Пока ты жила, я умирал

      Утро проходит тихо. Тихо. Даже слишком. От этого становится страшно. И разговор завести какой-то неудобно. Джоэл сухо оповещает ее, едва проснувшуюся, однозначно остывшую и протрезвевшую после вчерашнего о том, что собирается в душ. Элли лишь кивнула, повернулась на бок, лицом в спинке дивана.

***

      Удивительно. Теплая вода сегодня действительно была теплой, а не как обычно. Миллер наскоро скинул с себя одежду и поскорее нырнул под струи воды, пытаясь проснуться. Какое же счастье иметь клочок доаппокалиптической жизни. Сейчас он выйдет и будет пить кофе. Но что сказать Элли? Так или иначе придется говорить. Что он сделает? Извинится? И чем он вообще раньше думал?! Идиот!       Джоэл моется. Моется долго. Закуривает, открывая форточку, упирается локтями в высокий подоконник, смотрит в просторы пустоты. Поля видно, а мыслить ни о чем не хочется совсем. Будто их совместный поступок вчера - сон. Однако за спиной внезапно распахивается дверь. На пороге Элли. Кашляет и отмахивается от дыма. - Ну и душман. Ты вообще вылезать собираешься? Мне тоже искупаться надо! - она бесцеремонно раздевается, бросая вещи рядом с вещами Джоэла. - Я... Я.... - Миллер окончательно теряется - Я окошко открыл и... - он робко прикрывается руками, совсем как парень - девственник перед красоткой - чирлидиршей, но Элли пофиг до этого. Она залезает в кабинку и задергивает шторку. Своим невозмутимым видом смущает Джоэла, у которого когнитивный диссонанс от этого всего. Вроде как на женщину смотреть можно, а с другой стороны нельзя, и все вчерашнее нужно забыть. Но как такое забудешь? Элли мылит тело свое, тело Джоэла, волосы. Спина, самые края лопаток касаются его груди. - Намой пожалуйста спинку - девушка передает кусочек мыла, а Миллеру не остается ничего делать, кроме как подчиниться - После вчерашнего воняю как кабыла. - Вот кстати об этом. О вчерашнем - Джоэл ловко подхватил эту волну - Нужно обсудить. Скажи мне пожалуйста. Чего ты хочешь? Он медленно начинает перекатывать в руках брусок, задумчиво, слегка взбивает пену, нанося ее после на кожу Уильямс. - А что по вариантам? - Ну во-первых. Можем все забыть. Постараться жить дальше. Хотя это очень тяжело и маловероятно. А второй вариант - принять это как факт. Мне очень стыдно за вчерашнее. Если сможешь - прости меня. Я не должен был вестись, когда ты на эмоциях... - ему тяжело дается говорить это. То и дело мужчина старается не смотреть в глаза и на тело девушки, но в момент она перебивает его: - Все нормально. Я не хочу, чтобы ты забивал. Уильямс - собственница. Это факт. Она уже считает Джоэла своим. Он и был всегда ее, просто неясно в каком контексте. Отец? Телохранитель? Она тоже чувствует перед ним вину, будто променяла его на идиотку- Дину, быть может, она никогда не простит ему лжи о цикадах, но возможно, когда-то поймет. А сейчас, она чувствует, что должна ему. Должна любить его. Но убьет любую другую барышню, которая посмеет на него посмотреть.