Когда рядом она

Восемь вчера. Семейство Дю Кото устраивает пышную вечеринку в своей прибрежной вилле. Сёстры Дю Кото и мадам Карен, находящиеся в партнёрских отношениях с компанией Лестера и в дружбе с Кэтрин Лейхи, пригласили их в качестве особо почётных гостей. — Кэт, ты где? — голос Лили раздался из динамика телефона, звучный и слегка нетерпеливый. — В такси. Ты уже приехала? — Ага. Лестер подвёз, — Кэтрин уловила её лёгкий смешок. — Жди, я через пять минут. — Окей, не смей опаздывать. Лили Киллиан близкая подруга Лейхи. Конечно, не с детства, так как они жили по разные стороны мира. Но однажды оказались в одном университете, потом почти одновременно устроились на работу. И с тех пор в близких дружеских отношениях. Водитель вырулил плавно, и такси остановилось у ворот виллы. — Спасибо, — Кэтрин бросила слова благодарности на ходу и, получив молчаливый кивок, вышла из машины. Погода смягчилась. Осень всё ещё дышала прохладой, но ветер уже не кусался, а ласково касался щёк. Кэт поправила прядь тёмных волос, огляделась и направилась ко входу, передав пригласительный угрюмому охраннику. — Приятного вечера, мисс, — сказал тот, кивнув и наконец открывая калитку. — Спасибо, — коротко ответила она и зацокала каблуками по дорожке к дому. — Вот ты где, — Лили вынырнула из распахнутой двери, облачённая в бордовое платье с дерзким V-вырезом, — Вау, Кэт, ты сражаешь. — На себя посмотри, — с улыбкой ответила Лейхи. На ней было узкое платье в пол с разрезом до бедра, подчёркивавшим стройные ноги. Образ дополняли чёрные туфли на шпильках и сдержанный блеск аксессуаров. Элегантно, но не вычурно. — Я знаю, — усмехнулась Лили, взяв её под локоть и увлекая внутрь. Кэтрин с усмешкой закатила глаза. Внутри пространство вибрировало от ритмичной музыки, которую только усиливали массивные люстры, отбрасывающие мягкие, рассыпчатые блики на зеркальные стены. Гостей было столько, что зал напоминал модный клуб, но атмосфера оставалась другой. Гламурной, насыщенной запахами дорогих духов и шампанского. Кэтрин быстро нашла хозяйку вечера. Та заметила девушек и двинулась им навстречу с маленькой собачкой на поводке. — Боже, это же мои долгожданные гости, — пропела она мелодичным голосом. — Добрый вечер, мисс Дю Кото, — сдержанно улыбнулась брюнетка, приветствуя хозяйку. — Здравствуй, Кассиопея, — Лили легко поцеловала её в щёку, как и принято в этом кругу. — Рада, что такие прекрасные дамы озарили наш вечер своим появлением. — Ну что вы, вы здесь главная звезда, — кокетливо вздохнула Лили, отпивая из фужера, незаметно оказавшегося у неё в руке благодаря внимательному официанту. — Согласна, — кивнула Лейхи, скользя взглядом по залу. Как и ожидалось, здесь были звёзды телешоу, певцы, танцоры, актёры, модели и прочие сливки культурной сцены. Кэтрин узнала многих, с некоторыми ей доводилось работать. — Простите, где здесь дамская комната? — спросила она, ставя бокал на поднос проходящего мимо официанта. — Второй этаж, первая дверь слева, — с улыбкой ответила Кассиопея, её узкие глаза сверкнули с игривым прищуром. Брюнетка часто сравнивала её с змеёй. Грациозной, обольстительной и опасной. — Благодарю, — кивнула она и, заметив, как рука Кассиопеи скользнула на талию Лили, усмехнулась про себя, — Отлично, эти двое увлечены друг другом. Оставив подругу на попечении хозяйки вечера, Кэтрин направилась наверх. Музыка снизу заглушала всё, но в коридоре стало тише, почти уютно. — О, мамма миа, синьорина Лейхи! — из-за угла вынырнул худощавый мужчина с вычурными усами, разводя руки в приветствии. — Сеньор Тортиль, рада вас видеть, — вежливо улыбнулась Кэтрин. — Ваши творения чистейшее искусство! Мы как раз набираем новый актёрский состав на новый фильм. Не хотите присоединиться к проекту? — Поговорите об этом с Лестером, мы подумаем над этим, — кивнула она и, не сбавляя шага, двинулась к лестнице. — Сколько можно, честное слово… — подумала она, еле сдержавшись от того, чтобы закатить глаза. Постоянное внимание, бесконечные предложения. Всё это сопровождало её почти ежедневно. Быть рядом с Лестером означало бывать на подобных мероприятиях регулярно. И это действительно давало толчок карьере. Существенный. Но и выматывало до основания. Кэтрин наконец нашла дамскую комнату. К её облегчению, внутри было пусто. Ни очередей, ни назойливого щебета. Только лёгкий аромат освежителя витал в воздухе, смешиваясь с запахами дорогих духов. Она подошла к раковине, поставила сумочку, включила кран и подставила руки под прохладную воду. Лёгкая дрожь пробежала по телу, будто вода смыла с неё шум, взгляд посторонних, вечернюю суету. Несколько бумажных полотенец и руки снова сухие. Брюнетка взглянула в зеркало. Макияж безупречен, ровные стрелки, аккуратный тон. Тёмные волосы лежат идеально. В серых глазах лёгкая усталость, но и что-то ещё. Невыраженное, затаённое… как будто предчувствие. Дверь мягко приоткрылась, за ней тихий шелест шагов. Кэтрин едва повернула голову, не придавая особого значения. В воздухе появился сигаретный дым, лёгкий, с едва уловимыми нотками ванили и перца. Он вился вокруг, как нечто живое. И вместе с ним голос. — Привет, — бархатный, тягучий, знакомый. Кэтрин обернулась. Её серые глаза встретились с глубокими, спокойными зелёными. — А вот и ты, — на губах девушки появилась мягкая улыбка. Она обернулась полностью, опираясь поясницей о край раковины, скрестив руки на груди, — Я тебя искала. В дверях стояла Катарина. Её тёмно-синий костюм в тонкую полоску подчёркивал силуэт, а босоножки на высоком каблуке добавляли образу строгости и дерзости одновременно. Она подошла к соседней раковине и смачила ладони. — Соскучилась? — с прищуром произнесла Катарина, и её рыжие волосы отливали золотом в свете люминесцентных ламп. — Разумеется. Как прошёл перелёт? Как Япония? — Утомительно. Их премьера чуть не прикончила меня. Думаю, мне нужен месяц отдыха, — усмехнулась и выключила воду. Кэтрин протянула салфетки, и за это получила благодарную улыбку, — Кстати, Масаши Танака, сенатор, просил порекомендовать хорошего дизайнера. — Заказ? — Коллекция блузок. У меня был соблазн сказать твоё имя, но решила сначала спросить тебя. — Не смогу. У меня завал из международных заказов. Лучше предложи Лили. Она справится. — А мой личный заказ? — Катарина подошла ближе и положила ладони по обе стороны от брюнетки, словно замыкая её в клетку из тела и запаха. — Ты имеешь в виду ту самую коллекцию нижнего белья для тебя и Кассиопеи? — Кэтрин чуть наклонила голову назад, полуулыбка коснулась её губ, а серые глаза блеснули лукаво. — Да, — медленно скользящий взгляд зеленых глаз по её лицу, по губам, по шее, заставил Кэт облизнуть пересохшие губы. — Почти готова. Финальные штрихи и всё будет на месте. Она больше не собиралась ждать. Их губы встретились в мягком поцелуе. Осторожным в начале, затем всё более жадном, требовательном. Вкус, тепло, электричество, бегущее под кожей. Внезапно всё исчезло. Шум, свет, обязанности. Остались только дыхание и прикосновения. Кэтрин задышала быстрее. Тело отзывалось на каждое касание, а когда Катарина провела рукой по её бедру и скользнула под платье, по телу пробежала волна дрожи. Веки задрожали. Поцелуй прервался лишь на секунду, вдохнуть воздух, только чтобы снова потерять его. — Подожди… — выдавила брюнетка, голос слегка дрожал. Катарина отстранилась, но не отошла. Она смотрела в глаза Кэтрин, и в её взгляде было и волнение, и желание. — Мы всё ещё на твоей вечеринке, — прошептала Лейхи, пытаясь отдышаться. — Хочешь пойти куда-нибудь…подальше? В мою комнату? — Катарина легко, едва касаясь, провела губами по её шее. От прикосновения у Кэтрин вырвался короткий выдох. — Нет. Позволь мне хотя бы немного пообщаться с гостями и выпить. А ты наслаждайся славой хозяйки. Через пару часов… я буду вся твоя. — Обещаешь? — Катарина убрала руку и крепко обняла её. — Разумеется, — брюнетка провела пальцами по рыжим волосам. Это был значимый жест. — Кэтрин, ты тут? — раздался стук в дверь. Кэтрин замерла. Катарина недовольно прищурилась. — Это Лестер? — прошептала она, вновь склоняясь за поцелуем. Кэтрин позволила короткое прикосновение губ и отстранилась. — Да. Нам пора. — Выйдем вместе или по отдельности? — Плевать, пусть думает что хочет. Я устала от его нытья по поводу моей личной жизни. — Тогда пойдём, — Катарина чуть улыбнулась. Это тёплая, почти домашняя поддержка. Они вышли вместе. У двери их ждал Лестер. Улыбка на его лице была холодной, почти обидчивой. — Увидимся, — бросила Катарина, небрежно отпуская руку брюнетки и растворяясь в толпе. — И что это было? — спросил Лестер. — Иди к своей Софи и не мешай мне, — Кэтрин скрестила руки на груди, избегая его взгляда. — Вы провели там двадцать минут. Почему? Девушка устало потерла переносицу. — Лестер. Мне не восемнадцать. И я не девочка, которой можно размахивать перед носом указующим пальцем. Я прекрасно понимаю, что делаю. Хватит устраивать сцены. — Ладно. Поговорим позже. Развлекайся, — сказал он с отравленной любезностью и ушёл. Кэтрин тяжело выдохнула. Она ненавидела, когда они спорили. А в последнее время это случалось всё чаще. Кэтрин выдохнула и вернулась вниз. Музыка стала чуть медленнее, зал теперь скорее походил на глянцевый гедонистский салон, чем на клуб. Люди пили, танцевали, кто-то смеялся у бара. Она подошла к самому дальнему барному стулу, отгородившись от суеты. Хотелось просто передохнуть и позволить внутренней дрожи, вызванной Катериной, наконец улечься. — Добрый вечер, — барменша улыбнулась дежурно, но с теплом. Кэтрин в ответ кивнула и на мгновение задержала взгляд на молодом лице девушки, прежде чем развернуться к стойке, — Желаете чего-нибудь? — «Манхэттен Бренди», пожалуйста. — Сейчас будет, — отозвалась та и принялась за работу. Движения были выверенными, почти хореографически отточенными. Лёд звякнул о стекло, пряный аромат напитка начал заполнять пространство перед Кэт. Но она уже не смотрела на процесс, её взгляд скользнул по залу. У лестницы, будто в тени прожектора, стояли Софи и Лестер, увлечённые разговором. Лейхи прищурилась. — Ну и зачем весь этот фарс? Пригласил и стоишь, словно мальчишка. Зачем, если она тебе неинтересна? Пустая бравада. Она закатила глаза. Лестер, будто почувствовав её взгляд, обернулся. Их взгляды пересеклись, и он тут же отвёл глаза. — Ваш коктейль, мисс, — барменша вернулась, поставив перед Кэтрин аккуратный бокал. Первый глоток и лёгкая горечь алкоголя переплелась с сладковатой нотой бренди, мгновенно разогрев горло и грудную клетку. Рядом кто-то сел. Мужчина с ухоженной бородкой, дорогим, но скучным парфюмом и ленивой ухмылкой. — Добрый вечер, мисс. Не будете против компании? — голос был густым, чуть с хрипотцой. — Просто исчезни, — не успела подумать Кэтрин, как за её спиной появился спасительный голос. — Приятель, не уступишь место? — Лили положила руку плечо мужчины, и тот, буркнув что-то, ушёл, поджав губы, — Как делишки, подруга? — Киллиан села рядом и чуть улыбнулась. Убрала прядь волос за ухо, кивнула барменше, — Один Лонг-Айленд, пожалуйста. — Лестер опять ноет? — спросила она, но в голосе больше было скуки, чем беспокойства. — Ага. Ты уже танцевала? — Кэтрин по привычке оглянулась в сторону зала. — Угу. Устала, решила отдышаться, — Лили сделала глоток и кивнула, — Кстати, ты уже виделась со своей дамочкой? — С кем? — не сразу поняла Кэтрин. — С Катариной, — усмехнулась Лили, многозначительно приподняв бровь. — Она не моя дамочка, — отозвалась та, пожав плечами. — Конечно. Просто спите вместе и смотрите друг на друга томно, — фыркнула Лили, — Скажи уже, что вы пара, и всё. — Мы не пара. Всего лишь секс. Несколько раз. Это просто… дружба с привилегиями, — брюнетка крутила в бокале декоративный зонтик, потом осушила напиток до дна. — Ты странная, — Лили усмехнулась, опершись подбородком на руку. — Я не хочу отношений, — кивком попросила барменшу повторить коктейль. — Почему? Катарина неплохая. И не просто красивая, она сильная. Чувствуется, что готова свернуть мир ради тебя. — Ты знаешь почему, — Кэтрин криво усмехнулась. Да, Катарина одарила её домом у моря и украшениями с ценником, который обычным людям и не снился. Это приятно. Но любить это ведь не об украшениях. Не о деньгах, в которых Кэтрин и так не нуждалась. — Лестер тут ни при чём? — Лили чуть сузила глаза. — Нет. Он скорее раздражает, но не мешает. Ответить на больше Лейхи не успела. Тёплая ладонь скользнула на её талию, притягивая ближе. Горячее дыхание коснулось уха. — Веселишься? — шепнул знакомый голос. Словно электрический разряд прошёлся по спине. Дю Кото, — Потанцуешь со мной? Прежде чем Кэтрин ответила, губы Катарины уже касались её мочки уха, язык прошёлся по коже, оставляя мурашки. Лили фыркнула и отвернулась, деликатно предоставив им пространство. — Конечно, — прошептала Лейхи, голос предательски дрожал. Не прошло и минуты, как Катарина, не отпуская руки Кэтрин, повела её в сторону танцпола. К счастью, зазвучала медленная мелодия. Тело ещё не отошло от напряжения последних дней, и бурный танец оказался бы пыткой. Но сейчас всё было иначе. Мягкий ритм, приглушённый свет, чужие силуэты, теряющиеся в дымке. — Я, кажется, забыла сказать тебе, как великолепно ты выглядишь, — проговорила Дю Кото почти шёпотом, переплетая пальцы с Кэтрин. Правая рука легла ей на талию. Небрежно, но с уверенностью, от которой у Лейхи по спине пробежал лёгкий холодок. Ответная улыбка вспыхнула быстро, как искра. — А ты весьма изящна в этом прикиде, — отозвалась брюнетка, скользнув руками на затылок Катарины. Их тела легко соприкоснулись. С таким точным расстоянием, чтобы чувствовать дыхание друг друга. Мир словно исчез за полупрозрачной занавесью. Осталась только музыка, их шаги и взгляд, в котором читалось гораздо больше, чем позволяли обстоятельства. — Я так нетерпелива, — прошептала Катарина ей на ухо. Тон был слишком интимным для публики, но совершенно беззастенчивым. Она любила видеть, как Кэтрин напрягается, как будто внутри у неё разгорается медленный огонь. — Я тоже хочу, — спокойно ответила та, хоть дыхание уже стало тяжелее. — Тогда, может, сбежим отсюда прямо сейчас? — в голосе Дю Кото слышалась усмешка, взгляд тёмный, мерцающий от света софитов, прожигал насквозь. — Мы не можем. — Почему нет? Я ведь буквально мечтаю снять с тебя это платье… — её взгляд скользнул вниз, как прикосновение, влажный язык провёл по губам в ожидании. — Карен. Ты забыла, как она была зла в прошлый раз? — напомнила Кэтрин, наблюдая, как на лице Катарины моментально сменяется выражение. Из вожделённо-расслабленного в раздражённо-собранное, брови сдвинулись в задумчивой складке. — Ладно, — буркнула та, — Но я всё равно потребую компенсацию. — Я не против, — усмехнулась Кэтрин. Когда музыка сменилась на более ритмичную, Лейхи, легко поцеловав Дю Кото в щёку, отошла в сторону, якобы ненадолго. Лили рядом не оказалось, и Кэтрин направилась к дамской комнате одна. Катарина же, спустя секунду, бесшумно исчезла. Ей предстояло найти Карен и выполнить порученное. В дамской комнате было на удивление тихо. Несколько женщин у зеркал заканчивали макияж, делились сплетнями и смеялись на полголоса. Кэтрин подошла к раковине, открыла воду и, зачерпнув ладонями прохладную влагу, плеснула себе на лицо. Холод не прогнал внутреннюю усталость, и уж тем более не погасил того жара, что остался после танца с Катариной. Всё тело ныло от невыраженного желания. — Хорошо бы принять душ… или просто оказаться где-то в тишине, — подумала она. Был соблазн попросить у Дю Кото отдельную комнату где-нибудь подальше от суеты. Но перспектива оказаться с ней наедине казалась сейчас опасной. Не потому что не хотелось, как раз наоборот. Потому что слишком хотелось. А кругом всё ещё было слишком много людей. Лестер всё ещё поблизости. Карен, которой непременно нужно познакомить её с очередным влиятельным человеком. Кассиопея, что смотрит с ухмылкой из каждого угла. Мир не давал расслабиться. И желания приходилось прятать под маской спокойствия. Она выключила воду и отряхнула руки, когда сзади послышался женский голос. — …и вот он сделал мне предложение! Две женщины, яркие и шумные, хихикая, обсуждали чужие чувства и вышли, оставив в воздухе запах дорогого парфюма. Лейхи лишь горько усмехнулась, глядя на своё отражение. Тёмные волосы, серые глаза, спокойное лицо. Всё вроде бы на месте. Но внутри странно пусто. — Любовь самый худший из садистов, — пронеслось в голове собственная мысль. И в тот же миг кто-то резко обнял её сзади, положив подбородок на плечо. Тепло тела, запах алкоголя, и ещё какой-то дерзкий, сладковатый аромат. Кэтрин вздрогнула. — Что за…? Перед ней стояла девушка. Незнакомка, будто сошедшая с обложки глянцевого журнала. Тонкие черты, аккуратные плечи, волосы отливающие бордово-красным, соблазнительно короткое платье, подчёркивающее фигуру. Всё в ней кричало о дерзости. — Мисс?.. — осторожно произнесла Кэтрин, слегка отстраняясь. — М? — пробормотала незнакомка с пьяной ленцой в голосе. — Может, вам стоит прилечь? Я могу найти для вас комнату… — предложила Кэт, сохраняя вежливость. — Ох, поможешь найти комнату… — вдруг ухмыльнулась незнакомка и резко толкнула Кэтрин к раковине, — Шалунишка? С пьяными любишь? — Простите? — в голосе Лейхи прозвучало негодование, но незнакомка уже наклонилась ближе, буквально касаясь её губ. — Девственница? — голос опьяняющий, низкий, вибрировал в груди. Одна рука незнакомки легла на зеркало, прижав Кэтрин к раковине. Сердце стучало в висках. Янтарные глаза смотрели в упор, пробирая до нутра. — Что вы себе позволяете?.. — прошептала Лейхи, но её голос предательски дрожал. — М? — улыбнулась незнакомка и в следующий миг жадно поцеловала её. Всё произошло слишком быстро. Мягкие губы, горячий язык, влажное дыхание. Кэтрин замерла, тело отозвалось первым. Она не успела ни подумать, ни решиться, её уже втянули в этот поцелуй, безумный, почти хищный. Язык незнакомки дразнил, обжигал, играл. Казалось, весь мир исчез, осталась только она и этот сладкий хаос. Когда пальцы чужой руки скользнули под платье, Кэтрин очнулась. Рука, уверенная, с маникюром цвета крови, бесстыдно двигалась между её ног, вызывая дрожь. - Чёрт… она хороша… Кэтрин задышала чаще, тело горячо отзывалось, но в последний момент она собрала силы и оттолкнула незнакомку. — Ты в своём уме?! — выдохнула она, тяжело дыша, пытаясь прийти в себя. Возмущение смешивалось с чем-то иным. Растерянностью, искрой желания, которую не удалось задушить. — Ты должна быть на седьмом небе, сучка, — с ленивой усмешкой ответила та, стирая поцелуй с губ. — Иди к чёрту, — процедила Кэтрин, — Это не клуб для отчаявшихся шлюх. — О, у тебя характер… — незнакомка хищно прищурилась. — Больная, — бросила она и, оттолкнув её окончательно, почти выбежала из уборной. Сердце стучало. Ноги дрожали. И что самое ужасное, внутри всё ещё горело. Если закрыть глаза на наглость незнакомки, поцелуй… был до неприличия хорош. Вкус дерзкий, обжигающий, и Кэтрин, к собственному удивлению, поймала себя на мысли, что ей бы не помешало повторение. Безумная женщина, вызывающая, пошлая, дерзкая, но такая чёртова огненная. Разум подсказывал, связываться с такой глупо. Но тело не соглашалось. Всё в этой девушке раздражало. Сучий характер, повадки, грубое напористое поведение. Но и отталкивало это так же сильно, как и манило. Лейхи взглядом отыскала Катарину. Та стояла рядом с Карен, о чём-то с ней беседуя. Внизу живота продолжал пульсировать жар, не утихая, а лишь разрастаясь. Желание не уходило, оно будто бы стало сильнее, плотнее, ближе к краю. — Здравствуй, Карен, — Кэтрин подошла с вежливой улыбкой. — О, Кэтрин, дорогая, рада тебя видеть, — Карен искренне обрадовалась и крепко обняла её. И это прикосновение, совершенно невинное, только усилило томление, — Как ты? Как Лестер? Кажется, я его видела, но всё не могу поймать. — Всё хорошо. Он где-то на втором этаже, — ответила Кэтрин, с трудом удерживая лицо спокойным. — Отлично. Мне нужно с ним кое-что обсудить. Ничего, если я оставлю тебя с Риной? — Я как раз хотела с ней поговорить, — кивнула Лейхи. — Если увидишь Касс, скажи, что я её ищу. Буду на втором, — бросила Карен уже на ходу Катарине. Которая всё ещё молчала. — Ты вся покраснела. Всё в порядке? — её ладонь мягко обняла лицо брюнетки, кончик большого пальца скользнул по щеке, успокаивающе. — Нет, — прошептала Кэтрин, поспешно оглядываясь. На танцполе как раз начинался вальс. Свет сконцентрировался в центре, погружая остальной зал в полумрак. Этим и воспользовалась Лейхи. Её рука легла поверх руки Катарины, пальцы направили её большой палец к губам. Изумрудные глаза расширились, когда тёплые губы Кэтрин коснулись подушечки пальца. Она не остановилась, язык скользнул по коже, увлажняя её, касаясь и указательного. Затем она втянула в рот оба пальца, медленно и дразняще раздвигая их языком. Катарина шумно выдохнула, в голосе проступило напряжение. — Катарина, — выдохнула брюнетка, глядя прямо в глаза. Она пылала, внутри и снаружи. — Кэт… — прошептала Дю Кото, заворожённо наблюдая. — Сейчас. Я хочу сейчас, — голос Кэтрин дрожал, звучал как мольба. Катарина лишь улыбнулась, сжала её руку, и без слов повела прочь из зала. Воспоминания расплывались. Как поднимались по лестнице, как оказались в одной из спален. Всё это Кэтрин помнила смутно. Зато тело помнило каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждый обжигающий вдох. Они упали на постель, не прерываясь ни на секунду. Одежда слетела с них легко. Между ног брюнетки было влажно настолько, что при касании с пальцев Катарины скатываются капли вязкой влаги. — Сколько же ты сдерживалась… — прошептала Катарина, не отрываясь от её шеи. Ответа не последовало. Только стон. Мысли больше не имели власти. Осталась только кожа, тепло, жар. И вдруг… янтарные глаза. Они вспыхнули где-то внутри, навязчиво и ярко. Не Катарина. Кто-то другой. Но голос рядом развевал этот образ, затуманивал. Первый оргазм пришёл стремительно, обжигающе. От медленных движений пальцев Катарины. Точных, почти бережных. Кэтрин захлебнулась в наслаждении. — Я хочу ещё, — простонала она, притягивая Катарину для поцелуя. — Сегодня ты просто ненасытная… — в голосе Катарины звучала ласка, но и едва уловимое напряжение. Её слова разливались по телу брюнетки как горячее вино, вызывая новую волну дрожи.