Oh, mammamia!

Я была настолько зла, что выкурив пару сигарет, я заказала такси и одна уехала на квартиру. По дороге я все так же психовала. Теперь ещё и потому, что «благодаря» Клаудии, меня ждёт не самый приятный разговор с Дамиано. По сути, он ни за что сейчас переживает. Да, моя вина тоже есть. Но. Если бы Клаудия закрыла рот и не провоцировала Томаса на скандал-ничего бы этого не было. Сучка. Просто сучка. Втиралась мне в доверие, все боялась, что я вновь привлёку Томаса. Да, привлекла, только без особого старания. Черт. Ну вот, я в квартире. Одна. Даже не написала Дамиано. Где же телефон? Вот. Блядь. На беззвучке. Шесть пропущенных от Дамиано. Вот же. Набираю. Гудки. -Спасибо, что соизволила перезвонить, дорогая. — он был зол, хоть и оставался вежливым. -Я уже в квартире. Прости, телефон был на беззвучке. — я закурила. -Понимаю.но ты хотя бы могла позвонить мне сразу, как решила ехать домой. — было слышно, что он за рулём. — Скоро буду. Он отключился. Да, разговора не избежать. Или упрёков то уж точно. Я решила, что не буду перечить ему. Все таки. Сейчас я понимала, что мои слова, сказанные час назад. Были в сердцах. И если для Томаса они звучали как услада для ушей, то для Дамиано — как ножом по сердцу. Боже мой. Я снова сделала ему больно. Он приехал. Я стояла на кухне, опираясь на стол. Дамиано подошёл ко мне. Он был и зол, и обижен, и ещё много эмоций. Но среди всех, больше всего вырислвывалась одна-разочарование. Вроде бы. -И что это сейчас было? — он смотрел на меня внимательно. — Былая обида, которой наконец-то нашли выход? Или все ещё неугасшие чувства и эмоции? — он смотрел мне в глаза, зажав губы. -Дамиано. — я отошла к раковине, встав к нему спиной. — Я просто психанула. -Я хочу, чтобы ты смотрела мне в глаза, Роза. — он нервничал. — Пожалуйста. Я повернулась к нему мгновенно. -Дамиано. Я поступила неправильно. Да. — я подошла к нему. — Послушай. Мои слова. Это правда. Но правда, как ты и сказал-нашла выход только сейчас. Я не говорила этого тогда. Сейчас сказала. И на этом все. -Всё. — он повторил, продолжая смотреть на меня. -Да, все! -я подошла к нему, взяла за руку, а он словно статуя стоял. Просто опустил взгляд на меня. Но не более. — Если ты хочешь знать, люблю ли я Томаса? Нет! Не люблю! Я даже не хочу ему нравиться как мужчине! Хочешь ли ты знать, люблю ли я тебя? Да! Люблю! Люблю! Люблю! — я даже ногой топнула. И только сейчас у Дамиано дрогнули губы в еле заметной улыбке. Взгляд стал теплее. Он опустил голову. -Роза. Прости меня. — он взял мои руки в свои. — Начиная там, в клубе. И всю дорогу домой я боялся лишь одного-ты любишь Томаса, все ещё. А я. Лишь так. Заглушка твоей боли. — он наконец посмотрел на меня. — Я боюсь потерять тебя, Роза. Боюсь, что ты все ещё любишь его. -Дамиано. — я взяла его руку и прижала к своей груди. — Когда то я любила Томаса. Очень. Мне казалось, что без него я не смогу и дышать. Но мне это казалось. Я бесспорно желаю ему добра. Он не чужой мне. Но дышать без него я научилась. Я могу. А вот без тебя. Нет. -Роза. -ему было очень важно сейчас это слышать. -Ты думаешь, я не боюсь однажды потерять тебя? Что ты, как Томас, найдёшь себе другую. А обо мне забудешь. Только вот второго такого предательства я не переживу. Я перестану верить в любовь, да и вообще, во все. Мой главный страх после смерти-это потерять тебя, Дамиано. Тебя. -Роза. — он провел по моему лицу. — Я дурак. Я. Дурак. Ищу доказательств твоей любви. А они в твоих глазах. Роза. Я никогда более не усомнюсь в твоей любви. Не отпускай меня и сама не исчезай. — он обнял меня. — Без тебя я не смогу. Без тебя никак. -Я с тобой. До конца. Поверь только в это. Томаса между нами нет. — я уткнулась в его шею. Да. Меня сейчас разрывала боль за двоих. Дамиано. Он моё все. Томас. Ниточка. Невидимая ниточка нас связывает. Я хочу только счастья Томасу. *** Клаудия сидела на кровати в отеле и молча наблюдала, как Томас ходит из угла в угол. -Ты сам виноват, Томас. Если ты не любил меня никогда, зачем сошёлся со мной? — она терпеливо ждала ответа. -Мне казалось, что я люблю тебя. Что полюбил тебя. — он сел напротив неё. Он был уже абсолютно трезв. — Тогда я был уверен, что мои чувства к Розе угасли. Ведь до этого мы уже расставались. Обоюдно. Мирно и спокойно. Потом поняли, что. Все ещё испытываем друг к другу чувства. И как оказалось, не ошиблись. Клаудия закрыла глаза. Ей было неприятно слушать это все. -Можешь не продолжать. Я сегодня собираю вещи. Завтра улетаю в Рим. Одна. — она встала с кровати и направилась в ванную. — Ты хочешь мне ещё что-то сказать? -Нет. Больше мне сказать тебе нечего. Во всей этой истории виноват я. Но исправить уже ничего нельзя. Ты очень хорошая, Клаудия. Спасибо тебе за все. Ии. Прости меня. — Томас вышел из номера. Ковралин поглащал его шаги, делая их поступью. Тихой. Он шёл, проводя пальцами по стене, заставляя свою руку тащиться за телом. Взгляд в пол. В голове много мыслей. Но одна засела — он любит Розу. И понял это слишком поздно. Когда причинил ей боль, выбрав Клаудию. Она теперь чужая. И все бы ничего. Но её мужчина теперь Дамиано. А Дамиано не привык сдаваться, не привык отдавать свое. Томас это понимал. И ненавидел себя. Он сам, так легко и просто отпустил свое счастье. А что теперь? Ничего. Только пустота. Он вышел на улицу и побрел вперёд. Просто вперёд. Его от природы грустные глаза смотрели по сторонам. Он всматривался в прохожих, в предметы, словно мог найти там ответы на вопросы. Или найти смысл.но смысл чего?.. Именно сейчас он вспомнил их знакомство с Розой. Рим. 2019 год. Томас шёл с гиторой через плечо, его окружали фанатки, крича разные комплименты. Он по натуре скромный и замкнутый, ещё не привык к такому вниманию. А потому шёл, глядя себе под ноги. Вдруг, неожиданно врезался плечом в девушку. У той из рук полетел телефон. -Упс! Я такая неловкая! — красивая шатенка, с голубыми глазами мило и застенчиво улыбалась. Они оба наклонилась поднять её телефон. Прикосновения пальцев. Глаза в глаза. И он уже навсегда утонул в них. -Я Роза. А ты Томас Раджи.гитарист из Maneskin. — она продолжала улыбаться. -Да. Верно. Держи. — он протянул ей телефон. — Я не ударил тебя? -Нет! Все в порядке! Будем знакомы, Томас! — она протянула ему руку для пожатия. Тонкие длинные пальцы. Красивый маникюр на длинных ногтях. Множество колечек. Её руки были такими же прекрасными, как и лицо. -Будем. — повторил, глядя в её глаза. Тогда радость. А сейчас лишь боль от воспоминаний. Томас смахнул слезы. Да. Его грустные глаза плакали. А душа вместе с ними. Томас проклинал тот день, когда отвернулся спать, невзирая на попытки Розы выяснить все. Там, в Лондоне. Теперь он ненавидит этот город. Всем своим разбитым сердцем. Всей своей израненной душой. *** -Томас, ты такой забавный. Я бы слушала как ты играешь на гитаре целую вечность. Эта музыка самая прекрасная из всей, что мне доводилось слышать! — Роза обнимала его и целовала. -Для тебя я буду играть вечность. Так же, как ты играешь на струнах моей души. — он целовал её в ответ. *** Тогда они любили и были счастливы. Её звонкий смех и сейчас звучал в его ушах. Он помнит все и никогда не забывал. *** -Томас. Поговори со мной. Мы не виделись целый месяц. Я ведь не о близости тебя прошу. А просто поговорить. Неужели тебе и сказать мне нечего? — её голос дрожал от поступающих слез. В каждом слове была боль и обида. -Ложись спать, Роза. Ты устала. Я безумно хочу спать. — натянутое одеяло на голову, лишь бы не слышать её. *** А сейчас все бы отдал за разговор с ней. Но уже поздно. Поздно. Она теперь Чужая.она теперь женщина Дамиано. -Как же я себя ненавижу! — он выбросил в пустоту недокуренную сигарету. Схватившись за растрепанные волосы, сел на паребрик и зарыдал. -Роза. — я сел на кровать. — Хорошо, что ты все увидела. Я собирался сегодня тебе все рассказать. Прости меня, я поступил отвратительно. Но. Мы с Клаудией даже не целовались. Я не смог. До тех пор, пока не объяснюсь с тобой. — я посмотрел на нее. — Я очень тебя любил, Роза. Ты была и наверное останешься яркой вспышкой в моей жизни и душе. Я благодарен тебе за все. — в моих глазах стояли слезы. — Надеюсь, ты простишь меня. И очень надеюсь, что мы с тобой не будем врагами. — я смотрел на нее. -Ты правильно надеешься, Томас. — она застегнула чемодан. — Я не собираюсь с тобой враждовать. Как общались, так и будем. — она взяла чемодан в руки, подойдя к двери, открыла её, но обернулась на меня. — Желаю тебе всего хорошего в жизни, Томас. Эти слова сейчас отзывались дикой болью. Она уходила, а он позволил. Отпустил. Так легко. Словно ничего и не было. Было! И есть. Но только для него. Он встал. Шатаясь, но не от алкоголя, а от переживаний. Голова гудела. Сознание стало мутным. Резкий звук тормозящих шин. Яркий свет фар. Удар. Темнота. *** -Томас. Давай попробуем все сначала. Ведь не ты, не я никого не нашли за это время. — она нежно смотрела в мои глаза, поглаживая по моему лицу. -Я бы все равно пришёл к тебе, Роза. Я все время думаю о тебе. Постоянно. Я люблю тебя, Роза.