её жизнь прервана, повторите позже.

      Дин молчит, и Сэм чувствует себя не особо то и уютно. Каждый раз, когда Дин вот так молчит — можно готовиться ко взрыву.       И он наступает.       — Она блять о себе дохуя возомнила? — восклицает Дин, гневно раскидывая свои вещи по номеру.       Они действительно жили неподалёку, и Гарт умолял остаться и проследить за Дианой. Ему было важно, чтобы она оказалась в порядке.       Сейчас Сэм не считал это хорошей идеей.       Он рефлекторно втягивает голову, стараясь не натолкнуться на гнев брата. Дина таким лучше не трогать. Вылитый псих с большой дороги.       — Я серьёзно, Сэмми, чего она о себе думает?       — Не знаю, Дин, между вами искра или что? Чего ты так разозлился? — Сэм пожимает плечами, понимая, что угроза миновала.       Дин достает из переносного холодильника бутылку пива и быстро ее опустошает.       — Не неси хуйню, нет у нас никакой искры. Она просто психована и тупа, я совершенно не виноват.       — Да, — смеётся Сэм. — Ты пытался флиртовать, она тебя отшила. А сейчас ты чуть тут все не разнес. Успокойся, Дин, может, у нее трагичная любовь?       — Трагичная тупость, скорее, — морщится Дин. Его, на самом деле, смущает и даже злит такое отношение. Они не сделали ей ничего, только хотели помочь — по просьбе Гарта, а эта Диана… как исчадие ада увидела.       Может она просто их боится? Слышала про Апокалипсис, хрень с сосудами и все эти слухи про ад и чистилище. Не так, чтобы они скрывались.       — Все равно она стерва, — заключает Дин.       — Что произошло?       Сэм подскакивает, когда за плечом Дина появляется его ангел, со спокойным интересом оглядывая устроенный бардак. Дин даже не удивляется, будто привык к таким вот появлениям Каса. Как будто к ним можно привыкнуть.       Сэм каждый раз мечтает не умереть от инфаркта.       — Охотница. Настоящая дура. Гарт просил убедиться, чтобы она пришла в норму, а она нас обматерила.       — Она нас не оскорбляла, Дин, — тяжело вздыхает Сэм. — Ты сам вел себя как идиот, когда подкатывал. Диана сразу дала понять, чтобы мы держались подальше.       Дин почему-то краснеет на этом моменте, старательно не глядя на нахмурившегося Каса.       «Оу, — думает Сэм. — ОУ»       — То есть… ты не должен был вести себя так, — смущенно заканчивает Сэм, мечтая куда-нибудь убраться. Будто он ничего не понял.       — Она сильно пострадала? — Кас спрашивает с вежливым интересом, склоняя голову, и Дин пожимает плечами, все еще отводя взгляд.       — Ребра. Легкие. Башню чуть не проломила.       — А еще у нее нет дома, и мы оставили ее здесь, — качает головой Сэм, неодобрительно косясь на брата. — Она нам не доверяет. Это логично и понятно.       — Да мне плевать на ее доверие, — опять вскакивает Дин, принимаясь расхаживать по небольшому помещению. — Я делаю это только по просьбе Гарта. Мне как-то похрен, что она там о себе возомнила. Завтра же утром идем ее проверять, а потом сваливаем.       Кас аккуратно его тормозит, кладя руку на плечо, и успокаивающе глядит, с этими своими грустными глазами.       «ОУ. ОУ» — думает Сэм, смущенно отворачиваясь.       — Мне надо за кофе. Точно, я хочу кофе, — говорит он, хватая свою куртку. — Вернусь… два часа. У вас есть два часа.       Кас непонимающе смотрит ему вслед, а Дин мысленно стонет. Какой же у него тупой брат. ***       Она вырубается быстро, наглотавшись обезбола, и впервые за многие недели спокойно спит. Ее не тревожат странные сновидения про маленьких Сэма и Дина, не приходит Азазель со своим мрачным смехом. Она просто спит.       Поэтому пробуждение поистине тяжкое.       — Боже, иду, — хрипло говорит она, но в дверь продолжают долбиться так же настойчиво. — Что за дятел?       Диана резко открывает дверь, практически с ненавистью встречая непрошенных гостей, а потом морщится.       Ну да, кто еще то?       — И? — недружелюбно говорит она.       — Прошли проведать, вдруг ты откинулась за ночь, — делает мечтательную мину Дин, решительно, но осторожно отталкивая ее с прохода. Он заходит в номер, и за ним проскальзывают еще двое.       Сэм и…       Нет.       — Это Кастиэль, Ангел Божий и всё такое, — словно вскользь замечает Дин, когда Сэм закрывает двери.       Нет.       — Он наш друг, может исцелить тебя, — успокаивающе улыбается Сэм.       Диана не замечает их, в ужасе смотря на Каса, и медленно отступает.       — Не нужно, я в порядке, — бормочет она. — Вам лучше уйти.       — Ты дура или что? — Дин закатывает глаза, тут же оставляя свои шутки, и со всей серьёзностью смотрит на нее.       — Она не Диана Роджерс, — внезапно подает голос Кас, и она почти что теряет сознание, падая на кровать.       — Что? — Сэм хмурится, а Дин тут же хватается за нож, лезвием к ней.       Она сидит на кровати, понимая весь ужас ситуации.       Нет.       — Кто она? Кто ты? — говорит Сэм. Он не хватается за оружие, вполне доверяя ангелу, который стоит спокойно, хоть и слегка удивлен. — Она человек?       — Да. Она Диана, только не Роджерс. Это Диана Винчестер, ваша сестра, — все еще монотонно продолжает Кастиэль, будто бы ничего и не происходит.       Будто такое на каждом шагу случается.       — Кас? — Дин стремительно поворачивается к ангелу, впрочем, не выпуская ее из виду. И не убирая нож.       Ну да, она же не ждала, что они как в сериалах, сразу кинутся друг ко другу, обнимаясь и в слезах целуясь?       — Ваша сестра, — еще громче говорит ангел, будто заколачивая крышку ее гроба. — Которая была похищена Азазелем. Это она.       Сэм молчит, не меняя позы, и не сводит с нее какого-то… жадного взгляда.       Дин выглядит еще более злым, чем был вчера.       Она не может сказать точно, видит их так близко всего лишь второй раз в жизни.       Тянутся напряженные минуты молчания. Сэм все еще смотрит, Дин все еще злобно пыхтит, ангел — безразлично таращится в окно.       — Вы так и будете изображать скульптуры или свалите уже отсюда? — подает голос она.       Голос — хриплый и гнусавый, будто она плакала последние сорок часов. Так и есть, наверное, ситуация то…       — Ты… ты же…       Сэм не может закончить предложение, лишь машет рукой, но она понимает.       — И?       — Но…       — Либо уже убейте, либо свалите, серьезно. Много внимания мне одной.       Диана выдыхает, складывая руки на груди, и гордо выпрямляется. По крайней мере, она закончит достойно.       — Почему мы должны тебя убивать? — Сэм хмурится, а потом кидает взгляд на Дина. Как и она. — Дин, нож.       — Ага, — огрызается он. — Фигня какая-то, Сэмми. Это не семейная встреча. Заканчивай.       Диана криво усмехается. Конечно, не семейная встреча.       У нее нет семьи.       — Дин, заткнись!       Сэм практически кричит, взволнованно морщит лоб и опять смотрит на нее.       — Ты — наша сестра. Боже. Ты действительно жива.       — Ага. Сложно принять и все такое… Я понимаю, — она безразлично пожимает плечами, замыкаясь в себе.       Никаких эмоций. Не перед ними.       — Сложно принять? — хмурится Дин, оглядывая ее своим злым взглядом. — Ты чертов демон! И ты нам не сестра, что бы там не воображал Сэм.       Диана закатывает глаза. Ситуация патовая, но ей смешно. Они такие дурацкие мудаки, это действительно смешно.       — Прости, это вы ворвались ко мне в номер, угрожая ножом и выкрикивая лозунги о родстве. Не я.       — Диана… Мама так тебя назвала в честь бабушки. Как и Дина, — Сэм старательно пытается выглядеть «хорошим копом», но и это смешит.       — Жесть какая, — говорит она. — Сегодня же сменю имя.       Дин убирает свой нож, кивая молчаливому ангелу:       — Это демон? Проверь.       Ее коробит от чертовски профессионального «это», будто они на охоте, а Диана — один из тех монстров, которых надо уничтожать.       — Нет, Дин, она полностью человек, — мягко отвечает Кастиэль, с благоговением смотря на старшего из Винчестеров.       — Так слухи не врут? — подает голос она, улыбаясь уголками рта. — Вы, ребята, типа... вместе навсегда? Любовь, заключенная на небесах и все такое? Умора. Я думала, Гарт реально сбрендил. Извинюсь позже.       Дин резко оборачивается, нацеливая свой маньяческий взгляд, а Сэм опускает голову. Тоже ржет, наверное.       Ангел выглядит все таким же безразличным. Похоже, он испытывает эмоции только по отношению к Дину.       — Серьезно, мыльная опера.       — Заткнись, — рычит Дин. — Ты не демон, но ты нам не сестра.       — Не так, чтобы я претендовала, знаешь, — тоже злится она. — Я вообще вас знать не знаю, идиот, это вы приперлись и качаете права. Конечно, у меня за плечом нет всесильного небесного существа, можно сыпать угрозы?       Сэм настойчиво толкает Дина в сторону, и тот отступает. Но продолжает зыркать своим взглядом.       — Мы не хотели тебя пугать, Диана, — говорит Сэм, обезоруживающе улыбаясь. — Ты все не так поняла. Для нас это такая же неожиданность. Прости.       — За что ты сейчас извиняешься? — снова рычит Дин. — Она все знала с самого начала. Знала, но не сказала, Сэм, я же тебе говорил, сукин ты сын.       — У нас одна мать, идиот, — холодно замечает Диана. — Не будь таким козлом, если чего-то не понимаешь.       Дин почти кидается к ней, но Сэм резко преграждает путь, хватая его за плечи.       — Кас, подержи его, что ли.       Ангел послушно встает рядом с Дином, удерживая его одной рукой.       — Умора, — комментирует Диана, сжимая кулаки.       Дин злой и чертовски опасный. Это почти пугает. У нее даже оружия в руках нет. Хоть что-то.       Все равно ничего не поможет. У них ангел небесный на побегушках.       — Диана, — опять говорит Сэм. — Мы не хотим причинять тебе боль.       — За себя говори, — перебивает его Дин.       — Да, такой старший брат мне, безусловно, и нужен, — язвит она. — Спасибо за самое тупое показушничество, мне очень страшно. Накажешь меня? Поставишь в угол или лишишь сладкого, возможностей хоть отбавляй.       Дин на миг закрывает глаза, будто борется с желанием оторвать ей голову. Кастиэль продолжает держать его, обеспокоенно переводя взгляд.       — Диана, почему ты нам ничего не сказала? — громче, чем было до этого, начинает Сэм. Нервы сдают и у него. — Мы же семья. Мы всегда выбираемся из дерьма вместе. Ты должна была нас найти и…       — И? — резко перебивает торжественный диалог она, стараясь не выдать, как ей сейчас плохо. — И что, Сэм? Мы бы взялись за руки, отправляясь на встречу закату? Негласный уговор: вы не искали меня, я — вас.       — Мы только месяц назад узнали, что ты жива. От старины Кроули, знаешь такого? — отвечает Дин, пока Сэм молча хлопает глазами.       — Да, встречались пару раз, пока он был на побегушках у Азазеля. Чувак поднялся.       — Серьезно? — тут же закипает Дин. — С любовью вспоминаешь о хороших деньках у Азазеля? Что ты за дрянь такая?       — Дин!       Оба Винчестера целую вечность смотрят друг на друга, пока Дин не отводит взгляд, давая Сэму еще шанс.       — Диана, мы всегда думали, что демоны убили тебя. Отец так думал. Он всю свою жизнь, после вашей с мамой смерти, искал желтоглазого, чтобы отомстить. Ты не представляешь, как нам было тяжело. А сейчас ты сидишь перед нами — живая.       — Это хорошо или плохо? — говорит она, когда Сэм затыкается. — По вашему виду сложно сказать, ребята.       — Ты издеваешься? Серьезно? Это для тебя шуточки?       У Дина вот-вот пар из ушей пойдет, какой он злой.       — Это моя жизнь, понятно? Жизнь, в которой я давно мертва для всех. Думаешь, ты один тут такой несчастный? Разуй глаза и прекрати тыкать меня носом. Ты мне никто, даже не смей давить на жалость и родственное сочувствие, — вспыхивает Диана. Его укор проникает в саму глубину мантры, которую она всю жизнь себе твердит.       У нее нет семьи.       У Сэма, похоже, все-таки опускаются руки, и он просто смотрит. Взгляд побитого щенка, которого выкинули под забором.       Его не жалко, нет, это ведь она была выкинута под тем самым забором, а не Сэм. Ради него, вон, душой жертвовали, в пекло спускались. А она не главный герой их семейного романса.       — В общем, сделаем вид, что ваш ангел пошутил, а потом разойдемся, — чрезмерно весело говорит она, хлопая ладонями по коленям. — Забудем друг друга, все такое. Больше не увидимся, спокойная жизнь продолжится. Классная идея? Не благодарите.       Сэм закрывает глаза, стараясь что-то скрыть ото всех присутствующих. Она понимает: сама всегда скрывает боль и чувство беспомощности.       Дин мрачно выдыхает, переводя взгляд с ангела на брата.       — Я не шутил, — подает голос Кастиэль.       — Блин, приятель, это форма речи. Это просто принимают.       Диана смотрит на ангела почти с улыбкой, потому что, ну… Это ангел. И он хороший, прямо исходит от него что-то хорошее. Конечно, он с Винчестерами, но это значит, что они враги.       А еще это бесит Дина.       — О, ты такая выдумщица. Понабралась от любимчика Азазеля?       Сэм громко стонет, тут же зло глядя на брата.       — Прости, каждому свое. У меня Азазель, а ты, кажется, выбрал «любимчиком» Аластора? — по-змеиному улыбается она, не отводя взгляда от старшего брата. Сейчас весь город вспыхнет от его ярости, не иначе.       — Мразь, — бросает он.       — Да Боже, Дин, можешь ты заткнуться хоть на минуту?       У Сэма голос срывается, и он громко кричит, хватая себя за волосы.       — А ты опять собираешься переходить на сторону зла? Вечно тебя тянет на дерьмо.       Дин, в отличие от него, говорит холодно. Это почти смешно.       — Нет, идиот, я собираюсь хоть что-то понять про нашу сестру, пока ты все не загубил. Неужели ты просто оставишь ее здесь? Или убьешь? Собрался жить с этим, чертов ты мудак?       Диана молчит, с интересом переводя взгляд с брата на брата. Да уж, семейка что надо. Джон постарался в воспитании, им бы с Азазелем грамоты вручить.       — Сэмми, либо мы уходим отсюда прямо сейчас, либо оставайся с ней.       Дин с силой сжимает кулаки. Между братьями происходит молчаливый диалог, и ей становится скучно.       — Как дела в раю?       Кастиэль, впервые выдавая хоть какое-то удивление, с интересом смотрит на девушку.       — Ужасно. Рафаэль собирался устроить новый апокалипсис, но его не стало. Ангелы пали.       — Душка-Рафаэль? Он все такой же, — смеется Диана, хотя это мало похоже на смех.       Сэм поворачивается с удивлением во взгляде:       — Ты знала Рафаэля?       — Конечно. Стоило мне выбраться из лап демонов и найти вас, в том прекрасном уголке развалин Бобби Сингера, душка-Рафаэль появился в своей ангельской манере и потребовал, чтобы я к вам не приближалась. Замечательный парень, мне понравился.       Она пожимает плечами, вспоминая тот самый день.       С трудом сбежав от демонов, приставленных Азазелем, она кинулась разыскивать Дина и Сэма Винчестеров, два дня проведя в пути. Уже стоя перед домом старика, слыша — не просто слыша, жадно слушая, — голоса своих братьев, их смех, перед ней материализовался мужчина.       Он назвал себя архангелом, а потом запретил приближаться к братьям. Нарек ее грязной кровью, и что у них «божественная миссия», в которой ей нет места. А еще пообещал, что тут же уничтожит, стоит ей нарушить запрет.       — Чушь какая, — фыркает Дин.       — Ну, спроси своего ангела. Зачем мне врать? Говорю же, душка-Рафаэль сделал мне одолжение, отгородив от вас. Даже жалко его…       — Погоди, ты поэтому нас и не искала? — Сэм требовательно заглядывает ей в глаза. — Потому что он убил бы тебя?       — Не очень хотелось сгорать заживо, знаешь. Видимо, я как-то не вписывалась в высшие планы вашей судьбы. Похрену, если честно, все сложилось как и должно было.       Дин громко хмыкает.       — Какая послушная девочка, только посмотрите. Сильно хотела вернуться в семью, да?       — Дин, она права. Рафаэль всегда с ожесточением следовал по судьбе апокалипсиса. Ваша сестра могла бы помешать. Она могла бы спасти тебя от ада, возможно. Или не дала бы Сэму пойти по демонскому пути, — Кастиэль с тревогой смотрит на своего человека.       — Какая разница? — Дин вырывается из-под его руки, тут же начиная расхаживать по номеру. — Какая теперь разница? Она могла бы помешать или спасти, зачем ворошить это сейчас? Мы стали теми, кем стали, и она нам не семья.       — Я не претендую, ты помни, — встревает она, быстро отодвигаясь на кровати.       Какой-то агрессивный братец, пусть бы уже свалил…       — Да, спасибо, — ехидно благодарит он. — Видишь, Сэмми, она не претендует, давай свалим уже?              Сэм молча смотрит на брата, будто не веря его словам.       — Не могу это слушать, — говорит он, быстро отталкивая ангела, и тут же вылетает за дверь.       — Мда, у вас всегда такие семейные беседы? Хорошо, что мы не семья, да? — с мрачной улыбкой комментирует его побег Диана.       Дин глубоко выдыхает.       Он подходит к лежащему на столике блокноту, быстро что-то царапая карандашом.       — Мой номер. Можешь не звонить.       — Да, не собираюсь.       Они обмениваются язвительными улыбками, а потом он тоже уходит, прихватив ангела.       Диана сглатывает предательские слезы, а потом мрачно смеется, лицом зарываясь в подушку.       Азазель был прав, когда описывал Винчестеров. Она не верила, до последнего надеялась, что ее воспоминания — те, из детства, где старший брат щекочет животик и ласково целует в лоб, — правда, и они придут за ней, убив всех демонов. А теперь пришлось столкнуться с ними: живыми и озлобленными, совсем не похожими на милые воспоминания, умиротворяющие ее душу.       Да, это полный провал. ***       Сэм захлопывает дверь своей комнаты прямо перед его носом.       Они молчат всю дорогу, даже Кас быстро сваливает, пробормотав слова прощания, и магнитола не работает. В машине царит что-то страшное, и им обоим не хочется с этим сталкиваться.       А теперь Сэм хлопает дверью, показывая, как глубоко брат его обидел.       Дин мнется поблизости какое-то время, надеясь, что они хотя бы поговорят, а потом уходит к себе.       Телефон пиликает. «Ты же нашел Сэма?»       Номер незнакомый, но он понимает. Всё понимает. Особенно, чего ей стоит это самое сообщение. «Ты же не собиралась?» «Я и не звоню, тупица.» «Он со мной не разговаривает. Заперся у себя, наверняка включил селин дион» «Отстой. Удачи» «Заедешь на воскресный ужин?» «Ни за что на свете. Кинь в черный список.» «Типа, можешь передумать?» «Любопытство и все такое» «Так и скажи — понравились семейные разговоры» «Утешай себя:)»       Дин откладывает телефон в сторону, растягиваясь на кровати.       Происходящее напоминало дешевый ситком.