Пока ты жила, я умирал

      Уильямс дернула поводья. Ноги лошади увязли в снегу и взмыленное тело накренилась на бок, заваливаясь. Элли, взвизгнув, упала в сугроб, поцарапав лицо о ветки кустов, едва торчащих из-под белого полотна. Одна из веток больно зацепила глаз, но не критично. - Элли! - вдруг кто-то подхватил её подмышки, потащив в тёмное место, где не кричит вьюга. Джесси вытащил Уильямс, слегка ослепшую на некоторое время. Они как раз в том здании библиотеки. - Господи! Что с тобой? - голос Дины раздавался эхом. Она утирала её лицо платком, пока Джесси отряхивал снег с плечей девушки - Где Мозоль? - Она умерла... Её повалило на бок. Ай! - Дина случайно коснулась глаза Элли из-за чего та вскрикнула. - Прости - прости... Сильно болит? У тебя здесь царапина. Вернёмся в лагерь - сразу к доктору. - Да само заживёт. У Уильямс был принцип - если кость не торчит, значит не болит. А Дина работала уже аккуратнее, избегая области глаза, пока Джесси разводил небольшой костер, сидя на корточках в стороне, бросил на стенку шкафа, что лежал горизонтально полу и почти сгнил. Самое сухое место здесь. - Нам нужно отогреться. А после, найдём Джоэла и Томми, если они не вернутся на базу до вечера. Как только я не усмотрел за погодой... Молодой человек с какой-то обеспокоенностью смотрит на Дину. Он переживает лишь за неё. А Элли для него - подружка его бывшей, которая то и дело лишь таскается за ней, причиняя иной раз неудобства. - Дина, сними куртку! - он делает рывком пару шагов к ней, а девушка и сказать ничего не успевает, как уже накрыта телой кофтой, снятой с горячего тела. Она пахнет им. А Джесси остаётся лишь в футболке. Он отмахивается, говоря, что не замёрзнет, что не заболеет, пусть это откровенная ложь. После наступления времен пандемии у всех иммунитет ни к черту, но Джесси не колышет ничего, кроме дрожащего тела девушки, в которую, даже после ссор, он влюблён. Дина же мило улыбается. Это у неё фирменное, что привлекает и вызывает жгучую ревность у Элли. - Чертов джентльмен... - буркает она себе под нос, замечая, как её возлюбленная переглядывается с корейцем. Она испытывает зависть от того, что не смогла додуматься до этого жеста заботы и ласки первой. Однако её гнев мигом сходит на "нет", когда Дина, слегка смочив снежком платочек, стирает кровавые разводы с лица. - Брось это, Дина. Пройдёт - Уильямс мягко кладёт ладонь поверх кисти Дины и касается губами, в знак благодарности, кончиков её пальцев, зыркая на реакцию Джесси. А реакции нет. Либо слишком хорошо скрывает, либо искренне рад за них... Гребанный святой.