Корзинка слов

      Иди сюда, рыбка моя, я тебя не обижу! Ап, оп, эть. Вот умница! Сейчас я поку…              Это что, это вы мне? А вы знаете, что ужасно неприлично к незнакомцам обращаться так невежливо? Что это еще за «кис-кис-кис»? И что, что я кот? С чего вы решили, что к котам можно так некультурно и фамильярно? Вот вам бы понравилось, если бы вас «кисали»? То-то же! А я тем более и не кот вовсе, мне вдвойне обидно.              В смысле «не кот»? В прямом смысле: не кот. А принц. Да, заколдованный принц! Как в «Красавице и Чудовище», только я не чудовище, я тоже красавец. И вот не надо мне такое лицо строить, я — красавец! Вот у меня какие лапки, и усы, и хвост. Хвост вообще моя гордость! Полоски ровные-ровные, как по линеечке, конечно, я же принц, а не просто дворняжка какая-то! Так что…              Нет, ну вы посмотрите: мало того, что он кисал мне тут, теперь еще и руки тянет свои немытые ко мне. Руки убрал! Убрал, кому говорю, не хочу я гладиться! Вот с чего вы решили, кто котам нравится, когда их гладит кто-то? Нет, ну это приятно, конечно, но не когда абы кто, а тот, кто нравится. Вы же, молодой человек… Хм, ладно, признаю, вы вполне себе ничего: глаза у вас симпатичные, голубые, как небо почти, а цвет волос почти как моя шуба — русо-золотистый, моя красивее, правда, и стрижка приличная, и фигурка не подкачала. Подкачиваетесь? Руки вон какие, бицепсы даже через куртку проглядывают, ножки стройные, крепкие, даже джинсы не мешают обзору. А какая у вас попа, я заметил, когда вы присаживались, как орех! Кхм, я отвлекся, да. В общем, даже если откинуть, что вы ничего такой, лапать меня не надо! И вообще, ничего мне от вас не надо, идите дальше своей дорогой, а я своей пойду — рыбу есть, пока ее никто не украл, чайки вон, сволочи, так и косятся на нее. Нет бы самим подлететь и с прилавка ее взять, как я делаю, нет, они так и норовят нас, котов, пусть я и не кот, не суть, ограбить.              Почему вы меня не интересуете? Смотрите так обиженно на меня, ваш немой вопрос на мор… пардон, на лице явно читается. Ну так, милый мой, я же сказал: я не кот. А принц. Заколдованный. И есть такая легенда, что когда меня полюбит кто-нибудь и поцелует, то я расколдуюсь, и мы с моей любовью станем жить долго и счастливо в моем королевстве. Я, правда, не знаю, где оно, но, уверен, как только проклятие будет снято — вспомню. Так что зачем вы мне сдались, я ж не гей! Вот мне бы девушку какую красивую, вон та ничего, видите, брюнетка идет. Сейчас я ей под ноги кинусь, она меня заметит, возьмет к себе и… Черт, рыба! Надо съесть сначала, а то чайки... Но брюнетка… Молодой человек, вы постерегите мою рыбу, пока я судьбу устраиваю. Хотя зачем мне рыба, если брюнетка меня заберет!              Девушка, девушка посто… А-а-а-а! Крыса, девушка, у вас крыса в руках, фу! А, это собака. Вот это морда! Страх какой. Фу, нет, с собакой нам не подходят, разворот на сто восемьдесят…              Ну и где моя рыба? Чайка, сволочь! А вы куда смотрели, молодой человек? Уж если заинтересованы во мне, так хотя бы рыбу мне сберегли. Эх, жизнь жестянка, придется снова воровать! А это у вас что? Колбаска? А какая колбаска? Я просто «Краковскую» не ем, от нее у меня изжога. А вот «Докторскую» — люблю. Это не «Краковская»? Мм… Это «Балыковая», с ветчинкой. Ну спасибо! Да, кладите, да, вот сюда, на поребрик. Спасибо, молодой человек! Ам-ням…              Ладно, можете погладить немного. Да, вот так, вот тут, по спинке. И между ушей. Да, приятно. Мур-р-р. Вы приходите еще, что ли, приносите колбаски, я хоть с вами и не смогу построить будущее, но подружиться — почему бы и нет. А когда стану снова принцем, я вас не забуду. Как забудешь, тут такие глаза!       

***

      О, добрый вечер! Да, я тут, где же мне еще быть. А вы колбаски принесли? А то рыбный ларек уехал, а я… Ну что вам говорить, сами все понимаете, мокро так, холодно, снегодождь этот проклятый, уже который день, замерз я жутко: и лапы, и пузо. А уши… Ой, уши — это вообще! А вы не приходили, а я даже немного ждал. Глупо, да, знаю, надо все же девушку, но ваши глаза и руки, такие ласковые, я запомнил, да.              Сегодня сосиска? Спасибо, я съем. Очень вкусно! Да, благодарю. И можно погладить, только с ушами осторожнее, они замерзли. Да, вот спасибо, что вы так бережно. Все же ваши руки… Мур-р-р! А еще нет сосиски?              Что, вы меня зовете куда-то? Куда? С вами? А куда? К вам домой? Правда? Ну я не то чтобы очень хотел бы, вы же помните, я не гей, мне девушка нужна, но такая погода сейчас, и зима на носу, а я… И рыбный ларек уехал еще. Я у вас перекантуюсь до весны, только до весны. А может, у вас подруги незамужние красивые есть? Да, иду, иду.              А может, на ручки возьмете? Все же у меня лапки. Вот спасибо, и под куртку, да. Ой, какой у вас одеколон вкусный! А как вас зовут? Дима? Очень приятно. А меня… Ладно, можете звать меня Максиком, раз вам так нравится. Красивое имя, благородное! Максимиллиан.       

***

      Так, это куда ты меня привез? Это что, это поликлиника?! Нет, это хуже: это ветеринарка! Откуда я знаю? О, я знаю, поверь мне, рассказывали мне бывалые! И я туда не пойду. Нет, и не проси. Сейчас как вцеплюсь в тебя всеми четырьмя! Или укушу. Вот за нос тебя цапну сейчас, будешь знать!              Обещал домой, в тепло, сосиску. Предатель ты! Эх, доверчивый я дурак, зачем согласился? Теперь не убежишь так просто, мы уже внутри. Не надо меня никуда нести!              Девушка, да, вы, в белом халате, меня удерживают силой, вызовите полицию! И откройте дверь, я сбегу. Не откроет, она же одна из них…              Что говоришь? Только осмотр? Знаю я твой осмотр: сначала ничего, потом градусник в попу, а потом яички отчикают. Да, мне рассказывал там один… Неважно. А я потом как без яичек буду с невестой? Евнухом, что ли? А как же наследник? Святым духом? Или аист принесет? Вот зачем вообще чикать яички? Говорят, чтобы не метил. А я что, дурак, что ли, метить все подряд? Я и так знаю, что мое, а что нет. И чужим могу сказать словами через рот, а не…              Точно только осмотр? Клянешься? Сто процентов? Ну ладно. Но потом купишь мне вкусняшку. Понял?! Я все же принц! И вот эту вот махалочку, эти перья так и просятся их сожрать!              Фух, все же обошлись малой кровью. Хотя градусник в попу — это так унизительно… Так, куда пошел? Вон у них на ресепшене продаются вкусняшки, в баночках. Бери мне! Да, и вот эту, с креветкой. Две бери! И махалочку не забудь.       

***

      Что ж, можно сказать, я не прогадал, когда ему доверился, Дмитрий будто понял про меня все и содержит как принца: корма элитные, заграничные, никакой «Краковской», новая мягкая лежанка из меха норки, искусственной, правда, но все равно, когтеточка из букле белоснежная. И на постели позволяет рядом с собой спать, а еще не ругает никогда, даже если я творю… всякое. Ну знаете, бывает такое у котов, когда вроде как и не хочешь, а что-то накатывает! И со мной он такой ласковый, такой нежный, так гладит, я просто таю. И называет так мило: Пушистиком, Усатиком, Полосатиком. Шпротой еще, но это когда я шкодничаю, поэтому не обидно, а даже смешно. Так что я даже счастлив, пожалуй. Да что там «пожалуй»? Счастлив!              И мне кажется, что я его люблю. Димку. Да как его не любить? Он такой… Добрый, заботливый. Веселый, у него смех потрясающий. И на гитаре он играет, а еще — поет. И готовит вкусно, хоть мне и не достается его еды, он говорит, нельзя, но я же чую, как пахнет, почти как из ресторана на набережной. И он хозяйственный, и аккуратист, и сильный, и спортивный, и вообще молодец! И… гей. Да, он гей, я увидел, как он… ну коты тоже так делают, только языком, а он себя рукой… А у него на ноутбуке, он там картинки бегающие смотрит обычно, когда не пальцем по кнопкам тычет, два мальчика лизались. А потом… Неважно. Стыдно вспоминать немного.              И я подумал, что если бы я превратился, я бы был согласен с ним! Я бы не просто согласился — я и сам хочу. Но только вот одна проблема: он со мной ласковый, заботливый, нежный, но вот ни разу не сказал, что любит, хотя много приятного шептал мне на ушко, а должен же сказать, чтобы я превратился. А если и не скажет? Мы уже столько вместе, я к нему и так, и сяк: и мурчу, и вылизываю его, и трусь о него, и по-разному еще нежничаю, любовь свою проявляю, а в ответ — тишина. И что вот делать? Ладно, буду надеяться, что он решится все же. Может, на четырнадцатое февраля вот? Оно как раз скоро.       

***

      А это еще кто? Дима, объяснись! Женя? Какой еще Женя? С какой стати ты его привел сюда? Четырнадцатого февраля еще! Я ему в кроссовки нассу сейчас, хотя я и приличный кот! Это что, это ты мне изменяешь? С ним? С этим вот! Это же безобразие! Как тебе не стыдно?! Я для него все бросил: улицу, рыбу, чаек, от девушек отказался, а там такая блондинка иногда меня гладила, между прочим! Позволил градусник засунуть себе сам знаешь куда, а ты! Предатель ты!              Сидят, на диване сидят. Я — под диваном. Четыре ноги их. Хочется вцепиться в лодыжку этого Жени прям всеми четырьмя, чтобы кровища полилась, разорвать его, как голубя. Это же мой Димка, мой! Но не буду, что уж, я приличный кот все же. Да и может, это временно все, и Димка все же…       

***

      Нет, не временно: Женя этот ходит и ходит все, месяц уже, даже несмотря на то, что я все же написал ему в кроссовки. Он даже не ругался, просто надел Димкины, а свои в пакет убрал и унес с собой, потом пришел в новых. Я вторые портить не стал, какой смысл? Но дело даже не в кроссовках: просто я вижу, что Димка, он с этим Женей… Ну ему с ним лучше, чем со мной: улыбается он шире, смеется еще заразительнее, и песни на гитаре играет веселые, а не заунывных этих Скорпов, и глаза его горят так ярко-ярко, словно солнышко там внутри играет. Красиво! На меня он так не смотрит. И Димка, я вижу, Жене очень нравится. Очень-очень: он так жмурится счастливо, когда Димка его целует, прямо как я, когда чешут между ушей. И мурчит он тоже иногда, когда Димка…              Да и Женя этот, кстати сказать, тоже ничего: симпатичный, умный, с книгами вечно какими-то приходит, Димке моему рассказывает что-то, а Димка слушает его внимательно-внимательно, потом они вместе готовят, Женька, кстати, иногда дает мне курочку сырую. А еще приносит мне вкусняшки, заграничные. И не шикает на меня, даже если я к ним лезу, когда они обнимаются на диване. А сам гладить начинает, у него руки тоже ничего, приятные.              И что же я своим негативом буду портить такое счастье? Я же люблю Димку, сильно-сильно, как я могу, я лучше буду наблюдать за ним и за него радоваться. К тому же, весна скоро, можно будет уйти, авось, встречу кого-нибудь, конечно, я едва ли смогу полюбить этого кого-нибудь, все же это будет не Димка, но вдруг.       

***

      Да, на ручки меня возьми, осторожно только, я поел пару минут назад. Угу, на коленочки. Да, вот тут погладь, между ушей, ага. Приятно! Да не выпускаю я когти, оно само, ты же знаешь. Ну купишь новые брюки, пожалел штанов он!              Что говоришь? Что-что? Дима, я не ослы… Он сказал, что любит меня. Что я его любимый кот. Он меня любит. Боже! А теперь целует. В макушку. И в нос. Неужели?! Сейчас, сейчас я превращусь. Сейчас! Вот теперь, я чувствую, как внутри что-то меняется, что-то увеличивается, что-то. Сейчас я снова стану человеком, и мой Димка будет мне мужем, и мы будем править моим королевством, а Женю… Женя будет наш друг!              Звонок, в дверь звонят. Нашли время! Погоди, Дима, секунду, я сейчас же превращусь. Вот, я уже превраща… Куда пошел?! Дима!              Женя пришел, его голос. Неловко как: сейчас он войдет, а тут я, принц. Голый, наверное, едва ли превращусь в одетого. И как все ему объяснишь? Ну расскажу, как есть, что теперь. Что они не идут? Целуются, что ли? Идите сюда, тут у вас принц!              Почему я не превращаюсь? Что-то не так! Может, Димке надо сказать, что он меня любит, еще разок? Дима! И поцеловать покрепче. Может, три раза надо?              Идут. Оба. Сели рядом, глядят. Да скажите вы мне что-нибудь! Не говорят — целуются. И меня гладят. Вдвоем. Димка меня снова целует в морду. Потом — Женя. Говорят, что я их любимый кот. Гладят опять, их руки встречаются на моей спине, чувствую, как они сплетают пальцы, смеются.              Что ж, похоже, вся эта легенда — большая ложь! Но с другой стороны… Я гляжу на них снизу вверх, вижу, как они светятся, когда их взгляды встречаются, как они дышат друг другом, какие они в этот момент, и думаю: а это и к лучшему, что я не превратился. Что бы я делал принцем? Жил в одиночестве, страдая по Димке? А так я его любимый кот! И Женин — тоже, а два лучше, чем один или вообще ноль. Так то!              Ну же, мальчики, от слов к делу, докажите, что вы любите своего котика: Женя, я же видел, что ты принес паштет с креветкой. Ну так давай, иди, открывай банку!