Улыбнись мне, тупой Деку

      — Почему мы спрятались? — Деку, припечатанный к стене подсобки, пытается скрыть улыбку от встревоженного вида Кацуки.       — Прости, я запаниковал, — Бакуго прижимается грудью к Мидории, внимательно всматриваясь в небольшую щель в двери. Герои с других агентств снуют туда-сюда в коридорах городской администрации.       Благотворительный вечер, на который были приглашены герои различных рангов был отличной возможностью увидеться с задротом — именно так подумал Бакуго, когда получил приглашение. Вот только, как оказалось, просто лицезреть улыбчивую мордашку Деку для Кацуки оказалось пиздецки недостаточно, и он, словно герой какого-то второсортного романа, утащил Изуку в самую глубь коридоров — подальше от основного зала, где проходило само торжество.       План Бакуго был обречен на провал, стоило ему услышать чьи-то шаги, направляющиеся в их сторону, и, Кацуки не придумал ничего лучше, чем юркнуть в ближайшую дверь, прижимая при этом к себе самого Изуку.       Едва слышный смешок привлекает к себе внимание Кацуки и, оторвавшись от рассматривания коридора, он, наконец, поворачивается к Деку.       — Что тебя так рассмешило, задрот? — ослабляет галстук, слегка склонив голову.       — Прости, Каччан, но ты очень забавно выглядишь, — Изуку прикрывает глаза, шумно выпустив воздух через рот, в попытках успокоить приступ смеха.       — Да что ты? — Кацуки прижимается еще сильнее, разместив правое колено между ног Деку, от чего тот на мгновение перестаёт дышать.       После того случая в квартире, первое время борясь с неловкостью, Бакуго снова пытался игнорировать Изуку, как конченный мудак, но в конце концов понял, что ему охуеть как необходимо присутствие в его жизни зеленоглазого чудика.       В очередной раз подчеркнув про себя, что Деку пиздец как идёт строгий костюм, Кацуки проводит указательным пальцем вдоль галстука Изуку, подмечая то, как задрот внимательно следит за каждым его движением, и Бакуго может поклясться, что он мог видеть, как зеленые глаза Мидории сверкнули в темноте.       — Каччан, — шёпотом произносит Деку, всматриваясь затуманенным взглядом в лицо Кацуки.       — М? — Бакуго слабо тянет галстук Изуку на себя, ослабляя узел и не переставая поглаживать большим пальцем левой руки подборок Мидории.       — Нас могут увидеть, — в противовес собственным словам Деку подаётся вперед, рвано выдыхая воздух.       Напряжение между ними настолько сильное, что Кацуки кажется, что его причуда вот-вот сработает, разнося эту крошечную подсобку на мелкие кусочки.       — Вот будет неловко, да? — он мажет взглядом по приоткрытым губам Деку, прежде чем коснуться их пальцем.       И тут происходит то, что убивает остатки самообладания Кацуки к чертовой матери. Изуку вбирает его палец в рот, обхватив губами, и при этом, этот сукин сын, и не думает переставать смотреть на Бакуго с поволокой. В штанах становится тесно, а по спине бегают мурашки.       Кацуки глухо рычит прежде чем жадно припасть к губам Деку, отчего они неловко стукаются зубами, тем самым вызвав у себя глупый смешок. Вторая попытка была куда удачнее, и вот Бакуго, как какой-то одержимый извращенец исследует рот Мидории собственным языком, временами прикусывая пухлые губы.       Ему сейчас так охуительно хорошо, что если бы кто-нибудь зашёл сейчас в этот уголок рая — именно таким местом на тот момент для Бакуго казалась эта крошечная коморка, то он бы даже не обратил внимание.       Мидория настолько входит во вкус, что сам не замечает, как хватает Кацуки за талию, впиваясь пальцами в ткань костюма. Он отталкивает Каччана от себя всего на мгновение, чтобы развернуть и прижать к стене.       Бакуго не сразу понимает каким образом они так быстро поменялись ролями и он никак не может понять в какой момент Деку стал таким дерзким и до боли в члене сексуальным.       Конечно же Кацуки знал, как подобные вещи происходят между двумя парнями. Не имея большого опыта, он провёл последние несколько ночей за изучением данного вопроса. Разузнав все подробности, он так и не решил какую позицию хотел бы занять, если их с Деку отношения зашли бы так далеко. Оставив всё на волю случая, Бакуго решает плыть по течению, доверив всё самому Изуку. И глядя на то, каким возбужденным становится Деку, стоит им уединиться, Кацуки не хочется думать о подобных мелочах.       Бакуго, скорее всего, отреагировал бы попытками скрыть своё смущение, заваливая Изуку отборным матом, если бы тот узнал насколько серьёзно он подошёл к вопросу их интимной жизни. Но и сам Деку, с присущим ему любопытством, подробно разобрал всё это еще после их первого поцелуя на встрече выпускников, помечая самые важные моменты в отдельную тетрадку. Мало ли, пригодится.       Изуку едва слышно стонет в рот Кацуки стоит тому опустить руку на уровень ширинки.       Невъебенно круто.       Деку — твёрдый, и эта мысль заводит Бакуго еще сильнее, от чего он прижимается своим стояком к Мидории. Глухой стон срывается с губ обоих, пока Изуку трётся о Кацуки, как кобель во время гона.       В реальный мир их возвращает слабая вибрация в кармане пиджака Бакуго.       Сука. Если это Шото, Кацуки клянётся, он придушит половинчатого прямо на глазах у всех.       — Каччан, вдруг что-то важное, — оторвавшись, на выдохе произносит Деку, и, делая шаг назад, отходит в сторону, поправляя натянутые брюки.       — Чё? — злобно бурчит Бакуго, отвечая на звонок.       — Кацуки, ты где?       — Блять, половинчатый, если это не вопрос вселенской важности, я сяду за то, что прикончил отпрыска Старателя и клянусь, я не пожалею об этом.       Деку тихо усмехается от его слов, вставая рядом и облокачиваясь о стену.       — Ой, а ты был занят? Просто ты так неожиданно исчез, да и Мидории я нигде не вижу, — пауза всего в несколько секунд, — да ладно?       — Я в душе не ебу, где задрот, — Кацуки искоса взглянул на Деку, который лишь пожал плечами, улыбаясь, — что-то еще?       — Нет, нет, я скажу остальным, что у тебя появились дела, — Бакуго слышит, как Шото улыбается на том конце телефона, — и передавай привет Изуку!       — Пошёл нахуй, — Кацуки сбрасывает звонок, устало потирая переносицу, пока Деку пилит взглядом пространство перед собой.       — Тодороки догадывается? — Изуку, наконец, переводит взгляд на Бакуго, который, кажется, перестал дышать, умирая внутри от неловкости и проклиная Шото и его ебанное любопытство.       — О чём? — молодец Кацуки. Лучшая стратегия — это притвориться долбоёбом.       — О нас, — Деку, не отрывает пытливого взгляда от лица Бакуго, будто ответ на его вопрос написан именно там.       — Этот ублюдок слишком проницателен, — пожимая плечами, отвечает Кацуки.       — Ясно, — Изуку потирает шею ладонью, усмехаясь, — я не против.       — Не против чего? — роль долбоёба еще не сыграна до конца, Бакуго. Так держать.       — Чтобы о нас узнали, — Деку смущенно отводит взгляд в сторону, пока Кацуки не верит своим ушам, — я имею в виду, если ты не против, то я тоже. Конечно, для всех это будет неожиданностью, но если мы их как следует подготовим, — начинает тараторить Деку, заламывая пальцы на обеих руках.       Кацуки молчит. Лишь глупо хлопает глазами, не зная, что сказать. Он вообще не был готов к такого рода разговору. Что вообще нужно говорить в таких ситуациях? Броситься к Деку на шею, крича слова любви и убежать в закат, красиво держась за руки?       — Вот как? — ой, блять. Чё ты несешь, Кацуки?       Бросив взгляд в сторону Бакуго, Деку печально улыбается.       — Я тороплюсь, да? Может ты вообще не хотел заходить дальше подобных недоразумений в подсобках. Вот я идиот, — Изуку делает шаг в сторону двери, пряча лицо от Кацуки, но резко останавливается из-за препятствия в виде выставленной вперед руки Бакуго.       — Слушай, Деку, — Кацуки собирается с мыслями, — ты знаешь, что я не умею нормально говорить и выражать свои чувства, — слова Бакуго даются на удивление легко, — но я не хочу, чтобы ты понял меня неправильно или додумал всё сам в своей задротской башке.       Подбородок Деку дрожит, а ком в горле неприятно сжимается.       — Мне плевать если об этом узнает придурок Шото или кто-то там еще. Мне глубоко насрать на мнения других, — он берет Изуку за руку, слегка сжимая, — давай не будем думать о таких пустяках, договорились?       — Обманщик, — Деку стирает тыльной стороной ладони мокрую дорожку на щеке.       — Почему?       — Сказал, что не умеешь красиво говорить, — смеётся Мидория, притягивая к себе удивленного Кацуки.       — Чё?       — Не «чё», а иди обниматься.