Солнце вышло покурить

- С тобой все хорошо? Ты ничем не болеешь? - тревожно спросила Лиза, осматривая меня. - Да вроде нет, что такое, ты мне скажешь? - Ты что-то мычал, покрылся потом и ерзал в разные стороны, ну живой хоть. - она настроена явно оптимистично. Я осмотрел помещение вокруг, вспомнил ночные приключения, но при это все еще не понимал, что происходит. Слышал какие-то приглушенные разговоры, наверное родители Лизы. Голова болит, хочется курить. Сильно и очень много. - Я домой наверное. - я стал искать свой рюкзак, он точно был тут. Новикова молча наблюдала за этим, даже не возразила что-то против. Видимо своим состоянием я её очень испугал. - Может тебе помочь дойти? - Спасибо, я сам. - сказал я, обуваясь перед выходом. Подруга бы мне мало чем помогла в моем состоянии. Не думаю, что у нее, не курящей девушки, найдется лишняя сигаретка, а если бы и была, зная Елизавету, она бы послала меня и не поделилась бы, жадина. Когда я вышел на улицу из подъезда то сразу вдохнул свежего воздуха после дождя. Просто стоял и дышал, сразу стало легче, думаю теперь я домой точно дойду. По дороге достал телефон и увидел пару пропущенных от мамы пару минут назад. Волнуется. Хотя бы сообщение оставил бы. Взял и молча ушел по среди ночи. Интересно, что она уже придумала себе. Я настолько торопился к Лизе, что все дельное и нужное, в данный момент, осталось дома. Я уже подходил к месту назначения. Было очень плохое предчувствие, из-за этого не хотелось заходить в квартиру. Хоть убейте, не хочу и все, словно что-то плохое меня поджидает. И, в принципе, я не прогадал. Зайдя на порог, я увидел обувь Кости у входа. Все таки пришел, не повезло, очень. Закончился рай для меня и снова эти пытки, и сожительство с этим уродом. Я сразу повернул в сторону кухни и отправился туда, машинально как-то получилось, увидел там, как обычно, маму. Она стояла боком и я успел увидеть, как она вытирает слезы со своих щек, меня это очень насторожило. Подошел к ней и обнял. Она пыталась что-то сказать, но слезы сами лились из её глаз. Мы присели за стол, подал ей воды. - Прости, что молча ушел, - прошептал я ей, приобнимая одной рукой, - Лизе нужна была срочная помощь, я не мог отказаться. Не могу спокойно смотреть как она плачет, у самого слёзы наворачиваются. - Все хорошо, ты в порядке? Бледно выглядишь. - Да, за меня не переживай, Костя что ли уже приехал? - не знаю зачем задал этот вопрос, это ж итак очевидно. - Час назад, обедать будешь? - Нет, спасибо. - ответил я, удивившись, что уже начало первого часа дня, и ушел в комнату. Тут я снова упал на кровать и уснул, в надежде, что в этот раз меня уже не побеспокоят. Стоит ли говорить про сон? Ведь рассказывать одно и тоже - не интересно. Все идет по кругу, я уже должен был привыкнуть к этому, но все равно это дерьмо пугает меня, до потери пульса. Просыпался периодически на пару минут, но этого хватало, что бы отойти от шока, если это можно так назвать. Окончательно я проснулся где-то через семь часов, ибо на часах увидел, что уже практически восемь вечера. Лежу, думаю о всяком, о прошлом и будущем, о врагах и друзьях, вспоминаю каждого. Загляделся на одну из детских фото на стене, я такой там милый, а отец, что могу про него сказать, всегда удивляюсь, как мама могла его в прошлом выбрать, ну, как для меня, не самый симпатичный человек. Костя, кстати, тоже не красавчик. У моей матери явно плохой вкус на мужчин. Я смотрел на него, отца, не могу понять, кого он мне напоминает. Кого-то такого я уже видел, или мне это приснилось... Летая в своих мыслях, я очень сильно испугался от громко захлопнутой входной двери. Выбежал в коридор, стоит мама перед входом, смотрит то на дверь, то на меня и медленно уходит в кухню, начиная плакать. Тогда я вообще ничего не понял. Сразу пошел за ней, сел рядом и стоял выбор: молча её успокоить и ни о чем не спрашивать или спросить и попросить рассказать. Выбрал второе, не знаю, что было бы лучше. - Что происходит? - Поссорились. И утром тоже. И вчера по телефону. Вань, я так устала. - смотря на неё, понимал, что еще чуть-чуть и у мамы будет срыв. - И ты его впустила домой. - А что мне оставалось делать? Он бы выбил дверь или еще чего-нибудь натворил! - Куда он ушел? - Я не знаю... Больше я не стал спрашивать, был очень зол на него, но понимаю, что ничего ему не сделаю. Не убью же я его, хотя очень хотелось. Тем не менее, мама пришла в чувства, заперла дверь изнутри и ушла к себе в комнату. На её лице не было эмоций, меня убивает то, что я ничего не могу сделать, абсолютно. Всё воскресенье я пролежал в кровати, иногда вставая в туалет и на кухню. Мне очень много писала и звонила Лиза, я ей написал, что не буду отвечать и игнорил её весь оставшиеся день. Я не спал, не мог уснуть, или боялся. Очень не хотелось увидеть снова этих людей, снова лицо человека, которого я даже не знаю. Покою мне не давала фотография с отцом, вот подозрительной кажется, а спросить про неё у мамы - как-то, что ли, неловко. Так же весь день, точнее его четыре часа, я потратил на чтение "Мастер и Маргарита" ведь я его так и не дочитал. Посмотрел еще сезон сериала, остался последний и всё, следующий сериал уже буду смотреть в следующей жизни, очень уматывает. С мамой даже не разговаривал, только привет-пока. Не думал, что скажу это, но хочу уже понедельник, лишь бы встретиться с Лизой, когда её нет рядом, чувствую себя уж слишком одиноким. Когда с ней были не знакомы, так я себя не чувствовал, вот как Новикова влияет на меня. Наверное хорошо влияет, не мне судить. Вечер воскресение. Я стою в душевой кабине под струёй воды и наслаждаюсь моментом. Какой же большой чек на воду прилетит. Вылез оттуда, протер рукой запотевшее стекло, внешне я явно выгляжу лучше чем раньше. Цвет кожи стал выглядеть здоровее. В глазах усталость и грусть. Улыбаюсь, но все равно не выгляжу счастливым, скорее похож на человека, которого заставили улыбнуться. В голове только желание, что бы это все поскорее закончилось. В принципе так и случилось, в комнате я увлекся чтением и несколько часов пролетели мигом. Даже этого не понял, пока не посмотрел на время. Утро. Получаю звонок от Лизы. Та, чуть ли не орет, спрашивает где я, ведь до звонка осталось примерно семь минут. Шикарно день начался. В принципе я успел, если не считать, что опоздал на пятнадцать минут. Не считается! Но Юрий Иванович так не думает. Поставил замечание в дневник, ну и ладно. Мог бы и простить, мудак. С Новиковой мы весь урок играли в крестики нолики, как самые лучшие ученики. Подруга побеждала каждый раз, когда на меня орал классный руководитель, надо было ручкой крестики ставить. Потом как-то мы перешли в морской бой, тут уже победил я, профессионал, что сказать. За мою победу Лиза побила меня тетрадкой, я пока еще не понял зачем, но было весело наблюдать за этим злым карликом. За эту кличку получал еще и пеналом по голове. И почему-то Юрий Иванович орал только на меня, Лизы словно тут нет, не честно! Новикова смеялась надо мной, когда меня аж выводили замечания учителя. Потом сидел бубнел себе под нос, какой Иванович идиот и вообще на кол его. Благо эта физика закончилась быстро и мы уматали на литературу, но перед этим зашли в столовую, где было очень много маленьких детей. Я пошутил, что Лиза с ними сливается, за это я чуть не получил подзатыльник. Зато было смешно. Наблюдали за битвой третьеклассников, которые боролись за булочку с маком. Ставили ставки, но в итоге победила их учительница, которая прекратила бой. Хотя бы денег этому гному не проиграл. В столовой мы засиделись и опоздали, на две минуты, поэтому это тоже не считается! Прибежали, в прямом смысле, к кабинету, зашли, увидели недовольного Артёма Юрьевича, извинились и сели за свою парту. Он же нам ничего не ответил. Весь урок обсуждали "Мастер и Маргарита". Кто бы сомневался. Я множество раз поднимал руку, но этот говнюк не обращал на меня внимание, за что? "Кто любит, должен разделять участь того, кого он любит." - эта фраза летает в моей голове уже дня два, если я не ошибаюсь. Даже не знаю, согласен ли я с автором. У меня есть еще много времени, что бы подумать над этим. Как придумаю ответ, то сразу надо будет с кем-то поделиться. Не одному ж с этой мыслью ходить. До конца урока я летал в своих мыслях, иногда отвлекаясь на вопросы учителя, ответы на эти вопросы я так и не озвучил, хотя знал что ответить. Звонок на перемену вернул меня в реальность, Лизе сказал что бы та шла на историю, пообещал ей, что не уйду домой. Не пошел с ней, ибо хочу задать пару вопрос учителю. - Извините, Артём Юрьевич - звучало слишком застенчиво, словно я ему в любви признаюсь. - Да, Вань, я тоже хотел поговорить. Если ты на счет олимпиады, конечно. - А, да, как раз за неё. - нихрена. Но это был один из интересующих вопросов. - Давай сегодня после седьмого урока встретимся, у тебя получается? - не хотелось конечно сидеть после уроков, ведь я планировал уйти домой спать или еще чего-нибудь, ну ладно. - Получается, естественно. - я уже ненавидел себя, за то, что согласился участвовать в этом. А отказаться как то стыдно, человек уже надеется на меня, а я возьму и просто кину всё. Не мой вариант все бросать, поэтому будем варится в этом котле до конца. Остальные уроки, а это история, биология и математика прошли очень нудно. На биологии я даже успел поспать. Кажется, что я сплю каждый раз, когда есть возможность, не скажу, что я не высыпаюсь, просто предпочитаю таким образом ускорять время. Оставалось еще два урока, но я решил слинять в библиотеку и переждать. Валентина Евгеньевна с удовольствием встретила меня. Даже чаем угостила. Во время обсуждений всякого с женщиной мне позвонила Лиза, никто не удивлен. Девушка негодовала, что я ушел с уроков даже ей ничего не сказал, а я, в свою очередь, доказывал обратное. Память как рыбки у нашей Елизаветы. В итоге она сказала, что обиделась и повесила трубку. Валентина Евгеньевна за этим всем наблюдала и мило улыбалась. - Девушка твоя? - спросила она, от чего я чуть не захлебнулся чаем. - Нет, вы что?! Подруга. - ответил я, все еще кашляя. - Она тебе нравиться? - я отрицательно покивал. Почему все хотят, что бы мы были вместе? Расскажу Новиковой, она умрет от смеха. Два часа прошли быстро, даже быстрее чем я ожидал. Попрощался с библиотекарем и медленно пошел на занятия. Не скажу, что был особо счастлив. Хотел опоздать, как обычно, на пару минут, но времени было настолько много, что опоздать не получилось. Зашел в кабинет, Артём Юрьевич уже тут. - Здравствуй, ты с библиотеки шел? - спросил учитель, только увидев меня. - Д-да, откуда вы узнали? - В окне увидел, что идешь оттуда. Начнём? Сначала он стал рассказывать о заданиях в прошлом году, я пытался слушать, но слишком засматривался на его глаза. Так же Артём Юрьевич написал мне целый список литературы, посмотрев на него, понял, что много чего из него я уже читал, но перечитать стоит. Я смотрел на задания прошлого года, они достаточно легкие, ну мне кажется. Сидя рядом с учителем я рассмотрел его красивую улыбку и глубокие глаза, они были как черная дыра, поглощали меня все больше и больше. Мне кажется, что он прекрасно понимал, мне сейчас далеко не до литературы. - Я понимаю, что моё лицо интересней олимпиады, но нужно готовиться. - сказал Артем Юрьевич и мои щеки залились красным цветом. После этого замечания, если это можно так назвать, я пытался на него не смотреть. Неловко получилось. Спустя час занятий я понял, что это не так ужасно как я думал. Еще понял, что Артём не такой уж и ужасный и придирчивый, как я изначально считал. С ним очень интересно вести диалог. Слишком умный, слишком милый. "Так, он мне не нравится, какой к черту "слишком милый", видимо Лиза слишком часто по голове била" - убеждал я себя, что просто поражен проведенным временем. Пришел домой, а мысли об учителе так и не прошли. Решил отвлечься и помогал маме на кухне. Она рассказывала как её мама, то есть моя бабушка, учила меня готовить. Очень милые истории. Мама выглядела счастливой сегодня, впервые за несколько дней. Меня радовало, что она больше не грустит или хотя бы виду не подает. Она расспрашивала о занятиях, я не упустил возможность и рассказал ей все, что можно знать. Так же слушал её истории о школьных годах и как она, так же как и я, уходила с последних уроков. Говорили о книгах, которые оба читали. Я удивлен, что нашел общую тему для обсуждения с ней. Давно мы так с ней не говорили по душам. - Книги — это переплетенные люди. - процитировала мама Пушкина, от чего я был еще больше удивлен.