Дневники Империи

16.

– Господа, познакомьтесь, а Макс – поздоровайся со старым другом, – важно шагая перед строем, объявил Михалыч. Он был на удивление бодрым, весёлым и даже казался помолодевшим лет на десять. – Марк Браушвиц, командующий первым корпусом освобождения, военный советник и просто хороший мужик. Прибыл с Западных Островов для того, чтобы помочь народу уничтожить Царя. Дежурно прокричав приветствие, солдаты диверсионного отряда вытянулись по струнке. Несмотря на то, что они не были подконтрольны гостю, всё равно стоило проявить себя с лучшей стороны, чтобы влиятельный командир замолвил потом словечко за бойцов. Максим, хмуро скривившись, следил взглядом за Марком. Выглядевший, словно и не приходилось ему дни напролёт ночевать в седле, разъезжая по городу, появляясь со своими воинами то тут, то там, Браушвиц презрительно смерил взглядом парня, явно припоминая первую встречу. Впрочем, приказы Императора всё ещё были выше его желаний, а потому приходилось терпеть существование выскочки. – Доброе утро, товарищи, – бросил полководец, даже не смотря в сторону революционеров. – В связи с тем, что здание царского штаба, которое вы так умело привели в полную боевую готовность, необходимо взять штурмом, первая манипула прибыла вам на помощь. В строю недовольно зашептали. Миха, как и все остальные, искренне недоумевал, откуда возникли претензии, ведь поставленная задача была даже перевыполнена. Впрочем, одного сурового взгляда Михалыча хватило, чтобы заткнуть рты. – Разумеется, никто не ожидал от сборища новобранцев аккуратных и результативных действий, – презрительно заявил командующий корпусом. – Но, при нашей поддержке, вы должны завершить задание. И, я надеюсь, мы понесём минимально возможные потери. Командир, как там вас, за мной, получите специальные боеприпасы. Остальным полчаса на подготовку. Вольно! Как только оба начальника скрылись за дверьми церкви, солдаты диверсионного отряда зашумели. Всем им не нравилось поведение этого самовлюблённого советника. Однако, ничего сделать они не могли, а потому приходилось лишь недовольно бурчать, перемывая ему кости. Спустя пятнадцать минут солдаты снова построились, на этот раз уже на инструктаж от своего командира. К счастью, Михалыч сам был не рад гостю, а потому добро и по-отечески объяснял задачу, раздавая особое снаряжение и боеприпасы. Наконец, очередь дошла до Макса с Михой. – Так, парни, на вас у меня особые планы, – вручая ребятам два тяжёлых ящика, заявил ветеран. – Этот индюк из Ордена Гидры в конец с ума сошёл и хочет использовать нас как живой щит. Но я тоже не лыком шит и придумал десяток различных причин, почему мои бойцы не идут на передовую. – Вот скотина, – сплюнув, заявил один из революционеров. – И что нам надо будет сделать? – Поскольку вы и так достаточно рисковали, то будете сегодня выполнять роль артиллеристов, – заметив лица подчинённых, на которых было написано полнейшее непонимание, Михалыч продолжил. – Многоуважаемые гости согласились поделиться парой установок, так что мне нужны два расчёта по три человека. А эти орденские вояки сами пускай мечами машут. – А нам хоть объяснят, что делать? – недоумённо спросил Макс. – Да там как с арбалетом управляться, только габариты побольше, – отмахнулся ветеран. – С вами одного от Гидры отправят, так что он, в случае чего, он всё объяснит. Внезапно с улицы раздался громкий крик Марка, и диверсионный отряд, в спешке хватая оружие и снаряжение, выбежал наружу. Там, под знаменем, стояло сто двадцать воинов, недовольно щуривших глаза, пряча их от снега. Все как один одетые в чёрные панцири, замершие словно статуи, они были похожи не на людей, а на божеств, спустившихся на землю. Привычно вскинув руку, Михалыч вместе с бойцами дружно проревел приветствие. Получив не менее слаженный ответ, он со своим отрядом неторопливо выдвинулся в путь, указывая дорогу подкреплению. Воины Империи шли, мягко переступая с ноги на ногу и тихо перешёптываясь. Несмотря на то, что дозорные уже пару дней не замечали врага поблизости, царевцы всё же могли проводить рейды, пытаясь найти наглых диверсантов. А потому революционеры, прижавшись к домам и развалинам, ползли, недоверчиво высматривая в окнах и дверных проёмов засаду. Орденские же воины чеканным шагом следовали на удалении примерно в полторы сотни метров. Нисколько не боясь противника, они шли словно на марше, высоко подняв знамя и насмешливо глядя на имперцев. Браушвиц же и вовсе снял шлем и теперь, восседая на коне, любовался незнакомым ему городом. Бросая презрительные взгляды назад, бойцы диверсионного отряда сквозь зубы шептали далеко не лестные слова в адрес Ордена. Однако, приказ Императора оспорить никто не решался, а потому приходилось терпеть союзников, которые нарушали все возможные правила городского партизанского боя. Наконец, вдали замаячила башенка, венчавшая здание штаба. Замерев и подняв кулак, Михалыч позвал командира Гидры, знаками советуя слезть с лошади. Сделав вид, что ничего не понимает, Марк неторопливо приблизился к имперцу и, чуть наклонившись, разрешил начать доклад. – До объекта осталось пару сотен метров, предлагаю развернуть порядки и, разбившись на малые группы, незаметно подкрасться к врагу на максимально короткую дистанцию, – шёпотом, пристально вглядываясь в окна домов, сказал глава диверсионного отряда. – Напомните мне, кто является ответственным за операцию? – высокомерно спросил Браушвиц. – Вы, но позвольте дать вам совет, – не унимаясь, ответил ветеран. – Я прошёл южную компанию, я первым центурионом легиона был. Если мы сейчас будем действовать глупо и прямолинейно, всех нас просто истыкают болтами как только хоть один шлем покажется из-за угла. – Товарищ, не берите на себя слишком много, – великодушно оборвал командир войск Ордена. – У вас в распоряжении две дюжины ваших бойцов и четыре моих специалиста. Насчёт того, что делать с остальными солдатами, я уж как-нибудь разберусь. – Но, это же безумие! – воскликнул Михалыч. – Давайте не будем портить наши отношения. У ваших парней есть ровно десять минут, чтобы занять позиции и приготовиться к бою, – прошипел Марк, зло разгибаясь в седле. – И молите Ома, или в кого вы там верите, чтобы они успели. Недовольно махнув рукой, орденский военачальник развернулся и отправился к своим солдатам. Глава диверсионного отряда же тихо выругался и, поминая матушку начальника нецензурной бранью, повёл бойцов дальше. Специалистам Гидры ничего не оставалось кроме как, подхватив тяжеленные ящики, молча рвануть за имперцами, стараясь их догнать. Спустя пару минут революционеры достигли поворота, отделявшего их от цели. Собрав всех подчинённых, ветеран начал раздавать указания. Получив инструкции, очередная тройка исчезала дворах и зданиях. Наконец, дошла очередь и до Макса с Михой. Внимательно выслушав Михалыча, они кивнули и незамедлительно растворились в переулках. Поплутав в лабиринте дверей, коридоров и обваленных лестниц, парни выбрались на крышу дома, стоявшего прямо напротив царского штаба. Растянувшись на обледеневшей кровле, революционеры молча ползли, прячась за невысоким парапетом. Снег забивался за шиворот, в перчатки и сапоги, но они упорно скользили по металлу, волоча за собой деревянные ящики. Когда ребята, наконец, добрались до края, они, аккуратно вскрыв первый ящик, кинули удивлённый взгляд на специалиста Ордена. Тот еле слышным шёпотом уточнил, как лучше разместить орудие и, всё также не вставая, принялся творить чудеса с помощью различных инструментов. Ребята даже не пытались помогать, стараясь лишь не мешать и не отрывать мастера от дела. Через пять минут громоздкая установка аккуратно легла на кирпичи парапета и рабочий затянул последние винты. Несильно пошатав произведение лучших конструкторов Гидры, он довольно хмыкнул и подал световой сигнал соседям. Получив ответ, он подтянул второй ящик, в котором лежали снаряды и поманил имперцев поближе. – Так, мужики, вы же с арбалета стреляли? – увидев два сдержанных кивка, орденский специалист продолжил. – Тут похожая система, только снаряд больше, да взводится вся махина с помощью специального механизма. – Ну, вроде всё понятно. Но ,я надеюсь, ты нам поможешь в случае чего? – неуверенно протянул Макс. – А то с такого рода приспособлениями я ещё дела не имел. – Собственно, а зачем я здесь ещё, – улыбнувшись, ответил гидровец. Впрочем, его ухмылка почти мгновенно исчезла с лица, как он глянул на наручные часы. – Так, вот-вот пора начинать. Ты будешь стрелять, твой товарищ поработает наводчиком, а буду отвечать за то, чтобы ты мог бесперебойно вести огонь. Ну и советы давать, если что. – Хорошо, – согласился парень. – Можно же пока немного изучить орудие, чтобы привыкнуть к нему? – Конечно, ещё секунд двадцать у тебя есть. Поблагодарив помощника, Максим провёл рукой по лакированному дереву установки. По сути, это был просто большой арбалет, в легионах его называли пехотной баллистой. Способный метать снаряды различной формы и веса на расстояние почти вдвое больше дальности полёта стрельбы, он только недавно появился в войсках по всему миру, оставаясь достаточно редким устройством. Длинные металлические плечи лука, металлическая же тетива, удобная деревянная ложа с накладкой, позволявшей вести огонь часами. Парень скользил взглядом по орудию, как по любимой девушке. Он мог часами рассматривать диковинные изобретения, пытаясь понять, как же всё работает. Но его мысли оборвал звук сигнального рожка. – А вот и Марк, – воодушевлённо сказал орденский специалист. – Так, парень, который Михаил, давай, выбирай цель. Наша задача – обрушить какую-нибудь дозорную вышку. Есть там что-то похожее? – Есть, – отрапортовал имперец. – Макс, левый ближний угол здания, от него возьми метров пять к нам. Огонь! Дежурно задержав дыхание, как при стрельбе из арбалета, революционер приник к прицелу и нежно нажал на спусковую скобу. В ту же секунду непривычно громко зазвенела тетива и снаряд отправился вдаль. Спустя секунду раздался взрыв и случайного рабочего, вышедшего покурить, отбросило к стене. Через ещё мгновение следующий расчёт произвёл выстрел. На этот раз, глухо гремя, рухнула одна из башенок, сделанных на скорую руку из привезённых накануне брёвен. Запоздало раздался сигнал тревоги и царские легионеры начали, в спешке хватая оружие, выбегать наружу. А на улице уже появился авангард манипулы Ордена. Чётким шагом, не поднимая щитов, бойцы шли в гробовой тишине. Знамя, дразня противника, высоко развевалось, извещая всех, что воины Гидры не намерены проявлять жалость. – Давай зажигательной смесью в их строй, – крикнул Миха, от нетерпения грызший ногти. Крякнув, эксперт ордена одним движением взвёл механизм. Как только очередной снаряд стоимостью в десятки килограмм золота занял своё место, Макс нажал на спуск, обрекая врага на смерть. Дротик длиной с руку человека, вместе с закреплённым на нём зарядом, полетел вперёд, оставляя за собой еле видный дымный след от запала. Лениво упав позади царевцев, спешно занимавших позиции для отражения атаки, алхимический боеприпас взорвался, расплёскивая по сторонам жидкий огонь. Раздался резкий крик несчастных, запахло палёной плотью, а солдаты Ордена тем временем уже достигли противника, так и не успевшего произвести ни одного выстрела. Завязалась кровавая бойня. Уступавшие количеством и качеством, легионеры, тем не менее, сражались храбро, не отступая ни на шаг. Воин вставал на место поверженного товарища, арбалетчики в упор разряжали своё оружие, а лёгкая конница поискового отряда отчаянно рубила налево и направо, стараясь прорваться из окружения. Однако, в тот самый момент, когда первый снаряд взорвался в строе солдат Царя, убивая и калеча, исход битвы был предрешён. Как бы стойко не оборонялись легионеры, как бы много не приходилось платить за каждого убитого врага, у Империи был слишком могущественный союзник, который не поскупился на подарки. Но, несмотря на это, каждый охранник штаба, равно как и простой служащий, дрался до конца, дорого продавая свою жизнь. А Макс с Михой отрешённо обрекали на смерть раз за разом, отправляя в цель уже не алхимические, а вполне обычные снаряды. Не щадя противников революции, они убивали, инстинктивно закрывая глаза при выстреле, чтобы не видеть лицо несчастного, которому просто не повезло оказаться верным своей стране...