petrichor

      — Как вы познакомились?       — Хах, слишком банальная ситуация. Я тогда возвращался с собрания «Черных Драконов». Иду по улице и вижу картину — по дороге идет явно напуганная девушка, а за ней — толпа орущих пошлости упырей. Ну, думаю, надо как-то спасать ситуацию, и первым, что пришло на ум, было схватить за локоть, чем я, кстати, ее только больше напугал, и сказать что-то типа: «Милая, куда же ты так торопишься? Я же сказал, что встречу тебя лично». — Он усмехнулся, сжав руку девушки, сидящей рядом на диванчике. — Бедная Т/И, ее лицо тогда надо было видеть, я думал, зарыдает от испуга на месте. Но буквально через пару секунд, когда она пришла в себя и поняла мой замысел, вцепилась мертвой хваткой, и я накинул на ее плечи куртку. А тех мудаков, видимо, смутила эмблема банды, и их как ветром сдуло. Проводил ее тогда до дома, разговорились о том о сем, ну а там закрутилось-завертелось…       — За что ты ее полюбил?       Вакаса нежно улыбнулся.       — За то, что она — это она. За ее глаза, улыбку, голос, за то, что не пытается притворяться, если ей плохо, за то, что не боится попросить помощи, если сама не справляется. Она — идеально гармоничная личность, и с ней я могу расслабиться, утопая в ее прикосновениях.       — Расскажи про ваш первый поцелуй.       — Хм, это было на второй месяц наших частых «прогулок», в конце лета. Как сейчас помню, в легком персиковом сарафане и шляпе с широкими полями, она в тот день буквально прыгала от счастья, озаряя своей улыбкой серый мир, кружилась со мной в импровизированном танце, а я наглядеться не мог. И вот ближе к ночи, когда небо озарило огниво заката, мы гуляли по скалистому берегу, и она в очередной раз утянула меня потанцевать, и я не выдержал, прижал к себе и поцеловал, стараясь вложить в поцелуй все, что я к ней чувствую.       — Что вы делаете, когда ругаетесь? Какой была ваша самая крупная ссора?       — К сожалению, она была. И была один-единственный раз, в самом начале наших отношений, и то виноват был целиком и полностью я. Когда «Драконы» только сформировались как банда под руководством Сано Шиничиро, обстановка в мире гопников была очень сильно напряженной. Не было устоявшегося порядка, и все, включая и нас, ходили с натянутыми, словно струны, нервами.       — Тогда и у меня были проблемы с учебой, — сказала Т/И, положив голову Вакасе на плечо, — и я была не в самом лучшем состоянии. Ну, знаете, когда вас все раздражает, и вы ходите с постоянно накапливающимся напряжением. В тот момент я просто почувствовала, что должна, просто обязана была ему помочь. Я же не знала, что все так обернется…       — Как бы то ни было, в один из дней, когда я был без сна трое суток, случилась особо кровопролитная бойня. Сразу после нее я заявился домой пиздецки злой на себя и всех вокруг, с единственным желанием — смыть кровь и завалиться спать.       А Т/И тогда перепугалась за меня: ну представьте, приходит ваш молодой человек с макушки до пят в крови, что аж белые волосы окрасились в алый, ну и начала, как курица-наседка, надо мной скакать — дергала, тянула куда-то, в общем, была слишком громкой и ее было слишком много. Как мне тогда показалось. Сейчас-то я понимаю, она всего лишь хотела позаботиться, помочь сменить одежду, запихнуть в душ и обработать раны…       Но тогда, не отойдя от пыла сражения, я резко толкнул ее к стене, да так, что она нехило приложилась затылком, а потом долбанул кулаком рядом с ее головой с такой силой, что на стене появилась паутинка трещин… — Вакаса обнял девушку за плечи, в который раз молчаливо прося прощения за свою глупость.       — И, прошипев что-то типа «Свали нахуй с моей дороги, чтоб я тебя, блять, не видел», ушел в свою комнату и так проспал до утра, даже не раздевшись. А когда проснулся, господи... — Он прикрыл второй рукой глаза. — Это было самое отвратительное утро за всю мою жизнь.       Открыв глаза, я первым делом обратил внимание на то, что все раны обработаны и заклеены пластырями. Но, что самое странное, я не помнил, когда успел это сделать. Начал прокручивать события вчерашнего дня, и тут… Черт, это до сих пор всплывает в памяти настолько явно, что от самого себя становится тошно, — перед глазами пронеслось то, как я по-скотски поступил с Т/И.       Остатки сна как рукой сняло, и я как ошпаренный вылетел в зал, в надежде найти ее. Но не обнаружил ни Т/И, ни вещей своей принцессы. Попытался дозвониться — абонент вне зоны, пытался писать — глухо, даже сообщения не доходили.       Пересрался я тогда, конечно, знатно, поднял на уши Сано, описав ему ситуацию, а он и всех «Драконов», чтобы только найти ее. Два месяца пытался выйти с ней на связь и уже потерял надежду, как вдруг одним днем заметил знакомую фигуру у ларька с ее любимыми фруктовыми коробочками.       Счастью моему тогда не было предела, словно не веря своим глазам, подошел и сжал ее в объятиях. В тот день мы плакали вдвоем: Т/И — от накативших болезненных воспоминаний, я — от своей глупости. Еще долго мы восстанавливали отношения, и переехала она обратно только лишь спустя полгода.       Но теперь, чтобы такого больше не случилось, первое и самое главное правило в наших отношениях — говорить друг с другом.       — Момент из ваших отношений, который запомнился тебе больше остальных?       — М-м-м, нет, как такового нет, только если все время отношений с ней считать одним большим моментом, потому что ничто из этого не забывается.       — Есть ли человек, сексом с которым ты бы гордился?       — Да, это Т/И. — На щеках девушки появился румянец.       — Как относишься к сексу на первом свидании?       — Не знаю, у меня такого опыта не было.       — Был секс втроем?       — Фу, нет, делить свою принцессу с кем-либо я не намерен. — Вакаса положил руку на бедро девушки.       — Пользуетесь секс-игрушками? Если да, то какими?       — Да, было пару раз, виброшарики и мини-вибраторы с пультиком дистанционного управления. Классная вещь, скажу я вам. — Вака улыбнулся, Т/И еще больше покраснела.       — Был секс в общественном месте?       — Да, был, несколько раз в кабинках примерочных, в лифте, в переходе, в переулке поздней ночью — от получаемого адреналина она так охуенно сжимает мо… — Девушка ущипнула его за ногу. — Ай, Т/И, ну что ты, принцесса, вопрос же такой…       — Твой сексуальный фетиш?       — М, наверное, когда Т/И раздевается после рабочего дня, а я имею возможность созерцать прекрасное. Некого рода «ленивый стриптиз».       — Самая сексуальная часть ее тела?       — Определенно шея, господи, ты бы знала, как она стонет, стоит ее чуть сильнее прикусить, а после обдать горячим дыханием. — Лицо бедной девушки начало напоминать помидор.       — Пара твоих друзей приглашают тебя на секс втроем. Твоя реакция?       — Тц. Вот пусть вдвоем и трахаются, мне что, делать нечего? Я уже говорил, свою принцессу я ни с кем делить не намерен.       — Тебе приходилось лишать кого-нибудь девственности?       — Ага, Т/И. — На этом моменте Т/И от смущения уткнулась Вакасе в плечо, стараясь скрыть свое румяное личико, чем только больше позабавила парня.