17 мгновений весны

Дорога за город была ужасно изматывающей, и Ванечка сам не понимал, на кой черт он согласился на этот пикник. Встать пришлось в четыре утра, причём из постели Ванька его буквально вытаскивал, приговаривая, что ещё часочек, и весь день они проведут в пробках. Надежда доспать в машине улетучилось моментально, проклятое солнце не желало считаться с Ванечкиным недосыпом или температурными нормами в начале мая, и палило так, что хотелось забиться под сиденье. Впрочем, Ваньке приходилось тяжелее, он должен был, при всем при этом, ещё и вести машину. Поначалу Ванечка пытался его веселить и подбадривать, но солнце вплавляло его в кожаное кресло и провоцировало жуткую головную боль, так что последние полчаса он ныл, понимая, что действует на нервы, но не имея решительно никаких сил сопротивляться. - Черт бы побрал эти майские праздники и отдых на природе. Вань, ну какие нахер костры и палатки, я сейчас тут сгорю заживо. Рудбой проявлял чудеса терпения. - Я кондиционер включил на максимум, там, прямо за тобой, несколько бутылок воды, в бардачке солнцезащитный крем. Потерпи, Ванюш, буквально полчасика, мы рядом уже. - Полчаса назад ты говорил, что нам осталось минут сорок. Ваня улыбается, удивительным образом Фаллен его не раздражает ни капли. - И так бы и было, если бы ты не настоял, что тебе необходимо холодное пиво прямо сейчас и нам не пришлось бы делать крюк, чтобы заехать на заправку. Светло прихлебывает пиво из банки, несмотря на изнуряющую жару оно все ещё довольно прохладное - заботливый Рудбой заказал где-то охладители для банок, и, хоть это совершенно противоречило всякой логике, надетая пенная хреновина действительно помогала. Вообще, Охра был чертовски заботлив, Ванечке кажется, что кто угодно его бы уже выкинул из машины, а этот даже голос ни разу не повысил. Но настроение все равно было паршивым и не доебываться просто не получалось. - Гришу с собой надо было брать. Он там со Славиком и Андрюхой с тоски взвоет. - Мы на два дня, Ванечка, он оставался дома, когда ты был у меня, и даже не раз. И ничего, не взвыл. - Ты жестокий, беспощадный и не любишь животных. Ваня снова улыбается. С тех пор, как их отношения перестали быть секретом для друзей, он при каждом удобном случае заезжал, чтобы помурлыкать с Гришей, привезти ему вкусняшек или почесать за ушком. - Я просто считаю, заметь не без причины, что спать дома, со знакомыми людьми, ему куда комфортнее, чем было бы ехать в жару, в лес, где он никогда не был, и мог бы передвигаться только на поводке, который тоже вряд ли бы полюбил. Крыть это, конечно, нечем. Если бы Евстигнеев даже предложил, Ванечка ни за что не согласился бы взять кота с собой. На горизонте виднелась деревня, и Ванечка не преминул сменить тему. - Вот чем то село, в которое едем мы, лучше, чем вот это? И чем ещё сотня таких же, которые мы уже проехали? - Ты повторяешься, я же говорил уже, мы не едем ни в какую деревню, это кемпинг, вернее это мой личный кемпинг, там нет никого больше, как правило. Я туда отдохнуть езжу уже лет десять. Два : ноль, от этого Ванечка тоже не отмажется, он действительно спрашивал уже раз десять, и даже давно понял. На самом деле это приятно, Ваня говорит, что он никому и никогда не показывал своё тайное лесное логово, это его личное место, когда хочется уйти и спрятаться ото всех. И то, что Ванечке это доверили, невероятно ценно. Получается, что Ванька считает, что никогда не захочет спрятаться от него. - Я люблю тебя, Вань. - И я тебя. Почти приехали, правда. Машина действительно съезжает с шоссе и едет по проселочной дорожке, шурша шинами и поднимая клубы песка. Здесь, в тени деревьев, уже не так жарко и желание оказаться как можно дальше от окна сменяется любопытством. Как Ваня ориентируется становится загадкой, сам Ванечка уже не видит никакой дороги, последние пять минут они петляют между деревьями, приминая колёсами свежую траву. Наконец, Рудбой расслабленно откидывается и глушит мотор. - Считай, приехали. Тут совсем рядом, и уже пешком, не проедем. Он ловко вытаскивает из багажника пару огромных рюкзаков, Ванечка пропустил момент их погрузки, наверное, Ваня укладывал их до того, как приехать за ним. - Ты серьезно хочешь, чтоб мы это тащили? Рудбой усмехается и одним движением закидывает самый здоровый рюкзак себе на плечо. - Не парься, твой намного легче. И тут реально пара сотен метров, и те под горку. Он помогает Ванечке надеть рюкзак и подтягивает лямки. Посадка правда удобная, вес не кажется таким уж и большим. В руки Ванечка получает пакет с огромным куском какой-то ткани. Сам Ваня подхватывает ещё пару сумок и кивает в сторону спуска. Дорога каменистая, и все время движется вниз, а вдали слышится странный шум. - Сейчас увидишь, - охотно поясняет Ваня сияя улыбкой. После поворота становится виден водопад и озеро. Водопад совсем небольшой, чуть выше человеческого роста, но заканчивается он уютной заводью с песчаным берегом. Рудбой спускается и сбрасывает вещи на небольшой полянке, Фаллен следует его примеру. Стоит признать, это правда красиво, ради такого стоило ехать. Пока Ванечка любуется красотами, Евстигнеев уже успевает поставить палатку, натянуть тент и перетаскивает из кустов булыжники, видимо, чтобы обложить костровую яму. С этим Ванечка ему помогает и они, довольно быстро, сооружают приличный костёр. Пока Ваня жарит на открытом огне яичницу, Светло успевает залезть в воду, выскочить и теперь сидит у костра. - Май только начался, ты чего? Купаться точно рано, это мы с тобой лучше летом потом съездим. Сейчас тут просто красиво, тихо, и только мы вдвоём. Ванечка прикрывает глаза, подставляя лицо солнцу, которое ещё полчаса назад его так раздражало. Тайное убежище Охры. А теперь их маленький, общий райский уголок.