После легенды

- Позавчера наша экономка сказала, что мне не стоит с вами оставаться наедине. Надолго. - Это почему же? А потом он догадался и выругался. Глэдис и не знала, что лорд Ксакс такие слова-то знает. - Я никогда не насиловал женщин. Не знал, что обо мне говорят такое. - Я думала, вам все равно, что о вас говорят. - Это неправда. Есть же другие способы. Гораздо более приятные. В способностях лорда Ксакса обаять и понравится Глэдис уже и не сомневалась. И вправду глупость какая. Зачем ему кого-то насиловать? С таким-то голосом и улыбкой? Надо думать, самые красивые и благородные дамы сами перед ним раздевались. Особенно послушав, как он играет. Или как поет.. правда арборейка вот ни разу дамой не была. Глэдис однажды видела лорда без рубашки. Какое уж там насилие... - Обо мне теперь все сплетничают. - И пусть сплетничают. Вам ведь не подсыплют яда в суп чтобы занять ваше место? -- А с вами так было? - Зря старались. Я хорошо разбираюсь в ядах. Она больше себя не чувствовала после работы усталой. И не заметила, как почти все свободное время стала проводить у лорда Ксакса. Жаль, что ему выходить из дворца нельзя. -А на балкон вам тоже нельзя? -К сожалению, нет. Есть, конечно, риск, что добрые келианцы в меня чем-нибудь кинут, но я бы рискнул. Тогда она ему опять цветы принесет. Цветы он, похоже, любит. А чем еще порадовать его Глэдис не знала. Навести его королева, лорд Ксакс наверно сумел бы ее убедить вернуть себе свободу. Может быть на коленях бы постоял, попросил бы прощения. Только это уже не лорд Ксакс тогда был бы. У него для таких просьб было чересчур много гордости... -Лорд Ксакс, вы много знаете. А было ли такое в истории Кейла, чтобы лорд женился на служанке? -Титул и место в Совете кантонов могут быть пожалованы за заслуги перед королевством. Так было со мной. Он очень ловко от ответа ушёл. Но так было даже лучше, нашла что спрашивать! У него таких вот влюбленных в него горничных наверно много было. И ещё много будет. - Так вы не в замке родились? А где? - Я родился не в замке- отчеканил он и надолго замолчал. Видно не хотел о своем прошлом говорить. Хорошо, она больше не станет спрашивать. Ее вон тоже родную ферму вспоминать как-то не тянет. А у лорда Ксакса видимо в прошлом было что-то пострашнее свиней и навоза. Намного страшнее. *** Пугать эту девочку ему не хотелось. Не такое у него прошлое, о котором можно поговорить за бокалом вина у камина. Хотя не такая уж она и девочка, всего на пару лет младше Аруны. И очень даже мила, особенно если одеть получше и чепец этот дурацкий снять. И волосы у нее тоже черные. Как у арборейки. Можно было попросить Глэдис принести что-нибудь поприличнее из королевских погребов. Он её куда только не отправлял уже. С разными поручениями. И в королевскую конюшню проведать его, то есть уже не его любимую лошадь. Она пришлось по вкусу Аруне, что ж, ему было не жаль. Сам бы подарил, если б мог… Нет, с королевским вином-это плохая идея. Слишком сильно ему хочется отвлечься и забыться. Как-то это некрасиво. И недостойно. Вместо того, чтобы устраивать для Глэдис вечер воспоминаний, а они все такие, что лучше бы про них навсегда забыть, уж лучше он ей споет. Голос остался при нём, а вот играть, как раньше у него не скоро ещё получится. Ожоги от этой проклятой стрелы заживали медленно. Ему с мечом и то проще оказалось, чем с лютней. Меч можно было и в левую руку взять. Левой рукой у него тоже неплохо получалось. А он-то думал, что вообще больше никогда не сможет играть. И боялся взять лютню и попробовать. А боль в правой руке отлично отвлекла от мыслей. Об Аруне, Телле и собственном незавидном будущем. Его тюрьма просто стала больше. Вот и все. Какой же жалкий финал! Не слишком-то красиво вышло, думать и говорить о другой, когда эта милая девочка принесла ему цветы. Она бы ему хоть собственную голову принесла, если бы он попросил. Королева, сама того не зная, оказала ему услугу с этим ранними завтраками. Иначе бы он и вовсе бы не ложился. А так надо было выглядеть прилично в несусветную рань. Ему было для кого просыпаться по утрам. И для кого стараться тоже было. Он пожелал ей спокойной ночи. И в лоб поцеловал. Глэдис засияла не хуже королевского бриллианта… Может и стоило согласиться на королевскую армию. Но стать простым солдатом? И подчиняться Аруне. А он готов видеть Аруну день за днем замужем за другим? За его злейшим врагом. За его победителем. Ну и пусть, он бы и в армии мог найти способы подняться вверх. Или не найти. Кейл ни с кем не воюет и воевать не собирается. а лучший способ продвинуться в армии- это война. Тогда ему пришлось бы выкинуть дворцовый лоск за ненадобностью. И манеры. И много чего ещё. И привычку отдавать приказы. И стать другим человеком. Кем-то попроще. А он не уверен, что хочет быть другим человеком. Отражение в зеркале было единственным, что его радовало в последние месяцы. И научиться чистить самому себе сапоги. Простому солдату ведь никаких горничных не положено. Когда-то у него и сапог-то не было, а потом, когда Крил забрал из шахты, не было ни дня без слуг. Ему много чему пришлось бы научиться. Значит он все же трус, раз ему так страшно начинать все сначала. И жаль терять такую милую горничную. Кого он пытается обмануть? Он не герой и не полководец, у него было достаточно возможностей в этом убедиться. У него неплохо получалось править Ксанией, но лишь потому, что там был лишь один закон- он сам. С королевством так не вышло и не могло выйти. Он прекрасно понимал, что мог бы быть полюбезнее с врагом и соперником. Будь он на месте Телля, то не стал бы так с ним церемонится. А застрелил бы из его же арбалета и занялся бы подготовкой к коронации. И лучший подарок, который мог бы ему сделать Телль- это убить его. Любоваться на Телля во дворце месяц за месяцем, да сам Крил с его темным коварством не смог бы придумать для него худшего наказания! Все это походило на затянувшийся кошмар. Но он не спал. А следовательно не мог и проснуться. Сейчас его бы обрадовала любая перемена. Хоть казнь, хоть суд, хоть очередная война с Эненией. Он знал, кто во дворце с легкостью его бы убил. Раз уж Теллю мешает это сделать совесть. Но как оказаться один на один с Аруной он не знал. Он был бы счастлив умереть от её руки... Ничего из его вещей не пропало и яд тоже был на месте. Все было на месте. И его золото тоже. Сначала он думал платить этой девочке жалованье, но потом решил, что эта идея не из лучших. Как он уже успел убедиться купленная преданность не дорого стоит. А эта девочка не была ни воровкой, ни убийцей. Ни разбойницей, и ни отравительницей. И ей не обещали виселицу в пяти кантонах. Обычная фермерская дочка. Или все же не совсем обычная? Раз уж захотела лучшей жизни. Интересно, как она во дворец-то попала? Ему и впрямь было любопытно. Что она сделала чтобы попасть во дворец? Принесла корзинку с фруктами на дворцовую кухню, да там и осталась? Он спросит Глэдис завтра. Лучше уж думать об этой девочке, чем о том, где у него спрятан яд. С которым все будет быстро и не больно. За окном птица стукнула крылом об стекло. Не ворон. Белая птица. А ночью ему опять приснилась Аруна. Только на этот раз мертвая. Это он ее и убил. И никаких оправданий у него не было.