Игра в кальмара

Мо Жань тяжело задышал. Он не верил тому, что только что произошло прямо у него на глазах. Глубоко внутри начала подниматься волна неуправляемого гнева и отчаяния, а в голове внутренний голос закричал: «Ты убил его!» Несколькими днями ранее. Мо Жань проснулся в подозрительном месте после того, как согласился принять участие в странной игре на деньги. Люди вокруг него были одинаково одеты в спортивные костюмы зеленого цвета, отличали их только порядковые номера. Мо Жань был под номером 456. Он никого не знал, все были чужими, недоверчиво рассматривали друг друга скошенными взглядами исподлобья. Никто ничего не понимал, пока им не объяснили правила. Реакция у игроков вышла разная – так же, как и причины, по которым все 456 человек оказались в этом месте. Поначалу никто не почувствовал подвоха… пока не случилась первая игра: «Тише едешь – дальше будешь». 194 человека оказались мертвы после первой игры. Дальше последовало голосование, кто хотел продолжить игры, и кто хотел их прекратить. Именно на голосовании Мо Жань узнал нескольких людей из своей жизни. Под номером 388 оказался Сюэ Мэн. Он проголосовал «за» продолжение, и Мо Жань знал, почему. Это был его двоюродный брат, но оказались они здесь по разным причинам и даже не знали до сегодняшнего момента, что могут пересечься в таком месте. Родители Сюэ Мэна – дядя и тетя Мо Жаня – владели несколькими образовательными учреждениями, им принадлежали приют, начальная школа, средняя школа, старшая школа и университет имени Сюэ. Они заботились о многих детях, в том числе о сиротах и просто малообеспеченных (среди них был и Мо Жань, который потерял родителей в детстве), и помогали им получить хорошее доступное образование. Однако в нашем жестоком порочном мире любые добрые и светлые начинания могут легко обернуться чем-то плохим и корыстным. Стараясь поддержать как можно больше детей, отец Сюэ Мэна, Сюэ Чжэнъюн, влез в долги, однако его обманули, набежали бешеные проценты, их учреждения оказались на грани продажи левым лицам… И чтобы как-то спасти родительское детище, Сюэ Мэн согласился принять участие в играх, ведь только они могли помочь погасить долги. Выигрыш за первую игру, даже если бы его поделили между выжившими участниками, не смог бы помочь, поэтому ему пришлось проголосовать за продолжение. Под номером 390 оказался Чу Ваньнин. Это был учитель, который обучал Мо Жаня и Сюэ Мэна со средней школы, сейчас Мо Жаню было двадцать один, а Сюэ Мэну – двадцать, и Чу Ваньнин продолжал их обучение в университете. Он всегда был очень строгим и по каким-то причинам невзлюбил Мо Жаня больше всех остальных учеников, из-за этого Мо Жань и сам его недолюбливал. Каждый раз, когда он старался произвести впечатление на своего учителя, тот всегда находил к чему придраться и как его наказать. Мо Жань не понимал природу этой неприязни, и у него автоматически возникла ответная. Чу Ваньнин решил принять участие в играх почти сразу же после Сюэ Мэна по той же причине – хотел спасти учебные заведения, однако в отличие от своего ученика он проголосовал «против» продолжения. Мо Жань знал, почему. Потому что его учитель всегда строил из себя святошу и праведника. Иногда в голове Мо Жаня проскальзывала мысль, что если бы его учитель с его выдающейся внешностью просто отправился бы на панель продавать свое тело, то смог бы заработать гораздо легче и быстрее, чем на играх на выживание. И, наконец, под номером 001… оказался Ши Минцзин, но Мо Жань всегда ласково обращался к нему как к Ши Мэю. Они познакомились в приюте, когда Мо Жаню было десять, а Ши Мэю – одиннадцать, с тех пор Ши Мэй как старший братец и одновременно как старшая сестрица заботился о Мо Жане. Между ними было столько общих воспоминаний, и они столько всего вместе пережили… Ши Мэй всегда был для Мо Жаня ближе, чем тот же Сюэ Мэн, у которого, в отличие от Мо Жаня и Ши Мэя, родители были живы. Ши Мэй всегда понимал Мо Жаня лучше всех остальных, и когда Мо Жань узнал, что Ши Мэй заболел какой-то серьезной болезнью и ему срочно требуется дорогостоящая операция, но он не хотел обременять этим семью Сюэ, Мо Жань без раздумий ради него решил принять участие в играх. Однако Ши Мэй был таким добрым, что вместо того, чтобы проголосовать «за», проголосовал «против». Он, как и Чу Ваньнин, не хотел кровопролития, даже если это означало, что он не получит деньги, которые так были нужны. Поэтому Мо Жаню пришлось проголосовать «за». Им нужно было сыграть еще хотя бы в парочку игр, а потом уже прекратить, тогда выигранных денег точно хватило бы и для погашения долгов учебных заведений, и для операции Ши Мэя. И, конечно, им всем нужно было выжить. После голосования все четверо собрались вместе и встали друг напротив друга, изучая. У Мо Жаня и Сюэ Мэна на костюме висела наклейка с кружочком, означающая, что они проголосовали «за», а у Чу Ваньнина и Ши Мэя наклейка с крестиком, означающая, что они проголосовали «против». - Учитель, как вы здесь оказались?! – в растерянности воскликнул Сюэ Мэн. - Тот же вопрос я хотел бы задать вам троим, – парировал Чу Ваньнин с серьезным нахмуренным лицом. – Вы что здесь забыли?! - Полагаю, мы все здесь по одной и той же причине – нам всем нужны эти деньги, – криво ухмыльнулся Мо Жань, задирая голову к потолку, на котором висела свинка с денежным призом. Чу Ваньнин едва сдерживал себя в руках. - Вам не нужно было ввязываться в эту авантюру! Я бы сам со всем справился. После следующей игры вы все должны проголосовать «против» продолжения игр. Мы также должны убедить в этом других участников. Это слишком опасно, вы можете умереть! - Да, учитель. – Ши Мэй смиренно опустил голову. Сюэ Мэн лишь вздохнул, безмолвно соглашаясь, а Мо Жань проследил взглядом за Ши Мэем и потом отозвал его в сторонку. - Почему ты не сказал им? – спросил Мо Жань. - Прости, А-Жань, я не хочу, чтобы они знали о моей болезни и беспокоились обо мне… – виновато произнес Ши Мэй. – Ты тоже не говори им, пожалуйста, и проголосуй после следующих игр «против». Больше всего на свете мне бы не хотелось, чтобы наш учитель разочаровался во мне. - Но это не шутки! – возразил Мо Жань. – Если они узнают, то поймут, почему ты здесь! И также это позволит учителю передумать! Однако Ши Мэй покачал головой и как-то грустно улыбнулся. - Спасибо за заботу обо мне, мне очень приятно знать, что даже если мне не успеют сделать операцию, по крайней мере, ты заботился обо мне до конца. В груди Мо Жаня от этих слов сдавило от боли, и он сжал кулаки до побеления костяшек. Плевать, о чем их попросил учитель, он будет голосовать «за» продолжение игр до тех пор, пока не наберется нужная сумма! Во второй игре необходимо было разбиться на команды по пять человек. Их было только четверо и нужно было найти пятого, и внезапно к их компании присоединился еще один знакомый человек – Ныньгун Сы под номером 247. - А ты здесь как оказался?! – возмутился Чу Ваньнин. - Простите, учитель… – Ныньгун Сы виновато потер затылок. Наньгун Сы попал на попечение семьи Сюэ, когда ему было пятнадцать, сейчас уже исполнилось восемнадцать, и Чу Ваньнин за эти три года тоже обучал его. Семья Ныньгун была очень богата до тех пор, пока дядя Наньгун Сы не захотел всё прибрать себе к рукам и не подстроил хитроумную схему, вследствие чего родители Наньгун Сы попали в смертельную аварию, а все деньги заграбастал себе дядя, сплавив племянника в «интернат» к семье Сюэ. С тех пор Наньгун Сы хотел отомстить дяде и вернуть всё положенное ему по праву наследство, но без денег и связей это было невозможно – поэтому он оказался здесь. Вторая игра представляла собой «Шестиногий пентатлон», состоящий из пяти игр: ттакчи, бисокчиги, конгинори, чжегичаги и волчок. Ноги участников связали – правую ногу одного с левой другого, тем самым создавая эффект шести ног. Каждый из участников должен был сыграть в одну из игр, и на всё это отводилось пять минут. Если они успешно справлялись, то шли на выход, если не успевали и проваливались – их ждал расстрел. - Как же нам повезло, что учитель научил нас играть в эти игры! – воскликнул Сюэ Мэн. Чу Ваньнин был всесторонне развит и талантлив во всем, а также знал множество способов, чем занять своих учеников во внеклассных уроках или если они в чем-то провинились. Эти игры были довольно изощренными, требовали сноровки и терпения, и Ваньнин считал, что они идеально подходят для «воспитания». Благодаря тому, что все пятеро имели опыт в подобных играх, а также работали как слаженная команда, им удалось успешно пройти вторую игру. - Учитель, спасибо! – ликовал Сюэ Мэн. – В детстве я терпеть не мог эти игры и обижался на вас, когда вы заставляли меня в них учиться играть, я и подумать не мог, что когда-нибудь эти знания могут мне пригодиться! - Я тоже их не переносил, – закивал Наньгун Сы. – Особенно, когда меня в пятнадцать лет вынуждали играть в детские игрульки! Беру свои слова назад, учитель. Без вас мы бы не смогли пройти второй раунд. - Благодарю учителя, – добавил Ши Мэй и поклонился, его примеру последовали Сюэ Мэн и Ныньгун Сы. - Не стоит, – покачал головой Чу Ваньнин. – В этот раз нам повезло, но в следующий раз может не повезти. Я надеюсь, что на новом голосовании вы все проголосуете «против» продолжения игр. Ваньнин зыркнул леденящим взглядом в сторону Мо Жаня. Он не знал, послушается ли тот его или нет. - И правда, что бы мы делали без нашего учителя… – решил проявить тактичность Мо Жань, чтобы соответствовать своим товарищам и снизить их бдительность, однако потом ляпнул, не подумав: – Если так подумать, выглядит так, как будто учитель с детства готовил нас к этим играм! Может быть, вы сами их придумали и на самом деле являетесь главным Распорядителем? Чу Ваньнин изменился в лице, Сюэ Мэй задохнулся от возмущения, а Наньгун Сы аж весь покраснел от гнева. - А-Жань! – шокировано воскликнул Ши Мэй. - Следи за своим языком! – накричал на двоюродного брата Сюэ Мэн. – Учитель нам жизнь спас, а ты его в главные злодеи записал?! - Сейчас в рожу кулаком получишь! – пригрозил Ныньгун Сы. – Немедленно извинись! Мо Жань сразу же поднял ладони, как бы «капитулируя». - Прошу прощения, я же ничего такого не имел в виду, просто пошутил… Простите, если обидел вас, учитель! Конечно же, я ценю то, что вы обучили нас таким важным премудростям, которые в итоге пригодились нам на практике. Чу Ваньнин ничего не ответил. Настало время голосования. К сожалению, человеческая алчность не знает границ, и в этот раз снова превышающее количество голосов оказалось «за» продолжение игр. После голосования Чу Ваньнин осмотрел своих учеников: у всех из них были наклейки с «крестиком», кроме Мо Жаня. - Ты опять это сделал?! – повысил голос Ваньнин. – Я же просил вас проголосовать «против!» - Простите, учитель, – Мо Жань извиняюще опустил голову для вида, – но у меня были на то причины. - После второй игры выигрыш увеличился, если сложить все наши деньги, этого бы точно хватило на погашение долгов! – продолжал свою тираду Чу Ваньнин. – Почему ты такой жадный?! Я не этому тебя учил! Мо Жань промолчал, лишь мимолетно взглянув на Ши Мэя. Тот просил не раскрывать его тайну, поэтому все шишки Мо Жань собирался получить за свое решение сам. - А-Жань, не нужно было… – чуть позже шепотом сказал ему Ши Мэй. – Я чувствую себя виноватым. - Брось, не бери в голову, – покачал головой Мо Жань. – Это – лишь мое собственное решение, ты здесь не причем. - Но всё же… - Я сказал не думай об этом! Если сыграем еще в одну игру – тогда денег точно хватит и на твою операцию тоже. После этого голосуем «против» и сваливаем! - Мне неловко перед учителем, – вздохнул Ши Мэй. – Он так старается всех нас спасти и не только нас, как можно больше и других участников тоже, чтобы это мракобесие поскорее закончилось… «Чу Ваньнин что, возомнил себя великим мучеником? – хмыкнул про себя Мо Жань. – Он же тоже не дурак и понимает, что всем нам нужны эти сраные деньги, иначе бы сам не оказался здесь! И потом, разве только мы мешаем прекращению игр? Тут еще полно других игроков, которые тоже выбирают продолжать играть! Как он не поймет, что люди порочны и алчны по своей природе!» Спасти… Что мог поделать один Чу Ваньнин? Невозможно было спасти всех! Третья игра называлась «Третий лишний». Все участники вставали на большую круглую платформу, которая крутилась под музыку, когда музыка и платформа замирали – всем нужно было бежать в комнаты и запираться в них по определенному количеству человек, которое называли по громкой связи. Кто не успевал по таймеру найти себе людей и вовремя спрятаться за двери – того расстреливали. Поначалу у них получалось: сначала они заперлись всемером (откопали каких-то двух блондинчиков словно из ларца – одинаковых с лица), потом по двое (Ныньгун Сы откололся, но не растерялся и нашел себе какую-то девушку-томбоя, с которой вовремя успел спрятаться), Мо Жань оказался с Сюэ Мэном, а Чу Ваньнин – с Ши Мэем, вот только комната, в которую они забежали, была уже занята одним игроком. - Только один из вас может остаться! – дрожащим голосом записклявил участник. Таймер был на исходе. Чу Ваньнин отвернулся к двери и сжал ручку. Он подумал о том, что должен выйти и уступить своему ученику и другому человеку. Ничего, если его убьют, по крайней мере, его ученик выживет. - Учитель, вы чего?! – услышал Ваньнин голос Ши Мэя за спиной. – Скорее, запирайте дверь! Нас осталось двое. - Что? Чу Ваньнин резко обернулся. На полу лежал тот самый участник, Ши Мэй склонился над ним. - Что произошло? – нахмурился Ваньнин и похолодел всем телом. – Ты… ты убил его?! Ши Мэй, потрогав пульс игрока, выпрямился и покачал головой. - Как учитель мог помыслить обо мне такое? У этого участника случился сердечный приступ. Он так перепугался, что мы его выгоним, что его слабое здоровье не выдержало. Простите, если разочаровал учителя, но я здесь не причем. Чу Ваньнин пребывал в растерянности. Мужчина сам склонился над телом другого игрока – он действительно был мертв. Как это могло так быстро произойти? Ведь Ваньнин отвернулся к двери буквально на несколько секунд… С другой стороны, как Ши Мэй мог убить человека настолько быстро? Нет, это было невозможно. Чу Ваньнин мысленно отругал себя, что посмел усомниться в своем ученике. - Прости, – извинился он, – я просто был застигнут врасплох. - Ничего страшного, – покачал головой Ши Мэй, – на вашем месте я бы тоже так подумал. Следующую цифру, которую назвали для очередного деления и запирания по комнатам – четыре. - Прячьтесь вместе, – скомандовал Чу Ваньнин. - Учитель, а как же вы?! – испуганно спросил Сюэ Мэн. - Я найду кого-нибудь, – коротко ответил Ваньнин и убежал в толпу, которая, как маленькие муравьи, разбежалась по залу в разные стороны. - Побежали! – приказал Мо Жань. Мо Жань крепко держал Ши Мэя за руку, но кто-то в спешке врезался в Ши Мэя, и их руки разъединились. Мо Жань не успел сориентироваться, в это время его схватил Сюэ Мэн и потащил к комнате. Они забежали туда втроем с Наньгун Сы. - Где Ши Мэй?! – воскликнул Мо Жань. Они посмотрели в окошко двери – люди в панике бегали туда-сюда, ища себе людей или свободную комнату, стоял настоящий хаос, и среди него Мо Жань краем глаза заметил Ши Мэя, который распластался на полу после столкновения. - Он упал! – закричал Мо Жань. – Я сейчас за ним схожу! - Ты не успеешь! – запротестовал Сюэ Мэн. - Но нам нужен четвертый! – взволнованно добавил Наньгун Сы. Тем временем по громкой связи вели отчет: пять, четыре… Мо Жань открыл дверь и едва вышел за порог. Три, два… Кто-то с силой пихнул его обратно в комнату и запер дверь. Один… Всех, кто не успел в нужном количестве спрятаться в комнатах, расстреляли. Мо Жань, словно оглушенный, видел через окошко двери, как в Ши Мэя, лежащего на полу, выстрелили. Последнее, что он запомнил, как Ши Мэй посмотрел в его сторону и с горечью улыбнулся. В последний раз. Глаза Мо Жаня налились кровью, и бешеным взглядом он посмотрел на того, кто запихнул его обратно в комнату и вошел вместе с ним четвертым. Чу Ваньнин. - Учитель… – растерянно произнес Сюэ Мэн. И он, и Наньгун Сы опустили головы в знак своей скорби. Тем временем Мо Жань выпалил: - Ты… ты убил его!!! Ваньнин ничего не ответил. Наступило новое голосование. Мо Жань снова проголосовал «за» продолжение игр. - Третьей игры тебе было недостаточно? – холодно спросил Чу Ваньнин. - А тебе, учитель? – парировал Мо Жань, перейдя с ним на «ты». – Из-за тебя умер Ши Мэй! - Мо Жань, хватит! – попытался успокоить двоюродного брата Сюэ Мэн. – Ты бы всё равно не успел до него добежать и сам бы умер. Учитель оказался неподалеку и спас тебя. Он спас нас всех! - Нам всем грустно от потери Ши Мэя, – вздохнул Наньгун Сы. – Но мы ведь знали, что риск смерти подстерегает на каждой игре! И потом, если бы вместо того, чтобы снова голосовать «за», ты бы склонял людей голосовать «против», то эти игры могли бы поскорее закончиться! - От меня одного зависит окончание игр? – зло улыбнулся Мо Жань. – Посмотрите, среди нас осталось еще 226 выживших! Больше половины из них желает продолжать. Один мой голос что-нибудь решил бы? Если бы одним моим голосом можно было спасти Ши Мэя, я бы уже сделал это! Мо Жань обвиняющим взглядом прожег Чу Ваньнина. Он знал, что и Сюэ Мэн, и Наньгун Сы были правы. У Мо Жаня не было времени добежать до Ши Мэя… Их бы расстреляли обоих, а вслед за ними и Сюэ Мэна, и Наньгун Сы – потому что в комнате не набралось бы нужное количество человек. Да и Ваньнина тоже бы – потому что он забежал в последние секунды. Однако Мо Жань был слишком уперт, чтобы это признать. На самом деле, из-за смерти Ши Мэя у Мо Жаня пропала причина продолжать участие в играх. За три игры денег с лихвой хватило бы погасить долги за школьные заведения Сюэ и для Наньгун Сы для борьбы с дядей. Мо Жань проголосовал из вредности, как будто этим наказывая Чу Ваньнина. Внутри он понимал, что винить нужно не учителя, а систему, того, кто создал эти кровопролитные игры на выживание. Именно поэтому у Мо Жаня созрел план поднять мятеж. Он всё просчитал, рассказал о своем плане своим и нашел сторонников из числа тех, кто голосовал «против». Им нужно было слаженно напасть на людей в розовом, в масках и с автоматами, чтобы отобрать у них оружие, и чтобы потом их отвели к Ведущему и Распорядителю игр в штаб-квартиру. - Я думал, ты хочешь продолжить, – обронил Чу Ваньнин. - Я лишь хочу отомстить тем, кто всё это придумал, – отозвался Мо Жань. – С тобой, учитель, мы поговорим позднее, когда выберемся отсюда. Первую часть плана им удалось успешно претворить в жизнь: взять одного заложника в розовом, остальных перестрелять и отобрать оружие. Затем они поделились на группы: Мо Жань, Чу Ваньнин, Сюэ Мэн, Наньгун Сы и еще несколько человек пошли с заложником и оружием по направлению в штаб-квартиру. По пути началась перестрелка с людьми в розовом и масках. - Сюэ Мэн! – крикнул ему Мо Жань. – Вернись в общий зал, собери патроны у розовых трупов и возвращайся сюда, а то нам не хватит пуль! - Понял! – кивнул Сюэ Мэн. - Я тебя прикрою! – вызвался Наньгун Сы. Тем временем Мо Жань и Чу Ваньнин, которых прикрывали остальные участники, двинулись вперед. Чтобы пройти первую преграду – нужно было использовать маску заложника в розовом (к несчастью, его по дороге подстрелили, но маска сохранилась). Так они прошли в тайные комнаты. - Штаб-квартира точно через вот этот коридор, так сказал тот розовый охранник, – сказал Мо Жань. Конечно, они не могли пройти просто так без приключений, и спереди на них снова обрушились выстрелы новых охранников в розовом и масках. - Засада! – крикнул Чу Ваньнин. – Прячься за стену! Они отбивались от пуль, когда свои запасы уже были на исходе. - Где носит этого Павлина?! – выругался Мо Жань. - Охранников слишком много, а нас мало, – покачал головой Ваньнин. – Возможно, придется отступать. - Черта с два! – выплюнул Мо Жань. – Или ты, учитель, хочешь сдаться и не отомстить за Ши Мэя?! Хочешь остаться единственным виноватым?! - Я лишь хочу, чтобы мои оставшиеся ученики выжили, – спокойно ответил Чу Ваньнин. – Прикрой меня, я проберусь чуть вперед и заберу патроны у тех трупов. Мо Жань стрелял, прикрывая учителя, хотя на долю секунды в его мозгу проскочила мысль: а может, пустить его под пули противника? Таким образом он умрет и своей смертью сможет смыть с себя грех за смерть Ши Мэя… Однако Мо Жань так не поступил, что-то внутри – возможно, совесть, или хрен знает что – помешали. Хотя Мо Жань предпочел это списать на то, что в одиночку он точно не сможет пробраться в логово врага, и учитель еще ему пригодится. Затем случилось непредвиденное: патроны закончились, и их окружили сзади. - Дерьмо! – выругался Мо Жань, отбрасывая от себя ставший бесполезным автомат. А ведь они были так близки! - Мо Жань, – шепнул Чу Ваньнин, как бы намекая, чтобы тот не предпринял глупости. Помимо охранников в розовом их удостоил вниманием Ведущий – он был в черной мантии и маске. - Не ожидал, что вы зайдете так далеко… - Это ты главный здесь? – криво ухмыльнувшись, спросил Мо Жань. - Какой у тебя вопрос? – вкрадчиво поинтересовался Ведущий. – Что именно заставило тебя поднять мятеж, чтобы добраться до этого места? Мы всегда вам повторяли, что наши игры демократичны и участие решается путем голосования – честно и прозрачно. Почему же вы повели себя как стадо бешеных животных? - Бешеных животных? – с презрением повторил Чу Ваньнин. – Мы-то? - Я хочу видеть главного! – прервал его Мо Жань. – Отведи меня к нему! - А что потом? – спросил Ведущий. - Потом я убью его так же, как умер Ши Мэй на игре! – в сердцах воскликнул Мо Жань. - Думаешь, смерть создателя остановит игры в будущем? Или, возможно, вернет тебе Ши Минцзина? - Мне всё равно, я хочу видеть рожу того, из-за кого он умер! - Он умер, потому что не справился с правилами игр. К тому же, разве ты винил в его смерти не своего учителя? Ведь именно он занял его место в комнате. Мо Жань остервенело посмотрел сначала на Ведущего, потом на Чу Ваньнина. Он был в разгневанных чувствах и начинал терять контроль над ситуацией. - С другой стороны, именно учитель несколько раз спас тебя в играх… без него ты бы умер раньше, – продолжал Ведущий. – Какая ирония, не правда ли? - Зачем вообще были созданы эти игры?! – возмущенно спросил Ваньнин. - Чтобы показать во всей красе, как человек превращается в монстра. И ради чего? – пожал плечами Ведущий. – Сначала они боятся, потом в них просыпается азарт и жажда наживы… а затем они теряют человеческое обличье и готовы убить своих собратьев ради того, чтобы выжить самим. Кто в таких условиях не потеряет человечность? Ведущий наградил Чу Ваньнина молчаливым взглядом, а потом обратился к Мо Жаню, наставляя на него дуло пистолета. - За твой мятеж тебе полагается наказание. - Ну тогда стреляй прямо в лоб! – с вызовом бросил ему Мо Жань. – Я не боюсь тебя! Даже если сдохну, то хотя бы увижусь с Ши Мэем на той стороне! - К сожалению, тот, кто получит пулю – это не ты… – многозначительно произнес Ведущий. – А твой учитель. Он сменил положение руки и выстрелил прямо в Чу Ваньнина. Ни Мо Жань, ни сам Ваньнин ничего не успели сделать. На лицо Мо Жаня прыснули капли крови, и он шокировано посмотрел на своего учителя, последние слова которого были: - Мо… Жань… После этого Ваньнин закрыл глаза навсегда. В горле Мо Жаня встал ком, слова так и не слетели с губ: Чу… Чу Ваньнин!!! Затем Ведущий снял с себя маску, и сердце Мо Жаня ухнуло куда-то вниз, а лицо полностью обескровилось от увиденного. - Как жаль, что мне пришлось раскрыться при таких обстоятельствах… Здравствуй, А-Жань, – поприветствовал его Ши Мэй, живой и здоровый. – Теперь тебе не нужно встречаться со мной на другой стороне – по правде, я был очень тронут, когда услышал эти слова. Хочешь присоединиться ко мне? Я познакомлю тебя с Распорядителем игр. Вместе мы избавимся от людских пороков. Он протянул ему руку. Мо Жань тяжело задышал. Он не верил тому, что только что произошло прямо у него на глазах. Глубоко внутри начала подниматься волна неуправляемого гнева и отчаяния, а в голове внутренний голос закричал: «Ты убил его!»

Конец.