жизнь, у меня своя». — Чимин, отойдем? — Джиён осторожно коснулся плеча парня, кивая в сторону кухни. Чимин сразу встал с места. — Ты куда? — уже немножко пьяный Юнги сразу спохватился, хватая руку любимого. — Я не надолго, — Чимин улыбнулся. — Я буду считать секунды, — альфа поцеловал ладонь омеги, не замечая лёгкого смеха и вздохов со стороны, отпуская его. Чимин последовал на кухню за омегой и тут же встал у раковины, натягивая на себя фартук. — Что ты делаешь? — старший обернулся на Чимина, не понимающе поглядывая, — Не нужно, я не за этим позвал тебя. — Но я всё же хотел бы помочь вам. — Ох, спасибо, но я сегодня воспользуюсь посудомойкой. Ты здесь не для того, чтобы делать что-то. Ты — наш гость. Омега указывает на стул и сам садится напротив. Чимин снимает с себя фартук, следуя туда, куда указали. — Хочу поговорить с тобой наедине. — О чём хотите поговорить? — О тебе, — омега подпирает подбородок руками и внимательно смотрит на Чимина. — Ты первый, с кем Юнги нас знакомит. — Правда? — взгляд Чимина меняется. — Почему? — Я тоже хочу знать почему, но, кажется, это и так понятно. Ты очень хороший, Чимин. Я так рад, что именно ты рядом с Юнги. Омега опускает голову, нервно кусая губы изнутри. Он так боялся, что услышит совсем другие слова… — Скажу честно, — Чимин поднимает глаза, — я так волновался, когда Юнги сказал, что мы едем знакомиться с вами. Боялся, что всё испорчу. — Я тоже безумно волновался, — мужчина тихо засмеялся, прикрывая глаза. — Хотел достойно и тепло встретить вас. На некоторое время оба молчат, наслаждаясь тишиной. Джиён вздыхает, собираясь что-то сказать, но на секунду останавливается, словно пытаясь что-то понять. — Юнги сказал мне кое-что. — Что? — Чимин с лёгким волнением поднимает взгляд. — Он скорее предупредил меня. Сказал, чтобы я ни в коем случае не расспрашивал о твоей личной жизни. Конечно, я не собирался, но мне стало интересно. Если это действительно как-то… — Нет, нет, — Чимин мягко улыбается. — Просто не повезло с прошлыми отношениями. — Правда? Что же такого произошло? — Много чего, — Чимин неловко улыбается. — Простите, если грубо, но я не хочу сейчас говорить об этом. Ну вот. Теперь Чимин чувствует себя дураком. Надо было сначала не начинать. — Да, конечно, прости. — Мне так нравится у вас, — омега осматривается. — У вас так хорошо. — Оставайся, — Джиён смеётся. — Сможем поближе познакомиться. — Спасибо, — Чимин поджимает губы. А в горле появляется ком, который становится так тяжело проглотить. Перед ним сейчас человек, которого так и хочется обнять и назвать папой. Чимину больно и обидно… — Может расскажешь немножко о себе? О своих родителях, близких? А то ты только сказал, что они развелись и ты жил один. — Рассказывать особо нечего, — Чимин хмыкает, — Родители мои развелись, когда мне было десять. До восемнадцатилетия я жил у дяди, а после уже сам. — А что с родителями? Неужели они никак не связывались с тобой? — Нет, не связывались. — Ну ничего, — мужчина накрыл руку омеги своей. — Теперь мы твоя семья. Чимин не переставал думать об этой фразе весь оставшийся вечер. Не переставал даже у зеркала, когда уже готовился ко сну. — О чём ты задумался? Голос Юнги выводит из мыслей и заставляет обернуться. — Да так, просто, — омега продолжил расстёгивать рубашку. — Я так рад тому, что меня так тепло приняли. — Вот видишь, — Юнги встаёт с края кровати, направляясь к Чимину. — А ты волновался. Сладкий, до боли одурманивающий аромат Чимина изводит Юнги. Альфа опускает голову ему на плечо, носом утыкаясь в шею, и целует нежно. Его руки ложатся на талию, чтобы крепче прижать и обнять. — Юнги, я впервые чувствовал такое, — тихо поговаривает, касаясь ладоней, что обнимают его. — Что ты чувствовал? — Что не хочу уходить. Мне впервые так сильно захотелось просто остаться жить в чужом доме, — Чимин усмехается, прикрывая глаза. — Тебе понравилось тут? — омега в ответ кивает. — Моя семья точно понравилась тебе? — Как она может не понравиться? Они такие чудесные, как и ты. — Есть ещё мой старший брат, который приедет завтра, — предупреждает Мин. — Я всё равно не откажусь от своих слов. — Чимин, — Юнги целует в шею. — Если бы я прямо сейчас предложил бы тебе выйти за меня… — Я бы согласился, — Чимин чуть наклоняет голову в сторону. — Но предложение без кольца не принимается. Чимин всё дурачился, мотая головой, пока Юнги плавными движениями, всё еще обнимая сзади у зеркала, надевал на палец Чимина кольцо. Омега не видел, но чувствовал, и его выражение лица менялось так смешно, что Юнги не сдержался. Он засмеялся, целуя в щёку.  — Выходи за меня? — Ты… — Чимин посмотрел на свою руку, разглядывая золотое кольцо. — Ты сейчас серьёзно? — Серьёзнее некуда. — Юнги… — губа дёрнулась легонько вниз, а глаза защипали. — Ты точно не шутишь? В уголках глаз собрались слезинки, которые всё скатывались по щекам. Чимин судорожно дышал, прижимая руку к груди. — Но почему именно сейчас? Тогда, наверное, лучше было бы перед всеми на ужине. Завтра будут вопросы из-за кольца. — Предложение напоказ — это всё равно, что манипуляция. А вдруг моя семья тебе бы не понравилась? Я должен был сначала узнать твоё мнение и посмотреть на реакцию, — Альфа вновь сладко целует, вызывая дрожь. — Хотел сделать это в атмосферной обстановке, где только мы с тобой… В объятиях, обсыпаем друг друга поцелуями… И запах счастья витает в воздухе… — Юнги, — Чимин всхлипывает. — Я не могу поверить, просто… Всё так быстро случилось… Кажется, будто я сплю. — Я бы помог проснуться самым лучшим образом, да только это не сон. Какую свадьбу хочешь? Можем закатить такую, чтобы даже в новостях говорили, — Чимин усмехается. — А можем расписаться и поехать в медовый месяц куда-то далеко на море? — Поговорим об этом потом, — Чимин касается щёк Юнги и целует. Целует со всей нежностью и любовью, обнимая его за шею. Медленными движениями руки он зарывается в светлые волосы Юнги, улыбаясь в поцелуе. — Ты вроде не ответил напрямую, согласен или нет? — Юнги на секунду отрывается, скользя руками под рубашку, поглаживая спину омеги. Маленькими поцелуями Юнги спускается по скулам к шее. — Думаю это и так понятно. — Я хочу услышать это от тебя. — Согласен. Я согласен, — омега смеётся. — Мы так часто говорили об этом. — Ты думал, я всё это время шутил, когда говорил, что хочу связать свою жизнь с тобой? Ни на секунду не сомневался в своём выборе. Ты моё всё, Чимин… я люблю тебя. Если бы только на свете существовали слова, которые могли бы описать мою любовь к тебе. — Юнги, — омега лезет в горячие объятия, касаясь губами скул, поднимаясь к губам альфы. — Просто поцелуй… Когда человек хочет не просто сказать о своих чувствах, а показать, то он целует… Целуют только любимых, а я получил столько поцелуев, что чувствую себя самым любимым. Я тоже не могу найти слов, поэтому просто хочу поцеловать тебя. Это Чимин и делает. — Я стал счастливым, благодаря тебе… Поэтому теперь моя очередь делать тебя счастливым. — Я могу сказать то же самое, — Юнги улыбается, прижимаясь лбом ко лбу омеги. — Ты самое настоящее сокровище… Моё сокровище… Мой, — Юнги притягивает за талию, слегка покусывая скулы. — Я весь твой, на ближайшее «навсегда»… — Навсегда? — Навсегда.