Сказка о том, как не сжечь ведьму

Март 1639 года

— Сядь прямо, — прошипел Люциус. Драко фыркнул, устраиваясь поудобнее на жёсткой деревянной скамье. Он вытянул шею и посмотрел, на какой странице открыт молитвенник у его отца; ему пришлось перевернуть три листа, чтобы не отставать. — Долго ещё? — застонал Драко. Он уже несколько раз успел изучить все окна в церкви, прежде чем окончательно заскучал. Острый взгляд отца напомнил Драко, что сейчас не самое подходящее время для вопросов. Сидя в первом ряду прихожан, семья Малфоев была на виду у всех горожан. Их статус давал им привилегию занимать самое почётное место. Не имело значения, что Малфои не исповедовали религию, принятую в стране, в которой они жили: поддерживать образ благопорядочных христиан было жизненной необходимостью, чтобы не выделяться из общей массы. Драко наблюдал, как бряцали пряжки, когда он то задирал носы своих ботинок, то стремительно опускал их, пока отец Фадж повторял те же самые проповеди, которые Драко слышал каждое воскресенье в течение последних десяти лет своей юной жизни. Могло быть и хуже, подумал он. По крайней мере, служба была на английском, а не на латыни. Казалось, прошла вечность, прежде чем Драко с родителями смогли вернуться домой. Было ли это случайностью, что Малфой-Мэнор располагался в самой дальней от церкви части города? Знакомый холодок пробежался по телу, когда они пересекли защитные чары поместья, выполняющие в том числе и охранные функции. — Фадж пригласил нас на чай в среду, — сообщила Нарцисса, когда они подошли к дому. — Скорее всего, он просто хочет попросить ещё денег для церкви, — ответил Люциус с явным безразличием. — Что мы, безусловно, и выполним, и совершенно не важно, будет ли он их тратить на церковь. Семья из трёх человек собралась на кухне, где Нарцисса достала волшебную палочку и разожгла огонь в очаге. Потом она произнесла ещё одно заклинание, слов которого Драко не разобрал, и небольшой грушевидный чайничек с серебряным оттиском семейного герба на боку завис над пламенем. Драко залез на стул, заняв своё место за столом, и надул губы. — Когда я смогу получить палочку? — он мечтал о собственной палочке не один год. — Когда тебе исполнится одиннадцать, — сразу же ответила Нарцисса. — Тогда ты наконец научишь меня контролировать магию? — Только если ты будешь демонстрировать блестящие результаты в школе, — звучный голос Люциуса пролетел над столом. — Именно так, — подтвердила Нарцисса, пока левитировала замысловатые фарфоровые тарелки, накрывая на стол. — Жизненно важно не привлекать к себе лишнего внимания. Никто не должен даже подозревать о наших способностях. — Я знаю, — нахмурившись, неохотно ответил Драко.

***

После обеда Драко бежал по пыльной грунтовой дороге с холма, направляясь в ту часть города, где жили его одноклассники. Пусть Крэбб и Гойл не блистали умом, Драко смог найти преимущества в дружбе с ними. Эта пара увальней никогда ничего не замечала. Они были такими рассеянными, что буквально не видели искр спонтанной магии, которые иногда случайно вспыхивали около него. А если они что и видели, их легко было обвести вокруг пальца. Они верили любой лжи, что Драко с умным видом преподносил им. Сегодня они встретились на центральной площади. Драко заметил, как два других их одноклассника бегали по улице, гоняя деревянные обручи, по которым постукивали палкой, чтобы те не падали. Первым бежал рыжий. Он был из очень бедного, но многочисленного рыжеволосого семейства; отец сразу же напомнил, что рядом с такими его не должны видеть. А другим был мальчик-сирота, которого все в городе жалели: его родители умерли от чумы, когда тот был ещё младенцем. Драко знал их обоих со школьной скамьи и не имел желания ещё больше времени проводить рядом. Драко мог поспособствовать тому, чтобы они перестали мозолить глаза. Он толкнул локтём Крэбба под бок, и на его губах появилась злая усмешка. — Ты это видел? — спросил он достаточно громко, чтобы его хорошо было слышно всей улице. — Нищеброд Уизли и Сирота Поттер развлекаются детскими играми. Разве вы ещё не переросли это? Один из обручей прикатился к ним, и Драко пнул его ногой, так что тот упал и почти угодил в канаву. Поттер посмотрел вниз на упавший обруч, а затем снова на Драко. Сирота Поттер сжал руки в кулаки; видно было, как он начинал злиться: — Подними его, Малфой. — С чего бы это? — беззаботно ответил Драко, делая вид, что не понимает, почему к нему обращаются. — Уизли лучше подойдёт для этого дела. Ему полезно батрачить. Тяжелый физический труд — на такую работу он только и сможет рассчитывать, когда мы станем старше. Щёки у Уизли покраснели. — По крайней мере, я не избалованный придурок, — выкрикнул он и толкнул Драко для пущей убедительности. От этого юный Малфой попятился назад, балансируя и пытаясь сохранить равновесие, но не смог и упал. — Ты пожалеешь, что распустил руки, Уизли, — крикнул Драко с земли. Он подал знак Крэббу и Гойлу, и в следующее мгновение мальчишки сцепились. Всё, что началось с нескольких толчков, быстро переросло в настоящую драку. Все кубарем катались в грязи. Уизли постоянно пытался добраться до него и пнуть, но у Драко выходило уклоняться. Поттер сцепился с Крэббом, ухватив того за льняную рубашку, а Гойл заносил руку, чтобы хорошенько врезать рыжему, но, поскольку был очень медлительным, чаще попадал по своим. Драко отполз, чтобы его не растоптали в этой заварушке, и оказался как раз около этого проклятого обруча. — Ох! Мальчики! Вы хоть когда-нибудь вырастете?! Драка прекратилась, когда к ним подошла девочка с пышной рыжей шевелюрой, её раздражение явно читалось на лице. Крэбб и Гойл попятились от Уизли и Поттера, и все они лишь обменялись взглядами с немым обещанием продолжить позже. Отряхнувшись от пыли, Драко встал, держа в руках обруч. — Ах, точно, — протянул он с самодовольной улыбкой. — То, чего нам так не хватало: теперь к нам приполз книжный червь. Гермиона Грейнджер предпочла проигнорировать этот комментарий, вместо этого бросив на него презрительный взгляд. — Не придётся гадать, кто всё это начал, — фыркнула она и посмотрела на деревянный обруч в руке Драко. — Отдай его мне немедленно. Гермиона наклонилась потянулась и попыталась выхватить его, но Драко быстро отшагнул и задрал руку с обручем вверх, чтобы она не смогла достать. — Если он тебе нужен, — сказал он с ухмылкой, — то забери. Драко быстро развернулся и побежал по дороге, обруч постоянно мешал бегу и хлопался о бок. Он оглянулся и рассмеялся. Её волосы развевались за её спиной, как знамя, пока она пыталась его догнать. Погоня несколько затянулась. Они пронеслись мимо лавок мясника, портного, кузнеца и просто испуганных прохожих, которые до этого момента пытались спокойно провести воскресный день. Драко ожидал, что Гермиона сдастся или, по крайней мере, выбьется из сил и вскоре отстанет, но она оказалась достойным противником. Даже когда они пробежали мимо последнего из лавочников, она гналась следом в секунде от него. Драко прибавил скорости и изо всех сил рванул в рощу, которая начиналась за улочкой ремесленников. В боку у него начало колоть, но он не собирался останавливаться. Она не могла его победить. Зная, что долго не протянет, он быстро оглядел деревья в поиске того, на которое мог бы забраться, уверенный, что она не полезет за ним: она же в платье. Он заметил подходящее дерево с удобной низкой веткой. Драко подпрыгнул и хотел уже было подтянуться, но Гермиона дернула его за лодыжку. — Верни его немедленно, Драко! — потребовала она. Гермиона потянулась и ухитрилась ухватиться за обруч, который висел у него на локте, пока он болтался на ветке. Она потянула сильнее, и Драко пришлось спрыгнуть, чтобы не упасть. — Он же не твой, — возразил Драко и дёрнул его на себя. Гермиона чуть не упала, резко качнувшись вперёд, но всё так же крепко цеплялась за обруч. Её лицо напряглось от усилий, которые она прилагала, чтобы вырвать обруч из его рук, а сжатые костяшки побелели. — Я сказала, отдай его! Она ещё раз дёрнула обруч, и в тот же миг раздался громкий хлопок. Они отлетели друг от друга, и между ними повис клуб дыма. Когда он рассеялся, то стало ещё более очевидным, что обруча больше не было. На земле среди старых листьев и мелких веточек лежали только мелкие угольки, которые остались от игрушки Поттера. Драко перевел взгляд на свои теперь пустые руки, а затем снова на Гермиону, и столкнулся с её округлившимися от шока глазами. Её лицо было полным изумления, а руки подрагивали, когда она отшатнулась назад, подальше от Драко. — Я… Что… Я не… Ты… — она сбилась, и выражение шока на её лице переросло в гримасу ужаса, когда на неё нахлынуло осознание ситуации. Драко был напуган не меньше, когда пытался придумать хоть какое-то оправдание, до конца не понимая, как всё это произошло. Магия. Другого объяснения не было. И Гермиона оказалась свидетелем его первой спонтанной вспышки. Её будет не так легко обмануть, как Крэбба или Гойла. У Гермионы была голова на плечах, и этот взрыв — не какие-то мелкие искры. Его прежних небрежных оправданий будет недостаточно. И всё же что-то не сходилось. Обычно Драко чувствовал, как магическая энергия текла вместе с кровью по венам и задерживалась на кончиках пальцев. Но на этот раз ничего подобного не было. Неужели он был так зол, что не заметил, как заставил обруч разлететься вдребезги? Но прежде чем Драко успел собраться с мыслями, чтобы заговорить, Гермиона уже убежала.