Гром

      Капельки пота стекали по спине. Бедра предательски дрожали. Растянутые мышцы жгло, вызывая дискомфорт. Ноги широко расставлены. Чужая рука надавливает на спину, заставляя лечь еще ниже. Сухие губы ловят рваные вздохи. Громкий стон боли вырывается против воли. — Аа-х! — локти упираются в пол, сопротивляясь сильному давлению. — Нежнее, пожалуйста, я так порваться могу. — Ты сам просил сделать это с тобой, — властный голос Мицуто дрожал от напряжения. На спине уже две руки, которые сводили меня с ума. — Я сказал шире ноги. Уже поздно отступать.       Стиснув зубы прогнулся ниже. Так и застыл. На заднем фоне голос Бритни проникал в мои мысли, даря каплю облегчения: Gimme, gimme (more). Gimme (more). Gimme gimme (more). — Может переключим это старье? — Завались, Бритни избавляет меня от мук, — найдя в себе силы показал другу средний палец. В последнее время, этот жест стал появляться чаще. — Блондинки рулят.       Устало вздохнув друг отпустил меня и подал бутылку воды. Выхватив ее из рук, жадно присосался к горлышку. Небольшая часть воды потекла по подбородку, проскользнув в ворот майки. Выпив все, с довольным стоном распрямил ноги, откидываясь на спину. Мицуто в спортивной форме присел на корточки рядом с головой. Положив локоть на колено, уперся ладонью в щеку. Синие глаза с исследовательским интересом пробежались по моей фигуре.       — Ты говорил, что занимался спортивной гимнастикой. Но по тебе не скажешь, — задумчиво проговорил Мицуто — Хотя должен признать, пластика у тебя довольно хорошая.       — Это было давно, в прошлой жизни можно сказать. — весело фыркнул. Ведь не соврал же. Реально в прошлой жизни. — Так что, надо наверстать упущенное. Что-то подзабил на нее.       Если быть честным, то со времен моего перерождения и слияния с Денки, даже не вспоминал. Как бы печально не звучало, воспоминания стали блекнуть. И если бы мы вовремя не слились, боюсь представить что могло случиться. Терять себя не хотелось. Но теперь я не та девушка, которая ценой своей жизни спасла сестру. И точно не тот Денки, мальчик убитый по злому року судьбы. Слитые воедино, сочетающие в себе наши самые лучшие и худшие качества. Мы Денки. Мы словно гром посреди ясного неба. И черт возьми, мне это нравилось. Хотя были моменты омрачающие радость.       Спортивная гимнастика это то, чем я занимался всю прошлую жизнь. Многочисленные кубки, грамоты, медали занимали все полки в комнате. Совсем малышкой, отец привел на первое занятие. Так радовался моим успехам. А мне нравилось делать его счастливым. Позже, после рождения сестренки и развода, отец стал пить. Перестал обращать на нас внимание, скинув воспитание сестры на мои хрупкие плечи.       Равнодушный родитель, это не то что хочет ребенок. Хотелось внимания, похвалы. И с каждым первым местом, каждой медалью. Болью и травмами. Ушибами, растяжениями. Пыталась увидеть одобрение и похвалу, в заплывших глазах. Иногда находила, иногда пустующее место в первом ряду заставляло сжиматься сердце. Со временем спортивная гимнастика, стала моим способом выпустить всю боль.       Сейчас же причиной вернуться в строй, стало желание выжить. Бой со злодеем, случившийся месяц назад, показал что любые умения спасут жизнь. Если бы не воспоминания из прошлой жизни, меня бы разорвало пополам.       Конечно, пируэты в воздухе, не очень хорошо сказались на теле. Каждая клеточка болела еще неделю. А может от того, что меня отделали как котлету. А потом еще надавали увесистым учебником по физике, университетского уровня.       Мицуто в гневе был страшен. В тот вечер мне показалось, что он вылезет из смартфона и надерет мне зад. Он все сокрушался, на мою способность притягивать неудачи. Буквально оставил меня на один вечер, как я оказался побитым.       Родители узнавшие об инциденте, вернулись домой уже на следующее утро. Жутко уставшие и обеспокоенные. Моему удивлению не было предела, но это стало приятной неожиданностью. Осмотрев меня со всех сторон, обнимали и так поврежденное тело. И попросили клятвенно заверить, что больше не буду впутываться в проблемы и неприятности.       Эй! Я не ищу проблемы, они сами меня находят. Я не какой-то там адреналиновый наркоман. Возможно слегка. Так, совсем чуть. И это они еще не знают, куда собираюсь поступать.       И вот прошел месяц, в тренировках не только физических, но и умственных. Честное слово, скоро буду сидеть на шпагате в окружении книг и тетрадей. Или отжиматься с сидящем на спине другом, решая задачи задаваемые Мицуто.       Хотя стоп. Последнее все-таки было. Друг не хотел, чтобы я отлынивал от учебы сосредоточенный на физических упражнениях и причуде. Поэтому совместил неприятное с полезным. Что из них что, решайте сами. Потому что сам пока не определился. Но было выматывающе. Порой казалось, что он испытывает наслаждение от моих страданий. Синие глаза предвкушающе блестели придумывая новое упражнение. Ну точно злой гений. Уверен, пока меня нет рядом, он занимается своим любимым делом. Пытается захватить мир. И ничто меня не переубедит.       Что странно, несмотря на все мои стенания и жалобы, мне нравилось. Да трудно, порой даже выть хочется. И это в первый месяц то. Но когда тело в очередной раз преодолевает свой предел, а причуда ластится в руках как кот, чувствуешь себя сильнее. Чувствуешь уверенность в завтрашнем дне. И восторг, от осознания, что становишься лучше.       После тяжелого дня мышцы приятно болели. Причуда выпущенная на волю сыто сворачивалась в груди, не пытаясь шандарахнуть молнией от сильных эмоций. Конечно все не идеально, нам еще работать и работать. До вступительных экзаменов осталось девять месяцев. Сейчас был конец июля, учебный год продлиться до конца марта. И где-то в первых числах апреля, нас ждет экзамен на поступление в Юэй. Кажется, что времени еще много. Но все мы знаем, как порой стремительно летят стрелки на часах и страницы календаря.       — Так и будешь валяться или пойдем перекусим чего? — друг ткнул меня в лоб, заставляя тревожные морщинки разгладиться. — Нам еще дополнительные задания делать.       Отмахнулся как от мухи. Мицуто встал разминая затекшие ноги. Серая футболка облепила подтянутое тело. На ней четко были видны потоотделения. В физических упражнениях Мицуто не отставал. Он по природе своей был высоким и ловким. Мы сразу поняли, что качка нам из него не слепить. Но сделать его ловким, выносливым, способным загонять противника, вполне. Способным побеждать не за счет своей силы, но за счет врага. В этом мы с ним похожи. Быстрые, юркие и гибкие. Словно лис и змей. Только у друга не было причуды, и порой наши спарринги ставили его в неудобное положение. Я предлагал не использовать свою причуду, но он отказался. Злодеи не будут столь милосердны. Признаюсь, первое время он протирал мной маты. Вот уж кладезь секретов и сокровищ. В тихом омуте, черти не такие тихие.       Почему-то, он ассоциируется с Черной вдовой. Та тоже не обладала супер силами. Но укладывала рослых мужиков на лопатки. А если уж друг освоит ее захват бедрами, то буду капать слюной и молиться на него.       Мокрые и вонючие ввалились в душевые кабинки спортивной секции. Стаскивая розовую футболку, полностью мокрую от пота, блаженно выдохнул. Прохладный воздух охлаждает разгоряченную кожу. Но не надолго, лето набирает свою силу. А лето в Японии особенно жаркое. Большое количество влажности заставляет покрыться конденсатом, спустя пять минут нахождения на улице. Сильный ультрафиолет, очень быстро покрывает кожу загаром. От чего меня совершенно не привыкшего к сильным солнечным лучам, покрывает золотистый загар. Заставляя лицо покрываться россыпью едва различимых веснушек.       Быстро вымывшись и оставив волосы влажными, уселся ждать Мицуто. Тот страдал сильной любовью к водным процедурам, по этому не став терять драгоценное время, разблокировал телефон, выключив бесшумный режим. Залез в любимую соцсеть, где искушающе блестело уведомление о сообщении. Прикусив губу нерешительно замер. Мне до одурения хотелось его прочитать. Я ждал ответа со вчерашнего вечера. С таким предвкушением, что становилось страшно. Страшно зависимым от этого чувства и человека.       Со вздохом заблокировал экран. С этим нужно разбираться в более подходящей обстановке, а не когда Мицуто с нескрываемым презрением смотрел в экран.       —Чувак, перестань пялиться в мой телефон. Тем более с таким видом.       — Он мне не нравится, — протирая волосы полотенцем пробурчал друг. Хватая черную футболку отвернулся от меня. — слишком грубый.       — Я мастер уворачиваться от тяжелого слова и сарказма. Он парень не плохой, просто слишком эмоциональный.       — Ты его даже не знаешь. — Мицуто стоял полностью готовый с перекинутой через плечо спортивной сумкой.       — Поэтому люди и общаются, узнают друг друга. — легко пожал плечами. Вообще-то в словах друга была доля правды, но ему это знать не обязательно. Потому что я тоже прав. Месяц общения в переписке, не дает особо погрузиться в человека. Но и равнодушным не оставляет. Пусть тот и не самый приветливый человек, но с ним интересно.       Не дождавшись от друга ответа, поспешил к выходу. Мицуто как-то обреченно зашипел, поравнялся со мной. Перед тем как выйти на улицу натянул на лицо маску. Прикрывая голову кепкой.       Первый раз когда увидел такие выходы на улицу в жару, чуть не раздел его полностью. Меня привыкшего ходить в самых легких и коротких вещах, повергло в шок такое количество ткани закрывающей кожу. Кто же знал, что японцы так переживают насчет кожного покрова. Нет я конечно знал, что популярностью пользуются бледная фарфоровая кожа, но не настолько же. Так что послав всех прятаться от солнца, открыл все возможные участки и даже не притрагивался к темным вещам. Естественно про защитный крем не забывал, рака кожи никто не хочет.       Мои розовые конверсы были единственной частицей гардероба, не пропускающей воздух. Белые свободные шорты, так и притягивали к себе желание их запачкать. Фиолетовая футболка без рукавов, колыхалась от редких порывов ветра. Бандана на голове была тем, с чем пришлось смириться, чтобы не получить перегрев. Выживаем как можем.       До кафе пришлось идти пешком. Велик, брошенный мной в том переулке, подорвался от причуды. От него остался лишь руль. Больше ничего. Было досадно, снова ходить в школу на своих двоих. Но уж лучше так, чем вообще не ходить. Пнул лежащий камешек.       Но это не значило, что мне нравилось в жару тащиться на своих двоих куда-либо. Разместившись в кафе под долгожданным кондиционером, не сговариваясь заказали холодную собу. Есть хотелось очень сильно, нагрузка на тело требовала больше еды, чем обычно. А жаркое лето, вводило свои правила. Были такие ощущения, словно если съесть что-нибудь горячее, можно получить перегрев всего организма.       В ожидании заказа, каждый сидел в своем телефоне. Сил на разговор практически не осталось. Меня все манило уведомление, игриво подмигивая. Поэтому не раздумывая открыл максимально тупую игрушку, скоротать время. Мицуто тем временем что-то остервенело печатал. Удары пальцев об экран и возмущенное шипение делали его похожим на раздраженную змею. Того и глядишь, высунется раздвоенный язык и вырастет длинный хвост. Друг был явно не в духе.       Даже когда нам принесли заказ, мелкий гений не отрывался от экрана. Порой тыкая палочками с лапшой мимо рта. Я же свой предусмотрительно отложил, не хотелось бы уронить или запачкать в соусе. Задумчиво прожевал холодную лапшу, поглядывая на друга. Еда снова не достигшая своей цели, соскочила с палочек падая на стол. Тот даже не заметив потери, засунул уже пустые палочки в рот, вызывая у меня веселый фырк.       Нда, это надолго. Мне даже стало интересно, что или кто, вызывает в нем такую реакцию.        Звук приходящих сообщений наконец остановился, и друг как-то устало откинулся на спинку стула. Откинув голову назад уставился в потолок.       — Что это было? — на всякий случай тоже посмотрел вверх. Может, там что-то интересное, раз друг уже минут пять пялиться.       — Сегодняшняя тренировка отменяется, — пробубнил гений, все так же уставившись в потолок. Нет серьезно, это уже напрягает. — Нужно наведаться к одному знакомому, возникли небольшие неприятности с деталями для моего проекта.       — Это к тому чуваку, который найдет что угодно где угодно? Мутный типчик, но у тебя никогда не было с ним проблем. Что случилось в этот раз?       — Все сложно и одновременно просто, — друг как-то обреченно вздохнул, опираясь на стол. — Скажем так, возникли сложности, чтобы незаметно доставить товар. И ему пришлось постараться больше обычного, чтобы все прошло гладко. Сумма остается прежней, но от меня требуется небольшая услуга.       — Это же не криминал, надеюсь? — задал я мучающий меня вопрос. — Спрашиваю на случай, если нужно будет прикрывать твой зад. Знаешь, убрать все улики.       Друг от такого аж поперхнулся и легко засмеялся, покачивая головой. Напряжение, сковывающее его, улетучилось.       — Я, конечно, польщен, но там нет ничего вне закона. Ну, может чуть.       — Отлично, тогда я в деле. Что за услуга? — прищелкнул пальцами, указывая на него. — Взломать Пентагон? Рассекретить базу пятьдесят один? Или построить ракету?       — Ага, еще скажи построить летающий костюм на ядерном реакторе, — посмеиваясь, сказал Мицуто, подпирев щеку ладонью. — Нет! Я пошутил, и не надо так смотреть. Не собираюсь создавать что-либо за гранью фантастики.       — Зря, идея-то классная. Припас бы его для себя и назвался "Железный человек".       — Ну, во-первых, костюм лучше создавать из титана, он более практичный. А во-вторых, «Железный человек» — дурацкое имя для героя.       — Явно лучше, чем «Капитан Знаменитость». — не согласился я, скривив лицо.       — Аргумент! — вскинул руки Мицуто, сдаваясь. — А если серьезно, просто починить и улучшить некоторое оборудование для его секции.       Положив деньги на стол чуть больше, чем нужно, подхватил свои вещи и потуже завязал бандану. Грудь щекотали искорки интереса. Раньше, все их встречи происходили без меня. Мне до чертиков хотелось посмотреть на этого таинственного поставщика. И тем более на второго человека, способного взбесить Мицуто, после меня, конечно же.       — Ну, пошли тогда, инженер-механик. Надеюсь, мы туда не пешком добираться будем.       Знал бы, сколько нам придется добираться до места встречи, захватил бы с собой переносной вентилятор. Вначале пришлось тащиться в метро, и, слава всем богам, там работал кондиционер. Дальше мы запрыгнули в пригородную электричку, забитую людьми настолько, что нам с Мицуто практически пришлось запрыгивать друг на друга. Я, конечно, его люблю, но не настолько, чтобы прижиматься в горячих объятиях, буквально. По моим ощущениям, выбрались из этой адовой машины, спустя целую вечность. И только втянул свежий вечерний воздух, думая, что наши страдания закончились, как он потащил меня в автобус.       Мокрый, потный и ужасно уставший, я сидел в последнем ряду с другом, подпрыгивая на каждой проклятой кочке. Как мне казалось, мы все дальше удалялись от цивилизации. Иначе как объяснить, что в нашем веке не могут нормально открываться окна в автобусах!       Подергав, ужасно упрямую задвижку, я сдался, и уставился на окно с вселенской обидой. Было скучно ехать в тишине и пялиться в проплывающие пригородные пейзажи. Моя жопа уже превратилась в отбивную из-за долгой дороги. А Мицуто снова уткнулся в свой гаджет, и казалось совсем не обращает внимание на вздыхающего меня. Оставалось неловко ерзать на сидении, пытаясь устроиться поудобнее. Затекшая задняя часть, не хотела внимать моим мольбам. Бросив попытки нормально сесть, стал отбивать на спинке соседнего кресла незатейливый ритм. Но вскоре мне это надоело и стал просто трясти ногой, чтобы хоть как-то занять себя.       — Дорогуша, если не прекратишь дергать мое сидение, сварю из тебя рамен и отдам своим внукам.       Сидящая спереди пожилая женщина развернулась ко мне, сладко улыбаясь. Отразив ее улыбку, положил руки на колени, перестав производить мельтешение. Угроза была принята к сведению. Бабушек лучше не злить. А то кто их знает, этих божьих одуванчиков. Сегодня они кормят тебя пирожками, а завтра уже кормят пирожками из тебя.       Смирившись с тем, что сильную активность проявлять нельзя, подумал растолкать друга.       Толкнул его коленом, привлекая внимание. Тот только протестующе промычал. Тыкнул пальцем под ребро. И снова никакой реакции, только еще сильнее застучал пальцами по экрану. На очередной кочке он съехал вниз и не предпринимал никаких попыток встать.       Все с ним ясно. Да его даже внезапное землетрясение не оторвет от телефона.              Мне ничего не оставалось, кроме как достать наушники и включить музыку. Тейлор Свифт нежно посылала бывших. Блондинки рулят, и я не устану это повторять.       Прислонил голову к стеклу, мир вокруг задребезжал. Автобус снова подпрыгнул, заставляя мой лоб встретиться с окном. Место удара покалывало. Ох, уж эти поездки, уже по рефлексировать нельзя.       Минут через тридцать мы наконец выбрались на свежий воздух. Даже слишком свежий. Оглянулся по сторонам. Типичная маленькая деревенька, находилась в окружении гор. Где-то вдалеке, фермеры трудились не покладая рук.       С громким шлепком, прихлопнул гадкого камара, решившего попить кровушки. Природа, блять.       Включил смартфон с обреченным стоном. Отсутствующие палочки связи указывали, что мы в какой-то залупе. Проводил печальным взглядом уезжающий и уже полностью набитый людьми автобус.       Схватив меня за руку, Мицуто потащил по маленьким деревенским улочкам, попутно здороваясь с мимо проходящими пожилыми людьми. Солнце нещадно палило, а стрекот цикад был оглушительным. Крошечные магазинчики были плотно прислонены друг к другу, и из них порой доносились звуки радио. В пригороде все было словно тягучим и не спешным. Казалось, что мы не идем, а бежим по раскаленной от жары дороге. Я уже думал, что бесконечные повороты и лестницы никогда не закончатся, как мы вышли на открытое пространство. Маленькая деревенька осталась позади.       Впереди нас виднелось длинное одноэтажное здание из кирпича. Около него собралась группа людей разных возрастов и размеров. Все они оживленно разговаривали. Тут и там раздавались взрывы смеха. Мимо пробежали дружным строем подростки в странной спортивной форме.       На входе стоял высокий рыжеволосый парень, и заметив нас, замахал руками. Да так активно, что я почувствовал фантомный ветерок на своем теле. Вот ведь, откуда столько энергии в такую погоду.       Видимо, друг подумал о том же. Раздраженно цокнул, и закатив глаза, уверенно пошел вперед. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.       — А вот и наш многоуважаемый Гений, — задорно сказал рыжий, разведя руки в стороны. — Смотрю, ты пришел с компанией. Ты меня удивляешь с каждым днем.       — Семпай, тебя удивить так же просто, как детсадовца. — Мицуто снова закатил глаза, скрестив руки на груди. — Это Каминари Денки, мой хороший друг и заноза в заднице. Денки, это мой Семпай Акутагава Киоши.       — А ты все так же остер на язык, мой маленький Кохай. — игриво повел сильными плечами Семпай Мицуто. — Приятно познакомиться, Каминари-кун.       — Взаимно, Акутагава-сан.       Я ответил на крепкое рукопожатие. Руки старшего были бледными и покрыты множеством веснушек. Зеленые глаза по плутовски проскользили по моей фигуре. От его пристального внимания, мне стало не по себе. Сдержав порыв прикрыться руками, вскинул подбородок. Расправил плечи и уверенно встретил его взгляд. Не на того напал, детка.              Что же, поставщика деталей, представлял немного по другому. В моей голове он выглядел как типичный якудза, покрытий тату с головы до пят. И обязательно смолящий сигарету. Либо лысый бугай, под два метра ростом и опять же, курящий сигарету. Рыжий долговязый парень, явно был спортсменом и не имел вредных привычек. Это разочаровывало. Похоже, пора перестать мыслить стереотипами.       Будто прочитав мои мысли, парень заинтересованно хмыкнул, и вернул свое внимание к Мицуто. Тот на наши переглядки смотрел с недовольным видом.       Семпай Мицуто хлопнул в ладоши, привлекая внимание. Его вид стал воодушевляющим и нетерпеливым. Голос звонко разлетелся по округе.       — Так, милый мой Кохай! Где хранится инвентарь, ты знаешь, там же найдешь нужные детали. И пожалуйста, будь нежнее с моими детками. Мы только недавно получили финансирование на новое оборудование. После того как закончишь, получишь свои финтифлюшки, для своих супер умных игрушек. А теперь, вперед!       Он снова замахал руками, чуть ли не с пинками под зад, подгоняя нас внутрь здания.       Когда мы зашли в складское помещение, я немного опешил. Да, до такого я бы точно не додумался. Прошел вперед, рассматривая висящие на настенных креплениях многочисленные луки для стрельбы. Их было бесчисленное множество: огромные деревянные, такие я, кажется, видел в учебнике по истории. Привычные классические, как в историях про Робина Гуда. И даже какие-то автоматизированные. В отдалении, от основной массы луков, висели колчаны для стрел.       — Да, чувак. Ты просто полон сюрпризов. — Задумчиво провел подушечкой пальца по тетиве, и тут же получил шлепок по руке.       — Если не хочешь, сам натягивать тетиву, лучше не трогай.       — Ух, понял. Руки прочь, — обиженно пробубнил, растирая ладонь. Можно же было просто сказать, чтобы не лез. — Так значит, это какая-то секция по стрельбе?       — Типа того, — друг поджал губы, рассматривая оружие, разложенное на столе. — Хватит болтать, лучше помоги.       Мицуто, закатив рукава и наконец сняв маску и кепку, принялся за работу. Он покрутил каждый лук с разных сторон. Разобрал их на составляющие. Покопавшись в большом деревянном ящике, вытащил на свет кучу деталек. Инструменты для починки, оставленные кем-то из секции, давно дожидались своего мастера. Разместившись вдвоем за огромным столом, каждый занялся своим делом. Мне Мицуто поручил искать определенные детали и откладывать их в сторону.       Он же взял в руки странную отвертку, и стал колдовать над автоматизированным луком. Сильные руки порхали, словно он уже раньше занимался этим. Каждое движение точное и уверенное. Он был полностью поглощен процессом.       Для меня это был словно темный лес, в котором не было просветов. Странные запчасти и еще более странные инструменты вводили в ступор. Уже после первых пяти минут, я перестал стараться понять или запомнить все махинации. Мне оставалось, лишь неохотно отбирать детальки изредка поглядывая на друга.       По моим ощущениям, мы сидели долго, вяло перекидываясь словами. На удивление мне не было скучно. Просто наблюдать за работой друга, было захватывающе. Жаль, что такая возможность выпадает не так часто, как хотелось бы. В основном, мне показывают уже готовый результат, и это расстраивает. Ставлю на свое любимое мороженное, что когда он делает все свои невероятные вещицы, выглядит просто божественно. Так же как и его изобретения.       А менее божественные, по скромному мнению друга, отправляются в утиль. Либо ко мне, как к человеку, который боролся за сохранение жизни тостера. Говорящая штуковина, вырвиглазного розового цвета. Упорно игнорирующая изначальную функцию, гордо стоит у меня в комнате. Выполняя функцию будильника и туповатого собеседника. Это совершенно абсурдная вещь, сразу же заняла особое место в моем сердце.        Теплый оранжевый свет, пробивался сквозь маленькое окошко, намекая, что пора закругляться.       Я распрямился, хрустнув спиной, покрутился из стороны в сторону. Размял затекшую шею. Все это сопровождалось, противным хрустом.       — Все, закончили. — Мицуто с довольным стоном откинулся на спинку стула.       — Круть, не хочется приезжать домой в середине ночи.       — А, кстати. Напиши родителям, что останешься у меня на ночь.       — Без проблем.       Вскоре по наши души явился Семпай Мицуто, проверяя нашу работу. Придирчиво рассмотрел каждый лук, чуть ли не облизывая. И оставшись полностью удовлетворенным, он вручил Мицуто черный пакет. Тот сразу же оказался в недрах спортивной сумки.       Разместив руки на наших плечах, старший повел нас к выходу, но почему-то не так, как мы добирались сюда.       — Как всегда великолепно, Кохай. Ты всегда был лучшим в этом деле, меня расстраивает, что ты не приходишь к нам поболтать. — По лисьи усмехнулся старший, стреляя глазками в сторону столпившихся лучников. — Даже не показал своему другу, наш великолепный полигон.       — Не вижу смысла. — Мицуто сбросил руку своего Семпая.       — Я тебя понял. В любом случае, тебе всегда рады. — Семпай поднял руки, сдаваясь. — Хорошего вечера, детишки!       Я посмотрел вслед удаляющемуся Семпаю. Тот выглядел, расстроенным. Опущенные плечи и чуть сгорбившаяся фигура говорили сами за себя. И еще та неуверенная улыбка, которой он наградил Мицуто. Конечно сквозь его игривое поведение, это не сильно заметно, но и я не дурак. Умею читать между строк и видеть подтекст. Сложить два и два. Порой кажется, что меня недооценивают.       Повернулся к другу, наблюдающему за молодыми лучниками со сложным выражением лица. Не было понятно, какое он чувство испытывал в этот момент. Порой, когда он не хотел выражать свои эмоции, прятался за такой миной. Прямо как сейчас.       — Выглядит классно, — сказал, наблюдая, как Мицуто нерешительно отводит взгляд. Ясненько. — Хочешь попробовать?       — Нет. Не думаю, что это хорошая идея.       — Почему нет? — невозмутимо спросил, закинув руки за голову. — Не похоже, что в этом есть что-либо сложное.       — Только на первый взгляд. На практике все намного трудней.       — Проверено на личном опыте? — от моих слов друг как-то вздрогнул и загнанно посмотрел на меня.       — Можно и так сказать, — скорбно поджал губы друг, давая понять, что это не лучшая тема для разговора. — Идем, не хочу оставаться здесь дольше необходимого.       Закатное солнце окрашивало летний вечер, в сотни оттенков оранжевого и красного. Цикады не прекращали свое пение. На улицах уютной деревушки, зажигались первые фонари. Уставшие фермеры возвращались домой. Мы заскочили в магазин, закупившись лапшой и бутылкой газировки. И когда мы, казалось, пошли в сторону автобусной остановки, как Мицуто свернул в другую сторону, подзывая меня с собой.       Мы вышли к большому традиционному японскому дому. Остановившись возле забора, друг стал копаться в своей сумке.       — Надеюсь, это не взлом с проникновением?       — Конечно, нет. Это дом моей бабушки.       Не успел удивиться, как друг нашел то, что искал. Загремела связка ключей. Открыв замок на воротах, мы прошли вглубь участка. Типичный японский дворик с зеленой травкой и странными деревьями. Вдалеке виднелся засохший пруд. Каменная тропинка вела прямо на крыльцо дома.       Ого, да тут даже есть веранда. Энгава, кажется. Атмосферненько. Жаль, что в большинстве современных домов она отсутствует.       Зайдя в дом, скинули с себя обувь и оставили ее в специальной зоне. Было впечатление, что дом застыл в своем первоначальном варианте постройки. Даже обстановка казалась, пахла старыми эпохами. Или это просто запах затхлости.       Татами, покрытое тонким слоем пыли, можно было назвать произведением искусства. Но все ее старинное очарование, разрушила современная кухня и провода электрокабелей, видневшиеся на стенах и потолке.       За окном уже начали сгущаться сумерки, и как назло, дом был полностью обесточен. Пришлось искать генератор и повозиться с ним, чтобы электричество снова заработало. Возможно, мы бы проторчали рядом с ним намного больше времени. Но мой желудок уже начал издавать оглушительные звуки. Поэтому, конкретно так психанув, не иначе как от голодухи, долбанул причудой. За что, тут же получил подзатыльник. Зато все заработало.       Заварив по лапше и прихватив бутылку газировки, присели на край веранды. Сёдзё за нашими спинами, оставили открытыми. Свет, наполнивший комнату позади, освещал вид на внутренний двор.       Ночь была душной и не несла прохлады. Не было даже малейшего намека на ветерок. Газировка неизвестной марки, стала теплой и неприятной на вкус. Лапша оказалась слишком горячей и не спешила остывать. Обожженный язык болел, вызывая слезинки в уголках глаз. Даже не вкусная газировка не могла помочь с жжением.       В отличие от меня, набросившегося на еду, Мицуто вяло ковырял деревянными палочками лапшу. Он покачивал ногами, временами замедляясь. Друг смотрел в никуда, погрузившись в свои мысли. Его глаза, покрылись тонким слоем печали. Уголки губ угрюмо изгибались.       Я громко сюрпая, ел свою умопомрачительно горячую лапшу, периодически поглядывая на эталонный образец меланхолии. Гениальный мозг моего друга усиленно раздумывал о чем то тоскливом.       Честно, я не хотел лезть с расспросами, как-то давить на него. Было бы правильно дождаться, пока он сам решит рассказать.       Почти пустая коробка из-под лапши, встала поперек горла. Пальцы сжали палочки.       Вот только я знаю, чем это может закончиться. Этот засранец залезет в свою скорлупу и скажет, что все нормально. Что все отлично. Замечательно. Просто великолепно.       — Не держи в себе. Разделить с кем-то свои переживания, не так уж и плохо.       — Говорит тот, кто просыпается от кошмаров. И что-то не спешит поделиться своей проблемой. — желчно усмехнулся Мицуто.       — Это просто кошмары. — отмахнулся от него, внутри себя морщась от наглой лжи.       — А это просто воспоминания.       —Ну, раз уж мы не хотим говорить о том что нас тревожит, — задумчиво протянул — Можем просто обняться? Дружеские обнимашки, спасут мир!       — Пожалуй, откажусь.       Он отставил свою порцию, так и не притронувшись.       Тишину, повисшую между нами, можно было бы назвать неловкой, если бы мы не знали друг друга как облупленные.       Наконец, что-то решив для себя, Мицуто поднялся, сунув руки в карманы спортивок.       — Пойдем, покажу кое-что.       Гений и просто хороший человек, притащил меня в просторную комнату без окон. В самом дальнем углу стоял домашний алтарь. Подойдя к нему, он зажег лежавшие благовония, и опустился на пол, сложив ладони в молитвенном жесте.       Переступив с ноги на ногу, вдруг почувствовал себя неуютно. Не зная, куда себя деть, я пристроился рядом, повторяя его манипуляции.       На мини-алтаре стояла фотография статной женщины. Форму глаз и губ, друг унаследовал явно от нее. Даже его родители выглядели на ее фоне как дальние родственники.       Отдав дань уважения предку и помолившись за ее лучшее перерождение, Мицуто как-то сдулся.        Поднявшись, жестом попросил оставаться на месте, и направился к стене. Нажав на механизм, он заставил ее открыться, являя скрытый тайник. Залез туда, и оглушительно чихнул от собравшейся пыли. Весь перепачканный вернулся назад, держа в руках черный футляр. Хотя это было больше похоже на огромный кейс.       Опустил его между нами и замер, нерешительно протянув руки к замку. Глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Дрожащими пальцами ввел явно заученный код, открывая содержимое.       Будто не веря, что он это делает, вытащил на поверхность какую-то изогнутую палку. Или не палку. Вытянул шею, желая рассмотреть получше. Нет, это точно что-то другое.       Держал двумя руками, словно сокровище. С любовью посмотрел, на черный лук. Печально улыбнувшись, мягко положил его на скрещенные ноги.       — Моя бабушка, всегда говорила: в балансе нужно держать не только голову, но и тело. Мицуто ласково провел пальцами по луку.       —Родители часто были на гастролях, оставляя меня с ней. Так что можно сказать, что весь путь взросления провел в этих стенах. Она научила меня многому и привела в секцию.       — После того как ее не стало, — прозрачные капли стекали по щекам и падали на зажатое в руках оружие. — Я взял его в руки, натянул тетиву и не смог выстрелить. Руки дрожали и не хотели слушаться. Казалось, что ничего не имеет смысла. Нужно было попробовать еще раз, но я не смог заставить себя.       — Ты бы хотел вернуть все обратно? Тебе же нравилось стрелять?       — Безумно.       Друг так и сидел на татами, роняя капли слез и сжимая лук, стараясь не поднимать на меня взгляд. В этот момент он выглядел надломленным и потерянным, словно маленький ребенок. Каждый раз больно видеть сдержанного и собранного друга, настолько сломленным.       — Тогда пошли. Давай, поднимайся! Чего расселся?       — Что, куда? Да подожди ты!       — Стрелять, куда же еще?       Схватив колчан стрел, лежащий в кейсе, потащил его во внутренний двор. Оставив друга на мгновение, подскочил к веранде, хватая недопитую бутылку. Поставил на крупный камень газировку, разворачивая к нам желтым боком. Ее все равно не жалко, та еще дрянь. И, довольный собой, вприпрыжку направился к замерзшему в растерянности другу, прижимающему к груди лук.       Предвкушающе потер ладошки. Не терпелось узнать, на что способен юный Леголас. Да и его грустная моська одним лишь видом разбивала мое хрупкое сердце. Не люблю, когда кто-либо отказывается от части себя. Особенно от той, что так нежно любима.       — Так, вот твоя цель. Вперед!       — Это плохая идея. — вцепился в руку собравшегося удрать друга.       — Думаешь, она хотела, чтобы ты бросал любимое дело? — да подлый ход, но самый верный.       — Нет, — пристыженно прошептал Мицуто.       — Давай, ты сможешь. — ободряюще потрепал по плечу, прежде чем отойти назад. Пожевав губу, Мицуто неуверенно натянул тетиву. Яркое оперение хвоста стрелы, выделялось среди темноты улицы.       Свист. Стрела пролетела, не задев бутылку. Друг болезненно зашипел. На его предплечье остался удар от тетивы.       От неудавшегося выстрела, Мицуто помрачнел. Стиснул зубы. С резким вздохом выхватил из колчана стрелу, готовясь к выстрелу.       По напряженным мышцам спины, ручейками стекали капли пота. Отвыкшие от оружия руки, подрагивали, мешая целиться. Стрела лежавшая на тетиве, ходила ходуном. Облизав пересохшие губы выстрелил.       Снова не удача.       — Давай, Леголас, — прокричал другу, от чего тот поморщился. — Это всего лишь бутылка. Будь на этом месте орки, от нас не осталось бы и кусочка.       Друг метнул на меня возмущенный взгляд. На это я лишь пожал плечами. Ну, простите, поддерживаю как умею.       — Мелкий полурослик. — пробормотал он, снова прицеливаясь.       Не попадая в цель, юный лучник все больше распалялся, стреляя с бешеной скоростью. Мне кажется, он даже не целился, выпуская подавленные эмоции наружу. Да, из него Леголас, как из меня Черная Вдова. На прекрасного лесного эльфа с таким настроем, он даже на троечку не тянул.       Воткнутые и лежащие на земле стрелы создавали печальную картину. Нетронутая газировка, издевательски ровно стояла на камне.       Огорченный неудавшимися попытками, он весь сжался, побелевшими пальцами цепляясь за лук. По телу пробежала дрожь. Он поднял голову, смаргивая набежавшие слезы.       Я весь подобрался, наблюдая за готовым сдаться другом. Причуда встревоженно блеснула на теле.       Беру свои слова назад, он самый настоящий Леголас. Только пусть не останавливается.       — Не могу. — хрипло сказал Мицуто.       — Можешь, — жестко сказал я. — А если нет. Что же, до утра еще достаточно времени.       Глядя на меня взглядом побитой собаки, до крови прикусил губу. Подцепив из колчана последний снаряд, сильно натянул тетиву. Замер, подобно змее, перед броском.       Ну давай же. Ты самый крутой лучник. Лучше, чем Робин Гуд и Соколиный глаз вместе взятые.       — Ты сможешь.       Громкий свист. Газировка разрывается, под мощно пущенной стрелой. Я громко выдохнул, не заметив как задержал дыхание. Из горла вырвался, восторженный крик. Щеки тут же заболели от широкой улыбки. От распирающих эмоций, подпрыгнул на месте.       —Да! Черт возьми, у тебя получилось!       Друг пораженно уставился на пробитую бутылку. Загнанно дыша, повернулся ко мне, сбитый с толку.       — Получилось. — неверяще повторил за мной — У меня получилось!       — Обнимашки!