Разговоры с самим собой

Проведя целые выходные вместе, Ваньнин и Мо Жань не просто лучше узнали друг друга, а, можно сказать, породнились уже, узнав друг друга от макушки до кончиков пальцев. Чу Ваньнин почти перестал думать о том, что может произойти и произойдет ли вообще и растекся в этой теплой атмосфере комфорта, словно снеговик от солнца, превратился в прозрачную лужицу и не жалел об этом совсем. А Мо Жань обнаглел в край: хватал мужчину за руки, обнимал и в последнюю ночь, проведенную вместе, даже позволил себе прижать к себе дерущегося, спящего человека, отчего тот не имел никакой возможности проявить все свое мастерство во владении кунг фу. Два дня прошли, словно поезд пролетающий мимо нужной станции. Куда то далеко, без надежды на возвращение назад. На урок физкультуры, Мо Жань не ходил никогда, зато ходил в кафетерий, на улицу, в магазин, к Ваньнину и, вообще, куда угодно. Конечно же, кроме уроков. Поэтому, сейчас он спал в пустом кабинете, положив голову на руки. У Ваньнина было какое то серьезное совещание, поэтому погонять балду у него в кабинете не было возможности и парень безучастно сопел на столе. Солнце прогрело светлый кабинет, приятно падая на лицо парню, заставляя Мо Жаня довольно улыбаться сквозь сон. Уютную тишину класса разрезал нестройный хохот и крики, очевидно, довольно большой толпы людей. Мо Жань поднял голову, чтобы посмотреть на нарушителей покоя: дверь отодвинулась и туда всей гурьбой ввалились с десяток амбалов. Все, как один, с разбитыми лицами, гадкими улыбками и одинаковым желанием: уничтожать все живое на своем пути. Среди них затесался какой то нескладный паренёк, намного ниже ростом всей остальной толпы. Он был тощим, с маленьким худым лицом, большими круглыми глазами, спрятанными за толстыми линзами очков. Парень уже был заметно потрёпанным, с оторванными пуговицами, расфигаченной губой и без одной дужки очков. На белой ткани рубашки видны разводы от крови, которая так же запеклась под глазом и на брови. Парня притащили за шкирку, как тряпичную куклу, втянули в класс и кинули на пол под одобрительные возгласы толпы. Мо Жаня никто не замечал, поэтому, парень, недовольно нахмурившись, наблюдал за этим представлением, нервно стуча пальцами по парте. Мо Жань никогда не был примерным ребенком. Он часто искал неприятности не только на свою пятую точку, но и на пятую точку всех своих друзей, которые, всегда оказывались рядом. Парень хмурился глядя на паренька и внутри поднималась какая-то странная волна эмоций, предвкушение, волнение, обида и злость. Так, что аж дыхание перехватывает, сердце билось сильнее, а все конечности слегка немели. Мо Жань медленно поднялся на ноги, слегка носком пнул воздух и подошёл к одному из амбалов. Тот был на голову выше парня и в два раза шире. Огромные плечи чувака полностью закрывали обзор на все происходящее внутри их маленького кружка, где полулежал паренёк уже без кокого-то желания защищаться или вырываться из цепких лап обидчика. Мо Жань хлопает одному и амбалов по плечу и когда тот оборачивается, то со всей силы врезает ему кулаком по морде. Парень отлетает назад и ударяется спиной о парты. Тишина. Несколько пар глаз поворачиваются на Мо Жаня, который трет запястье, криво ухмыляясь. В кабинете светло и солнечно, лёгкий ветер из открытого окна ерошит темную челку ученика класса 3Б. Мо Жань поднимает глаза на шайку перед ним. Темный огонек пляшет в карих радужках опасно поблескивая и сияя. Конечно же, он мог бы уладить все спокойно, мог бы не лезть. Мог бы, вообще, позвать учителя, но Мо Жань был бы не Мо Жанем, если в шило в его жопе не зазудело, поэтому он не старается замять конфликт, а идёт в наступление. Несколько человек подлетают к нему и хватают за руки, заламывая за спину. Пара ударов в живот и парень сгибается пополам, повиснув, как марионетка. Пацанчик в очках, увидев, что на него не обращают внимания, улетучивается из класса со скоростью звука. Мо Жань его не осуждает, сам понимает, что для парня так лучше. Во рту появляется лёгкий привкус железа, а воздух, буквально, вылетает из органов. - Ты гляди, кто у нас такой бойкий? - один из амбалов ухмыляется, наклоняясь к лицу парня. Мо Жань изподлобья смотрит на него, втягивая носом горячий воздух. Что-то непонятное проходит разрядом тока через все тело, каждая машца напрягается, а в голове, словно табун лошадей, скачут мысли. Они гневно пищат, кричат, требуют справедливости и расплаты, скребут своими готоками по черепушке, заставляя действовать. Боль в нижней части живота становится толчком, каким-то стимулом поднять голову, оскалиться, глядя на тупое выражение лица одного из амбалов. Мо Жань часто видел, как эта компашка издевается над другими. Видел, но ничего не делал. Перед глазами появляется взволнованное лицо Ваньнина. Как тот, с грустной улыбкой слушает ругань старшеклассника, двумя руками сжимая кружку чая, как психолог всем старается помочь, наплевав на себя и всем протягивает свои худые, шершавые ладони, стараясь защитить от всего мира. И Мо Жань хочет сделать так же. Он хочет равняться на Чу Ваньнина. Так же помогать другим, так же протягивать им руки, так же защитить самого мужчину. Парень резко дёргается вперёд итак же подаётся назад. Два громилы, удерживающие его,теряют равновесие, и Мо Жань успешно выворачивается из их цепкой хватки. Одному прилетает кулаком прямо в челюсть, второго отправляют в нокаут коленом в живот. Каждый удар отзывается болью во всем теле, жгучим удовольствием и надписью "я не боюсь", на рассченной коже. Самому парню несколько раз заезжают кулаком в нос, отчего, хлынувшая потоком горячая кровь, портит новую рубашку. Уши закладывает и Мо Жань сам удивляется, как ещё на шум не прилетели учителя. Хулиганы нападают на него снова и снова. Сменяют друг друга, налетая на школьника, как стервятники на гнилое мясо, нанося удары, хватая за руки и беспощадно лупя руками и ногами. Светит яркое солнце. Ветерок покачивает занавески, косые полосы света скользят по стенам, Мо Жань вытирает кровь с под носа, устало вздыхая и пытаясь выпрямиться. Невыносимо жарко, больно и тяжело. Напротив довольно высокого, для своих лет, парня - пять амбалов. Несколько из них валяются на полу, остальные же, скалятся, показывают зубы, шмыгая носом и рычат,словно из них сейчас пойдет пар. А Мо Жань жмурится, сжимает пальцы, не чувствуя земли под ногами, а перед глазами, как в калейдоскопе, плывут картинки, яркими пятнами, дребезжа и скача во все стороны. Он делает шаг, отдавая на него все силы, но этого становится недостаточно - один из хулиганов резко пригибается, срывается с места и, с диким криком, врезается прямо в парня, тараня его всем весом. Неожиданно, Мо Жань чувствует, как его тело теряет вес, он словно со стороны видит, что куда-то летит. Сзади слышится отвратительный шум и лязг, спину обдает острой болью и сотня иголок врезаются в кожу. Парень слышит свой крик, полный боли и обиды, он падает на пол и его сверху обсыпает ещё чем-то, что так же впивается в его кожу. Пахнет железом, серой и ещё чем-то отвратительным. Мо Жань весь сжимается, пытаясь ощупать свое тело, но от боли и усталости он даже не чувствует своих конечностей. Резко все замолкает. Слышен только вдалеке чей-то слишком удивленный вздох, смешанный с криком. Мо Жань приоткрывает глаза, слегка шевелясь и снова слышит звон. Вокруг - стеклянная крошка, сам он лежит на битом стекле вперемешку с обломками деревянного шкафа, вокруг него битые пробирки, стеклянные двери шкафа и другая химическая посуда. Парень снова двигается, тянет руки, медленно выползая. Все тело сковывает адская боль, стекло режет каждый миллиметр кожи, словно протыкает тысячами игл. Мо Жань медленно встаёт на ноги, глядя на хулиганов: те ошарашенно пятятся назад, кто-то убежал, как только услышал шум, остальные медленно уничтожают улики, собирая свои вещи. Или взгляд Мо Жаня со стороны слишком безумен, либо парень выглядит просто отвратительно или эти придурки просто испугались ответственности, но через несколько секунд они все исчезают. Мо Жань поворачивает голову, провожая их взглядом и резко замирает - Ши Мэй с застывшим выражением ужаса на лице, молча стоит, глядя на своего одноклассника. Он весь бледный, сжатый, будто антилопа в свете фар, медленно закрывает и раскрывает рот, переводя свои светлые глаза с Мо Жаня на разбитый шкаф. Сам Мо Жань молча стоит, откровенно не зная, что делать. И будет ли уместно что либо делать. Ротик Ши Мэя ещё раз открывается и наконец-то издаёт звук похожий на сдавленный писк. Но его крика уже и не надо - толпа учителей в один момент окружает их. Они кричат, охают, подлетают к Мо Жаню, рассматривая его со всех сторон и пытаясь узнать в чем дело. - Мо Жань, как ты разбил шкаф? - строгая женщина лет пятидесяти хмутрится, глядя в глаза побитому парню, который путается в собственных словах. Ее маленькое лицо с вздёрнутый носиком словно застывает, пытаясь все обдумать. - Я за пацана заступился... - снова начинает Мо Жань, дрожащим голосом глотая слова и запинаясь, - они мне вдарили и я им... По лицу.. я потом остановился... Один из них меня.... Три секунды прошло! Я уже здесь! Ничего не понял... Он въехал в меня... Парень морщится, указывая рукой на шкаф, пока медсестра ловит его движения, доставая стекло и обрабатывая раны. - Ши Мэй, а ты что скажешь? - строгая женщина переводит взгляд на испуганного парня, стоящего в стороне. Ши Мэй бледнеет ещё сильнее, отчего кажется, будто к его коже не приливает кровь. Он с опаской смотрит на Мо Жаня, словно на чудовище, отчего последний невольно ежится и охает, когда медсестра в очередной раз прижигает его раны. - Ну.. Я скажу правду, - Ши Мэй ещё раз косится на Мо Жаня, делая шаг в сторону, отчего Мо Жань напрягается ещё сильнее, не понимая, что Ши Мэй имеет в виду. - Я проходил тут и увидел, как Мо Жань в гневе все крушит. А потом он, как обезумевший... - Мо Жань давится воздухом громко восклицая "Чё?!" И делает такое выражение лица,будто Ваньнин перед ним разделся. Ши Мэй отскакивает в сторону, весь сжимаясь, а учителя вокруг как-то странно смотрят на парня, начиная перешептываться. - Как обезумевший, - продолжает Ши Мэй, - со всей дури кидается на шкаф. Я так испугался.. В Мо Жаня будто бес вселился, он был таким жутким. Я, конечно, знал, что из-за неумения контролировать гнев, Мо Жань может всякое, но это было слишком страшно... Ши Мэй уныло опускает голову, заламывая свои тоненькие пальчики, учителя согласно кивают, с сочувствием и испугом, смотря на виновника всего этого, а Мо Жань не верит в то, что слышит. Обида пробирает его насквозь, проедая дыру в его внутренностях. Как Ши Мэй, их честный и справедливый президент класса, может так безсовестно лгать. Зачем он так поступает.. Почему он так клевещет на одного из своих лучших друзей. Слезы наворачиваются на глазах, а обида ещё сильнее начинает скребсти своими кручковатыми пальцами по спине парня. Но вдруг, общий балаган замирает. По крайней мере для Мо Жаня. В толпе он видит знакомое угловатое лицо, с влажными глазами. Чу Ваньнин кутается в свою вязанную кофту, глядя прямо на Мо Жаня. Его лицо обсалютно спокойно, только губы сжаты сильнее обычного. Психолог чуть хмурится и качает головой, он вздыхает и его влажные глаза выражают лишь некое сочувствие. И тут Мо Жаню становится страшно. Он хочет сорваться с места, кинуться к Ваньнину, хватая его угловатые руки и прижать к себе, закрыть ему уши и бесконечно повторять, чтобы он не слушал, что Мо Жань не виноват, что Мо Жань хотел быть как он. Хотел помочь. Но Мо Жань смотрит на свои окровавленные ладони в мелких царапинах и понимает, что не может прикоснуться к Ваньнину "таким", не может заставить его верить только ему, Мо Жаню. Вокруг него - кабинет в стекле, учителя, медленно входящие в кабинет врачи, в коридоре - ученики, которые завтра будут его обсуждать, а на расстоянии вытянутой руки Чу Ваньнин, который смотрит на него, как на ребенка, что замарался в грязи. И Мо Жань начинает плакать. Он совсем не понимает почему слезы текут по его щекам, почему щеки так щипет, но он захлёбывается в рыданиях, вытирая руками лицо и делая ещё хуже, давится собственной беспощностью и никчемностью. Он же хотел как лучше, почему вышло именно так. Почему с ним так поступают? Неожиданно, он чувствует, как худая рука сжимает его запястье и притягивает к себе. Чу Ваньнин выходит вперёд, закрывая Мо Жаня собой. - Как школьный психолог, я имею полное право поговорить с этим учеником один на один в своем кабинете. А теперь, прошу нас простить. Ваньнин тянет Мо Жаня за собой, вытаскивая его через, внезапно, замолчавшую толпу учителей, а потом учеников, в светлый, пустой коридор.