Не друзья

      Дункан отцепил руку Пола от своего рукава и взял ее в свою. Юный Атрейдес никак на это не отреагировал, просто пошел дальше.       — Куда мы идем? — спросил Айдахо. Он не мог оторвать взгляда от фигуры своего провожатого, от их сцепленных рук.       — У меня родилась сестра, хочу тебе ее показать, — ответил Пол. — Заодно поприветствуешь маму.       — Это удобно? Я с дороги, мне бы переодеться.       — Позже. Надо успеть, пока они обе в саду и не укрылись на женской половине.       Дункана провели до господского дома, во внутренний двор, где он раньше не был. В крошечный сад вела небольшая, скрытая от всех, дверь. Они тихонько приоткрыли ее и попали в мир зелени и августовских цветов. Леди Джессика сидела в кресле в тени раскидистой яблони и вышивала. Возле нее стояла переносная люлька. Рядом дремала на стуле служанка.       — Мама, — Пол подошел к матери первый. — Отец вернулся и смотри, кто приехал с ним.       Леди Джессика обернулась, увидела Дункана и заулыбалась.       — Вы все-таки смогли вырваться.       Он поклонился и подошел. Миг почему-то показался ему торжественным. Леди Джессика протянула ему руку для поцелуя. Айдахо приложился.       — Я хотел повидать Пола и поздравить вас с рождением дочери.       — Полно вам, Дункан. Не нужно церемоний. Пол тут без вас извелся и нас всех измучил. Алия спасла меня, вовремя попросившись на свет, но Лето некуда было спрятаться. Ему пришлось бежать из собственного замка и искать вашей помощи. Как вы добрались?       — Без происшествий.       Дункан смутился под веселым взглядом Герцогини. У него появилось настойчивое желание извиниться, хотя, казалось, он не сделал ничего плохого. Айдахо лишь улыбнулся, давая знать, что ему жаль.       Леди Джессика рассмеялась.       — Пожалуй, оставлю вас в покое на сегодня. Поздоровайтесь с моей спасительницей и идите поскорей отдыхать.       Пол все это время тихонечко стоял у люльки и рассматривал спящего младенца. Айдахо подошел, взглянул тоже. Девочка была как все новорожденные еще сморщенной и ярко-розовой, ничего примечательного в ней Дункан не заметил.       — Она такая маленькая, — прошептал юный Атрейдес. — И такая некрасивая, правда?       Айдахо едва удержался от смеха. Пол, как всегда, был очень прямолинеен.       — Привет, малышка! Пока, малышка! — сказал Дункан и поспешил увести прочь ее бестактного старшего брата.       Пол распорядился приготовить для Дункана комнату и наполнить ванную. После сам никуда не ушел, уселся на кровать и смотрел, как Айдахо моется. При этом он совсем не выглядел смущенным или заинтересованным, Дункан отметил это краем сознания. В горячей воде, он почувствовал, как усталость от проделанного путешествия наваливается на него.       Они с Герцогом и его свитой гнали лошадей весь путь. Им обоим было к кому торопиться. Теперь же Дункан буквально засыпал на ходу. Он с трудом вылез из ванны. Пол помог ему вытереться, а дальше Айдахо уже не помнил.       Он проснулся в полумраке. Сразу понял, что проспал очень долго: уже занимался рассвет следующего дня. Служанка подкладывала уголь в камин, увидев, что Айдахо проснулся, она извинилась за шум, поклонилась и вышла из комнаты. Он блаженно потянулся, чувствуя, как расслабляются гудящие болью мышцы. Тут его рука коснулась чего-то мягкого и теплого. Дункан повернул голову. На расстоянии вытянутой руки от него спал Пол. Он по шею был завернут в одеяла, через завесу спутанных кудрей виднелась только нижняя часть его лица.       Дункан непроизвольно улыбнулся, подкатился ближе к спящему, осторожно откинул волосы с его лба. Пол выглядел чертовски мило. Когда сын Герцога бодрствовал, то иногда был чересчур серьезным, сосредоточенным или задумчивым. Даже когда он смеялся, то выражение погруженности в свой внутренний мир не покидало его лица полностью. Во сне Пол выглядел полностью расслабленным. Его губы были чуть-чуть приоткрыты, веки трогательно подрагивали, и он слегка посвистывал носом. Айдахо очень хотелось его поцеловать.       Вчера при их встрече Дункан был полностью уверен, что Пол действительно разделяет его чувства. Сейчас, глядя на этого спящего ребенка, он засомневался. Пол и правда не походил ни на кого, кого он знал раньше. Он мыслил совсем по-другому. Айдахо было трудно его просчитать, но разве помимо их многообещающего приветствия Пол был похож на влюбленного? В голову закрадывались сомнения на этот счет. Дункан попытался отбросить их прочь, списывая внешне незаинтересованное поведение на врожденную уникальность Пола.       Следующие три дня они провели вдвоем. Герцог и Герцогиня практически не беспокоили их. Пол все так же ночевал в комнате Айдахо. Они просыпались рано утром, завтракали и мчались на лошадях в поля или леса. Проводили тренировки, купались в реке, удили рыбу. К обеду возвращались в замок и уже гуляли в нем. Они с Полом обошли все: были на псарне, в кузне, заглянули к мастеровым и даже на кухне побывали.       Все это время Айдахо сгорал в огне желания. Ему казалось, что он возбужден каждую минуту нахождения рядом с Полом. Вот только Дункан не смел ровным счетом ничего предпринять. Сомнения одолели его с новой силой. Спал ли юный Атрейдес рядом или купался вместе с ним голышом, не было и намека на его заинтересованность интимного толка. Они вели себя как друзья, ни больше, ни меньше.       Утром четвертого дня Герцог и Герцогиня поджидали их в столовой. Наконец-то, они позавтракали все вместе. У Герцога были дела, и он откланялся первым. Леди Джессика осталась с ними поболтать.       — Какие у вас планы на сегодня?       — Мы еще не решили, — ответил Пол.       С ночи пошел дождь, поэтому они действительно не знали, чем займутся.        — Мама, как ты думаешь, теперь отец разрешит привезти мою коллекцию? — поинтересовался Пол.       Как понял Айдахо, после разборок с Харконненами юный Атрейдес чересчур увлекся холодным оружием, и родителей это напугало. Коллекцию закрыли и попросили Пола больше не носить с собой его любимый пешкабз. Они опасались за здоровье ума наследника. Но тот не оставлял надежды вернуть себе свое оружие.       — Ты же знаешь, что тебе нельзя ей пользоваться, — пожурила его Герцогиня.       — Я и не собирался, — уверенно заявил Пол. — Просто хочу Дункану показать.       Леди Джессика глубоко вздохнула и покачала головой.       — Если ты пообещаешь больше не играться с кинжалом и держать его и всю остальную коллекцию под замком, я поговорю с отцом.       — Обещаю! — заверил ее Пол.       — Вы что-то очень молчаливы сегодня, — вдруг обратилась Герцогиня к Айдахо. — У вас все хорошо?       Дункан не ожидал вопроса и даже немного вздрогнул. Он помедлил перед тем, как ответить:       — Все хорошо.       Они еще немного побеседовали, а потом Леди Джессика предложила им сходить в кабинет Герцога и выбрать хорошую книгу, чтобы не ездить никуда под дождем.       Пол покинул комнату чуть раньше Дункана. Герцогиня придержала Айдахо за руку, когда тот проходил мимо ее кресла к выходу. Она серьезно посмотрела на него и сказала:       — Просто спросите его. Он никогда не догадается сам, если вы не спросите.       После кабинета Герцога они вернулись в комнату Дункана и устроились на его кровати. Айдахо все это время обдумывал слова Герцогини и решил не тянуть и воспользоваться ее советом. Он убрал книгу из рук Пола и подтянул его ближе к себе. Они сидели на кровати друг напротив друга.       — Пол, я хочу у тебя кое-что спросить, — начал Дункан. — Мы с тобой это не обсуждали, но меня мучает этот вопрос: ты правда ко мне что-то чувствуешь?       — Что за вопрос такой?       Пол нахмурился.       — Ну, ты действительно хочешь от меня больше, чем дружбу?       Атрейдес наклонил голову и испытующе посмотрел ему в глаза.       — Конечно, — ответил он.       — Ты уверен?       — Уверен. Почему ты сомневаешься во мне?       Айдахо точно не понял, что отразилось в глазах Пола, но это было очень похоже на облегчение.       — Просто, мне сложно понять, — осторожно сказал он. — Ты будто совсем не взволнован моим присутствием.       — Ты не прав! — воскликнул Атрейдес, мотая головой и придвигаясь ближе к нему.       — Ты не прав, — сказал он уже спокойнее. — Я могу это доказать.       Пол взял его за плечи и толкнул на кровать. Дункан удивился, но послушно лег. Пол устроился сверху, прижался к нему всем телом. Потерся лицом о его грудь. Глянул пристально снизу вверх. Этот взгляд исподлобья был полон ласки и озорства, невинный и в то же время зовущий. Все существо Дункана ответило на этот взгляд. Кровь вскипела, руки так и чесались притянуть к себе, огладить, коснуться каждого сантиметра кожи. Тем временем Пол заговорил:       — На самом деле я хочу сделать с тобой это…       Он потянулся к его лицу и поцеловал Айдахо в щеку.       — И это…       В следующий миг Пол накрыл своими губами его губы. Скользнул юрким языком по нижней губе. Лизнул пару раз сомкнутые губы. Дункан всхлипнул и приоткрыл рот, впуская язык Пола внутрь. Айдахо просто утонул в ощущениях. Его язык тоже двинулся в атаку. Его губы смяли чужие, желанные, мягкие, теплые. Вкус поцелуя вскружил голову. Он не верил, что наконец-то целовал Пола, или это Пол целовал его. Руки Дункана принялись вольничать, путешествуя по спине, шее, зарываясь в чужие кудри, спускаясь ниже, на ягодицы, сминая, гладя, растирая.       Бог знает сколько времени прошло, прежде чем они оторвались друг от друга.       Пол дьявольски улыбнулся покрасневшими припухшими губами и прошептал:       — И, наконец, это…       Он проник ладонью под тунику Дункана, погладил бок, провел по прессу, выше, нашел сосок и принялся с ним играть. В это же время он притерся пахом к паху Айдахо, выбивая из того громкий протяжный стон.       — Думаешь, друзья хотят это делать друг с другом? — с придыханьем спросил он.       — Нет, — рыкнул Дункан, притираясь в ответ, чувствуя, как мало для него этого прикосновения, но не в силах остановиться, продолжил движения. — Но почему ты ждал?       Айдахо едва мог говорить. У них обоих сбилось дыхание, они обменивались стонами и отрывистыми поцелуями. Надолго их не хватило. Развязка наступила слишком быстро.       Пол лежал на его груди и приходил в себя.       — Я боялся, — вдруг прошептал он, отвечая на ранее заданный вопрос. — Ты же не спешил делать первый шаг. Я опасался, что ты не хочешь этого.       — Глупый, — пробормотал Дункан, зарываясь пальцами в кудри на затылке Пола. — Я же люблю тебя.