Глава 19: На перекрёстке
9 января 2026 г., 20:21
Скрылась ночь за шторой плотной,
Лампы гасли в потолке.
Уготован ли мне путь мой,
Или сам стремлюсь я к тьме?
Нелмор, фракция Серебряные совы Лестничные пролеты штаба не заканчивались. Дарвин торопливо бежал наверх, на третий этаж блока охоты. Фракция Серебряные совы после того кошмарного нападения просто была на ушах. Маг и по совместительству сокапитан их отряда Alas искал ответы на вопросы, ровно как и Агнесса. Сегодня вечером они как раз таки должны встретиться и обсудить всё это. Однако как бы горько не было признавать, но ответов у парня не было. Ровно как и каких-то догадок, которые он мог бы преподнести Агнессе. Да и не только у него. Дарвин завлек в дело всех кого не лень: охотников, знакомых детективов, коллег покойных родителей, знакомых и друзей, а все для того чтобы ответить раз и навсегда на один вопрос «что произошло той ночью?». Феликс пропал во время штурма властей, потому как не крути, мысль была одна и очень плохая. Он у архонтов. Только пока не понятно с какой целью и для чего, но если за эти три дня с таким добротным арсеналом техники и большим количеством людей они ничего не нашли, это означало только то, что следов не будет. Архонты не позволят просто так отыскать путь к себе или же доказать их деяния. Всё будет в точности как было с его родителями и супругами Ависскими. Тогда тоже были возможности и люди, но ни одно из дел не довели до конца и медленно спустили на тормозах. Будто они не люди вовсе, а жалкие звери, чью смерть даже не будут считать смертью. Так, просто зароют в сырую землю и забудут уже через пять минут. Дарвин множество раз пробовал возобновить дело покойных родителей, полагаясь на то, что сейчас он взрослее и опытнее, а ещё упрямее и более языкастый, нежели тот юноша коим он был шесть лет назад. Полагался, но никак не получалось, ибо никто уже не хочет ворошить прошлое, которое благополучно забыли. Дарвин даже не сомневался, что память о личностях родителей у других пропала ровно с их уходом в мир иной, но... Всё же надеялся на какую-то крупицу уважения и сожаления к ним, к себе он ничего не требовал, но хотел достойно проводить родителей разгадав тайну их гибели. Пожар в церкви — несчастный случай из-за зажжённых свечей и масла. Начали гореть гобелены, их не успели потушить и огонь очень быстро охватил всё пространство — так было написано в отчёте. Конечно, возможно всё так и было, а может так просто было легче, написать о несчастном случае и красиво закрыть дело чтобы более не возвращаться к нему. Но Дарвин отчего-то верил что всё было не так просто, а всему виною Союз Сожжения. Союз Сожжения был как противное пятно на рубашке — многим не давал покоя тогда и многим не даёт покоя сейчас, спустя 26 лет. О нем Дарвин знал давно, Феликс как-то проболтался, а следом узнала и Весса. Конечно она сперва долгое время отрицала тот факт, чем занимались её родители, а после приняла как должное. Союз не нравился и Дарвину, но ничего с этим поделать было нельзя, а только смириться со всем и принять. А ещё взять во внимание. Потому зная об этом, маг был больше чем уверен в том, что пожар в церкви был попыткой убить участников Союза. Убить как и остальных. «Сколько цинизма и жестокости...» — Дарвин до боли пождал челюсть и поднявшись на третий этаж поспешил в отдел слежки, иными словами координаторы. По коридору во всю ходили охотники, а вот по сравнению с ними Дарвин практически бежал, настолько его хода была быстрой. При этом его глаза летали по сторонам, будто что-то выискивая, пока перед самим входом в отдел слежки он не встретился взглядом с самим собой в зеркале. Сонный охотник, но больше поражало насколько были взлохмаченные волосы и помятая белая футболка, которую Дарвин сегодня наспех утром утюжил. А вернее ужасные складки остались в зоне плеч, подмышек и боковых швов. Не то что бы это очень сильно кидалось в глаза, скорее просто Дарвина, который был до ужала проклятым перфекционистом, это жутко бесило. Он попытался как-то руками исправить ситуацию, немного пригладить или лучше поправить ткань на широких плечах, но вышло только хуже. Плевав на футболку маг немного уложил ладонью платиновые волосы и всё же прошел внутрь. В комнате как обычно стояла темнота. Окна закрыты и затянуты плотными черными шторами, чтобы ни один лучик света не проникал внутрь. Дарвин не помнил точно столько это уже длилось, но темнота для координаторов словно была прекрасным способом уединения и полного погружения в работу. Здесь практически никогда не открывались шторы или окна, даже в самую жаркую погоду, раз все что когда проводят генеральную уборку офиса и тогда помещение видит свет. Не то чтобы эта темнота и атмосфера сильно бесили, просто были многим непривычным, но начальство смирилось и вовсе поставило в офис координатором тонированные стекла. Однако это не сильно понравилось охотникам, поэтому плотные чёрные шторы в самый пол по-прежнему были неотъемлимой частью. Может поэтому Весса всегда имеет такую светлую кожу без загара. Работа в закрытом офисе берет своё, в отличие от самого Дарвина, который был весьма загорелым и на её фоне казался практически черным. Девушка и сейчас сидела за работой. Дарвин видел как по монитору бегали и мигали кружочки и линии — координаты на карте. Она что-то искала, потому не поняла что к ней подошли. Маг мягко положил ей руки на плечи, отчего Весса содрогнулась и мигом обернулась, предварительно снимая большие наушники. — Напугал... Я думала ты позже придёшь. — Ты же сказала дело срочное. Я подумал ты касаемо Феликса что-то нашла, — признался Дарвин. — Ну... Как сказать, и да и нет. Точнее я искала информацию которая бы помогла в поисках Феликса, но в итоге напоролась на нечто иное и не думаю что тебе понравится, — тембр голоса обрёл тревожность. Весса отложила наушники в сторону и свернув карту местности на компьютере, включила вторую вкладку где имелся всего один голосовой сигнал, который удалось перехватить разведчикам. Запустила его. В записи первые несколько секунд было просто тяжёлое и хриплое дыхание, которое сразу не понравилось Дарвину. Он насторожился, внимательно слушая. — Он... Он не должен был узнать... — голос мужчины был ломким и очень плохо различимым средь постороннего шума. Он трудно дышал, будто доживал последние минуты. Его могли пытать, а может и что-то другое... — Королева велела сделать всё тихо... Темный не должен был преждевременно знать обо всём... Феликс был главной деталью чтобы... — и на этом запись закончилась хлюпающим звуком, словно мужчине перерезали глотку. Но и того что услышал Дарвин было более чем достаточно. — Сохрани файл и перекинь мне, думаю Агнессе будет интересно услышать это. Это явно не к добру. Жаль только что не удалось узнать для чего нужен Феликс. Рассказчика явно заставили замолчать. — И не просто замолчать, а убили, — подтвердила Весса невесело качая головой. — Более того, это была явно лишняя информация которую власти не хотели озвучивать. Наш рассказчик сказал лишнее и поплатился жизнью. Однако теперь мы знаем точно, что Феликс у Архонтов. — Это только запись, нет уверенности в том, что это действительно власти. — Есть... — охотница открыла другую вкладку, ту которую закрыла изначально. Карта местности с огоньками, стрелочками, линиями и мигающими кружочками. — Сигнал поймали около стены властей, которая отделяет нас и Западные земли — земли Аласиастр. А так как та территория пустая уже годы, то вариант только один, архонты. Пока лишь они могут перемещаться между стенами. — Интересная мысль. — Или же... — продолжила Весса чуть тише, — его перенесли на Земли Аласиастр. Быть может из-за того что они пустые, архонты устроили себе там подпольное убежище. — Хочешь сказать как тогда в Кровавому лесу? Когда власти фракции создали подпольные исследовательские лаборатории? — привел пример Дарвин. Собеседница содрогнулась, мысленно возвращаясь в те места. Казалось бы от этого сейчас загорелись старые шрамы, она ощущала как кожа начала зудеть. Поневоле Весса почесала её и хмуро отмахнулась. — Да так, но давай не будем об этом, хорошо? Мне хватало тех исследовательских лабораторий на собственной шкуре. Шесть лет прошло, а я доселе ночью содрогаюсь от кошмаров. — Прости я... Не подумал. — Проехали. Однако кроме этого, — охотница указала на компьютер тем самым переводя тему диалога, — я хочу тебе показать ещё кое-что, что удалось засечь сегодня утром. Тебе не понравиться. Теперь на мониторе появилась совершенно другая картинка. — Это снял дрон, когда ночная смена вела патруль вдоль Старого города и Кровавого леса. Это толпа нежити. — Вижу, но в Старом городе всегда нежить обитала, — немного недоверчиво ответил Дарвин скрестив руки на груди. Он явно не видел всей картины. — Я тоже так думала пока не был перехвачен ещё один сигнал, который как раз таки переворачивает эту монету другой стороной. Послушай... — Весса снова включила аудиофайл и в предвкушении замолчала. Первые несколько секунд снова длилось только тихое шипение и сбитое дыхание, пока не прозвучал голос, очень четко и громко. — Это был приказ Королевы, которого ты посмел ослушаться. Цитадель должна была быть уничтожена, но вместо этого, она гордо стоит дальше, и ты не представляешь, какую угрозу она для нас несёт. — Но доселе никто ничего не знал, почему такой ажиотаж сейчас? — прозвучал встречный вопрос архонта, Дарвин же тем временем начал прокручивать в голове все возможные варианты того, где может быть цитадель. — Потому что до этого дня никто и не думал сражаться с нами, но теперь всё поменялось и пророчество Судного дня начало сбываться, потому так важно уничтожить всё, что может нам помешать. Готовь штурм, цитадель падёт сегодня ночью... Запись обернулась белым шумом и здорово так полоснула по ушах. Весса поспешила выключить, так же продолжая молчать. — Когда дрон перехватил этот диалог? — Сегодня ранним утром до рассвета. Часов... — девушка посмотрела на научные часы, те показывали половину восьмого, — шесть тому назад. Или чуть больше. — Значить сегодня ночью они нападут чтобы уничтожить цитадель, но... Я так подумал, что во всем магическом мире имеются четыре большие цитадели. По одной в каждой фракции как штаб правительства. В Веноре в цитадели, как управляющие фракцией, восседали мои родители до смерти. — Трон который тебе не достался? — ядовито ухмыльнулась охотница. — Трон который скорее я не захотел, — поправил маг продолжая перечислять, — далее есть огромная цитадель между двумя фракциями которая когда-то служила не только местом власти, но и крепостью и защитой от властей во времена первых магов. Однако от неё сейчас остались только руины. Ещё есть одна цитадель в Старом городе, которая так же служила местом власти и защитой пока город не стал пустошью и не появились фракции. Более ничего не известно о других подобных местах. — Феликс говорил о землях Аласиастр, там паутина городов, один центральный, самый большой с цитаделью, а вокруг него меньше. — Точно... Город Каэлест, родина Феликса. Он рассказывал что город находится близь моря, а вокруг него до самой стены есть города меньше. Но Весс, я не думаю что речь шла о Каэлесте. Со времён войны города пустуют, Аласиастр практически не осталось, только те, кто успел спрятаться и живёт во фракциях без возможности показать себя. — Знаю, — так же тихо продолжила Весса. — Там ничего не осталось, а если и осталось что-то, то простым магам пересечь стену и узнать что-то — невозможно. Горько признавать, но Земли Аласиастр так и останутся вечно холодной пустошью... Их истребили первыми... — И доселе ведут охоту. Но... Всегда было интересно почему конкретно на Аласиастр такой спрос? — Вроде говорили что они словно две стороны одной медали. Архонты — извечная тьма, Аласиастры — извечный свет, так как они были первыми людьми Создателя, коим был доверен баланс мира. И их сущности как вечное противостояние. Как огонь и вода. Тьма и свет. Понимаешь? — В них запечатана сила и оттого они опасны. Это как маги с магией созданной путем мутации. Неподвластны и поэтому несут угрозу. Каждый хочет иметь власть и то, что никогда им не подчиниться пугает больше всего, — высказался Дарвин глядя на мигающие кружочки на карте мира. — Однако сейчас необходимо сосредоточиться на том, что действительно важно. Я думаю это будет штурм Старого города сегодня ночью с целью уничтожения цитадели. Нам необходимо опередить их. Перекинь эти файлы шефу и я пойду поговорю с ним. — Не боишься что это снова может быть ловушка, как прошлый раз? — Я уже ни в чем не уверен, и не знаю оправдается ли риск, но... Если есть какая-то зацепка чтобы найти Феликса, то я зубами буду держаться за неё. Поэтому просто выполни мою просьбу, а дальше я сам, — с этими словами маг просто вышел из комнаты направляясь прямиком к шефу, чтобы обсудить последние детали, не иначе. Его словно что-то пугало, но он пока не мог дать ответ сам себе что именно. То что происходило сейчас напоминало игру, где их заперли в каком-то лабиринте и из него необходимо найти выход. Только никто не может сказать точно какие тайны скрывает этот лабиринт и что может произойти в случае поражения. Там была суть и у каждого была роль, но... «Союз Сожжения распался и нам необходимо продолжить то, что не закончили наши родители, — Дарвину вспомнились слова Феликса и в голове тут же возникла вереница мешанины мыслей. — Это далеко не моя примха, мама говорит, что всё рано или поздно всё равно произойдет, словно это бомба замедленного действия, и пока она тикает, нам необходимо что-то решить... Только я не возьму в толк, что и как должно произойти? Может ты что-то знаешь?» Но Дарвин ничего не знал, вернее не хотел, ибо как признался сам, Союз никогда ему не нравился и честно говоря он не имеет никакого желания продолжать дело покойных родителей и всех кто участвовал в этом собрании. Это казалось абсурдным и глупым, а ещё раздражало то, что кто-то уже решил за него его судьбу и предназначение. Его жизнь всегда была не его, сперва родители контролировали, после общество хотело чтобы Дарвин занял роль управляющего, а теперь и Союз Сожжения вносит свои коррективы. Словно всё его существование это лишь очередной выбор кого-то сбоку. «Не думай об этом сейчас. Ты борешься за то, чтобы быть другим...» — маг торопливо, так же как поднялся, спустится вниз по ступеням на первый этаж и, вышел в просторный круглый холл с девятью колоннами по сторонам. Они словно держали полотлок, а вместе с ним и нежную конструкцию которая вовсе не проходила к месту охотников. Дарвин медленно прошел в самый центр холла, а вернее рисунка огромной совы — герб фракции Серебряные совы, и посмотрел вверх. Он видел красивый стеклянный купол вместо потолка самого последнего этажа. Это было очень красиво — солнце играло в гранях и рассеивалось пространством между этажами. Пустотой. Маг видел как лестницами и вдоль своеобразного балкона ходили работники офиса, начальство и охотники. Некоторые кто видел Дарвина приветствовали его помахав рукой, а некоторые просто проходили мимо. Но маг ни на кого не обращал внимания и молча смотрел на солнце, и думал о чем-то своем. Проект sunshine, который и переводится как солнечный свет — это те самые исследовательские лаборатории спрятанные глубоко в Кровавом лесу, где власти больше десяти лет назад начали штучным путем создавать новые виды магии которые были би ми подвластны. Но в итоге волшебство было ещё более сложное в понимании и подчинении, и оттого более опасное. Сами маги особой разницы не чувствовали, разве что точно чары были сильнее, но и обычное волшебство можно усилить заклинаниями. Однако после неудачного эксперимента дело закрыли на целых семь лет, а таких магов после начали истреблять как особо опасных. Но десять лет назад проект sunshine возобновили вновь, так как думали что с новыми методами сумеют создать подвластных себе магов, но и тогда всё потеплело краха и дело закрыли через два года. Думали что сумеют, но так и не поняли, что магия никогда не будет подвластна.... «Не стоит заходить очень далеко, нежить очень яркий тому пример, как власти возжелали создать сильное оружие которое будет им подвластно. В итоге они стали практически не убиваемыми тварями без личности и души. И их, как ненужные вещи, кидают на поле боя», — размышлял Дарвин двигаясь по коридору прямиком в кабинет начальника. Ему хотелось навести порядок касаемо дела которое обнаружила Весса. Он был уверен, что добром это не закончится...***
Монстры из детских воспоминаний сейчас казались вовсе и не такими страшными как тогда. В детстве они наводили ужас одним своим только присутствием в голове, однако главными монстрами всегда были сами люди. Они как правило заявлялись тогда, когда был очень необходим порядок и вносили свои коррективы, говоря что именно так и нужно. Но что тогда действительно было нужно? Фразу «навести порядок» можно было толковать по разному. Порядок дома, на работе, в огороде, на столе, в рукописях, в заметках, в голове. Особенно порядка в голове, Мали сейчас и не хватало. Из-за происходящих событий думать о чем-то другом было практически невозможно, а если получалось, но все равно сводилось к одному: Союз Сожжения и Феликс. Амели хотелось отыскать Феликса как можно быстрее, но она понимала, что скорее всего ради этого Новый Союз Сожжения должен собраться во едино и продолжить дело покойных родителей и прочих участников первого Союза Сожжения. И в этом крылась загвоздка. Пророчество гласило, но Мали пока не могла понять как и что ей необходимо делать дальше. Как собрать? А как действовать после? Да и кроме неё возможно на это не согласится. Феликс мог бы её поддержать, и на этом точка. Другие же дети главарей для неё как табу. Она не знала кто они, чего от них можно ожидать и какой в будет итог всего этого. Агнесса утверждала, что по пророчеству должно быть пять судеб, и она перечислила пятерых людей который как ей кажется должны быть в Новом Союзе Сожжения. Мали, Дэн, Феликс, Весса, Дарвин... Однако как всё должно произойти пока непонятно. «Мама, как же ты тогда собрала всех?» — Мали ломала над этим вопросом голову который раз, но практически всегда всё сводилось к одному — они с мамой слишком разные характером. Адель была очень гоноровая и напористая, и до своего шла не смотря ни на что. Агнесса говорила что Ади — так её называли коллеги — не редко бывало что готова была идти по головах ради Союза. Она не боялась смертей, не боялась риска, жестокостей, грубостей и даже была сама сотворять ужасы, лишь бы положить конец войне. Наверное теперь совет бы пригодился, ведь как собрать Новый Союз Сожжения идей не было. Мали вообще сперва думала над тем, что возможно она что-то не так поняла и это не дети главарей должны быть? Может кто-то другой, кто пока для неизвестный. Откликнувшись на спинку стула, Мали потерла устало виски и начала логично расставлять по пазлах все детали. Пророчество гласит, что после провала первого Союза Сожжения, должен собраться Новый Союз Сожжения, хоть ей очень этого не хочется. Только ответ как ей казалось, был где-то на поверхности. «Думай, Мали, думай, ты что-то упускаешь с виду. Только что? Задай себе логичный вопрос, что мама сделала на месте Союза? Что бы она искала в первую очередь? — и ответ таки нашелся на поверхности. — Союз сперва изучал все сведения о властях, их поведение в разных ситуациях и искали слабые места. Книга Первородных, её искала Дебора и о ней несколько раз упоминала Агнесса. Они говорили что начинали с какой-то книги...» Мали поднялась на ноги и начала рассаживать по кабинету Нила, думая с чего должна начать поиски. Книга. Только какая? Темный в диалоге с Деборой утверждал что книгу в своё уничтожили от греха подальше, а копии которые остались поделили и разбросали по магическому миру в надежде что никто не сумеет их найти и использовать против властей. И в этом крылась загвоздка: использовать против властей. Наверное потому Хара искала её, боясь что Новый Союз Сожжения найдя её сделает её главным орудием в битве. Она не раз упоминала Мали о пророчестве, боясь его, только тогда девушка не придала этому значения, и смысл для неё оно обрело только сейчас. Осталось только одно, расставить всё по полочках. Волшебница остановилась посреди комнаты смотря прямиком на письменный стол, где благополучно разбросала все нотатки Нила, Агнессы и частично матери. Вернее то что успело сохраниться до сегодняшнего дня, ибо как говорила женщина часом ранее когда Амели только затеяла поиски, многое из проделанной работы было уничтожено властями ещё в момент раскола Союза Сожжения. Архонты безжалостно убивали причастных и сжигали все папки, бумаги и сведения сровняв пепел с землёй. Наверное потому сейчас собрать картинку было очень сложно — часть пазла была невеки утрачена, а Агнесса, как единственный свидетель многое и подзабыла и, как она призналась, между Нилом и Адель были свои договоры о которых она ничего не знала. За это она на мужа злилась, но всё же находила в его действиях логику, ибо таким способом он уберёг от злого рока семью. Да и к тому же, сейчас исправить прошедший день невозможно, но можно повлиять на будущее. А какое должно быть будущее? Этим вопросом Мали ломала себе голову последние несколько дней с момента исчезновения Феликса. И пока должного ответа не нашла. Может его и нет вовсе и нужно просто ловить мгновение и жить сегодняшним днём... — Ловить мгновение... Carpe diem... — Мали осенило. — Carpe diem, так называлась книга которую так бережно защищал Алек тот день. Она была важна и, возможно, это и есть один из переводов Книги Первородных... — как малое дитя волшебница захлопала в ладоши довольная своей догадке. Только вот вопрос крылся в другом, у Алка она была обычным романом, так где же настоящая? Письменный стол был пуст. Мали выбрала из тумбочек всё что только нашла, значит искать необходимо где-то ещё. Стеллажи, полки, другие комнаты, Агнесса дала добро если она что-то найдет. Только миссис Уайт говорила так потому что это может помочь найти Феликса, а другом случае она вряд-ли бы так просто дозволила лазить по её шкафах. Сейчас любая зацепка важна и Амели хапалась за неё как за последнюю верёвку на опасном склоне. «Пробуй искать, за это никто ничего не скажет. Ты по крайней мере испытаешь удачу...» — дав добро своим мыслям, волшебница принялась искать по полкам что-то, что могло бы напоминать текст Книги Первородных. Конечно она понятия не имела о чем там было написано, но верила, сумеет найти. Теперь она не доверяла корешкам, а переверяла каждую книгу на содержимое. Нил хранил очень много литературы о становлении человека и психологию. Так в поисках прошло где-то около двадцати минут. Поняв что больше здесь ничего нет, девушка пошла в другие комнаты как и говорила Агнесса, в надежде что найдет там ответы. В гостиной она нашла только одну книгу где описывалось начало войны Людей Создателя и Архонтов. Но там не было того, что она искала, потому продолжила дальше, бегая из комнаты в комну, где могла найти хоть что-то стоящее. За час поисков, она нашла только два письма где были обращения Агнессы за помощь к психологу Аделайн Ньюман, одну вырезку из какого-то дела мамы и две книги касаемо мироздания. Все эти трофеи она принесла в кабинет Нила. Было не густо. Мали села за стол и от отчаяния положила голову на разбросанные бумаги. Хотелось плакать и звать кого-то на помощь, ибо она понимала, что сама вряд-ли поймет где началась эта цепочка, а где должна закончится. Она обыскала всё что только могла, проверила каждый угол в доме. — Может я что-то пропустила. Или быть может здесь просто ничего нет? Гарантии что кто-то из Союза её забрал нет, как и того, что она в целом у кого-то из них. Милосердный Создатель... Что я должна делать дальше?.. Феликс, подскажи, как мне тебя искать?.. Феликс. Мысль проскочила в спонтанно. Комната Феликса была единственной где Мали не смотрела. Ей и не сильно то хотелось лазить в личном парня, но сейчас она готова перешагнуть через это, если там найдется помощь к поискам. Так она и поступила. Быстрым шагом вернулась в коридор и прошлась к комнате Феликса. Спальня пустовала уже третий день и от того становилось плохо. Подкатывала тошнота и слезы сами по себе текли с глаз. Мали уже сбилась со счёта, сколько раз стиралась кровь со щек. Ей было очень больно от того, что она так просто позволила тьме пустить корни который раз, так ещё и забрать самое сокровенное. Но с другой стороны, что она смогла бы сделать окажись она с Феликсом тот час в машине? Это в ней кричал внутренний голос. Она винила себя, при этом прекрасно понимая что в тот момент вряд-ли что-то сумела бы сделать. Наверное обида за беспомощность была бы хуже чем обида за своё отсутствие. И это было логично. Мали прошла дальше, мягко ступая по пушистому ковру, словно боясь потревожить чей-то сон. Но единственное что свидетельствовало об отсутствии хозяина дома, была доселе не заправленная постель. Скомканное одеяло брошенное в спешке свисало с кровати как напоминание того дзвонка. Феликс услышав зов матери о помощи быстро спохватился и побежал к машине, забывая обо всем. Он испуганный долго искал ключи от дома, после возвращался потому что ключей от автомобиля не было. И так наверное несколько раз, пока наконец-то они не поехали в морг. Агнесса найдя такой беспорядок ничего не сказала. Ависская же прокручила в голове всё что было до того момента: их разговор о всем происходящим, который после перерос с диалог о них самих, а после... Жаркие и жадные поцелуи по всему телу, которые так и не дошли до чего-то большего, потому что Мали этого не хотелось. Вернее не было желания лгать самой себе о любви и о том, что у них с Феликсом могло бы быть после. Секс по дружбе она не признавала и потому не хотела вестись на этот соблазн до конца. Нежность, ласки, поцелуи... Наверное Мали доселе не могла дать себе отчёт как до этого дошло если она изначально была против да и любви до гроба она не обещала. Феликс красивый, умный, талантливый, харизматичный, очень добрый и заботливый, но в её сердце нет отклика. Ей не хочется начинать отношения с мыслью о том, что любовь потом появится, ведь так не бывает. Она уже знает что со временем ничего не появляется, напротив, чувство отвращения до краев заполняет сердце и разум, но никакой любви быть не может. Она либо сразу, либо никогда. И потому ей бы не хотелось в последствии разбивать ему сердце, ведь он этого не заслужил. Что тогда произошло, наверное ответа не даст никто. То ли минутная слабость, а то ли порыв страсти перед красивым мужским телом. Одно только Мали поняла, что Феликс очень хороший любовник, и на этом точка. Только... Что должно быть дальше? Многоточие как свидетельство о том, что мысль доселе не закончена. Мали откинула от себя противные мысли и подойдя к столу, взяла чистый лист бумаги и скомкав его в шарик, кинула в мусорное ведро, закрывая открытую вещь контрацепции, которая тот день так и не была использована. После только пошла искать книгу. В комнате Феликса их было очень много. Над кроватью была целая полка с прочитанными книгами, возле стола тоже большой стеллаж. Мали прошлась глазами по корешкам и принялась вытаскивать по одной книге ища что-то важное. Романы и только. Но ничего удивительного в этом не было, Феликс натура очень романтичная и читает соответственную литературу. Волшебница сама себе улыбнулась, читая несколько строчек из книги, после село положила обратно. На стеллаже возле стола оказалось пусто. В тумбочке и выдвижных ящиках тоже. Потому на очереди была полка над кроватью. Там уже была не только художественная литература, но и более серьезные книги по психологии, становлении личности и всё в таком духе. И там произошла осечка... Carpe diem — Мали прочитала на корешке надпись сделанную золотистой краской. И больше ничего. Полностью красная, как бархат, обложка и два слова на ней. «Неужели я нашла её?» — и чуйка не подвела. Развернув книгу, Мали могла читать текст из старых скриптумов о властях, о нежити и магическом щите. Там так же были страницы исписанные непонятным языком и иллюстрации каких-то демонов, а ещё между страницами были несколько писем в конвертах, адресованные Нилу Уайту. И там начиналось ещё больше вопросов. — Книга Первородных! Её перевод, как и говорила Дебора! Сомнений не было, в руках девушки была очень ценная вещь за которую Архонты пойдут на всё. Даже на убийство. «Может потому Феликса поймали? Из-за книги? Только неужели власти знали где она находится? Вероятнее всего Нил в своё время нашел её и спрятал у себя. Алек видимо знал об этом, потому оберегал книгу, только не подозревал о том, что она у него была совершенно обычная, а настоящий перевод был у Нила. Может из-за неё его и убили. Агнесса говорила его нашли мертвым на главный площади фракции здесь, в Нелморе...» — догадки появлялись одна за другой точно рой назойливых мух. И каждая была хуже предыдущей, но имела смысл. Забрав книгу в кабинет Нила, Мали тут же позвонила Агнессе желая сообщить о находке. Казалось это было ключом к разгадке пророчества и возможность найти Феликса. В книге было описание магических стен и их пересечение, а ещё подробная карта местности за пределами щита. И ещё множество другого. Женщина приняла вызов не сразу и голос в котором было больше ломоты и усталости наводил на Мали только ужас. Агнесса не из тех кто сдается так просто, она будет играть до последнего, пока позволяют силы и обстоятельства не ставят шах и мат. А сейчас, медленно, мгновение за мгновением руки опускаются. Агнесса теряла веру, что уже не есть хорошо. Мали прекрасно знала что мысль о том что «ничего не получится» это не вырок, а вот «я больше не хочу пробовать» — крест на всем. Это словно точка невозврата... — Я скоро буду, держи меня в курсе всего. Это было последним что услышала волшебница прежде чем Агнесса не сбросила вызов. Казалось ей вновь подарили ниточку надежды по которой она пробует вылезти наверх. В её голосе появилась радость. Впервые за последнее время Агнесса улыбнулась. Теперь дело оставалось за малым, сложить пазл и разобраться со всем. Разгадать тайну пророчества... Её мысли прервал телефонный звонок. Содрогнувшись Мали потянулась за мобильным и посмотрела на дисплей. Звонок был от неизвестного ей номера. Колеблясь и явно чего-то боясь она приняла вызов, говоря краткое «Алло». — Привет, маленькая Синеглазка, узнала? Ком застрял где-то в горле мешая говорить. Закрадывалась только одна мысль: «Откуда у него мой номер?». И парень будто понял причину её волнений, потому поспешил объясниться. — Не пугайся пожалуйста, но база охоты Эгнеуса позволяет узнать не только это. Я не с плохими помыслами разузнал твой номер, мне необходимость было поговорить с тобой. Есть кое-что интересное касаемо Союза Сожжения. — Да? А я думала ты так флиртуешь со мной, Дэн. Мали думала что за это ей прилетит какая-то колкость как прошлый раз, но маг действительно начал флиртовать. — Ну, с тебя бы действительно получилась хорошая любовница, маленькая Синеглазка... Подскажи, что мне сделать, чтобы украсть твой поцелуй? — Ависская опешила, но решила играть дальше. — Украсть или всё таки... заслужить? — она игриво закусила нижнюю губу, хоть Дэн этого не видел. — Если рассуждать так, то сперва нагло украсть, а уже после заслужить, как извинение... — Это нечестная игра. — Это ход конём, — выправил Дэн, — но с твоего позволения я сменю тему диалога. Тема важная, Мали, и я хочу всё твоё внимание. Я сегодня провел ревизию в кабинете Алека и она привела меня к архиву охотников Эгнеуса, и уже там, я нашел кое-что интересное. — Кто-то из Союза Сожжения был в штабе охотников Эгнеуса? Вроде все были из Сов. Разве нет? — удивилась Мали. — Да, моя мама была штатным психологом. Помогала охотникам психологически восстановиться после миссий. И да, она единственная была из Фениксов, а ещё она была последней кто присоеденился к Союзу, потому такого фурора не было, даже после раскола. Все помнят только твою мать как создателя группы, Агнессу как всем известного детектива, ну и конечно же её мужа и Зака Харриса как охотников. Больше, если ты спросишь кого-то о Союзе Сожжения, тебе ничего не скажут. А как же другие? Хлоя, Марго, Натаниэль и моя мама? Они ведь тоже были частью Союза... Забавно, правда? Теперь в голосе Дэна прозвучала скорбь. Мали уловила изменения слишком быстро, оттого стало некомфортно, даже по телефону. — Но знаешь что самое интересное во всем этом? — девушка промолчала и Дэн решив что это намек, продолжил говорить, только уже тише, будто ему доводилось выдавливать слова из гортани щипцами. — Заслуг моей матери было тоже не мало, только работала она под псевдонимом Эмилия Делон, потому что её Союз не воспринимал всерьёз. Все дела которые якобы твоя мать удачно закрывала, были на самом деле Эммы. Да, не спорю, много было и косяков со стороны моей мамы, но кто из нас не без греха? И я хочу чтобы ты ответила мне на один вопрос, к чему вся эта несправедливость? Почему твоя мать так сильно хотела показаться выше других? Тишина давила на разум. Мали не могла ответить ни на один из вопросов, и более того, пояснить хоть что-то из этого всего. И причина была в том, что девушка и близко не знала того, что по всей видимости узнал Дэниэл. — Молчишь? Жаль, я ждал каких-то объяснений которые бы открыли мне глаза, а то я видать, действительно многого не знаю... Мали ощутила как в горле образовался ком, наезды парня практически довели до слез. Кровь уже была в уголках глаз, но она старалась сдержать себя и продолжила говорить чуть дрогнувшим голосом. — Ты мне звонишь чтобы поругаться? Если да, то диалог закончен. Я не намерена это слушать. Чтобы ты понимал, я не знаю чем дышал Союз Сожжения и что творилось в его стенах. Ты думаешь я должна знать всё? Дэн, здесь вопросы важнее ответов, и да, я не могу дать тебе объяснения почему Союз так обошёлся с твоей мамой. Но это не повод выставлять мою чудовищем... Практически все участники Союза мертвы, хватит вспоминать что было, Дэн! Вчерашний день уже не изменишь, но можно изменить завтрашний... Потому пожалуйста, избавь меня от всего этого... Я не намерена поднимать скандал там, где ничего не знаю, а если ты хочешь что-то узнать, то милости прошу, звони Агнессе, уж она точно знает как тебе помочь... А меня, пожалуйста, оставь в покое. Я больше не хочу в это играть... Прости за всё, что было не так, хоть я сейчас не знаю за что извиняюсь перед тобой, честно... Который раз между собеседниками была тишина, которая тянулась практически минуту, прежде чем Дэн позволил себе говорить. — Нет, это ты прости что сорвался... Я правда звонил не из-за этого, просто слишком много чего навалилось в последнее время и хотелось кому-то выговориться... — Выговориться или все таки наорать? — теперь вспылила Мали, но быстро прокусила язык, желая не продолжать ссору, из которой старательно хочет выйти. Она продолжила максимально отстранено: — Знаю что тебе обидно... Мне тоже из-за происходящего, но... Я стараюсь двигаться дальше. Но ты сейчас буквально обвинил меня во всех грехах Союза Сожжения. И вообще почему ты вдруг решил поговорить про это именно со мной, зная что я так же ничего не знаю? Это не логично и глупо. Ты же вроде умный охотник и мог бы связать с кем-то из... — Моя мама действительно жива, — перебил маг тем самым поставив Ависскую в тупик. — Что? — Помнишь что Алек сказал мне в морге? Так вот, я сперва думал что это просто его больная фантазия, но я проверил всё. Алек знал об этом, они даже переписывались несколько раз, около трёх лет назад. В его столе я нашел множество документов конкретно о её жизни и, там есть одна очень интересная деталь, которая связывает твоего отца и мою маму. А ещё в архиве охотников Эгнеуса я нашел одно дело под псевдонимом Эмилия Делон. Псевдоним моей матери, с которым Агнесса пришла на дело, и она хорошо знала кому он принадлежи. И знаешь в каком деле моя мама участвовала? Была психологом в расследовании убийства твоих родителей и... — Дэн мгновение промолчал подбирая слова, — твое исчезновение на тех же долгих шесть лет до того самого первого нашего дня встречи. Резонансное дело Эттита, которое закрыли из-за нехватки улик... Эта папка сейчас у моих руках, Мали, только от лица моей матери, то бишь психологический разбор, и у меня множество вопросов к Агнессе... — Зачем ты всё это мне говоришь?.. — Мали, ты... плачешь? — всхлипы отчётливо были слышны в трубке телефона, отчего Дэн мимо воли напрягся. — Просто ответь на мой вопрос, пожалуйста... — Потому что я больше чем уверен что тот, кто воскресил старый конфликт, знает обо всем. Здесь что-то не чисто, игра начатая властями имеет очень большие ставки и они уже сделаны. Мали могла бы его спросить, почему он решил что кто-то возобновил старый конфликт, но и сама это знала. Они с Агнессой давно поняли, что кому-то это дело только на руку, но пока не понимали для чего. Дэн продолжил: — Ты заметила как все странности Союза начали происходить в одно время? До этого ничего не было и тут внезапно все карты начинают открываться. А сегодня мне утром позвонили и сказали о том, что могилу моей матери вообще раскопали и вытащили тело. И с этим мне тоже необходимо теперь разобраться. Нас либо кто-то специально ведёт к тому чтобы пророчество сбылось ибо же напротив, ложными путями ради собственных целей. И я отчего то уверен, что второй вариант более подходящий. Мали замолчала, находясь с ответом. — Это нужно сказать Агнессе, потому что если этот «кто-то» о ком ты говоришь действительно существует, то это точно кто-то из старого круга Союза. — Почему ты так уверена? Кто-то мог использовать конфликт Союза Сожжения как фон и опираясь на всё известное воплотить свой план в реальность. Подумай, та же доска, те же пешки, те же враги, но иные правила... — Достаточно одной детали чтобы уравнение стало нерешаемым, — Мали вспомнила слова, которые Алек говорил Агнессе. — Или можно подставить другие числа и исправить уравнение решая его иначе. Одна ошибка — далеко не конец, а всего лишь возможность что-то поменять. «А ведь он прав... Союз гонялся за идеалом, не замечая что можно поступить иначе...» — И я тоже не замечала элементарного... — Ты о чем? — спросил Дэн. — То что игра никогда и не заканчивалась, она просто сменила тайм и игроков, — Мали быстро нашла тот конверт из книги. — Нилу Уайту писали такие слова: Твоя тьма — это не ошибка, это храм. Не спасай — завораживай. Не упрощай себя, чтобы поняли — усложняй, и кому нужно поймут. Сегодня ты не свеча в темноте. Сегодня ты — сама тьма, внутри которой разгорается пламя. Дэн выслушал, но пока не понял сути. — Союз Сожжения шли по свету, опасаясь темноты, позабыв о том, что стоит самим создать его и нырять в глубины. Они так и выяснили как остановить властей. Они знали как должны действовать, но этого было недостаточно, ведь никто из них не шел на риск до крайностей... — Кажется я тебя понял... — То же что я говорила Агнессе. Если Новый Союз Сожжения соберётся, то он не обязательно должен быть отражением старого. Ибо мы никогда не решим возникшую проблему, если сохраним то же мышление и тот же подход, который привел к этой проблеме, родителей можно брать примером, но не последовательностью, — заключила Мали, но осеклась сказанного и тут же выправила себя. — Если, конечно, Союз Сожжения соберётся вновь... В чём я начинаю сомневаться. — Почему? — В свое время его собрала моя мама, а я отнюдь не знаю что должна делать... Я не вижу всех частей пазла... — Потому что они разбросаны и находятся в каждого из Нового Союза Сожжения, Мали, там ответ. — ответил Дэниэл и сам для себя подумал, что это всё же кажется логичным. — Но... Ты действительно хочешь собрать Союз? — Да, судя по всему это необходимо. Но почему ты спрашиваешь? — Сперва я думал что это бред, а сейчас понимаю что скелеты уже практически выкопаны. Тянуть дальше нету смысла. Я хочу понять что я должен делать дальше. Тебе ведь нужна моя помощь? — Ты часть Союза... — Это я хотел услышать. Кинь мне адрес, я приеду и мы с этим разберемся...***
Дорога до Старого города выдалась очень утомительной. Уже через два часа езды по бездорожью и с постоянными проблемами с двигателем, Дарвин проклинал всё на свете и молил Создателю, чтобы они с координатором наконец-то доехали до места прибытия. Конечно отправлятся в Старый город в одиночку, без важной амуниции, орудия и без отряда было ужасной идеей и, как отметил чуть позже Дарвин, ещё и очень идиотской, не говоря уже о том насколько вылазка опасная. Но начальство не дало согласия на миссию, опираясь на странность, даже при том что сигнал пойманный в командном центре координаторами штаба говорил обратное. Странностей не было, была только опасность которую необходимо ликвидировать. В сообщении было ясно сказано, что цитадель падёт сегодня ночью. Но никто из элиты не слушал и толковал своё. Впереди наконец-то показалась относительно ровная дорога. Дарвин выровнял автомобиль и поехал вперёд по асфальту. Впервые за время езды дорога радовала, но не радовал вид кругом: разрушенные здания и высотки гордо стояли по обе стороны, как напоминание извечного сражения сквозь время. А ещё как напоминание о нежити которая обитает здесь в поисках пищи — так всегда говорил Феликс на их вылазках. Сейчас же со стороны пассажирского сидения была тишина. Весса в отличие от сокапитана отряда Alas молчала, каждую минуту поправляя собранные в высокий пучок пепельные волосы. Она тоже была нервная и этим хотела зянять себя, но только выдала то, что сидело внутри. Весса была далеко не из тех девушек, которые подходили к проблеме с женской нежностью, скорее она была как парень и подходила ко всему с мужской силой. Она храбрая и находчивая, с натурой жестокого бойца, хоть порою это ей вылазит боком. У нее своё видение и бывает так, что Весса строит картинку на ходу и поясняет всё по своему, что и делает ситуацию ещё более уникальной. Но тем не менее Дарвин никогда не злился на неё, как и Феликс, а вместо этого искали компромисс. Дарвин взглянул на девушку и про себя отметил её состояние. Сейчас всё было иначе. Тело натянутое как струна, боль в стопах, вспотевшие ладони и жар в груди как болезненная истома, и поделать ничего нельзя. Она была как живая кукла, неподвижная и немного странная. — А что, если мы там ничего не найдем? Что тогда? — вдруг заговорила Весса тихо, словно боясь малейшего скрежета. — Я всю дорогу думаю о том, что шеф может оказаться прав и что то сообщение только отвод глаз, или же мы нашли ложную деталь. Или это не та цитадель? Дарвин нашелся с ответом не сразу. Вернее об этом он тоже всю дорогу думал, мол эти догадки действительно могут быть только догадками, а не настоящими фактами. И что их миссия в Старый город (которая состоялась с подачи Дарвина, а не начальства) действительно может пойти насмарку. Они не имели ничего кроме пойманного дроном разговора о том, что архонты хотят уничтожить цитадель потому что кто-то хочет начать новую войну против них. Только таких глупых пока нет. Однажды были смельчаки которые пробовали, и в итоге практически все убиты как последствие своей смелости. А в пророчества Дарвин не верил ибо был заклятым от ног и до головы скептиком. Он верил в логику и факты, и старался этим оправдать многое, что всё ошибочно считают чудом. В мире где все пропитано технологиями параллельного мира магии не осталось места, и потому верить в волшебство сложно. Его постепенно выкореняют, словно её здесь никогда не существовало. — Я не хочу это теперь обсуждать. Ставки уже сделаны слишком высокие и слишком жестокие, как для властей. Доселе никто ничего не знал и все относительно жили в мире, позабыв о проделках архонтов. А потом внезапно кто-то начал ворошить прошлое достав из тумбочки клубок ниток... Это всё больше простые совпадения нежели пророчество, понимаешь? — Я не верю в совпадения, — отказала Весса хмурясь, — они как-то больше странные. — А я не верю в пророчества. Прислушайся, это даже звучит смешно: кто-то за нас решил судьбу и нам необходимо сражаться с властями, потому что когда-то так делали наши родители. Ну бред же, согласись... Весса промолчала, не зная как правильно на это всё реагировать. Так в тишине прошел остаток пути и вскоре маги уже стояли на пустых улицах Старого города. В разум тут же ударила ностальгия — здесь была самая первая миссия в рядах охоты. Дарвин её не забудет никогда. Он девятнадцатилетний юноша, в городе толпа нежити, в руках дробовик с магическими патронами, впереди стоит капитан и диктует правила и порядки, а за спиной сослуживцы. Его первая серьезная работа в штабе пятого блока охоты города Нелмор, и так же правая важная должность. Парню понадобилось всего два года, чтобы подняться по карьерной лестнице наверх к лучшим охотникам, а потом ещё год, чтобы стать сперва заместителем капитана, а после и сокапитаном отряда. Они с Феликсом пришли практически вместе в отряд, сразу после университета магии, только Дарвин на год младше напарника, и потому многое давалось ему тяжелее, так как начальство больше обращало на старших охотников внимание. Потому за каких-то два года Феликс уже был капитаном отряда, а ещё через год его подняли до элиты. Конечно во всем этом была его заслуга. Дарвин видел как его друг сбивал до крови руки, как тренировался до седьмого пота, стараясь за всеми успевать и не показаться хуже. Он имел свой секрет — сущность Лунной Аласиастры и так же лунную магию, отчего все для него было сущим табу. Он не мог пользоваться волшебством из-за запретного клейма, ровно как и Дарвин, а крылья за спиной и вовсе усугубляли ситуацию. Потому приходилось действовать собственными силами. И это сделало из него сущего зверя в бою. Дарвин старался поспевать за ним, но его всё же больше интересовали другие цели. Как бы он не старался отрицать того факта, но всё же должность родителей ему ближе. Бегать за монстрами, выполнять задания, составлять планы больше не приносили удовольствия как тогда, когда Дарвин впервые сбежал от суровой реальности. Сбежал от престола в Совах, от работы с бумагами и послами фракций. Его роль — быть управляющим Серебряными совами, как говорили его родители, но он тогда отказался, решив что его не для него. А теперь тревога ела изнутри, что кто-то другой занял его место, а он, вынужден лазить городами и убивать тварей, и неизвестно каков из этих дней может оказаться в его жизни последним. — Всё хорошо? — Весса обеспокоенно коснулась плеча парня, словно этим вытаскивая его из размышлений. Тело пронзило судорогой из-за неожиданности и маг уранил на землю телефон. — Да, просто задумался о своем, прости... — Тебя что-то тревожит, я вижу. — Я обещаю, мы после миссии об этом поговорим, сейчас всё же нужно сосредоточиться на задании, — Дарвин поднял мобильный и спрятал в карман. — Я вообще не должен был позволять себе эту вольность... — Феликса нет, и ты переживаешь о нем. Это последствие стресса и постоянного недосыпа. Сколько ты уже ведёшь поиски? Со дня продажи, когда объявилась Агнесса в штаб охоты. — Да... Но это не повод падать духом. Я беспокоюсь и хочу найти его, но тем не менее Феликс не простил бы мне слабость во время его отсутствия. Он всегда говорил что потеря одного капитана не должна стать точкой невозврата другому. Миссия сложная и мне не хватает моего отряда здесь, но с другой стороны с пустыми руками, без амуниции и техники, я не хочу рисковать ими... Дарвин заметно ускорил шаг и как требовалось капитану, желая не терять хватки хотя бы перед самим собой. Весса коротко посмотрела на него, излучая то ли недовольство, а то ли презрение, но её взгляд быстро сменился когда она поняла важную вещь. Боль за близкого — самая сильная боль. Не ей ли это знать, ведь она тоже осталась одна... Старательно отганяя назойливые мысли, Весса ускорила шаг наганяя мага. Он очень спешил, хоть пока сам не знал, что должен искать. Путь лежал к цитадели в центре Старого города и уже там, что-то должно было быть. По крайней мере Дарвин на это надеялся. Улицы первого поселения магов были пустыми. Рядом старый квартал с разбитыми стенами домов, которые вот-вот рухнут, стоит ветру сильнее задуть. Весса сильнее сжала ладонями дробовик, точно заученные действия. Ей как координатору бои были не так близки, как Дарвину или Феликсу, её роль заключалась в находках локаций и перехвата сообщений. Её спасает только магия, редкое для других клеймо. А что сейчас? «Сейчас ты должна быть сильной и идти вперёд», — повторяя себе эти слова как мантру, маги прошли вдоль длинной улицы, пока не упёрлись в огромный полуразрушенный дом что за видом напоминал Дом Правящих в Серебряных совах. Из его пустых глазниц без стекол смотрела зыбкая темнота, а шорох подобно глашатаю бегал этажами и лестничными пролетами кусая пространство. Оттуда повеяло холодом. — Цитадель не здесь, верно? — Нет, она дальше, но... Это место тоже важное. Знаешь что это? — Весса отрицательно покачала головой. — Это то самое что Дом Правящих в нашей фракции. Здесь решались дела, велось управление, пока не была построена цитадель и не возведен щит. Это место больше не использовали по назначению и, если меня не подводит память, то здесь сделали, что-то на подобии штаба для изгоев. Нижних сортов армии, охотников без магии. Тут проводились расследования дел, решались некоторые вопросы, которые могли сделать без участия элиты и всё в таком роде. Но после охоты властей на магов, это место закрылось и пало вместе со Старым городом в нечестном бою добра против зла. — То хочешь проверить и его тоже? — Да, но на возврате, если успеем. Сейчас в приоритете цитадель. Идём. Обойдя массивное здание маги двинулись дальше и уже через каких-то пять минут ходьбы перед ними виднелись высокие стены цитадели. Темные от времени и покрытые мхом они выглядели ужасно, а плетево трещин и вовсе отбивало желание заходить. Дарвин засмотрелся на двух каменных стражников которые служили колоннами входа, а их копья скрещенные были аркой. Маги нырнули под ней проходя внутрь. Здание Людей Создателя встретило из немым молчанием, запахом пыли и лабиринтом паутины под потолком. Дарвин скривился, но пошел дальше. Весса последовала за ним, пристально всматриваясь в битые стекла дома, словно хотела отыскать там ответы на все поставленные негласно вопросы. — С чего начнем? — спросила волшебница силясь догнать Дарвина. — Нужно подумать, что могло бы понадобиться архонтам здесь, в цитадели? А потом решать. — Цитадель — место где велось противостояние против властей. Здесь творились перевороты и принимались решения, а ещё было множество предательств и игр между самими магами. Множество из всего этого, может стать переломной деталью, ибо никто не может сказать точно, что видели эти стены когда за горизонт скрывалось солнце. Если помнишь, то исследовательские лаборатории были созданы под руководством цитадели. И не только... — Да, помню, потому хочу из всего этого выделить лишь самое главное и исследовать. Понимаешь? — Власти начали штурм когда запустился механизм того самого «пророчества», как говорила Агнесса, потому я думаю надо копать в этом направлении. Архонты явно хотят чтобы одна из их тайн осталась в этих стенах. Секреты — их фундамент... — Когда работал Союз Сожжения, Старый город пустовал уже десятилетия. Если помнишь, то Союз начал действовать в Эттите двадцать семь лет назад. И я не думаю что здесь должно быть что-то из их деятельности, — опроверг информацию Дарвин остановившись перед большой дверью. — Но до них работали братья Дассо. Майкл и Райан. — И Мирабель Морелли, которая в последствии сбежала и стала Темной Королевой Архонтов, словно этим самым давая понять, что всем нам вольно выбирать и сражаться за свое естество. — Давай на чистоту, ей это удалось. Она добилась своего и сейчас её твари лазят всем магическим миром, — выдохнула Весса проверяя своё оружие на готовность к обороне. Заученое действие которое переросло в привычку. Магия под запретом, потому огнестрел стал вторым дыханием. — Кстати о тварях... Ты заметил что нежити здесь нет? Дарвин напрягся. Только теперь он понял, что действительно не обратил внимание на тишину и полную пустоту в городе. Он настолько был погружен в свои мысли касаемо цитадели и Союза Сожжения, что не заметил банального: ни единого монстра не было. И это настораживало. Обычно это их среда обитания и учуять человеческую живую плоть им не составляет труда, ибо так они находят часть что когда-то принадлежала им. И словно желая забрать её себе обратно, они бегут по её запаху. — Я оставил машину не слишком далеко от цитадели, в случае чего добежим, но... Ты права, эта пустошь слишком подозрительная. Я не поверю в то, что нежити здесь нет... Скорее всего они уже за версту учуяли нас, потому стоит быть предельно осторожными. Ибо вряд-ли жаркое солнышко им помешает, — Весса заметила как от ладоней по предплечьям вверх поползли синие прожилки — линии магии. Лунной магии. Естество Дарвина которое он вынужден прятать из-за новшеств правительства. Ей, как магу крови, ощутить приток магии в чужой проблем не было, но её напугало то, какой напор был, словно после долгого сдерживания парень решил играть по полной. На протянутой ладони появилась небольшая сфера тёмно-синего цвета, точно глубокая ночь зимой — практически черная и очень холодная. — Нежить идёт за аурой магии, — напомнила Весса сильнее сжимая несчастное орудие в руках. Теперь этот жест сделала не из-за привычки, а из-за злости. Ещё недавно она легко бросалась в бой ничего не боясь, но после того что в последнее время начали творить архонты, у неё сильнее показывался страх. Он юрким змеем ползал около неё в темноте, когда она была совершенно одна. Порою шипел настолько громко, что болели уши, а порою затихал так, что доводилось прилагать нечеловеческие усилия чтобы расслышать его. И так просто Весса мириться с этим не хотела, ведь её это жутко бесило, что с храброй охотницы она упала до уровня домашней крысы. Лезть в бой хотелось всё меньше, а спрятаться в пункте координаторов с плотными шторами и бронированными дверями хотелось всё больше. — Я помню... Но я больше не хочу её держать, слишком много времени прошло. Её очень тяжело держать в узде чтобы не чудила. Понимаешь? Да и к тому же, нежить услышит даже самый слабый отголосок магии. Когда нет одних чувств, другие обостряются, — отказал Дарвин сжимая лалонь, отчего сфера погасла, а прожилки которые волшебница только что видела, пропали как эфемерная дымка. — Идём, предлагаю начать с места собраний. Маги с силой толкнули большие двери перед которыми стояли. Их встретила та же зловонная пыль, плесень и лабиринты паутины, липкий холод и темнота, а ещё чудовищный смрад. Так пахло в морге и этот запах было нереально перепутать с чем-то другим. Смерть. — О... Спаси Создатель... — въедливый запах резал ноздри и щипал глаза. Весса сдерживала порывы тошноты стараясь глубоко дышать. Но это не помогло. Отойдя к стене её всё же вырвало, и от съеденного обеда в желудке не осталось и следа. — Я так не могу, это кошмар. Дарвин... — Коридор полный трупов, при чем давних, им уже несколько лет, — у Дарвина из-за службы была хорошая выдержка к подобному. Они не редко сталкивались с местами которые в уме всегда называли братскими могилами. И это не всегда была нежить, чаще как здесь — маги. — Они успели разложиться до конца, на костях практически ничего нет, за исключением рваной одежды. И... Внезапно разум прошибло ужасом, а следом зазвонил телефон. — Господин О'Ларс, здравствуйте, — звонили из местной охраны Нелмора. Женщина не представилась, а сразу начала говорить. Весса наблюдала как холодно отвечал Дарвин и как его тело сильнее напряглось. — Благодарю, буду ждать ответа. Но ответ уже был. Маг посмотрел на трупы и сопоставил факты которые ему проговорила женщина. Картинка совпала и это наводило ещё больше ужаса. Капитан охотников медленно присел на корточки, явно что-то рассматривая. И это что-то очень и очень ужасное. После достал телефон и сделал несколько снимков трупов. Казалось он видел там то, что для напарницы пока было табу. Она хотела спросить, что он этим хочет сказать, но эта тишина всё расставила по местам. Весса прекрасно поняла о чем сейчас думаем Дарвин. — Власти имели на эту цитадель гораздо больше планов, нежели мы можем себе представить. И я боюсь, что шеф был прав. Цитадель не планировали уничтожать, она служит чем-то другим. И то, что ты поймала сигнал было ничем другим, как наживкой. Они знали что мы ведём на них охоту и решили обернуть её против нас. Маг надеялся на ноги и поспешил закрыть двери. — Ловушка? — хотелось чтобы догадка оказалась лживой, но видя гневный взгляд напарника, Весса невольно напряглась. Он ничего не ответил, но этого и не нужно было, она и так поняла в чем дело. — Нужно уходить, и не медленно.
