Корзинка слов

      Утро, восемь сорок. По телевизору — прогноз погоды, Стася замирает в одной туфле в коридоре, прислушивается, что там насчет дождя, обещают или нет. «В городе N сегодня без осадков, умеренный ветер». Стася надевает вторую туфлю, накидывает вместо теплой куртки легкий плащ, поправляет перед зеркалом волосы, челка совсем длинная, надо бы подстричь, вьется еще как-то по-дурацки, никак не хочет укладываться, хотя Стася ее и на бигуди, и на бумажки, и даже на «дайсон», Маринка давала попробовать на работе, но все одна фигня! А обстричь — будет еще хуже. Эх! В сумочку летят бумажные платки, с приходом весны этой опять напала аллергия, насморк и глаза слезятся, и так вечно ручьи под конец рабочего дня, а тут еще солнце это, песок, вообще не Стася — а рева-корова, фу! Обед в судочке на самое дно, чтобы не разлился и не попортил книгу, Стася читает любовный роман, хороший, очень. Там такая любовь! Следом в сумку отправляются мятные пастилки, расческа и наушники, Стася застегивает молнию, накидывает ремешок сумочки на плечо, проверяет в зеркале в последний раз торопливо, все ли ок, и выскакивает на площадку. И так уже почти опаздывает.        — Черт! Черт-черт-черт! — замок опять клинит, Стася уже давно собирается вызвать слесаря, чтобы посмотрел, да никак не выходит, вот и мучаются они с мамой каждое утро и вечер, уходя и возвращаясь с работы. И самое подлое, именно тогда, когда опаздывать совсем нельзя! У Стаси через полчаса мероприятие в библиотеке, дети придут на лекцию, а тут этот замок!       — Помочь? — голос сзади заставляет подпрыгнуть. Стася оборачивается резко, чуть не падая:       — Фух, что так пугаешь!        Лён стоит и улыбается во все свои тридцать два. Лён соседствует со Стасей, квартира наискосок, они ровесники, их матери дружат, и им бы дружить, а то и большее, но…        — Ой, неженка, — Лён цокает языком и, не дожидаясь ответа Стаси, оттирает плечом в сторону, берется за ключ. Щелчок! — Вот и все, — протягивает ключ Стасе, что растерянно его берет. — Там заусеница, похоже, на цилиндре образовалась. Или смазать просто надо, я вечером зайду, гляну. Давай, бывай!        Стася не успевает ничего ответить: ни спасибо сказать, ни сказать, что не надо заходить, Стася вызовет слесаря, ни попрощаться, — гремят берцы по ступеням, скрипит входная дверь парадной, хлопок — Лён уже на улице.        — Спасибо, — запоздало все же благодарит Стася пустоту, сует ключ в сумочку и спешит на работу.       В библиотеке все, как всегда: тихо, мирно, старушки — за детективами, мужички — за боевиками, школьники — за Чеховым и Толстым. Стася подпольно читает любовный роман, вздыхает в особо горячих местах и почему-то сегодня особенно часто вспоминает о человеке из квартиры наискосок. Лён…        В обеденное время Стася выходит на улицу. Греет солнце, легкий ветерок окутывает приятной весенней негой, Стася усаживается с книгой в сквере, открывает ее, но не успевает приступить к чтению, как громкие голоса выдирают из мира грез: «э, слышь! Ты че, опух?!». Стася, пусть и вообще ни при чем в этой ситуации, втягивает голову в плечи, смотрит поверх книги: на краю сквера, у гаражей, собралась компания местных. Нет, не то чтобы гопников, но все же тех, от кого таким, как Стася следует держаться подальше и в детстве, и в юности, и во взрослом возрасте: задир, хулиганов, нарушитель правил и норм. Стася даже в очках не очень хорошо видит, потому не может разобрать, кого сейчас там задирает компания, но один человек выделяется среди забияк, и его Стася безошибочно узнает. Лён во всем черном, и это теплой весной, длинные темные волосы, собранные в хвост, покачиваются при движении, Лён двигается, как дикий зверь, опасно и фантастически красиво, в руках — сигарета, которой Лён словно дирижирует этой толпой, своим хором. Стася ежится…       Лён. Они могли бы дружить, но… С самого детства слишком они разные. Стася — сама доброта, покорность и милота, и Лён — бунт, жесткость и дерзость. Стася — мамина гордость, высшее образование, работа в детской библиотеке, по вечерам — моделирование и сериалы по «России», Лён — девять классов, мамина забота, из занятий — перегонять тачки из Польши и помогать мужикам в автосервисе с разборкой. Стася — театры и музеи по выходным, Лён — рыбалка и пиво. Говорят, что противоположности притягиваются? Так-то оно так, но истории о барышнях и хулиганах только в любовных романах заканчиваются хорошо. А в реальности?..       Стася захлопывает книгу и уходит из сквера, не дожидаясь, пока Лён сотворит что-нибудь такое, что Стася не сможет простить.        Мама вечером после ужина уходит к соседке, Стася не успевает закрыть дверь, как на пороге возникает Лён. Оглядывается на дверь своей квартиры, куда только что вошла Стасина мама, пихает Стасю в грудь, заталкивая внутрь, захлопывает и закрывает на ключ дверь, замок даже не думает сопротивляться.        — Не могу, не могу больше так! — Лён прижимает Стасю к стене всем телом, обнимает крепко за шею и впивается жестким, страстным поцелуем в губы. Стася покоряется, стонет лишь глухо от легкой боли, когда Лён прикусывает губу.        — Давай поженимся, — говорит Стася чуть позже. Лён лежит на плече Стаси, рисует узоры на коже, отчего Стася ежится:        — Прикалываешься? — слишком яро реагирует на предложение — почти вскакивает, Стася тянет обратно к себе, на себя. — А что мамы скажут? Особенно, твоя. Она же меня не… И вообще: ты и я — это же… нонсенс! Где я, и где — ты! Мне нельзя с тобой, я же… ну не тот человек, чтобы с тобой. Я же…        — Плевать, — Стася загребает челку, наклоняется. — Я тебя люблю! Остальное — неважно…        Лён жмурится, прячет лицо у Стаси на плече, выдыхает горячо. 

***

      — В полном соответствии с Семейным Кодексом Российской Федерации, согласно составленной актовой записи о заключении брака, скреплённой вашими подписями, ваш брак, Михайловский Станислав Альбертович и Артемова Елена Викторовна, регистрируется. Объявляю вас мужем и женой. Ваш брак законный. Поздравьте друг друга!       Стася притягивает к себе Лён. Сегодня она в кипенно-белом против обычного черного. Улыбается широко и счастливо. Стася быстро вытирает выступившие слезы, целует свою жену. Все у них будет хорошо! Обязательно. Пусть он и барышня, а Лён – совершеннейший хулиган!