А мы снимем своё кино, про любовь!

Столько бессонных ночей, столько драм, ругани, успокоительных… И они наконец это сделали! Несмотря ни на что, для каждого это были самые прекрасные месяцы их совместной жизни. В голову часто врываются воспоминания о том, как вечерами девочки всегда занимали все ванные, оставляя мальчиков грязными, как парни настойчиво стучали в двери, но девушкам было плевать, как в конце концов с этого они лишь громко смеялись и не думая о обидах и ссор. — тогда она прокричала… «Я люблю тебя!!!» — с наигранно-драматичным тоном сымитировал придуманный только что текст Эдуард. На его слова откликается Лера, героиня, которая и должна будет произнести это, кто бы мог подумать иначе, Никите: — нет! — устало выкрикивает девушка из общей комнаты, развалившись в кресле, когда рядом, на подлокотнике тихонько веером машет Аня, сочувственно глядя на подругу. — Лерочка, это сценарий! Да и пишем его мы с Нугзарчиком и нашими баб… Девушками… Ну почти. Я с девушкой, а Нугзар с подругой! А не ты! — чуть усмехнувшись, раскидывает по фактам Эд, неотрывно глядя в монитор. — да блин! Ксюшенька, Катенька, пожалуйста, прибейте этого… Выдумщика! — с мольбой в голосе просит уставшая от работы Минаева. — сорян, Лер, но меня он с Нугзаром уже женит, а у тебя просто признание! Мне сложнее… — и-и-и поце-елу-у-уй! — добавляет увлёкшийся писательством Перец. — его писанина всё равно пройдёт наше, бабье, редактирование, так что не ссы! — последнее, что ободряюще выкрикивает Ксюша, перед тем как разразиться раскатистым смехом. Все в кабинете Эда и трёх его редакторов, исключая наличие в нём Никиты и сестёр Минаевых, подхватывают задор девушки, делая хохот всё громче. — да что там такое?! — уже почти разъярилась Лера, вскакивая с кресла. — не-не, Лерочка, отдыхай, я сегодня допишу последнее и мы ведь за съёмку принимаемся, не забывай! Так что поспи, полежи, приготовься, — отводит тему разговора, нервно хихикая. — о Господи, мне уже страшно! — проговаривает Валерия, поднимаясь с кресла и собираясь направиться в сторону Эда. — Ле-ер… Бояться есть чего… — первым зайдя в писательскую и быстро пройдясь глазами по строкам, что были написаны самыми последними, оповещает её Никита. — Чпуньк, не спойлери! Будь другом! — не отрываясь от текста на экране, молит Эдуард. — мне же всё равно потом это учить, Эдюш! Так что давай я тебя сразу нафиг пошлю, чем во время съёмок мы будем с тобой ругаться, — глядя на недавно вышедшею из зала Минаеву, Никита вальяжно помешивает свежесваренный кофе из кофемашины и затаскивает её обратно, мягко, но не очень осторожно взяв девушку за руку.

***

      Первая, самая важная и чаще всего используемая локация — открытое поле, растянутое на множество километров. Неподалёку разрастается лесок, а совсем близко находится спуск к городу, который ребята приняли решение называть "оврагом". Начало первого съёмочного дня, ребята подъезжают к нужному месту на больших фургонах, в которых и будут жить, но об этом позже. Большое количество трейлеров размещаются вблизи к самой локации, но не касаясь её. Ребята перечитывают сценарии, в которых описана их первая сцена. Тяжёлое волнение окутывает каждого.       Друзья помогают друг другу успокоиться, съёмочная группа приносит кучу успокоительных. Всех будоражат страх, дикий интерес и адреналин, до мозга костей пробираясь своей навязчивостью.       Вика внезапно начинает безостановочно плакать, мелко дрожа и будто каменеет, скрючившись сидя на диване в своём вагончике. Даша, Коля и Родя всеми силами успокаивают девушку, но та никак не поддаётся ласковым словам и горячему шоколаду с привкусом валерьянки. В списке съёмок её ставят последней, дабы дать ей время успокоиться. Остаются считанные минуты, от чего у всей команды захватывает дух, чуть заплетаются языки и с лиц не сползают широкие улыбки. Все эмоции, всё происходящее за кадром записывают влоговые камеры, которым ребята часто машут, лишь бы отвлечься от столь тревожащих мыслей. Профессиональные видеокамеры уже настроены, кадры выстроены, операторы готовы, помощник режиссёра тоже, актёры первой сцены собраны, а значит…

«Мотор! Камера! Свет! ПОЕХАЛИ!»

— сцена первая, кадр первый, дубль первый. «Вступительная заставка. Эдуард и Екатерина», — диктует ассистентка оператора, резко захлопнув нумератор*, что с приглушённым стуком оповещает о начале кадра. Девушка скрывается с поля зрения камеры и сцена начинается.       Яркое пестрение факелов, выставленных в два раздельных круга вокруг Эда и Кати, что расположены друг напротив друга на приличном расстоянии. Перец тянется с Мясниковой аналогично ей, на лицах обоих почти неподдельный ужас. Девушка дотягивается до пальцев мужчины, сжимает их в своих руках и разбивает свой барьер из древесных свечей, туша огонь порывами ветра при их падении. Тянет на себя Эдуарда и тот втаптывает горящие брёвна, преграждающие ему путь, и пара сливается в крепких объятьях. Камера отдаляется и по боках пары загораются яркие свечи-фонтаны, перемешиваясь с цветными салютами на фоне. Обворожительно блестящая агония цветов потухает, свет картины гаснет и из рации операторов доносится восхищённое:

«Стоп! Снято!»

      Восхитительный кадр просматривается всей командой и с первого же раза номинируется лучшей. Следующий черёд приходится на три пары друзей, пожелавших сниматься вместе. С правой стороны спереди стоит Даша в фиолетовой толстовке с принтом панды и в широких штанах такого же цвета. За ней располагается Лера, так как она выше и в самом конце Аня на высоких каблуках, ведь рост у двух последних почти одинаковый. На Валерии тёмно-зелёный тонкий свитшот и обтягивающие леггинсы камуфляжной расцветки, а на Анне всё то же, но на пару-тройку тонов светлее. Слева лесенкой выстроились: Никита, что почти сто девяносто ростом, перед ним Костя и Артём. Ник в таком полюбившемся Лере коричнево-голубом бомбере, одетый поверх нежно-розовой толстовки и чёрных джинсах. На Тёме белое худи с рисунками треугольников и квадратов и грязно-синие джинсы. Костя стоит в небесно-голубой толстовке и светлых штанах.       Они стоят напряжённо, подготавливаясь к съёмке. Где-то вдалеке, сложив руки в карманы, на стуле режиссёра сидит хмурый Коля, глядя на плейбек монитор, где изображена стушевавшаяся Даша, по какой-то причине предложившая вместе с собой стоят не его, а этого смазливого Тёмочку. Вот, Цугленок видит, как к трём парам подходит гримёр, убирая ненужный блеск с лиц.

«Мотор! Камера! Свет! Поехали!»

— сцена вторая, кадр первый, дубль первый. «Вступительная заставка. Даша и Артём, Аня и Костя, Лера и Никита», — вновь продиктовывает девушка с шикарным каштановым конским хвостом и пары начинают исполнять подготовленный и отрепетированный «номер».       Ребята дружно поднимают правую руку вверх и дают друг другу «пять», показывают «класс» большими пальцами, отстраняются и начинают озорно смеяться, глядя друг на дружку. — сцена вторая, кадр второй, дубль первый. Ребята уже сидят на траве и держатся за руки, с улыбками на лицах рассказывая друг другу, у кого какой размер. Им не важно, что говорить, звук всё равно будет наложен сверху, а их голоса не будут слышны вообще. Камеры ходят по друзьям, снимая каждого по отдельности.

«Стоп! Снято!»

Так прошли и остальные сцены заставки сериала, саундтрек к которому уже записан.       К концу дня все были вымотаны, но, не смотря на усталость, вся команда безумно счастлива, что всё же согласилась тогда на этого предложение, ведь только первый день, но все уже представляют, насколько им будет классно ближайшие полгода. Далее решают оставить лишь часть актёров, отпустив остальных по вагончикам, так как начало холодать, многим хотелось спать, да и рабочий день заканчивается и отснять они могут успеть только одну сцену.       Артём, Нугзар, Эд и Даша — оставшиеся на последнюю съёмку перед сном, проходят к деревянному зданию, читая свои тексты. Шепча монологи, ребята жестикулируют, стараясь как можно реалистичней и красивее проговаривать и как можно лучше запомнить слова. И вот, когда все готовы, всё настроено и вся локация, выделенная для сцены, убрана точно сценарию, из раций снова доносится серьёзный голос Эдуарда, главного режиссёра.

«Мотор! Камера! Свет! Поехали!»

— сцена шестнадцатая, кадр первый, дубль первый. «Ночной разговор. Третий день», — ассистентка оператора пропадает и ребята приступают к делу.       Эд, Нугзар и Артём поднимаются по хлипкой деревянной уличной лестнице в старенький домик, как их подзывает Даша, крикнув откуда-то издалека: «эй, парни, подождите!». Мальчики останавливаются и вопросительно уставляются на подбегающую к ним девушку. Та произносит, подойдя к ребятам достаточно близко: — мне ваш дом перестраивать, или вы сами, «по-пацански» разберётесь? Перец спускается на одну ступень ниже и, немного подумав и оглядев друзей, отвечает: — да нет, Дашенька, перестраивай заказы других, а мы и правда, как ты выразилась, «по-пацански» разберёмся. Спасибо за предложение.       Та хмыкает и собирается уже уйти, как Виноградов одёргивает Эда, поиграв частями лица, будто намекая о чём-то. Мужчина делает вид, что понимает причину такого поведения его недалёкого друга, кивает ему и поворачивает голову на уходящую Минаеву, усмехнувшись парню. — Даш! Стой… Давай я тебе с… Ресурсами помогу? Или в постройке? — скромно спрашивает Артём, держась за перила. — а? Ну… Хорошо, давай, — отвечает, мягко улыбнувшись. По её игре заметно, что она изображает радость и у неё это хорошо получается. — пошли тогда сразу выясним, кто за что будет отвечать и спать разойдёмся? — светловолосый кивает и направляется в сторону девушки. Перец, проводив пару чуть насмешливым взглядом, обращается к Нугзару, мало понимающему, что и по какой причине сейчас произошло: — он меня в лесу спас. Там, где мы в овраг упали ещё, вот я ему и должен остался. Так-то я бы его фиг отпустил. Но… Сам понимаешь — долг… — ага. Ну ясно. А этот-то, ловелас, уже девочку завоевать себе решил! Мы тут с группой застряли недавно совсем, а он… Эх, далеко пойдёт, малец, — усмехнувшись, комментирует ситуацию Гибадуллин. — да-да, герой-помощник недоделанный, — поддерживает кудрявого Эд и они вдвоём поднимаются в их совместный дом.

«Стоп! Снято!»

<Конец второй серии>