Во власти твоей

Первая неделя на посту исполняющего обязанности директора компании заставила изрядно понервничать. Недовольство части замов переросло в подобие холодной войны. Айтишник укреплял свои политические позиции путем прилюдного оспаривания поручений, что рождались в ходе совещаний и планерок, чем откровенно подбешивал адекватную половину команды.   — Не вижу способа выполнить задачу, поставленную тобой, к указанному дедлайну, — Николай с вызовом смотрел на меня, не отводя взгляда. Мужчина пытался казаться хозяином положения, но плотно сжатые губы, превратившиеся в две тонкие полоски, выдавали нервозность их обладателя.   — Коля! Твою мать! — прорвался криком СБ-шник. — Сказано сделать — принимай и реализуй! Сколько можно этот детский сад разводить?  Безопасник окинул присутствующих суровым взглядом, от которого большинство вжали головы в плечи.  Худощавое лицо айтишника сморщилось, будто он только что съел кусочек лимона. Кажется, мужчина хотел парировать, но разум возобладал.    — Прошу вечером проинформировать меня о текущем статусе выполнения задачи, — удержаться от прилюдной демонстрации «кто в доме хозяин» не удалось.   — Это обязательно? — прошипел айтишник, но под тяжелым взглядом безопасника продолжил мягче. — Отчитаюсь.   — Спасибо, Николай, — отреагировала я. — Коллеги, совещание заканчиваем. Нас ждут дела!  Озадаченные, частично разочарованные вмешательством СБ-шника, замы поспешили покинуть кабинет.  — Не церемонься с этим балбесом, — безопасник остановился в дверях. — Ему давно пора было дать по рогам. Много на себя берет.  — Василий Петрович, благодарю за помощь. Постараюсь подобрать к Николаю подход.  — Ты девчонка хорошая, — по-отцовски прозвучало от СБ-шника. — Не позволяй себя съедать.  Дверь резко открылась, и в кабинет влетела секретарша. Женщина взволнованно бросила взгляд на Василия Петровича, затем на меня.  — Катериночка Сергеевна, — ассистент заправила за ухо выбившийся из прически локон. — Катерина Сергеевна, вас спрашивает импозантный мужчина.  Последние слова Алла Геннадьевна сообщила на выдохе, чем сильнее заинтриговала.   Безопасник с подозрением, сквозь прищур окинул взглядом Женщину, но все же вышел из кабинета.  — Очень странный молодой человек, Катя. Очень, — секретарша приблизилась ко мне вплотную и шепотом затараторила, будто боялась, что нас услышат. — Я ему: «По какому вопросу?». Он мне: «По личному». Я: «Конкретнее». Он: «Конкретнее будет с ней, а не с вами». У него такой взгляд странный… какой-то плотоядный. Прямо мурашки по коже, Катя.   — Ведите его, — я хладнокровно ответила женщине. Выслушивать очередной бред желания не осталось. На сегодня лимит терпения был исчерпан Николаем.    Расположившись за широким столом в кабинете директора, я замерла в ожидании незнакомца. Обстановка располагала к переговорам высокого уровня в отличие от моей каморки с видом на замороженную стройку, точнее, на вырытый в прошлом году котлован, ныне заполненный мусором.  Дверь медленно раскрылась, и в проеме появился молодой темноволосый мужчина. Высокий, статный. Одетый в темный костюм-тройку. В руках брюнета сверкнула металлическая трость. Признаться, для Барнаула не самая обыденная картина. Алла Геннадьевна не слукавила, когда говорила про взгляд незнакомца — он действительно отличается цепкостью, как у хищника, выслеживающего жертву. Паркет отозвался гулким стуком, сопровождая шаги гостя. Мужчина самоуверенно приближался к столу и его не смущало, что я молча наблюдала за происходящим.  Незнакомец расстегнул пуговицу на элегантном чернильно-синем пиджаке и, откинув полы, устроился на кожаном стуле напротив меня.  — Добрый день! — будто выйдя из-под гипноза, опомнилась я. — Чем могу помочь?  — Добрый день, Екатерина, — спокойный, низкого тембра мужской голос звучал непривычно размеренно, будто не было полуденной спешки. Гость поставил трость рядом с креслом и вальяжно перекинул ногу на ногу. Оперевшись о деревянные подлокотники, он скрестил в замок руки под подбородком.  Ледяные, насыщенно-серые глаза цепко устремились на меня.  — Позвольте узнать ваше имя, — поведение гостя держало в тонусе. Непривычно лицезреть настолько бесцеремонного человека. К тому же незнакомец, очевидно, демонстрировал независимость от норм общения, принятых в современном мире и прописанных в энциклопедиях по этикету.  Я вскользь посмотрела на мужчину. Расслабленные широкие плечи, еле заметная улыбка, похожая на самодовольную ухмылку и глаза, прожигающие насквозь. Невольно пришлось поежиться.  — Простите за бестактность, Екатерина, — несмотря на мягкость в интонации, звучало властно и безапелляционно, будто в этой игре правила устанавливает гость. — Александр Паже.  Он привстал и протянул широкую руку над столом, приглашая к знакомству.   — Чем могу быть полезна, Александр? — я вложила запястье в раскрытую мужскую ладонь. Невзирая на жаркий летний день, длинные пальцы собеседника хранили холод.  Мужчина вместо делового рукопожатия коснулся губами тыльной стороны моей ладони. Такой галантный жест должен очаровать и притуплять бдительность, но в совокупности с твердым, полным решимости взглядом, что врезался в меня, стало не по себе.    — Ваша компания в недавнем прошлом отхватила серьезного партнера, — Александр размеренно, с непродолжительными паузами выводил слова. — Не думаю, что это была слепая удача. Не так ли, Катерина?  Гость заинтересованно сверкнул сталью глаз и расплылся в загадочной ухмылке. Мужчина отпустил мою руку, после чего отступил на шаг. Не теряя зрительного контакта, он мягко приземлился на кресло, стоящее позади.   Я же зависла, завороженная взглядом, голосом, невероятно притягательной внешностью Александра.   — О каком партнере идет речь? — пересиливая внезапно образовавшуюся кашу в голове, я попыталась вернуть самообладание.   — Уверен, на ваш счет надо записать эту победу, — рассмеялся Александр, но тут же продолжил, чем не позволил уточнить. — Я говорю про «Стигму». Львовых не только вы видели в партнерах. Но почему-то они выбрали именно вас, Катерина.  Он покрутил по сторонам головой, осматривая кабинет босса, затем театрально развел руки и вновь перевел взгляд на меня.   — Все в недоумении, — Александр вскинул черную бровь, отчего мужское лицо приобрело зловещий вид, будто передо мной сидел сам дьявол. — Теперь все встало на свои места.   — Не понимаю, — честно призналась я, попутно убеждая себя в разбушевавшемся воображении.   — Итак, Екатерина, — таинственность в голосе уступила место железу. — Позвольте представиться еще раз. Александр Паже. Основатель и единоличный владелец компании «Даймонд’с Коинс». Не скрою, выбор «Стигмы» и меня удивил. Но, в отличие от большинства, умею разделять эмоции и бизнес. Львовы известны избирательностью. Вам же они не побоялись довериться. Уверен, наши взаимоотношения тоже сложатся.   — Вам интересно сотрудничество, правильно понимаю? — в голове крутилось на репите огромными буквами название главного конкурента «Стигмы».   — Именно так, Екатерина, — улыбнулся гость. — Предлагаю передать дело в руки юристам. Меня вполне устроят условия, на которых базируются взаимоотношения со «Стигмой».  Я кивнула в ответ, наблюдая, как мужчина извлек из внутреннего кармана пиджака Верту лимитированного выпуска. Такая мобилка доступна отнюдь не каждому. Золотые детали, ручная сборка лучшими мастерами превращают телефон, в невероятно дорогой предмет роскоши. Тем временем Александр сделал звонок и выжидающе посмотрел на меня.   — Алла, пригласите Валентина Михайловича с документами на согласование. В основу «Стигма».   Гость одобрительно сверкнул глазами и принялся безучастно рассматривать бордовый рубин в перстне на указательном пальце.  Спустя пару минут в кабинет вбежал Валентин с папкой бумаг в руках — начальник юридического отдела. Мужчина средних лет, порядочный семьянин, отец пятерых детишек. Невзирая на должность, он внешне походил на бухгалтера из какой-нибудь конторки, коих было множество в перестроечный период. Этакий «мамина гордость» во флисовых брюках и вязаной шерстяной жилетке, поверх открахмаленной белоснежной рубахи. Мужчина указательным пальцем поправил очки на переносице и вопросительно на меня посмотрел.  Вслед за юристом в кабинет по стеночке просочилась бледная, как призрак, Алла, за спиной которой показался невысокий мужчина с зачесанными назад темными волосами. Он вошел, как хозяин, без капли смущения, в отличие от моих «бойцов», сердцебиение которых, кажется, можно было услышать в космосе.   — Чай или кофе? — голос секретарши дрожал, будто хрусталь в старом трюмо.   — Думаю, мы можем доверить юристам оставшуюся работу, — Александр встал с кресла и подхватил трость. На фоне хаоса Паже смотрелся невероятно самоуверенным и собранным. Он словно был выше суеты. — Предлагаю обсудить детали за обедом, Екатерина. Моему партнеру не повредит уделять себе время.  Не требуя ответа, Александр открыл дверь и замер в ожидании меня.  Под сканирующими взглядами Аллы и Валентина я проследовала на выход. Сохранять самообладание становилось все сложнее. Не каждый день заключаются сделки подобного уровня.  — А если вопросы появятся? — еле слышно с неуверенностью прошептал Валентин.   — Наши условия приоритетны. Ты справишься, -я постаралась успокоить его, не привлекая внимания, но ухмылка на лице Александра говорила о том, что трюк не удался.   — Я не нацелен на изменение условий, — железный голос Паже по неизвестной причине заставлял трястись поджилки у присутствующих. Странная, невидимая сила и она касалась каждого, кто был рядом с Александром. Невозможно сформулировать и дать описание этому. Человек без явных признаков агрессии почему-то воспринимался, как источник скрытой угрозы. Следовать за Паже не было желания. Казалось, я, как ночной мотылек, лечу рядом с огнем. Но на кону ключевой контракт и еще одна победа. Поэтому надуманные страхи не должны влиять на успешность исхода сделки.  — Предлагаю прогуляться пару кварталов, — Паже с высоты своего роста осмотрелся вокруг, сощурив глаза от ярких солнечных лучей. Мужчина вальяжно спустился по лестнице, синхронно переставляя трость по бетонным ступеням в шаг правой ноги. Признаюсь, элегантность его движений производила должное впечатление — несомненно, передо мной эстет. Он утончен и грациозен, как аристократ. Самовлюбленный, самодостаточный нарцисс. При этом стремителен и целеустремлен, как тот, кто познал власть во всех смыслах этого слова.  Не верится, что его интересует партнерство. Уж точно не на огульно подписанных Львовым невыгодных условиях. У того хотя бы цель была, ради которой он закрыл глаза на процентную пропорцию не в сторону «Стигмы». Тогда что? В чем мотив Паже?    Совсем скоро официант в пафосном ресторане «La ame et coeur» принимал заказ по основному меню. Изобилия нулей в ценах закружили голову.  Александр, верно считав замешательство на моем лице, самостоятельно сделал заказ.   — Надеюсь, ты не будешь против стейка из лосося, — неожиданно мужчина перешел на «ты». — К сожалению, здесь невозможно найти лягушачьи лапки.   — Лапки? — я будто опомнилась и мельком посмотрела вокруг.  — Шучу, — Александр лукаво улыбнулся и подмигнул. — Ты очень напряжена. Не стоит переживать, я проще, чем ты думаешь.   — Возможно, — шикарная обстановка французского заведения кричала дороговизной и пафосом. — Но я предпочитаю места поскромнее.   — Учту на будущее. В этом захолустье мало чем можно удивить нового знакомого, — отстраненно произнес собеседник и сделал глоток воды. — Расходы на мне. Хочу это оговорить заранее.   — Не может быть и речи, — отозвалась, попутно калькулируя сумму в голове. — Счет пополам.   — Ох уж эти современные нравы, — рассмеялся Александр, но продолжил. — Женщина, независимо от рода деятельности, прежде всего женщина, Екатерина. Разделение счета — моветон. Удел неудачника, но никак не мужчины. На этом предлагаю обсуждение недостойной темы завершить.  К счастью, в этот момент появился официант, и разговор пришлось остановить. Парень ловко занялся сервировкой. И вскоре на столе благоухали блюда с вкуснейшей едой.  — Надеюсь наше знакомство будет обоюдно выгодным, — Паже вскинул бокал, в котором янтарем светилось белое вино, и пристально посмотрел мне в глаза. Он не скрывал интереса.  Невзирая на ранний час, я все же сделала глоток терпкого мускатного напитка. Выдерживать тяжелый взгляд сидящего напротив Александра — задача не из легких. Но надо было перевести разговор в деловое русло. Пасовать — не лучшая тактика с такими людьми.   — Я одного не могу понять, — иногда правдой проще привлечь внимание оппонента. — Вы идете следом за «Стигмой», являясь конкурентом и ярым противником. Нахожу это странным.   — Для начала предлагаю перейти на «ты», — Александр намеренно поддался. — В чем странность?   — Хотя бы в том, что ты критикуешь их действия в СМИ. Но сам идешь по их же стопам, — я попыталась прощупать грани дозволенного и была удивлена спокойствием Паже.   — Иногда стоит идти по следу, — мужчина ухмыльнулся. — Проверенная тропа будет либо безопасным маршрутом, или возможностью для нападения со спины.  Я отложила вилку с ножом на стол и покосилась на ухмыляющегося собеседника. Серые глаза, уверенно устремленные на меня, изучали реакции на сказанные слова.   — В таком случае я тебя разочарую, — разговор стал неприятно тяготящим. — Мой долг обеспечивать безопасность партнерам. Поэтому если твоя цель — навредить моими руками «Стигме», то теряешь время зря.  Я взяла столовые приборы и принялась активно поглощать нежнейший стейк в присутствии замолчавшего Александра. Кусок в горло не лез, но надо быстрее покончить с обедом, чтобы затем логично и без истерии ретироваться.   — А ты неожиданно смелая, — довольно отозвался брюнет спустя пару минут. Кажется, он смаковал момент.   — Правильнее сказать, честная, — поправила его, параллельно отпив из бокала воду.   — Честность — это честь для меня, — Александр не прикасался к еде, а только изучающе рассматривал меня, как экспонат в музее. — Расставим все точки над «i». Моя цель — получить качественного партнера по обслуживанию счетов. Смазливая мордашка в этом не поможет. Я понимаю, почему Львовы выбрали именно тебя. Дерзкая, красивая, независимая, но одновременно честная и верная. Удивительная находка.  Голос Александра мягко обволакивал и затягивал сознание в туман. Он дурманил и опьянял. Как под гипнозом я слушала слова, что растягивались теплой патокой в голове.  Не хотелось перечить.  — Мы не помешаем? — низкий голос Романа выдернул меня из нечаянного забвения. Голова пошла кругом, отчего пришлось обеими руками придержаться за края деревянного стола.  Львов стоял за спиной. Это стало понятно по взгляду Паже, устремленному куда-то выше моей головы. Холодный отблеск стали в глазах Александра, словно меч рассек воздух.  Неожиданно появившийся в рваных джинсах и спортивной футболке Влад живо подтянул стул от другого стола и без спроса уселся рядом со мной.   — Привет! — парень расплылся в улыбке и уставился на бокал с алкоголем. — Пьешь в полдень? Ну ты, мать, даешь!   — Позвольте, представлю вас друг другу, — заливаясь краской от нелепости ситуации, я затараторила, как трещотка.   — Не стоит, Екатерина, — Паже медленно встал и сделал шаг в сторону Львова. — Мы знакомы заочно.  Александр с опасной ухмылкой на лице протянул Роману руку. Как же он умело контролирует эмоции. Невероятное самообладание, благодаря которому мой новоиспеченный партнер сохранял достоинство в странной ситуации.   — К сожалению, не имел случая о вас слышать ранее, — я не узнавала Романа. Всегда выдержанный и рассудительный, сейчас он казался сухим и враждебно настроенным. Впрочем, как и поступок, достойный глупого ревнивца.    — В таком случае представлюсь. Мое имя вам надо знать, — брюнет продолжал ухмыляться преисполненный опасной самоуверенности. — Александр Паже.   — Рад за вас, — отрезал Роман, игнорируя правила приличия, и обратился ко мне. — Можем поговорить?  Стараясь удержаться на ногах и не провалиться от стыда сквозь землю, я выдавила подобие улыбки и обратилась к Паже:   — Александр, извиняюсь за сложившуюся ситуацию. Мне потребуется немного времени.   — Ничего страшного, — отозвался мужчина и оставил на скатерти четыре пятитысячные купюры. — Спасибо за обед, Екатерина. Вечером я привезу документы.  Александр кивнул Роману и Владу, после чего неторопливо последовал к выходу, умело переставляя трость по паркету. Я уставилась на Романа. Не будь он сильнее, то кинулась бы на него без раздумий. В голове не умещалось произошедшее. Катастрофа! Такого позора мне еще не приходилось испытывать.   — Что ты здесь делаешь? — я процедила сквозь зубы, пытаясь не выйти из себя.   — Планировал перекусить, — как ни в чем не бывало, отозвался Львов. Ему хватает наглости издеваться.  Я с силой сжала зубы. Кажется, еще чуть-чуть и взрыва не миновать.   — Какого черта ты устроил только что? — впервые присутствие постороннего (Влада) меня не останавливало.   — Для начала, — тон разговора сменился на ультимативный. — Какого черта ты здесь с Паже любезничала?   — Это мой партнер! — незаметно для себя я принялась оправдываться.   — С каких это пор? — Роман навис надо мной во весь рост, заставляя сесть на стул.   — С текущего момента! — я выпалила в попытке защититься.   — И решили сразу отметить? — Роман цедил слова с ощутимым привкусом яда, при этом сохраняя самообладание. Только в черных глазах бушевал огонь ярости.   — Никогда бы не подумала, что имею дело с капризным собственником, — я скинула руку Львова со своего плеча и, прежде чем уйти, бросила напоследок. — Мне стыдно за тебя, Роман!    В офисе удалось перевести дух и немного успокоиться. Надо изыскать возможность и извиниться перед Александром. Глупая ситуация. Не имею представления, что творится сейчас в голове Паже, но у меня этот случай выбил почву из-под ног. Да и как могло произойти, что два властных, противоборствующих мужчины встретятся в полдень в дорогущем ресторане, а я с ними, как вишенка на торте? Хотя моя роль больше похожа под описание куклы на капоте свадебного авто. Такое же неадекватное, беспомощное положение, словно ветром мотыляло в разные стороны. Случайное ли стечение обстоятельств? Не думаю. Неужели Роман следит за мной?  Валентин с преисполненным победоносности видом с упоением рассказывал, как стоически выдерживал осаду именитого юриста по каждому пункту договора. Документ остался в первозданном виде, а вторая сторона отказалась от корректировок. Мистика, да и только. Теперь стоило дождаться вечера, чтобы можно было пожать руку новому партнеру.  Я похвалила Валентина и с головой ушла в работу. Надо отвлечься от мыслей о конфликте.   Незаметно солнце скрылось за горизонтом, а по кабинету разлился мрак. Я потянулась, с явным удовольствием разминая затекшую шею.  На часах 22:37. Пора домой.  Александр документы не привез. Звонить поздно. Неужели он передумал? Хотя странно задаваться таким вопросом. После спектакля одного актера в ресторане это не мудрено.  Я потерла переносицу и поправила очки. Компьютер вместо отключения «крутил колесико». До системника рука не доставала, поэтому пришлось залезть под стол.   — Всегда задерживаешься допоздна?  От неожиданности я подпрыгнула и звучно ударилась макушкой о низ столешницы. Потирая затылок и чертыхаясь про себя, на коленях вылезла из-под стола, чтобы убедиться в реальности источника голоса.   — Бывает иногда, — сквозь боль улыбнулась Александру. — Думала, что ты не приедешь.   — Не говори, что задержалась, потому что меня ждала, — мужчина приблизился и заглянул сверху, желая убедиться, что с моей головой все в порядке.   — Я хочу извиниться за ситуацию в ресторане, — мысленно эта фраза звучала лучше, чем на деле, но все равно была уместной.   — Ты не должна извиняться за то, чего не делала, — отрезал скучающе Паже. — Синдром прислуги тебе не к лицу.  Мужчина положил на стол черную кожаную папку с выбитым золотым логотипом компании «D’sC».   — Теперь мы официально партнеры, Екатерина, — Паже протянул руку, словно повторением ритуала в нашу первую встречу. — На злобу всем…  Я не стала игнорировать рукопожатие, но постаралась следить за дистанцией между нами. Мысль о том, что в офисе уже никого нет, кроме старого охранника, будоражила фантазию и заставляла рисовать неприятные картинки.   — Рада, что не пришлось переносить на завтра этот момент, — я обратилась к гостю и параллельно убрала документы в сейф. — Теперь со спокойной совестью можно отправляться домой.   — Можно домой, а можно и поужинать сначала, — прозвучало предложение, от которого хотелось ненавязчиво отказаться.  — Сегодня был насыщенный день… — я заговаривала Александра, выводя его сначала из кабинета, а потом и из офиса.   — До сих пор так и не прозвучало истинных причин, почему не сегодня, — стоя на паркинге, мужчина прервал поток слов, льющихся из моего рта. Александр лукаво улыбался. Привлекательные черты лица в мраке стали еще мягче. Серые глаза зачаровывали, а приятный тембр голоса окутывал необъяснимым теплом. Еще немного и оборонительная позиция падет под  натиском Паже.   — Потому что… — я искала подходящий аргумент. До сих пор чувство вины диктовало осторожность при озвучивании отказа.   — Потому что она едет домой, — голос Романа заставил вздрогнуть. Забвение рассеялось. — Катерина, подожди, пожалуйста, в машине.  Снова приказной тон. Или мне так хотелось воспринимать. Самодостаточность во мне провоцировала немедленное отстаивание свободы и неприемлемости ограничений, но спорить и сопротивляться сейчас казалось абсурдным, равно как и вовлекать Александра в новый конфликт. Да и Романа не хотелось ставить в неловкое положение перед конкурентом. В этой странной ситуации я выгляжу, как разменная монета.  Не столько повинуясь, сколько в надежде избежать неуместной сцены, я коротко попрощалась с Паже и направилась к автомобилю Львова.   — Вот уж не думал, что, такие как мы, склонны к примитивной ревности, — Александр потерял ко мне интерес и полностью переключился на Романа. — Неужели ты готов стать чьей-то тенью?   — Сядь в машину, Катерина! — резкий приказ звучал тверже, чем в первый раз.  Я демонстративно вскинула гордо голову и нехотя разместилась на переднем сидении внедорожника.   — Хмм, такая женщина, как она, не приемлет  уничижительного отношения, — последнее, что я услышала, прежде чем закрыла дверь черного авто.  В искусственном уличном освещении в центре провинциального городка мужчины в дорогущих костюмах смотрелись, как инопланетяне. Подтянутые, сконцентрированные на разговоре, они что-то сдержанно обсуждали. Я видела только их профили и могла отследить, как Роман и Александр испепеляли друг друга тяжелыми взглядами. Беседа длилась недолго. Вскоре Львов бесстрашно повернулся спиной к Паже и направился к машине. Александр же, сунув руки в карманы брюк, с вызовом наблюдал за удаляющимся противником.  Роман молча завел внедорожник и на скорости объехал Паже, но тот даже не сдвинулся с места.   — Не смей встречаться с этим человеком! — Львов первым нарушил тишину, чем вызвал мое негодование.  Автомобиль послушно набирал скорость по ночной магистрали.   — Не указывай мне! — я рявкнула так, что на миг сама испугалась, но отвратительное поведение и приказной тон Романа не получалось оставить без внимания. — Он мой партнер!   — А я кто? — внедорожник резко остановился посреди пустой проезжей части. Романа впервые перешел на крик.   — И ты партнер! — эмоции накалялись, в ход шли обрывки фраз.    — Партнер… Хм, — я уловила нотки разочарования в мужском голосе, но они вновь стремительно сменились на металл. — И тебе этого мало?   — При чем здесь ты, Роман? — я не сдавалась, так как слишком много претензий накопилось за один день. — Не мешай мне выполнять свою работу!   — Почему Паже? — если можно было бы убить взглядом, то Роман смотрел бы уже на мертвое тело. — Почему именно он?   — Какая разница? — нервы начали сдавать, и это мгновенно отразилось на голосе, появилось дрожание, будто вот-вот расплачусь. — Услышь меня! Это всего лишь работа!   — Нет, — Львов вжал педаль газа в пол, и внедорожник отозвался ревом двигателя. На лице мужчины играли желваки. — Он не доберется до тебя.   — Пожалуйста, прекрати нести этот бред! — я закрыла ладонями уши и отвернулась к окну. Невыносимо, но Роман открывался передо мной все больше, демонстрируя тяжелый нрав и сложный характер. Сильный, волевой, загадочный — этими словами я могла описать Львова в самом начале. Но теперь передо мной упертый собственник, истероид, тиран, жаждущий безусловного подчинения и признания.  Впервые за долгое время я вновь почувствовала разочарование. Такое сковывающее ощущение, будто у меня пытаются забрать свободу и часть чего-то внутреннего. Роман учащенно дышал, как после интенсивной пробежки. Он в ярости, но держал себя в руках, не позволял эмоциям снова взять верх. Глухой ревнивец, придумавший историю о предательстве, в которую сам поверил и заставлял поверить меня.  Первая мысль — сбежать. Снять квартиру. Неважно в каком состоянии и насколько удаленно от центра. Главное быстро. Оборвать все контакты и постараться забыть неудачную попытку наладить личную жизнь. Уж лучше одиночество, чем токсичные отношения с избалованным эгоистом. Проходила это.  Сомнение в том, что Львов, как патологический ревнивец, может перекрыть кислород. В его руках отличный инструмент для манипуляций — контракт со «Стигмой» — мой успех, но одновременно и возможная быстрая гибель, как профессионала.  Я закусила губу, чтобы не зареветь от беспомощности. Всегда должен быть выход!   Увлеченная мыслями о скором побеге, я очнулась, когда Роман заглушил двигатель внедорожника. Подумать только, ушла в себя, что даже не обратила внимания на дорогу.   — Провожу тебя домой и уеду по делам, — Львов продолжал злиться. Внезапная отговорка, как защитная реакция. Достойное поведение, ничего не скажешь.  Я лишь поморщилась и вышла из автомобиля.  Невзирая на яркий свет уличных фонарей, во дворе элитной многоэтажки было мрачно и некомфортно. Тьма разрасталась над игровой площадкой, спускалась на невысокие кусты, деревянные лавочки, будто куполом накрывала обозримое пространство. Воздух замер — не единого дуновения ветра. Я поежилась от звенящей тишины и постаралась ускорить шаг.  Роман ждал, открыв дверь, ведущую в подъезд к лифтам. Мужчина сосредоточенно озирался по сторонам. Кажется, он был чем-то встревожен. Хотя на охраняемой территории бояться нечего. Сделав вид, что ничего не замечаю, я вошла в освещенное помещение и нажала кнопку вызова лифта. Металлические створки разъехались в разные стороны, приглашая войти.  Меньше всего хотелось пересекаться взглядами с Львовым, поэтому я прислонилась к стене и закрыла глаза. Лишь бы удержаться и не пуститься снова в выяснение отношений. Возможно, не будь он чутким и разумным, а в этом нет ни малейшего сомнения, то я предпочла бы не распаляться и не тратить нервные клетки. Но подавить свербящее желание доказать его неправоту составляло титанического труда. Роман вошел следом. Электронное табло приступило к отсчету этажей, но на цифре 8 замерло. Лифт дернулся и заморгал свет, будто вот-вот отключится.   — Этого еще не хватало, — Роман нажимал кнопки на пульте. Но реакции техники не следовало.   — Мы застряли? — я приблизилась к электронному табло и нажала на кнопку экстренной связи. Люминесцентные лампы над головой опасно затрещали.   — Осторожно! — Львов подмял меня под себя в тот момент, когда с потолка в кромешной темноте посыпались мелкие осколки тонкого стекла вперемешку с каскадом искр. Я вскрикнула от испуга.   — Да что, черт возьми, происходит?! — заряд на мобильнике стремился к нулю. Надолго его не хватит. Я включила фонарик и еще раз нажала кнопку экстренной связи. Но в ответ раздалось шипение и хруст.  Я посмотрела на Романа. Он был озадачен. Но, в отличие от меня, держал себя в руках.   — Успокойся, — мужчина улыбнулся, говоря со мной. — Так бывает. Лифтер скоро обнаружит поломку и вызволит нас отсюда.   — Рома, я не разделяю твоего оптимизма, — от страха участилось дыхание. Смартфон издал звук, означающий отключение, а затем погасла и подсветка.  Я замерла. Кажется, стены начали сужаться и давить на меня. В тишине было слышно, как гудят провода в лифтовой шахте и что-то царапает кирпичные стены. Звук скрежета нарастал и превращался в свист, затем трансформировался в мерзкий визг, переходящий на ультразвук.   — Что это? — приступ панической атаки заставлял пульс биться в удвоенном темпе.  Не уверена в истинности ощущений, но готова руку дать на отсечение, по ноге скользнуло что-то холодное. Всматриваться в темноту бесполезно. Я замерла в попытке успокоиться. Кажется, стук сердца звучал на весь лифт, как метроном.   — Рома, прекрати пугать! — закричала не в силах бороться со страхом, когда что-то обвило щиколотку.   — Я не двигаюсь, — раздалось с другой стороны. — Что случилось?   — Ко мне кто-то прикасается, — я произнесла шепотом, не веря в сказанное. В темноте соображать получалось сумбурно и разум подчинился панике. — Оно лезет по мне!  Я попыталась кинуться к Роману. Но что-то продолжало цепляться за мое тело и удерживало на месте. Холодные когтистые пальцы впивались в кожу в попытке вскарабкаться по ногам, будто нечто лезло из пола, а я была единственным вариантом, за который можно удерживаться. Тело не слушалось под тяжестью невидимого существа. Я взмахнула рукой и вскользь прошлась по чему-то склизкому и холодному. Оно было уже на уровне талии и отозвалось шипением. За вторую ногу ухватилось еще одно нечто. Словно крючками оно цеплялось за одежду и тянуло меня своим весом к полу. В этот момент разум уступил место инстинкту самосохранения.   — Рома! Они на мне! Сними это! Сними их немедленно!!! — мой крик должен был слышать весь дом.   — Не шевелись и закрой глаза! — голос Львова прорывался через визги неизвестных тварей. — Не смотри на них!  Роман схватил меня за плечи и крепко прижал у себе. Существа пронзительно завизжали, отчего стены заходили ходуном. Лифт начало трясти. Я сцепила руки «в замок» на поясе Львова, боясь, что тот не удержит меня, а монстры воспользуются этим.  — Я рядом! — он будто слышал мои мысли.  Твари с визгом сползали, стараясь ухватиться поудобнее за мои ноги, но с каждой попыткой, словно гонимые невидимой силой, соскальзывали все ниже и ниже, оставляя склизкий след, на месте которого моментально начинало жечь.  В какой-то миг я раскрыла глаза. Неизвестной природы свет озарял лифтовую кабину и коконом окружал нас с Романом. За хрупкими стенками защитного поля трепыхались неведомые твари, отдаленно похожие на разложившихся мертвецов. Гниющая плоть лохмотьями свисала с почерневших костей. Глазницы с мутными глазными яблоками устремлены на нас, но ничего не видели. Ссохшиеся рты зашиты суровыми ниткам, но это не мешало крикам и стонам разрывать наши барабанные перепонки. Я посмотрела на самую ближнюю тварь. В отличие от других она скрипела остатками зубов и пыталась что-то учуять.   — Humana aura (человеческая аура), — существо прохрипело и повернуло в мою сторону череп со скатанными, грязными редкими волосами. Несмотря на неповоротливость и медлительность, нечто просунуло костлявую руку с длинными когтистыми пальцами сквозь тонкую оболочку света и потянулось ко мне.  Я сильнее вжалась в Романа, не в силах отвести взгляд от монстра.   — Nautiz, Turiaz, Uruz, Soulou. Murum validum aedificao. Et factus sum inaccessibilis omnibus malis. , — на мои глаза мягко легла рука Львова.  Тварь издала пронзительный визг, отчего я рефлекторно закрыла ладонями уши. Но этот вопль проник в меня и сейчас разрывал мозг. Я закричала от боли и провалилась в какую-то иную реальность.   Здесь тоже темно, но тепло и безопасно. Я это почувствовала всем естеством. Тьма дарила облегчение и успокоение. Сопротивляться не было желания.   — Я рядом. Ничего не бойся, — раздался голос Романа.  Незримый поток убаюкивал и усыплял сознание.  «Он рядом», — эхом прозвучало, и я отключилась.