В их глазах осколок океана

      — Тише, — шептал Такемичи, прижимая пальчик к своим губам. Парень поднимался по небольшим ступенькам. Любой скрип половицы отзывался гулом страха внутри парня. Все на миг замирало, ушки навострились, ожидая последующих звуков шагов со стороны комнаты родителей. Но к облегчению те уже спали крепким сном, ведь работу рано утром никто не отменял.       — Может я лучше через окно залезу? — прошептал Майки, наступая в очередной раз на скрипучую половицу. Отчасти это было сделано нарочно. И не важно каков будет исход ситуации, Майки в каждом случае выйдет победителем.       Если родители Ханагаки проснутся, то Сано может зарекомендовать себя как очень близкого друга Такемичи, а если особенно повезет, то и как человека, претендующего на звание больше чем просто друг в глазах родителей возлюбленного. Если его все же отправят идти через окно, то он узнает путь до комнаты парня. И тогда уже только бог может сказать насколько частыми будут их встречи по ночам.       — Мы уже почти дошли. Но, Майки, иди по моим следам, хорошо? — нашептывал Такемичи, проговаривая между словами молитву всем богам. Всем, кого вспомнил.       — Не так уж и громко, — Майки беззаботно переместился на шаг вперед и уже неожиданно для себя издал самый громкий скрип за все прошедшее время, что знал этот дом.       Послышалось копошение со стороны комнаты родителей. Не ожидая ни секунды, Такемичи выхватил руку Майки и за пару шагов преодолел почти всю лестницу, взмывая в воздух подобно птице. Пару шагов и двери комнаты Такемичи захлопнулась. Парни прислушались, ожидая шаги в сторону комнаты со стороны родителей, но таких не последовало, что вызвало лишь вздох облегчения со стороны хозяина комнаты и вздох разочарования со стороны его гостя. Ну ничего у него есть ещё утро, чтобы зарекомендовать себя.       Майки отвернулся от двери, уже представляя, как будет спускаться по этой лестнице утром. Легкие дуновения сквозняка будут раскачивать его белокурые локоны, что потоками струились прямо к его плечам. Вокруг все сверкало, а на заднем фоне щебетали птицы, ароматы цветущей весны летели со стороны открытого окна, заставляя окунуться в нужную атмосферу.       Родители Такемичи сидели за кухонным столом, попивая чай или кофе с белоснежных кружек, придерживая их за ручки. Среди них сидит Такемичи, что с неописуемым восторгом наблюдал за своим главой, восхищается им, смотрит с обожанием. И вот они уже все вместе сидят на общим столом, общаясь как самая настоящая семья. Разве много нужно для счастья? Завтрак в кругу семьи, обед в кругу семьи, ужин в кругу семьи, жизнь в кругу семьи.       Как же душа требовала снова почувствовать это светлое чувство, когда вся семья в сборе за одним кухонным столом. Эмма снова экспериментирует на кухне, пытаясь превратить свои старые блюда во что-то новое. Майки сонно лежал головой на столе, засыпая на ходу. Дед снова хмурится, читая новости, иногда поднимая глаза на Шиничиро, который опять начал разговор про свои мотоциклы прямо во время завтрака.       «Тебе нужно думать о другом», — почти каждый раз повторял глава семейства Сано, устало опуская глаза на страницы с текстом. Шиничиро смеялся, шутя, что для полного счастья ему только не хватает любящей девушки, а так у него все есть для жизни: любящая семья, любимая работа и отличные друзья.       Тогда это казалось такой обыденностью, ничего не обычного. Создавалось ощущение, что так будет всегда, и ничего не может нарушить устоявшееся. Изменения пришли как гром среди ясного неба, в жизни Майки начался град, что с каждым ударом приносил все больше боли. Закончилась ли такая полоса в его жизни?       — Майки, — Такемичи потянул парня за плечо, поворачивая его на себя. Парень будто отключился от всего этого мира, а взгляд выражал потерю и отстраненность. Глаза одновременно смотрели на парня и при этом смотрели в никуда, проходя сквозь Ханагаки. — Майки, Майки, — потянул парень, начиная трясти плечо парня в разы сильнее.       — А? — парень резко повернул голову в сторону Такемичи, глаза начали принимать нормальное состояние, фокусируясь на лице и на некоторых чертах Ханагаки. Взгляд цеплялся за обеспокоенные голубые глаза, в которых плескались волны безмятежного моря во время ясного дня. Озорные глазки также цеплялись за аккуратный носик, что дополнял лицо парня. Какой же он все-таки светлый мальчик. Разве он не чудо?       Майки улыбался своим мыслям, пугая Такемичи ещё сильнее своей сменой настроения. Его глаза от выражения полного отчаяния дошли до озорного состояния, а теперь и его улыбка на устах, из-за которой чувствовался конфетный привкус на губах, как от жевательной конфетки со вкусом клубники.       «И все же он странный парень», — думал про себя Такемичи, кусая часть своей нижней губы, слизывая сладость, которой там никогда и не было.       — Майки, с тобой все хорошо? — Обеспокоенные глазки Такемичи бегали сначала по лицу Майки, но от его глаз хотелось скрыться куда подальше, а щеки начинали пылать. Одежда, что парень держал в руках, чтобы они не спали в форме, была сжата пальчиками даже больше, чем это нужно было.       — Да, — Майки утвердительно кивнул. — А ты в порядке? Ты покраснел, — это вызвало тихий смешок со стороны главы, а щечки Ханагаки начали гореть ещё больше.       «Да что со мной?»— думал про себя Ханагаки, протягивая, нет, всовывая в руки Майки, футболку и шорты. — «Какой же я к черту взрослый, если меня подросток может довести до такого состояния только одними своими глазами? Я будто маленькая влюбленная школьница». — глаза снова пробежались по Майки, который рассматривал данную ему футболку без особого фанатизма и даже немного скучающим взглядом.       — Может поиграем во что-нибудь? — мимоходом проговорил Майки, стягивая с себя форму. У этого парня будто открылось второе дыхание, а усталость ушла куда-то на задний план. Такемичи даже разочарованно зевнул, почти скатываясь от усталости по стенке.       — Может уже в следующий раз? — рубашка парня полетела куда-то в сторону стула, где лежали прочие комплекты, подобранные Чифую сегодня же. У них не было времени все сложить, решив, что всем этим займется Такемичи после, но вот опять у него нет времени прибрать все обратно.       — А ты не против если я переночую у тебя ещё раз? — парень уже не замечал, как крутит бедную пуговичку на его рубашке раз пятнадцатый, никак не попадая в небольшую дырочку, заострив свой взгляд на теле парня напротив. Они бы переоделись в одежду для сна намного быстрее, если бы один не засыпал на ходу, стягивая с себя одежду, а другой бы не завис на теле первого. Замкнутый круг.       — Не против, — ляпнул первое же, что пришло в голову Такемичи, даже не задумываясь о значении своих слов. Об этих словах он подумает и возможно пожалеет уже после, а пока подушка казалась намного манящей, чем разумные мысли. Пара закончить этот слишком длинный день. — Тогда ложись на кровати, а я себе постелю на полу.       — Нет, — сразу начал протестовать Майки, усаживаясь на кровать, которую радушно ему предложили для сна. — Сейчас ночи прохладные, ещё не хватало, чтобы ты заболел из-за этого.       Эта мысль показалась крайне здравой Такемичи. И правда болеть ему сейчас нужно было в последнюю очередь. Но при этом он также не хотел отправлять Майки на этот прохладный пол. Да и сам Майки не выглядит, как человек, который освободит ему кровать. А наоборот, парень уже укладывался, отодвигаясь до самой стенки. Он освободил довольно приличную по размерам часть кровати, где точно мог поместиться Такемичи. Начало приходить осознание в голову Такемичи.       — Может я все-таки на полу? — проговорил Такемичи, доставая плед, что хранится в его шкафу на всякий случай. И вот этот всякий случай наступил.       — Мучи, — с серьезным тоном начал Майки, почти давя на парня. Своим голосом он уже говорит ему, вряд ли у Ханагаки что-нибудь получится. — Если ты заснешь на полу, то я перенесу тебя на кровать к себе. Даже если ты заснешь только утром.       — Я буду спать под пледом, — сразу поставил границы парень, ложась на кровать. Парень укутал себя в плед, поворачиваясь спиной к Майки, который прямо прожигал его взглядом.       — Мне главное, чтобы ты спал на кровати, — внутри себя парень ликовал. Его очередная задумка вновь закончилась успехом главы Тосвы. Руки уже тянулись, чтобы обнять парня, но пока было рано. Нельзя его напугать, особенно сейчас, когда они так близко лежат друг к другу.       Подождать пока заснет Мичи не заняло слишком много времени. Парень наоборот, как будто ждал, пока ему дадут лечь на кровать. Это не было похоже, как засыпают люди, это скорее выглядело как отключение машины. Только вот Майки нигде не видел той самой кнопки отключения на теле его Мичи.       Такемичи устало лежал в коконе из своего пледа и казалось, что он даже не дышал. Он был как хрупкий цветок, который Майки аккуратно вытянул из-под пледа, накрывая своим одеялом. Место уже было нагрето жаром тела главы Тосвы, Мичи точно не замерзнет. Только не с ним.       Руки сами потянулись к хрупкому телу паренька, прижимая его к своему телу. Такемичи перевернулся на другой бок, утыкаясь своим лбом в грудь Майки. Манджиро с замиранием наблюдал, как тянулось к нему это нежное создание. Между их лицами были считанные сантиметры, которые парень мог тут же превратить в миллиметры или даже в полное их отсутствие. Губы сами тянулись к спящему пареньку, но остановились не на столь желанных губах Мичи, а на его макушке. Куда в последствии в очередной раз за эти сутки уткнулся Майки своим носиком. Похоже аромат этого шампуня станет для него самым любимым. Но если этим шампунем будет пользоваться не Мичи, то принесет ли это столько же будоражащих и сладостных эмоций?

***

      Утро начинается не с кофе, а с разбития вдребезги всех ожиданий, что в своей голове строил Майки. Мичи под своей рукой он не нашел, ощущая пустоту и холод. А ведь он рассчитывал понежиться со спящим Такемичи, полюбоваться им и надолго запомнить этот момент, запечатлеть этот сладкий миг глубоко внутри себя.       Но вместо всего этого утро у Майки началось с не понимания, где он находится и почему его будит непонятное мутное пятно. Все же с его режимом большие проблемы, подумал Майки, переворачиваясь на другой бок. Одеяло покрыло все его тело, окутывая теплом. Парень находился будто в небольшой лечебной капсуле уюта, где хотелось находиться вечно.       — Майки, ну просыпайся. Ещё немного и мы опоздаем, — обреченно взвыл Такемичи, продолжая толкать плечо парня.       Сам Такемичи проснулся намного раньше будильника полным сил. И самое удивительное, что он не просыпался ночью из-за своей бессонницы. Наоборот на парня напал глубокий сон, куда он провалился, как в бездну, до самого утра. Это радовало, но ложкой дёгтя в бочке меда стало осознание где и с кем он спит. Плед валялся где-то за пределами кровати, а сам парень находился под одеялом вместе с Майки, который придерживал его, обнимая паренька. Дыхание Сано обжигало кожу, делая это пробуждение ещё более будоражащим. Одеяло еле хватало из-за чего близость парней была колоссальной.       — Майки, поднимайся, иначе больше не приглашу в гости, — Такемичи уже потерял надежду.       Он поднялся с кровати, думая, что придется оставить этот сонный комок дома, пока тот не придет в себя или хотя бы выспится. Но как по щелчку Майки поднял свою голову и вынырнул из-под одеяла, что-то бурча себе под нос.       — Иди тогда умывайся, а я сделаю нам перекусить, — Такемичи пошел на кухню, показав перед этим какая комната где находится. Жаль только, Майки, качающийся в разные стороны, понял, что утро не его время дня и лучше всего его переждать под теплым одеялом.       Но деваться было некуда. Кое-как Манджиро дошел до ванной комнаты, где посмотрел на свое отражение в зеркале. Это точно не тот прекрасный принц с золотыми локонами, а самый настоящий лохматый леший. Пряди завивались в разные стороны, не брезгуя крутиться вверх, создавая забавные спирали.       — Не таким я представлял это утро, — мощный хлесткий удар водой прошелся по лицу Майки, ободряя его хотя бы на время, пока не найдет снова место, где можно будет поспать. А будет это школа или какое-нибудь кафе дело вторичное.

***

      Такемичи ловко переворачивал лопаткой блинчики, ожидая, когда у него уже закончится тесто. Тесто, с которым парень все-таки переборщил, все ещё плескалось в кастрюльке. Он знал, что Майки любит сладкое и пока об этом думал, пересыпал и сахар, и муку и все остальное. Чтобы превратить эту смесь во что-то съедобное и нормально выглядящее в дальнейшем, пришлось сделать намного больше, чем хотелось.       — Если бы тут нужна была не щепотка соли, то я бы и пересолил, и просыпал, — проговаривал про себя Такемичи. — А ведь пробуждение казалось таким радужным, пока не открыл глаза.       Спустя время, пока Майки умывался в ванной и старался привести себя в порядок, Такемичи приготовил массивную башенку из блинчиков. На вопрос «что с этим делать?» долго думать не пришлось.       — Мучи, - с комнаты Такемичи послышался глухие шажки, которые по мере своего приближения становились все громче и громче. — Мне нужна твоя помощь.       Майки зашел на кухню с расческой, протягивая ее парню. Глаза притянули к себе блинчики с джемом.       — Это ты сам приготовил? — парень был приятно удивлен, добавляя это приятное качество в анкету Такемичи в своей голове.       — Да, я не знал, что ты кушаешь по утрам, потому решил приготовить что-то сладкое, — Мичи пожал своими плечами, складывая несколько блинчиков треугольниками. После этого они отправились в коробочки для обедов. — Приятного аппетита.       — А да, приятного, — Майки с набитым ртом проговорил, откусывая очередной кусочек от блинчиков. Расческа была откинула в сторону, а волосы закрывали часть лица Майки. Такемичи попробовал заплести волосы парню, чтобы те не спадали на глаза, но получилось подобие пальмы. Сейчас казалось, что Майки не особо и волновало, что у него на голове, а сделать лучше у Такемичи не получилось.       — Тебя такое чувство не кормили несколько лет. Ты же можешь не хватать все подряд, а нормально поесть.       Слова казалось прошли мимо Майки, что, не отвлекаясь уплетал блинчики один за другим. Такемичи уже начал думать, что зря он беспокоился о блинчиках, или что блинчики останутся. Можно было даже большую часть не прятать в контейнеры. Но как же красочно выглядят коробочки. Ими Ханагаки ещё пользовался, когда был в младшей школе. Какие яркие воспоминания. В своем времени эти контейнеры уже давно были переделаны во что-то другое на предприятиях по переработке. А теперь он снова может насладиться их видом, почувствовать то, чего стеснялся в своем подростковом возрасте.       — Это довольно вкусно, — проговорил Майки, наблюдая за смущенным лицом командира первого отряда. — Не думал, что кто-то может готовить на одном уровне с Эммой особенно из числа парней.       На самом деле Такемичи был очень даже рад, что его еду оценили по достоинству. В своем настоящем он уже дошел до такой стадии, когда при имении возможностей и ресурсов для готовки, а также при наличии навыков и опыта, готовить совершенно не хочется. Все чаще и чаще трудовые будни приносили только апатию и усталость. Чувство голода заглушали мысли о том, что Ханагаки явно свернул куда-то не туда в своей жизни. И все чаще в роли еды в доме выступала лапша быстрого приготовления из ближайшего к дому магазинчика. Из-за длительного самобичевания ушло желание ухаживать за своим домом, ухаживать за собой. Жизнь превратилась в существование без цели.       Реакция Майки на его готовку воодушевила Такемичи. Огонек уверенности начал приятно обжигать изнутри. Приятно, когда тебя ценят даже за такие мелочи, предавая больше сил уверенности в себе. Мичи не смог сдержать внутри себя свою яркую, но глуповатую улыбку, жуя один несчастный блинчик, который все не хотел заканчиваться.

***

      Время шло к школе. Такемичи пришлось сильно постараться, чтобы не опоздать, хоть сам и упрекал Майки все утро за медленность сборов. И вот теперь уже он пытается сделать на голове подобие прически, но все разваливалось, а лак казалось делал только хуже. Майки сонно лежал на кровати, наблюдая как Мичи собирается.       — Так сегодня алгебра, языки... а что ещё? — обреченно в спешке начал вспоминать парень, забывая при этом, что все тетради уже лежат в его портфеле.       Майки наблюдал за этим, как за спектаклем одного актера, за этим хотелось наблюдать. Интересно, когда они вырастут, Мичи тоже так будет метаться по комнате и собираться на работу, а сам Майки будет также вальяжно валяться на постели, ожидая окончания? Такие мысли не могли не вызывать улыбку у Майки.       — Мне кажется ты уже положил все, что нужно, — зевая проговорил Майки, поднимаясь с постели. — К тому же это школа, тут волноваться не стоит. Но если ты уж так сильно волнуешься об опоздании, то у нас есть ещё способ успеть на занятия.       — И каким же способом? — как только Майки услышал эти слова, то тут же усмехнулся, показывая через окно место, где стоит его мотоцикл. — Ну думаю это сработает, — у Такемичи просто не было выбора, но была надежда, что Майки не уснет по дороге, пока будет ехать, хотя сейчас Сано выглядит крайне бодро. — Тогда спускайся, а я проверю все ли отключено в доме, — Такемичи взял свой портфель и начал обходить все комнаты.       Майки кивнул и направился на улицу, пока Мичи обходил все комнаты дома. Благодаря этому он и не забыл, что приготовил коробочки для обеда для себя и для Майки.

***

      Дорога была относительно не долгой и даже достаточно быстрой. Особенно для Мичи, который привык преодолевать это расстояние сначала на метро, а после и пешком до нужного здания. «К этому легко привыкнуть», — подумал про себя Ханагаки, наблюдая за улицами и домами, которые были возле его школы.       Майки не было сложности доехать до школы Такемичи, ведь он наизусть знал это место и то, что находится рядом с ним. Уж больно много раз он тут бывал, что нашел короткие пути, о которых, по его мнению, не знал и сам Мичи.       — Ну вот мы и приехали, — даже немного грустно проговорил Майки. Ведь теперь после того, как Мичи сойдет с его мотоцикла, эта сказка закончится, будто ее и не было.       Часы показывали, что времени до начала урока было ещё предостаточно, что не могло не обрадовать Такемичи.       — Спасибо, Майки. А я-то уже думал, что мы пропали.       — Ну да, — пока задница Майки сидела на сиденье, одна из ног парня пинала одинокий камушек, что вынесло на территорию перед школой. В голове же парень думал, чем ему заняться после этого. Может поехать домой, пока там никого нет или поехать прогуляться? На удивление спать ему сегодня не хотелось.       — Кстати, Майки утром ещё оставались блинчики, потому я приготовил для нас это, — парень потянулся своей рукой внутрь своего портфеля, доставая один из ярких контейнеров, что казалось переливался на солнце.       Майки даже сначала не понял, что от него хочет Такемичи и почему он протягивает ему коробку для детских завтраков. Они уже давно не в младшей школе. Осознание приходило крайне медленно.       — Ну, зато тебе будет что покушать на обед, — со своей привычной смущенной улыбкой проговорил Мичи. До Майки наконец дошло. Руки сразу потянулись за коробкой, но вместе с ней забрали с Такемичи в свои крепкие объятия. — Ой, Майки, не стоит, — руки сами легли на его плечи, чтобы отстраниться от крепких рук парня.       Не хотелось, чтобы это видели окружающие, особенно зная, что для остальных этот парень рядом с ним не обычный Манджиро Сано, а самый настоящий Непобедимый Майки, глава Тосвы и человек, которой любого поставит на колени своими ударами.       — Ну, Майки, я, наверное, пойду уже, — проговорил Такемичи, закидывая портфель на свое плечо. — Увидимся тогда на собрании? Хорошо? - Мичи отстранился от Майки, с крайне смущенным лицом, оглядываясь по сторонам, чтобы этого не увидели одноклассники. На лице Майки озарилась нежная улыбка, наблюдая как нервничал Мичи. Тот запутывался в своих ногах и чуть не улетел в сторону.       На улице цвела весна, пора любви и создания чего-то нового. Так и в голове Майки в одно мгновение решилось, что сейчас он поедет в школу, чтобы все увидели какой обед для него, приготовил его Мичи. Майки сам едет в школу разве это не что-то новое для остальных?