В их глазах осколок океана

      Прошло 12 лет. С самого момента признания внутри Чифую было не спокойно. Часть парня уже понимала, что нужно будет прождать 12 лет, а вторая не хотела покидать чувство окрыляющей эйфории. Но все же тот момент настал, когда через рукопожатие он потерял своего Мичи, не успев насладиться им.       Таким образом шли дни, бежали недели, летели года. В один момент Чифую даже показалось, что того признания никогда не было, а его мозг это выдумал, чтобы обнадежить отчаянного влюбленного. Руки уже готовы были опуститься, но только одна мысль заставляла держаться на плаву, в будущем будет ждать его Мичи.       — Когда уже наступит этот момент? — проговаривал про себя Чифую, переворачивая их с Такемичи общий омлет на сковородке. Разными способами Мацуно смог уговорить Такемичи на съем общего жилья, он не хотел пропустить момент прибытия парня.       И комнаты раздался треск.       — Идем есть! —крикнул Чифую, но ответа не было. Он повторил снова и опять его ждало молчание в ответ. Парень не выдержал и поспешил в комнату. — Я сколько буду зва...       Пока парень говорил, на него смотрели растерянные глаза его Мичи. Чифую сразу понял, как только увидел.       — Что это за будущее, Чифую? — Такемичи растерялся, ещё никогда его приход в будущее не был таким уютным. Мягкая постель и котенок, что стал уже пушистым котом, под боком.       — Я так рад, что ты вернулся, — мысленно парень уже позвонил на работу, чтобы отпроситься, наврав что-то о своем состоянии. Такемичи сразу оказался в теплых объятиях. — Пожалуйста скажи, что у нас был тот разговор, где мы признались.       — Да, Чифую, — Такемичи мягко улыбнулся, понимая, что 12 лет срок не маленький и перед ним сейчас настоящий герой. — Я правда признался, что люблю тебя и больше никуда не уйду, — теплые руки поглаживали Мацуно по спине, успокаивая парня. — Прости, что заставил ждать тебя так долго.       Мацуно старался сдерживаться, но не выдержал. Повалив Такемичи на кровать, он навис сверху. Резко губы Чифую накрыли губы Такемичи. Это был горячий и долгий поцелуй, о котором долгое время мечтал Мацуно, а Такемичи даже боялся подумать.       —А мне не надо сегодня на работу? — залепетал Такемичи, сходя с ума от жгучих прикосновений к своим губам.       — Считай сегодня у тебя нет работы, — сегодня Чифую заберет свое за все 12 лет ожидания, доводя Такемичи до головокружения своими поцелуями.       Теперь Мацуно мог вечно смотреть на своего возлюбленного, вместе проводить свидания, начинать жить по-новому. Теперь у него есть все, что нужно для счастья: его любимые Мичи, которыми тяжело не любоваться, ведь в их глазах осколок океана.

***

      — Это было бы идеально, — мечтательно проговорил Чифую, представляя у себя в голове момент воссоединения с Такемичи, что спокойно спал у себя в комнате в этот момент.       — Опять погрузился в свои мысли? — раздался голос возле Мацуно, что тот аж неприятно поморщился. Майки смотрел на него, стаскивая с шкафчика сладости, что от него прятали. — Такими темпами ты спалишь наш завтрак.       — Не спалю, — фыркнул Чифую, заканчивая приготовление их общего омлета на троих человек. А если не смотреть с одного края, то ничего не подгорело, а даже наоборот.       Мацуно тяжело вздохнул, его мысли о романтическом пробуждении Такемичи разбиваются об один единственный фактор — и это Майки. Как бы не старался Чифую, но Майки не на шаг не хотел отступать от Такемичи, не хотел отдавать парня сопернику. И даже их разговор возле больницы несколько лет назад не произвел никакого впечатления на Сано.       — Если бы только Такемичи очнулся, он бы точно отвадил Майки, — недовольно проговорил Мацуно, перекрывая газ.       — Что ты там пробормотал? — недовольно проговорил Майки. В последнее время Сано казалось, что его соперник что-то затевает: все время поглядывает на календарь, а в некоторые моменты совсем не отходит от Мичи, от его Мичи. Вот бы только была возможность отвадить этого парня.       Некая напряженность витала в воздухе, проедая весеннюю погоду за окном. Уже большой, а некогда пушистый комочек, Мичи переворачивался на подоконнике с одного бока на другой. С годами кот становился ленивей и ленивей. Но напряжение между этими двумя не дает спокойно принять солнечные ванны в этот прекрасный ясный день. Потому, не желая дальше это терпеть, Мичи поднялся на свои пушистые лапки и направился прямо в комнату своего ещё одного хозяина, что, казалось, и не собирался просыпаться.       — Что-то ты в последнее время слишком подозрительный, — проговорил Майки, уплетая за обе щеки сладости. На душе было не спокойно, словно что-то должно было произойти.       Чифую уже хотел ответить, но его отвлек непонятный вскрик из соседней комнаты. Мацуно и Сано синхронно повернулись в сторону вскрика, понимая про себя, что есть один единственный человек, что мог издать этот звук помимо их.       — Такемучи!       — Такемичи!       Синхронно крикнули парни и тут же направились в нужную им комнату, сталкиваясь в это время в дверях. Никто из них не собирался уступать другому, чем скорее напоминали подростков нежели взрослых парней.       — Я первый, — раздраженно говорил Майки, отпихивая от себя Мацуно ногой. Но никто не хотел отступать. В итоге все закончилось падением Чифую и Майки на пол прямо напротив кровати Такемичи.       — Что тут происходит? — удивленный взгляд Такемичи встретился взглядом с не менее удивленными Мацуно и Сано.       — А ты чего кричал? Ты нас испугал, — обеспокоенно проговорил Чифую, поднимаясь на ноги.       — Меня Мичи напугал. Только я открыл глаза, а мне прямо на лицо прыгнул, — рассеянно проговорил Такемичи, стягивая со своей шеи ленивого котенка, что уже нашел себе теплое местечка и уходить оттуда видимо не собирался. — Какой же он все-таки большой и пушистый, —усмехнулся парень, поднимая кота на руках, рассматривая некогда маленького котенка, хотя для него он и правда был совсем маленьким котенком всего несколько мгновений.       — Он уже давно такой большой и пушистый, — Майки покачал плечами и с улыбкой плюхнулся на кровать возле Мичи.       — Для меня он ещё пару мгновений был крохой, — улыбнулся Такемичи, почесывая животик ленивому котику.       Эта фраза как гром среди ясного неба озарила Мацуно. Ротик слегка приоткрылся, а слова все никак не хотели выходить из него. Он столько ждал этого момента, чтобы все случилось именно так? Он хотел сделать это возвращение необычное, все-таки прошло 12 лет после их признания. А в итоге все вышло как всегда, тут даже не помогут гениальные планы Мацуно.

***

      — Ну что, Такемучи, ты готов? — Майки качался из стороны в сторону в проходе в комнату Такемичи.       Сано недовольно смотрел на стены комнаты, украшенные множеством красочных картин. Такемичи это радовало, вместо серых картин из его альтернативного будущего, после которых хотел впасть в депрессию, сейчас глаз не может нарадоваться столько ярким картинам.       — Да, я уже почти, — Такемичи усмехнулся, причесывая свои волосы, но Майки, что стоял в это время за спиной, подошел и рукой разлохматил волосы парня. — Эй, зачем? Я же долго их укладывал.       — А мне так нравится намного больше, — с широкой улыбкой проговорил Майки, отскакивая одним прыжком от Такемучи, что был явно недоволен поведением своего друга.       Но самым недовольным в этой компании все-таки был Мацуно, что сидел в зале их небольшой квартиры. Парень перебирал свои мысли в голове, сегодня все шло совсем не так, как он хотел: пробуждение Такемичи, Майки, что не отходит от него, будто у него есть хоть какой-то шанс на сердце Ханагаки.       «Или все-таки есть?»       Эта мысль плотно сидела в голове Мацуно последние 12 лет, закрепляясь каждый раз, когда Майки оказывается возле Мичи. И вот сейчас, когда его Мичи проснулся он не может провести с ним время и даже просто нормально поговорить. Все время возле него кто-то, а когда они пойдут на выставку людей будет и того больше. И это ох, как не нравится Чифую.       Это будущее не перестает удивлять Такемичи. Теперь он живет не один, а с Чифую и Майки. Два самых близких человека всегда под боком, но голова прекрасно помнила события прошлого для парня дня. Выписка с больницы, день в кафе и милое признание в любви, на которое Такемичи решился не сразу. А теперь ещё и приглашение на выставку от Сатоши. Пока что, это будущее по праву можно назвать настоящим чемпионом по приятным сюрпризам. А внутри все говорило, что многое ещё ждет впереди и сердце этому верило.

***

      Как со стороны, так и снаружи это здание выглядело как настоящий праздник: все вокруг яркое, наполненное красками, а сердцу хотелось петь. Весеннее солнышко пригревало, цветение вокруг давало ощущение новой жизни. В такие моменты особенно хочется взяться за себя, поменять свою жизнь и научиться чему-то новому.       Красивый мужчина стоял у самого входа, его вьющиеся волосы развивал ветер, тонкий пальцы держали небольшую папку. Это его первая крупная выставка, выставка внутри огромного города говорила о признании его таланта и взглядов. Этот парень смог пройти большой путь, изменяя себя, и своими картинами он сможет изменить остальных.       — Когда-то я считал, что у каждого человека есть своя судьба: у кого-то стать великим и вести вперед, а у кого-то пресмыкаться и следовать за лидером бездумной толпой, — голос раздался через колонки, заставляя большую толпу, что пришла на открытие выставки, замолчать. — В этом я видел свою собственную идеологию: кто-то горит ярким цветом, а кто-то потухает, так и не успев зажечься. И в этом я видел правду жизни, но это не так. Когда-то очень давно мне доказали, что это не так. Человек сам вершитель своей судьбы, кузнец своего счастья. И из бледного цвета с судьбой неудачника, один парень зажегся самым ярким светом, озаряя все на своем пути. Эта выставка посвящена таким людям, что борются со своей судьбой и побеждают.       Такемичи хоть и стоял в стороне, но в полной мере ощутил тот прилив вдохновения, что окатило его после слов Сатоши. Выдающийся парень художник, что ранее имел в своих руках одну из самых сильных группировок, стал не менее вдохновляющим спустя года. Красивый парень стал не менее красивым мужчиной с прекрасным помыслом и словами.       Выставка была объявлена открытой, а толпа неспешно последовала внутрь, создавая давку уже возле первых представленных работ. Все хотели запечатлеть первыми процесс изменения художника из «ваши цвета настолько блеклые, что не имеют смысла», до «каждый имеет шанс на изменение силы своего цвета и своей судьбы». Это прекрасная мысль, что должна изменять людей, представлена на не менее прекрасных полотнах.       Майки с безразличием наблюдал за полотнами, а также за людьми, что пришли на них посмотреть. Его не цепляли картины, он относился к них прохладно, особенно в моменты, когда Като раз в год отправлял одну из своих картин Такемичи, прямо на годовщину их драки. Такое особое внимание к Такемучи парню не нравилось, но и поделать он ничего с этим не мог.       Чифую хвостиком ходил за Такемичи, пытаясь выловить его хоть на секунду, но парень ходил то в одну сторону, то в другую, расхваливая работы Като.       Ни разу в своей жизни Такемичи не увлекался искусством. Он никогда не пел, если не считать похождений в караоке с друзьями, где их пение скорее напоминало крики диких животных. Это было классно отдохнуть так, выразить все сидящие внутри эмоции с помощью голоса во время любимой песни.       Он никогда не увлекался танцами. Ему было не до этого. Положение Такемичи в обществе и так было слишком хрупким, чтобы добить все танцами. Такое точно бы не приветствовалось в мире гопников, где показать себя можно было только в драках. А танцы принесли бы лишние синяки на и так вечно побитом теле парня.       Мичи никогда не увлекался живописью. Даже просмотр картин в галереях во время свиданий с Хинатой — было инициативой девушки. Такемичи лишь устало смотрел на полотна, пытаясь понять причину такого восторга у своей девушки. Хината была близка ко всему этому, но не он. Но сейчас с небес, будто явилось озарение и скучные полотна перестали быть плоскими и представляли из себя самый настоящий складень чувств и эмоций, которые так просто не передашь словами.       Чифую потянулся рукой, чтобы в огромной толпе поймать ручку Такемичи. И вот удача! Он наконец-то сможет его увести с этого места и нормально с ним поговорить, нужно лишь только потянуть за руку.       — Не хочешь погулять вдали от этой толпы?       Чифую улыбнулся самой обольстительной улыбкой, что есть в его арсенале и потянул парня за собой. И все было бы хорошо, если бы макушка Такемичи не уходила бы от Чифую в противоположную сторону. А рука, что держал Мацуно, оказалась рукой молодой девушки, и, если судить по ее взгляду, за Мацуно она была готова идти хоть на край света.       — А? — удивился Мацуно, отпуская руку девушке, что уже готова сама идти хвостиком за Чифую, пока парень взглядом искал Ханагаки, а его уже и след простыл. — Ну куда же он мог так быстро убежать? — негодования Мацуно не было предела, но делать было нечего.       И Чифую побежал на поиски. Краем глаза Чифую заметил, как макушка Такемичи направилась на выход с выставки. Неужели он устал и решил уйти? Но почему он ему ничего не сказал?       Чифую побежал, пока макушка Такемичи отдалялась от него все дальше от него. Из одного угла в другой и это преследование превратилось в догонялки. Но как бы он не старался его догнать, шагающий Такемичи все равно оставался впереди.       — Чифую, ты куда бежишь? — с легкой усмешкой проговорил Мицуя, что выходил в это время с магазина одежды. Рядом стоял Хаккай, хотя его было сложно заметить за кучей пакетов с одеждой, что тот тащил после покупок магазина.       — Вы Такемичи не видели? — остановившись на пару секунд, Чифую побежал дальше. Ему не хотелось окончательно потерять парня из виду.       — Видели, он побежал в ту сторону, — целая куча пакетов, а по совместительству рука Хаккая указала в сторону, куда пошел Ханагаки.       — Хорошо, спасибо, — Мацуно, не желая останавливаться побежал дальше.       — Что у них за догонялки, — с легкой улыбкой родителя проговорил Мицуя. — Совсем уже как подростки.       — Таканчик, так зачем мне столько одежды? У меня и так шкаф ломится, — из-за пакетов раздался усталый голос Хаккая. Поход по магазинам начался с самого утра и до сих пор продолжался, не собираясь заканчиваться.       — Скоро мой показ, где ты будешь уже не в роли модели, а в качестве моего мужа, — с нежной улыбкой проговорил Такаши, откапывая в пакетах лицо Хаккая. — И ты там должен быть самым красивым.       От такого взгляда со стороны Мицуи, Хаккай был готов взлететь прямо до небес. Сколько они уже вместе, но все равно от вида Таканчика в груди сердце не унималось и билось, как бешеное, разбивая грудную клетку мужчины. Со стороны Шиба младший выглядит, как дурачок с красным лицом, но именно таким дурачком и хочется быть: влюбленным и счастливым.       А Мацуно в это время продолжал свой путь вперед. Только он пробежал мимо одной влюбленной парочки, как тут же наткнулся на другую: Доракен и Эмма.       — Я же просила умыться, — недовольно приговаривала Эмма, вытирая влажными салфетками лицо высокого парня, что видимо только оторвался от работы и повел свою любимую в кафе братьев Кавата.       — Я и умылся, — недовольно проговорил Доракен, но все равно подставлял свое лицо и руки ближе к девушке, чтобы той не пришлось приподниматься на носках.       — А я этого не вижу, — девушка устала и уже достала почти полностью использованную большую упаковку салфеток, что говорило о частоте подобного мероприятия.       — Кенчин, ты как всегда тормозишь, — с издевкой проговорил Майки, что устал от выставки, а как только узнал, что сестра и Кен направляются в кафе, решил составить им компанию.       — Сейчас получишь, Майки, — зло проговорил Доракен. Он и так был смущен этой ситуацией, а Сано только подвивал масло в огонь. Уж лучше бы он и правда умылся в мастерской, но каждый раз забывал и скорее бежал к Эмме.       — Сначала приведи себя в порядок, — с хитрой улыбки проговорил парень, начиная пробовать украшения из порции Кена.       Чифую с улыбкой посмотрел на них, но его путь продолжался. В голове всплывали моменты 12-летней давности. Это было не самое приятное воспоминание, но именно тогда ему и Майки удалось расставить все точки над и.

***

      В тот самый миг Чифую не мог усмирить внутреннюю дрожь, которая колотила изнутри его тело. Вроде наконец-то все закончилось, но паника все равно никак не хотело покидать тело юного парня при виде своего возлюбленного на больничной койке. Вид избитого Такемичи не мог оставить никого равнодушным, независимо от отношения к нему.       — Бедный, — проговаривал Чифую, осторожно перебирая своими пальчиками пряди побитого парня. Волосы Ханагаки были в пыли, а на некоторых были капли крови, которые попали на них во время драки.       С одной стороны, Чифую чувствовал гордость за Ханагаки, но также он никак не мог унять чувство злости на самого себя. Он слишком задержался и допустил то, что сейчас Такемичи лежит и не просыпается, а это он не может себе простить.       Чифую так и продолжил бы заниматься самобичеванием, если бы двери палаты не открылись, а за спиной парня не послышались бы шаги. В палату зашли. Мацуно сразу повернулся, переводя свой взгляд на пришедшего и сразу столкнулся с черными, как омут глазами. Майки зашел в палату, двери за ним закрылись, а сам он устроился возле койки Такемичи.       В палате зависло молчание, которое никак не хотело заканчиваться.       — Это я виноват, что так вышло, — Майки еле нашел себе место, тело не хотело слушаться. Дрожь охватывала парня, но как бы он не хотел этого скрыть, он был обеспокоен состоянием Мичи. Он боялся, что с Такемучи что-то случится, но в итоге именно это и произошло.       — Это все Кисаки, его заговор с Сатоши Като не должен был закончиться ничем хорошим, — проговорил Чифую, не отрываясь взглядом от Такемичи, что все ещё лежал без сознания. — Твоя вина только в том, что ты поверил этому парню, но сейчас это уже не имеет никакого значения. Мичи оно не разбудит.       От этих слов Майки легче не стало. Как бы он хотел сейчас извиниться перед Такемучи, чтобы тот улыбнулся своей улыбкой, может сказал бы, что все в порядке и все продолжило быть, как и прежде. Но этого никогда не будет. Такемучи будет лучше, если он будет на расстоянии от него.       — Такемучи, — рука Майки потянулась и взялась за ладонь Ханагаки. — Прости меня, больше ничто не причинит тебе боль. Поверь мне.       Чифую с удивлением смотрел на Сано. Он всегда ведет себя по-детски, иногда нагло и эгоистично, но он именно тот, кто, как и Мичи будет защищать своих друзей до последнего, истязая себя и мучая. Он готов отказаться от всего, но с условием, что у его друзей все будет в порядке, он готов сам выстроить стену.       Единственное что сейчас оставалось Чифую — это продолжать смотреть на Мичи и ждать, пока тот проснется. Майки делал тоже самое, мысленно он прощался с Мичи, но не желал отпускать. Он понимает, что парню будет лучше с Чифую, но до последнего не хотел в это верить.

***

      После этого этого Майки не пытался продолжать приставать к Такемичи, хоть и до конца отпустить его не смог. Этот парень избрал немного иную тактику: он полностью завладел пространством Такемичи, не подпуская туда никого. Все дошло до того, что стал частым гостем в квартире Мацуно, особенно после того, как Чифую пригласил туда Ханагаки. Закончилось все тем, что Майки оккупировал одну из комнат, не давая Чифую хоть раз побывать наедине с Ханагаки. Даже в момент, когда Такемичи очнулся, этот парень в будущем уже полдня, а им так и не дали возможности поговорить.       — Ну что за, — раздраженно проговорил парень, понимая, что окончательно потерял Мичи. Он его упустил.       — Ты кого-то потерял? — на плечо Мацуно легла рука Такемичи, что в это время ходил вокруг вставочного зала, пытаясь прийти в себя после душного зала.       — Да, Такемичи вернулся из прошлого и убегает от меня, — слегка надувшись парень повернулся к причине его пробежки. — Партнеры так не поступают.       — Мне нужно было перевести дыхание, я же тебе сказал об этом, — проговорил Ханагаки, слегка наклоняя голову в сторону. — А ты с кем-то разговаривал в это время.       В памяти Мацуно всплыл недавний инцидент с девушкой, который он бы скорее вбросить из головы, и более не вспоминать.       — Я обознался, — отмахнулся Мацуно, вызывая у Ханагаки лишь улыбку.       Наступило молчание. Каждый хотел что-либо сказать, но боялся нарушить тишину. Слова совсем не подбирались, а язык окостенел и совершенно не хотел двигаться.       — Уже прошло 12 лет, — кое-как проговорил Чифую эти слова, мысленно ударяя себя по голове за столь очевидные слова.       «Он же и так знает, что прошло уже 12 лет. Зачем я ему сказал? Уж лучше бы я ему ничего не говорил», — мысленно корил себя парень.       — Да, для меня это все прошло как один миг, — Такемичи почесал затылок. — Все так изменились... в хорошую сторону, — добавил парень. — Все вроде счастливы, теперь я могу вздохнуть спокойно.       — Да, это хорошее будущее. Без тебя бы его точно не было, — улыбнулся парень, переводя свой взгляд на руку Такемичи, пытаясь незаметно и не навязчиво взять за руку. Чифую чувствовал себя самым настоящим подростком, коим и был 12 лет назад.       — Да, но впереди ждет большее, — рука Мичи сама потянулась, переплетаясь пальчиками с рукой Мацуно. — Ты же не забыл про наш разговор 12 лет назад?       — А, ну, я? Я не забыл, — сразу проговорил парень, краснея. Такемичи звонко засмеялся, краснея в ответ. Он отвел взгляд в сторону. Чифую тоже не мог скрыть свою улыбку, сильнее сжимая руку своего любимого.       Как же долго он этого ждал? 12 лет метаний и мечтаний об этом моменте. И пусть началось все не очень хорошо, но итог всего этого не мог не радовать. Легкая дрожь электрическим импульсом прошла по всему телу, заставляя взвыть от удовольствия, которое принесло только одно прикосновение любимого.       «А впереди ждет большее», — слова эхом раздавалось в голове Чифую, будоража его сознание и воображение.       — Я рад, что ты не изменился, — сказал Такемичи, останавливаясь напротив Чифую.       — Иначе и быть не могло, ведь я лю...— но ответить ему не дал нежный и невинный поцелуй Такемичи, что, словно, весенний цветок распустился на их губах.       В этом поцелуе не было животной страсти, а парни не хотели съесть друг друга. Нет, это был поцелуй нежности и тоски друг по другу. Их первый совместный поцелуй, их момент и пусть все вокруг подождет. Не существует больше мира вокруг, есть только они и их поцелуй, и целая жизнь вместе.       Может это и есть настоящие счастье, которое они заслужили?