Летописи Империи

31.

Неторопливо поднимаясь над землёй, солнце разгоняло редкие облака, окрашивая небо в рыжий цвет, напоминавший дворового кота, подранного, но несмотря ни на что полного сил и тяги к жизни. Набивая трубки и пытаясь спрятать лица от яркого света, моряки наслаждались редкой минутой отдыха, стараясь подольше оттянуть момент, когда придётся выводить в море лодки и корабли. Даже руководители артелей, обычно строго восстанавливавшие порядок и дисциплину, лишь лениво подготавливали бумаги к очередному долгому дню и потягивали горячий чай, любуясь хорошей погодой. После целой череды бурь и штормов, которые ознаменовали окончание зимы, все с нетерпением ждали наступления пускай и короткого, но зато тёплого лета. На материке затихала гражданская война, а вместе с ней успокаивался и весь мир, напряжённо ждавший развязки противостояния двух монархов. Даже послушники Гидры, нашедшие себе пристанище на одном из островов архипелага, закончили, наконец, строительство новой базы и затаились, восстанавливая силы. После поражения, нанесённого войскам организации союзом Царя и Императора, Магистр вынужден был оставить свой пост и бежать, спасаясь от праведного гнева недавних сторонников. Навсегда потерявшие доступ к собственным лабораториям, библиотекам и замкам, вынужденные ютиться в подземных переходах одной единственной крепости, учёные не выдержали и поставили руководителю ультиматум. Являвшиеся источником богатства и силы Ордена, алхимики и инженеры легко переманили на свою сторону войска и изгнали предводителя прочь. Через несколько дней последователи Гидры нашли тайную сокровищницу и, распродав её содержимое, смогли собрать достаточную сумму, чтобы выкупить из плена Гильдии Корнелия вместе с Еленой. Заняв место во главе организации, Браушвицы тут же взяли курс на возвращение былого могущества и позиции в мире. Впрочем, на этот раз они решили не прокладывать себе путь оружием, а выступили в роли миротворцев, пообещав Островам покровительство и защиту от бандитов взамен на власть. К тому моменту на архипелаге правили бал разбойники и мародёры, которые, прикрываясь восстанием и освобождением от власти Царя, объявили о создании Союза Торговых Городов и тут же начали делить сферы влияния. Кровь потекла рекой, об изначальных лозунгах о власти рабочего народа и равноправии все быстро забыли, и даже днём то тут, то там случались стычки между враждующими группировками, от которых часто страдали мирные жители. Поэтому, когда новый Магистр Ордена предложил раз и навсегда расправиться с беззаконием, его без сомнения поддержали почти все, и уже через пару дней над каждым поселением гордо реяло знамя Гидры. — Даже поверить не могу, что мы с тобой теперь будем подданными Корнелия, — усмехнувшись, заявил Макс. — Особенно если учесть, что мы чуть его дочке горло не перерезали, — улыбаясь ответила Даф. Обнявшись, двое стояли на самом носу корабля Гильдии, который, разрезая небольшие волны, стремительно приближался к городку, где родился и вырос парень. Несмотря на ранний час, ни один из них не желал вернуться в постель и попытаться снова окунуться в царство Морфея, предпочитая вдыхать солёный воздух и слушать, как вода бессильно разбивается о корпус судна. Проведя долгие дни в дороге, и парень, и девушка теперь считали минуты до того, как можно будет отворить ворота имения и войти в дом, брошенный целую вечность назад. — Как ты думаешь, насколько всё плохо? — тихо, словно в полудрёме, спросила Даша. — Труппу точно придётся заново собирать, как и декорации, — тяжело сказал бывший глава Культа Смерти. — Да и ремонт здания никто не отменял, — продолжила девушка, неожиданно звонко чихая. — Но мы со всем справимся, верно? — Конечно, — поцеловав макушку, заявил парень. — В конце концов, мы с такой организацией справились, всю войну прошли. Что нас теперь, какая-то развалина остановит? Рассмеявшись, пара последний раз насладилась невероятным пейзажем, открывавшимся им с палубы, и исчезла в каюте, чтобы поскорее подготовиться к финальному, уже не такому долгому пути. Несмотря на то, что театр Орловых пользовался достаточной популярностью на Островах до восстания, он располагался на удалении от тесных кварталов городков, где цена на землю порой достигала заоблачных сумм. Вместо этого поместье раскинулось на территории лесистых холмов, доставшихся матери Макса почти бесплатно в подарок за огромный вклад в развитие культуры. Впрочем, предлог был абсолютно надуманным и созданным лишь для того, чтобы отчёты, посланные на материк, не вызвали ни у кого подозрения и не стали причиной проверки, в ходе которой могло вскрыться множество других тайн наместника. Барон, благодаря протекции родителей получивший место управляющего целым архипелагом, без ума влюбился в тогда ещё молодую и красивую девушку, выступавшей по вечерам в одном из салонов. Стараясь добиться расположения и завоевать сердце талантливой актрисы, мужчина не скупился на самые роскошные подарки. И хотя леди Орлова никогда не скрывала отсутствия чувств, раз за разом пытаясь убедить чиновника в тщетности его попыток, тот до конца жизни продолжал поддерживать возлюбленную во всех её начинаниях. Так в жизни архипелага появился сначала скромный особняк, где часто собиралась элита, а потом и собственный театр, не уступавший качеством постановок столичным. И даже несмотря на препятствия церкви, власти и друзей, мужчина сумел даровать пассии дворянский титул, чтобы обеспечить ей достойную жизнь в старости. С признательностью принимая подарки, девушка всё же никогда не отвечала претенденту взаимностью, полностью отдавая себя театру и порой целыми неделями напролёт разъезжая по Островам, чтобы завербовать в труппу нового музыканта или актёра. Не признававшая для себя иной роли кроме как хранителя и создателя произведений искусства, вчерашняя крестьянка отвергала всех мужчин, которые пытались получить от неё согласие. И только однажды её сердце дрогнуло, когда в поместье лихим ветром занесло удалого наёмника, рождённого под другими звёздами. Этот союз, так и не закреплённый священниками, был обречён на провал, но почти дюжину лет отношения актрисы и воина подогревали слухи на Островах, где люди всегда испытывали особую страсть к чужим романам и слабостям. Прошедший через ужасные испытания и повидавший мир, солдат смог неведомым образом вдохнуть новую жизнь в театр, постановки в котором каждый раз вызывали фурор и в виде новостей порой доходили даже до столицы. Грубый и простоватый убийца, выводящий на сцену под руку хрупкую красавицу, к которой ходил свататься каждый второй знатный мужчина с архипелага — именно такой запомнила пару рукоплещущая толпа. Через пару лет совместной жизни у четы появились сначала две дочки, а потом и долгожданный наследник, который был без ума от отца и с радостью часами слушал его истории о путешествиях и сражения. Однако, однажды утром, не предупредив никого и не оставив даже записки, наёмник сбежал, оставив на память возлюбленной детей, путевой дневник и весь багаж, нажитый за годы, проведённые на архипелаге. Это потрясение тяжело ударило по женщине и, несмотря на то, что она всё так же продолжала развлекать публику выступлениями, даже неотступный до этого наместник почувствовал что-то и перестал посещать имение. Спустя какое-то время Макс, выросший и освоивший базовые науки, уплыл на материк за образованием, а театр, так и не выпустив более ни одной премьеры, закрыл свои двери для гостей. Грянула революция, леди Орлова умерла, а её дочерям пришлось бежать за море, спасаясь от разгула бандитов и мародёров, заполонивших Острова. И вот теперь наследник дворянского рода должен был вернуться в имение, чтобы попытаться восстановить его и заставить людей со всего Архипелага снова покупать билеты на новую постановку за несколько месяцев. — Ну что, приехали, господа, — тяжело выдыхая, бросил возница, с трудом останавливая лошадей. — Ваши вещи, как и обещалось, будут доставлены, как только работники закончат разгрузку судна. — Спасибо, — спрыгивая на прогретую уже высоко поднявшимся солнцем землю, ответил Макс. Вдохнув полной грудью такой родной и почти забытый запах еловых веток и морской влаги, он радостно улыбнулся. — Возьмите это в качестве благодарности, — достав кошель, Даф отсчитала несколько монет и бросила их кучеру. Тот, даже не вставая, привычно поймал награду и, щёлкнув вожжами, тут же рванул прочь, надеясь по пути до городка заработать ещё немного денег. С трудом найдя в походной сумке ключ, полученный от Командора, парень провернул его в замке ворот и толкнул тяжёлую фигурную решётку, выполненную на заказ заморскими мастерами. Створки, на удивление плавно и бесшумно распахнулись, впуская законного владельца обратно домой и приглашая его как можно скорее осмотреть территорию. Облегчённо рассмеявшись, бывший глава Культа Смерти взял за руку девушку и, поправив мешок, висевший на бок, неторопливо пошёл с ней по тропинкам сада. Когда-то по бокам от мощёной дорожки росли пышные кусты, каждое лето расцветавшие яркими цветами, и фруктовые деревья, посаженные во время строительства особняка. Поддерживаемые в полном порядке небольшой, но очень старательной группой садовников, они поражали воображение гостей, а кроме того давали детям и взрослым возможность утолить голод сочными, хотя и немного кислыми плодами. И даже теперь, после кратковременного отсутствия хозяев, растения были по-прежнему великолепны, лишь немного потеряв былые форму и величие. Слева, за плотной оградой шиповника, мелькнула летняя беседка, где совсем ещё маленький Максим сидел, слушая изумительные истории отца или наслаждаясь очередной книгой, тайком вынесенной из родительской библиотеки. Чуть подальше, ближе к дому, стояли старенькие качели, на которых так любили кататься сёстры, размышляя о том, какие сегодня люди приедут на званый ужин, и с кем из них они были бы не против провести время. Вдалеке же, почти у самого забора, виднелся пруд с фонтанами — один из последних подарков царского наместника, который заказывал камень для статуй и отделки на другом конце света. Наконец, пара достигла парадного входа в особняк и застыла в нерешительности, не в силах решить, кто же первый должен открыть двери. Макс, нервно звеневший ключами, никак не мог заставить себя отпереть замок, словно внутри его снова ждали покойная мать и сбежавший отец. Прежде, чем он набрался сил и уверенности, кто-то изнутри дёрнул ручку и распахнул створки, одновременно радостно приветствуя гостей. — Добрый день, сэр, — сгибая непослушную спину в поклоне, пробормотал мужчина. Побитый жизнью, он неловко пытался пригладить взъерошенные седые волосы трясущимися руками. — Генри, ты что ли? — неожиданно для Даф, которая уже привычно схватилась за кинжал, висевший на поясе, заявил парень. — А кто же ещё? — добродушно ответил старичок, выпрямляясь. — Как же я рад тебя видеть, — крепко обнимая собеседника, сказал Макс. — Ну, а куда я денусь, — растерявшись, пробормотал слуга. — У меня наказ простой: следить за домом, да ждать вас. — И кто же тебе его дал? — беззлобно спросил бывший глава Культа Смерти. — Так это, как её, Гильдия, — с трудом вспоминая название организации, ответил мужчина. — Они, когда сёстры ваши продали поместье и бежали с Островов, почти на следующий день приехали и начали тут свои порядки наводить. — Много забрали? — Так если бы, это хоть понятно было бы. А то вроде владельцы новые, а сказали: «ты, Генри, за участком следи, чтобы всё было как раньше. А потом Орлов-младший вернётся, или покупателя найдём, вот им и передашь хозяйство». — Командор знал, что Макс жив? — внезапно встряла в разговор Даф. — Я тоже удивился, но мне наказали порядок держать и ждать, — ответил слуга. — Вот я и старался в меру возможностей. — Ты всё сделал правильно, — успокоил мужчину парень. — Остались ещё в доме работники? — Нет, только я, — бессильно развёл руками старик. — Остальных, как муж Алеси последние богатства забрал, по домам отпустили, чтобы от голода не померли. — Ну, ничего, это мы исправим, — без особой уверенности заявил Макс. Впрочем, спустя мгновение он снова воспрял духом. — Через пару часов наши вещи должны прибыть, так что можешь подготовить комнаты, чтобы нам было где их разобрать? — Малую залу и спальню? — улыбаясь и вспоминая времена, когда вся семья Орловых собиралась в комнатах за чаепитием, уточнил слуга. — Да, я думаю, пока хватит, — задумавшись на пару секунд, парень добавил. — Надеюсь, кабинет ты не трогал? Его я хочу сам осмотреть и подготовить к работе. — Нет, у меня было задание поддерживать всё как было, так что я только пыль сметал, да грязь убирал, — начал было оправдываться мужчина. — Вот и славно. Как закончишь, приходи, будем думать вместе, как домом управлять. Ещё раз неловко поклонившись господину, старик юркнул в полумрак здания, по пути зажигая лампы, и исчез за дверьми, ведущими в зал, где ещё десять лет тому назад можно было застать почти весь свет общества. Взяв под руку Даф, Максим схватил с полочки у двери фонарь и поднялся по парадной лестнице, которая отзывалась на шаг наследника негромким скрипом. Почти наугад пройдя по пустым коридорам, парень толкнул одну из дверей и оказался в небольшой комнатушке, в которой часто принимала слуг и коммерсантов его мать. У большого окна, занимавшего почти всю стену и выходящего на ворота поместья, стоял массивный стол и тёмного дерева, заваленный всякой всячиной. Спасаясь от последствий восстания и пытаясь увезти с собой всё самое ценное, сёстры буквально перевернули все ящики, тумбочки и комоды в доме, свалив ненужное прямо на пол, покидав драгоценности и деньги в сумки, которые позже были переданы агентам Гильдии. Генри же, который остался в особняке совсем один, не стал возвращать вещи на место, так как не смог вспомнить, как что лежало, но вместо этого за долгие недели кропотливого труда аккуратно разложил важные документы и всякие безделушки, создав настоящую экспозицию. Теперь же, перебирая вещицы, Макс снова погружался в кажущиеся бесконечно далёкими деньки, когда он жил в поместье и мечтал о том, что когда-то сможет вырваться на материк, став там известным учёным и изобретателем. Даже обычные записки, которые оставляли дети слугам, не желая тревожить мать или стесняясь напрямую попросить о помощи, заставляли сердце сбиться с привычного ритма. Рухнув в удобные кресла и неторопливо рассматривая находки, пара тихонько перешёптывалась, словно не смея нарушить траурную тишину этого места. Внезапно, на пороге снова появился слуга, уже успевший закончить дела и даже приготовивший обед специально для своих господ, которые с самого утра не выпили даже стакана воды, торопясь как можно скорее добраться до поместья. Сгибая старую спину, мужчина объявил о том, что прибыли вещи, а кроме того неизвестные гости, которые не пожелали остаться, но попросили передать кое-что для хозяев дома. С сожалением откладывая занятие, оба встали на ноги и проследовали вниз, где, источая аппетитный аромат, стояли блюда, а кроме того лежали скромные пожитки, которые Культ Смерти смог передать Гильдии. С аппетитом накинувшись на пищу, Макс даже думать забыл про странную посылку, которая дожидалась своего часа в спальне, как того попросили визитёры. Несмотря на свой возраст, старик готовил достаточно сносно, и пускай был всё же не способен потягаться с ресторанными поварами, смог удивить ребят, отвыкших за время войны от домашней пищи. Так что лишь спустя час, когда даже десерт был съеден, чай выпит, а Генри отправился мыть посуду, пара снова поднялась наверх, чтобы, наконец, разобрать личные вещи. Среди пары чемоданов и плотно закупоренного ящика с бутылками вина, которые Культ Смерти использовал для поощрения своих сотрудников, на полу лежал плотный мешок. Узел, прятавший содержимое от всего мира, был скреплён сургучом, на котором красовалась печать Ордена Гидры, явно оттиснутая совсем недавно. С удивлением перерезав верёвку, Даф извлекла на свет крупный мешок с местной монетой, пачку бумаг и небольшое письмо, которое она тут же прочитала, даже не спрашивая разрешения у парня. — Ну, что я тебе могу сказать, теперь у нас есть всё необходимое для восстановления театра, — улыбаясь, заявила девушка. — Это почему? — удивлённо спросил наследник рода Орловых. — Корнелий как-то узнал, что именно мы помогли спасти жизнь Царю. Так что в благодарность он решил помочь нам, — ответила Даша, хлопая рукой по сумке с деньгами. — Тут хватит на целый год безбедной жизни, и уж тем более на декорации и труппу. — Ну, что же, тогда пора приниматься за работу, — сказал Макс, неожиданно заходясь сильным кашлем. Быстро вытерев кровь с уголков губ, чтобы Даф не успела заметить её, он продолжил. — Ты со мной? — А куда я денусь, — усмехнулась девушка. — Как показала жизнь, для нас даже смерть не является слишком большим препятствием. Так что готовься, скоро сам Ом будет просить продать ему билеты в театр Орловых. Рассмеявшись, парочка поцеловалась и, обгоняя друг друга, бросилась в кабинет, где верный Генри уже зажёг лампу и подготовил письменные принадлежности. Уже завтра нужно было начать набор новых артистов, восстанавливать сцену и готовиться к новому выступлению, неоконченный сценарий которого лежал прямо на столе. Написанный в последние дни жизни матери, он должен был стать отличным началом для долгого пути, который, начавшись однажды, вряд ли когда-нибудь должен был закончиться. А тем временем за окном, окрашивая небо в необычайные тона, медленно опускалось за горизонт солнце. Рыбаки, возвращавшиеся из моря домой, устало разгружали ящики с рыбой, вокруг бегали дети, целый день не видевшие отцов, а хозяева таверн растапливали печи и выставляли на столы еду. Несмотря на то, что лето постепенно брало вверх, северный морской ветер не собирался сдаваться, а потому путники с радостью ныряли в спасительную теплоту заведений, прячась от голода и холода.