High Enough

      Четыре месяца спустя       Гермиона проснулась от ощущения пальцев, лёгкими касаниями спускающихся вниз по её спине. Она медленно потянулась, издавая довольное урчание, когда скользнула по шёлковым простыням. Сонная улыбка расцвела на её губах, когда над ухом раздался шёпот Драко.       — Доброе утро.       Гермиона повернулась, чтобы прижаться к нему.       — Доброе ут…       Её глаза раскрылись, стоило ей столкнуться с несколькими неожиданными слоями ткани. Мужчина расположился поверх одеял, будучи одетым.       — Что это? — уныло протянула она, дёргая французские манжеты, торчащие из-под мужского пиджака. — Ты знаешь правило: никаких официальных деловых встреч до десяти по выходным.       Он усмехнулся и кивнул головой в сторону прикроватной тумбы. Девушка проследила за движением взглядом и наткнулась на циферблат часов, показывающих «10:04».       — О, — удивлённо произнесла Гермиона. Свет в комнате придал помещению обстановку более позднего утра, и теперь всё казалось правильным.       — О, — повторила она, возвращая мужчине усмешку, когда вспомнила, что заставило их обоих лечь так поздно.       — Я бы позволил тебе спать и дальше, учитывая, что ночью тебе понадобятся силы, но…       — Ты скажешь, наконец, чем мы собираемся заняться? — с надеждой спросила она.       — Нет, — кратко ответил Драко.       Она с раздражением откинулась на подушки.       — Так или иначе, — игнорируя её недовольство, продолжил он. — Я бы дал тебе поспать побольше, но твой завтрак уже остывает.       Гермиона резко поднялась, прижимая простынь к груди. Гостиная в спальне Драко была обставлена настоящим пиршеством. Она тихонько взвизгнула от восторга и откинула одеяло. Сначала её внимание привлекла миска со свежими ягодами, и она замурлыкала, отправив одну в рот. Драко накинул халат на её плечи, пока она стояла у столика. Похоже, он придерживался мнения, что её кожа должна находиться вне контакта с шёлком только в случае крайней необходимости.       — С днём рождения, — произнёс он, целуя кудрявую макушку.       — Спасибо, — девушка развернулась к нему, улыбнувшись и подарив быстрый поцелуй. Она стащила ещё одну ягоду перед тем, как направиться в ванную комнату, чтобы освежиться.       Драко как раз снимал клош с блюд, когда Гермиона вернулась в спальню. Её глаза расширились, стоило ей увидеть, какое именно меню ей предлагали.       — «Жан-Жорж»? — выдохнула она, узнавая свои самые любимые блюда — яйца по-флорентийски и французский тост.       Мужчина улыбнулся и кивнул.       — Но… у них отсутствует доставка, — продолжила она ошеломлённо.       Взгляд, который он подарил ей, выдвигая стул, был почти сочувствующим.       — Верно, — Гермиона легко рассмеялась, усаживаясь. Даже спустя столько месяцев, её всё ещё шокировало то, что этот мужчина мог сделать.       Стон удовольствия сорвался с её губ, стоило ей попробовать первый кусочек. Не имело значения, как много раз она пробовала компот из запечённых фруктов, это всегда ощущалось как впервые. Драко усмехнулся ей, отпивая кофе, но она знала, что он думал о том же самом, что и она.       — Используешь мой день рождения как предлог, чтобы самому съесть твой любимый завтрак? — спросила девушка с неодобрением.       — Я всегда праздновал этот день, — легко ответил он.       — Что, правда? — спросила она, потянувшись ложкой за ягодами. — И почему же?       Необъяснимый прилив страха охватил её, и ложка с грохотом ударилась о тарелку, когда она уронила прибор. Гермиона подняла взгляд на обеспокоенное лицо Драко, и поняла, что весь поток чувств сейчас исходил от него.       — Что случилось? — слабо спросила она. Её сердце забилось о рёбра.       Она наблюдала, как он сделал несколько спокойных вдохов. Панические мысли пронеслись в её голове.       Он умирает. Он покидает меня. В мой день рождения?!       — Я… — начал Драко и замолчал. Гермиона словно окаменела.       — Может, будет легче, если я покажу тебе, — продолжил он спустя, кажется, целую вечность.       Девушка не могла оторвать от него взгляд в течение нескольких секунд, пока не поняла, что он ждал её ответа. Его лицо было расстроено, брови нахмурены, а губы сложились в тонкую линию. Она едва кивнула. Драко встал и подошёл к прикроватной тумбочке, доставая из ящика блокнот в кожаном переплёте.       Драко вернулся к столу, и она удивилась, когда он опустился на колени рядом с её стулом. Он протянул ей книгу, и, пролистав её, она поняла, что это дневник. Верхушки страниц были пронумерованы датами, разбросанными в 1999 году. Сердце сжималось, пока она пробегала пальцами по словам, написанным почерком самого Драко в 19-летнем возрасте. Стиль писания был схож с тем, как он писал сейчас, но всё же отличался достаточно, чтобы она почувствовала болезненную тоску по тому парню, которого она никогда не знала.       Потянувшись, мужчина перевернул страницу, где была оставлена закладка в виде ленты. Её глаза сразу же наткнулись на дату в правом верхнем углу листа. 19 сентября 1999       День, когда она родилась.       Она подняла на мужчину глаза, и он почти незаметно кивнул. Гермиона начала читать. Я собираюсь попросить Асторию о разводе.       Её дыхание сбилось на первом предложении, и она подавила соблазн снова посмотреть на Драко.       Я думал, что смогу смириться с тем, чего хотят наши родители. Думал, что смогу справиться с тем, что буду женат на своём друге. Думал, что, может, смогу научиться любить её. Но сегодня я проснулся и внезапно осознал. Понятия не имею, что изменилось за одну ночь, но я никогда в жизни не был так уверен в чем-либо. Я не смогу смириться со всем этим. Есть кто-то другой для меня. Я хочу чего-то настоящего.       Гермиона быстро заморгала, перечитывая короткий абзац снова и снова.       — Помнишь, когда я спросил тебя, какого числа твой день рождения, пару месяцев назад? То, как я отреагировал? — мягким голосом поинтересовался Драко.       Она кивнула, всё ещё пялясь на страницу перед собой.       — Я думала, это твоя реакция на то, что мне всего 21 год.       Он выдавил смешок.       — Что ж, отчасти. Я не знаю, почему я решил, что тебе уже 22, когда мы были только в середине года, но… больше, чем этому, я удивился самой дате.       Она наконец подняла глаза, когда он отодвинул дневник. Пролистав почти до конца, он позволил ей увидеть даты 2000 года. Дойдя до нужной ему страницы, мужчина снова протянул ей дневник. Она взглянула на два слова, написанные на бумаге, и чуть было не выронила блокнот. 19 сентября 2000 С днём рождения.       — Я действительно не знал, что я, собственно говоря, праздную, — тихо произнёс Драко. — Полагаю, это было больше годовщиной, чем день рождения. Способ отметить день, когда я сделал этот выбор, день, когда всё изменилось. Но так или иначе, для меня это было началом чего-то, и в моем кабинете хранятся дневники за двадцать лет с подобными страницами.       Первая слеза пролилась на щеку Гермионы, когда она подняла на него глаза. Это должно было быть невозможным. Должно было показаться безумием даже думать, что то, что изменилось за одну ночь, было её появлением на свет ранним утром. Но ничего такого не было. Каким-то образом это имело смысл.       Девушка с трудом сглотнула комок в горле. Это означало, что всё это время он верил в то, что она была единственной для него. Что то, что они имели, было настоящими от…       — Я люблю тебя, — вдруг сказал Драко. Она почувствовала, как задрожал её подбородок. Его глаза горели с той же силой, которая овладела ею с первого момента, когда она его увидела. — Я люблю тебя.       Она кивнула, и еще несколько слезинок упали на её щеки, когда он постучал пальцем по странице, всё ещё открытой на её коленях. Уголок его губ поднялся в мягкой улыбке.       — Я думаю, что был влюблён в тебя достаточно долгое время.       Гермиона соскользнула со стула прямо в его объятия.       — Я люблю тебя, — прошептала она ему в губы и поцеловала. — Я так сильно люблю тебя, — он крепко сжал её лицо в своих ладонях и поцеловал в ответ.        Когда Драко обнял её, она почувствовала крошечный сдвиг в груди — словно все частички, из которых она состояла, наконец-то встали на свои места. Девушка никогда прежде не признавалась кому-либо из своих партнёров в том, что любит их, но сейчас слова на языке ощущались так, будто она уже произносила их. Не было другого подходящего способа описать, что он значил для неё. Гермиона любила всё, чем он был, всё, чем она была с ним. И теперь, когда она произнесла эти слова, она была удивлена, что не сказала их задолго до этого. Его большой палец нежно коснулся её щеки, и она не смогла подавить эйфорическую улыбку.       Это лучший подарок на день рождения в моей жизни.       Он засмеялся, заставив её моргнуть. Неужели она сказала это вслух?       — Ну, в таком случае, — сказал мужчина, потянувшись в карман пиджака. — Думаю, я должен взять свои слова обратно.       Её челюсть упала, когда он открыл коробочку из чёрного бархата с потрясающим бриллиантовым колье внутри.       — Драко… нет, — слабо протянула Гермиона, коснувшись кончиками пальцев бриллиантовых камней. — Это слишком.       Она почувствовала его ухмылку на своих губах, когда прохладный металл скользнул по её шее. Мужчина зарылся руками в её волосы после того, как застегнул застежку на затылке.       — Сколько ещё раз мне придётся повторить это? — проговорил он перед тем, как снова поцеловать её. — Это невозможно, — она почувствовала, как тает, получая удовольствие от пальцев, массажирующих затылок.       — К тому же, — продолжил он спустя мгновение. — Это только первая часть подарка.       — Драко! — запротестовала девушка, легко шлёпнув его по руке.       Мужчина помог ей встать, поднявшись следом. Она ждала, положив руки на бёдра, пока он доставал из шкафа запакованную коробку.       — Так надулась, — подойдя к ней снова, Драко провёл большим пальцем по её надутой нижней губе.       Гермиона приняла коробку с озорной улыбкой.       — Это то, что происходит каждый раз, когда ты балуешь меня.       Он улыбнулся и уже было отстранился от неё, как она поймала его руку.       — Спасибо, — с чувством поблагодарила Гермиона, оставляя поцелуй на его ладони. — За всё.       Его пальцы проследили изгиб её уха, когда он заправлял локон за него.       — Ты заслуживаешь этого, любимая.       Её щеки болели от того, как сильно она улыбалась, пока разрывала подарочную упаковку. Внутри коробки лежал элегантный комплект нижнего белья из золотой ткани, усыпанный сотнями кристаллов Swarovski.       — Оно потрясающее, — Гермиона проследила за узором белья. Она приложила верх комплекта к груди. — Неужели я буду работать сегодня? — дразняще спросила она, взглянув на мужчину.       К её удивлению, он кивнул.       — Да, будешь.

***

      Гермиона следовала за Драко, пока он пробирался между столиками, держа её за руку. Большинство людей, вероятно, оттолкнула бы идея праздновать день рождения там, где они работают, но Драко попросил её довериться ему, и она не могла поступить иначе. Он подвел её к одной из VIP-секций в задней части клуба, и когда она переступила порог, на её лице появилась ухмылка. Белые и золотые шары украшали потолок, пол и каждую поверхность в комнате. Пустое пространство между шарами занимали металлические ленточки.       — С днём рождения!       Три девушки прокричали поздравление с низкого подиума, открывая по бутылке шампанского.       Гермиона потеряла дар речи, когда увидела их одинаковые наряды. Они были одеты для работы, также, как и она, в блистающие лифы и стринги, но, в отличие от её золотого комплекта, у Луны был белый, выбор Пэнси пал на чёрный, а Джинни облачилась в красный.       — Они выглядят восхитительно, — повернулась она к Драко, остановившемуся позади неё. Его отношение к ней было одним делом, но ещё больше она восхищалась тем, как он относился к её друзьям.       — Рыжик помогла мне выбрать наряды, — улыбнулся он.       — Что ж, они прекрасны. Спасибо тебе, — девушка приподнялась на носочках и поцеловала его. Оторвавшись, она вдруг наткнулась взглядом на закрытую дверь за его спиной и уставилась на неё. Она даже понятия не имела, что в подобных VIP зонах двери в принципе могли быть закрытыми, учитывая свод правил заведения. Ловко оценив обстановку комнаты, она поняла, что их вечеринка была своего рода подарком. Цифры пронеслись у неё в голове, когда она снова повернулась к Драко. Эта комната занимала почти четверть всего клуба. С танцовщицами, час работы которых оплачивался до 500 фунтов, пространством, которое могло вместить 30 и более клиентов, сколько бы часов они там ни находились. И, учитывая полностью забитый бар…       — Это твой праздник, — произнёс Драко, словно понимая, как перед её глазами производились подсчёты стоимости всего пиршества. Ей стало интересно, привыкнет ли она когда-нибудь к тем деньгам, которыми он так смело раскидывается.       — Я копил деньги, — добавил он, усмехнувшись, когда она ничего не ответила.       Это заставило Гермиону рассмеяться. Она сомневалась, помнил ли он вообще последний раз, когда ему действительно приходилось копить на что-то. Её взгляд снова упал на дверь, когда он взял её за руку и повел к группе друзей. И теперь она прекрасно осознавала, почему он не стал устраивать вечеринку в каком-то другом, обычном клубе. Такая закрытая дверь в здании, как это, означала, что все было честной игрой.       — С днём рождения, дорогая.       Знакомый голос вырвал её из размышлений, и, развернувшись, она обняла его обладателя.       — Тео! — воскликнула она. — Я и не видела, что ты прятался здесь. И Блейз! — девушка отстранилась от одного мужчины, обнимая другого. — Большое спасибо, что пришли!       — Мы бы не смогли пропустить этот день, милая, — ответил Блейз, оставляя поцелуй на её щеке.       Она с восторгом смотрела на двух друзей, которые занимали вместе с ней место самых важных людей в жизни Драко. Они стали постоянными гостями клуба с тех пор, как она встретила Драко, и в этом мире не было бы людей, с которыми она захотела провести этот вечер больше, чем со всеми, кто присутствовал здесь.       Визг привлек их внимание к сцене как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джинни вылила щедрое количество шампанского в рот Луны и вниз по её груди. Драко решительно противостоял попыткам Пэнси уломать его сделать глоток из бутылки, которую она удерживала над его головой.       — Поживи немного, приятель! — пропел Тео под звучащую в комнате песню.       Драко зло посмотрел на него, возвращая внимание Пэнси с долей смирения. Гермиона хихикнула, наблюдая, как его бровь приподнялась в явном предупреждении.       Только посмей пролить это шампанское на меня.       Пэнси невинно улыбнулась и потрясла бутылкой. Мужская грудь поднялась и опустилась в отчётливом вздохе, прежде чем Драко запрокинул голову и сдался. Пэнси влила тонкую струю пузырьков в его рот, и Гермиона поддалась к нему, чтобы стереть остаток напитка с его подбородка, когда он закрыл рот. Остальные девушки подбодрили её возгласами.       — Ммм, так ещё вкуснее, — проговорила она, скользя языком по его губам.       — Ей повезло, что это шампанское — моё любимое, — ответил он.       Прежде, чем Гермиона смогла сказать ещё что-либо, мужчина обхватил её за талию и поднял на сцену к её друзьям. Куча рук заключили её в крепкие объятия, вызывая у неё смех. Она одарила Драко ухмылкой, когда они отпустили её, а затем взялась за шест в центре сцены. Девушка раскачивалась ногами, крутясь вокруг шеста, пока карабкалась вверх. Стоило ей закрепить себя в позе, Пэнси вручила ей бутылку, и Гермиона сделала большой глоток. Когда её вращение замедлилось, она увидела, как Драко оторвал ленту от пачки наличных и протянул её Джинни. Гермиона спустилась с пилона и позволила мужчине наблюдать, как её подруга подошла к ней со спины и пробралась пальцем под лямку белья на её бедре.       — Скажи мне, когда надо остановиться, — прошептала Джинни, начиная просовывать под ткань купюры. Гермиона сделала ещё один глоток алкоголя и посмотрела на Драко.       Пальцы Джинни скользнули под лямку стринг, оттягивая их, чтобы разместить как можно больше денег, и, когда руки подруги поднялись вверх по её животу, чтобы просунуть очередную купюру между её грудей, наблюдающий мужчина облизал губы.       — Этого пока достаточно, — сказала Гермиона, подмигивая Драко. — У нас впереди вся ночь.

***

      — Погоди минутку! — выкрикнула Гермиона, поддаваясь вперёд со своего места на диване. — Дафна — сестра Астории?! Почему я не знала об этом?       — Ты должна была знать, — сказал Тео, как будто это был совершенно нормальный разговор, когда перед его лицом была обнажённая грудь Пэнси. — Я уверен, что прежде упоминал о них обеих.       — Да, я знаю, — Гермиона старалась игнорировать то, как женский сосок закрывал его правый глаз. — Но я думала, что вы все всего лишь общались друг с другом.       — Я говорил тебе, любимая, что Тео мне как брат, — вмешался Драко, скользя ладонью по её спине вверх.       Гермиона рассмеялась.       — Я думала, ты имел в виду это также, говоря и про Блейза, что он — твой брат, близкий друг.       — Братья в законе, — Тео потянулся, чокаясь своей бутылкой с той, что находилась в руке Драко. — По крайней мере, на несколько лет уж точно.       — Их потеря — наша выгода, — ворковала Пэнси, схватив Тео за челюсть и крепко целуя его. Гермиона улыбнулась, наблюдая, как глубоко язык Паркинсон находился во рту у мужчины. Тео вслепую протянул бутылку, и Гермиона взяла её, чтобы он мог обеими руками сжать задницу Пэнси.

***

      Гермиона покачивала бёдрами, сидя на коленях у Драко. Его руки крепко обхватывали её талию, пальцы касались рёбер каждый раз, что она двигалась. Ей всегда нравилась эта песня, но когда его язык прочертил нежную дорожку по выпуклости её груди, она задумалась о том, что, возможно, это было величайшим музыкальным произведением из когда-либо написанных. Её глаза закрывались по мере того, как оставленные под ткань бра купюры шуршали от мужских прикосновений, и…       Чья-то рука схватила её за предплечье и потянула на себя.       — Пойдём! — настаивала Луна, поднимая её с колен Драко. — Это же наша песня!       Голова Гермионы чуть закружилась от столь резкой смены положения, но она всё же послала Драко извиняющуюся улыбку, пока подруга тащила её к подиуму.       Она засмеялась, когда заметила, как Тео, словно пожарник, взбирался на пилон, пока Панси и Джинни кружились вокруг него. Гермиона начала подниматься по лестнице, когда Луну перехватил Блейз, бесцеремонно закинув её себе на плечо. Её визги были едва слышны за музыкой, когда Блейз шлепал её по заднице, а её каблуки болтались в воздухе, и она потянулась вниз через его спину, чтобы ответить ему тем же. Джинни обхватила бёдра Луны, стоило Блейзу наконец поставить девушку на сцену, и убрала с лица подруги мешающие пряди белоснежных волос, открывая взору покрасневшие от нахождения вниз головой щёки.       Луна поддалась вперёд и, схватив Блейза за затылок, притянула его к своей промежности, начиная двигаться в танце. Даже если это было чем-то в качестве своеобразного наказания, Гермиона не думала, что этот способ был эффективен. Руки мужчины запутались в лямках белья, освобождая несколько прижатых тканью купюр. Кажется, Луна не была против этого: все они уже потеряли свои «чаевые», по крайней мере, дважды, чтобы вновь заполучить их.       Руки Пэнси обняли Гермиону со спины, и она почувствовала, как девушка растирает кожу. Она откинула голову назад и прижалась к щеке Пэнси, двигаясь вместе с ней в такт музыке. Каблуки скользили над банкнотами, покрывающими подиум. Всё было идеально. Они никогда не смогли бы повеселиться именно так в каком-либо другом месте. Реки шампанского, освещение, восторг её друзей окутывали девушку, вызывая усмешку на её губах.       Гермиона наблюдала, как Джинни проводит кончиками пальцев по животу и груди Луны, и по жесту Блейза расстегнула застежку её лифчика. Она спустила лямки вниз по плечам блондинки и позволила белью медленно соскальзывать перед ними, накрывая ладонями соски Луны. Гермиона подавила желание улыбнуться: Джинни была непревзойдённым исполнителем. Она наконец скинула с подруги верх комплекта в подставленную ладонь Блейза, который скинул бельё на пол, вновь прикасаясь к ногам Луны. Её глаза закрылись, когда Джинни снова подняла руки, чтобы подразнить теперь уже открытую грудь Лавгуд.       Руки Блейза гладили кожу на внутренней стороне её бедер, пока Луна не потянулась вниз и не переместила одну из них на переднюю часть трусиков. Гермиона раскрыла рот, также, как и Луна, когда мужские пальцы пробрались под ткань белья.       Пэнси все еще прижимала её к себе, когда они танцевали, голой грудью прикасаясь к её спине, и Гермиона чувствовала шепот рук Тео, когда они двигались по бокам Паркинсон. Гермиона качнула бёдрами, покрываясь мурашками, когда около уха раздался стон Пэнси. Она могла только представить, что с ней вытворял Тео, находясь позади них. Прикасался ли он к ней под трусиками также, как Блейз прикасался к Луне? Может, он медленно скользил рукой по изгибу её задницы, чтобы прикоснуться к её изнывающему жару с другой стороны? Двигалась ли Пэнси за её спиной в такт толчкам его пальцев?       Заиграла новая песня, и ритм, с которым мужчина ублажал Пэнси, изменился. Она сжала бёдра Гермионы, томно дыша ей в шею. Гермиона слышала низкий тон голоса Тео, но не могла наверняка распознать то, что он говорил. Пэнси, очевидно, могла, потому что она выгнулась и издала резкий всхлип, от которого внизу живота Гермионы разлилось тепло.       Луна раскачивалась на руке Блейза, позволяя Гермионе увидеть, как два его пальца исчезали в девушке прямо там, где ткань стринг была отодвинута в сторону. Они блестели от её возбуждения в меняющемся клубном свете, и Гермиона почувствовала, что сама становится влажной. Джинни языком очерчивала шею Луны, и Гермиона облизалась, наблюдая, как одна её подруга притянула к себе лицо другой и поцеловала. Она даже не поняла, что Тео и Пэнси оставили её, пока не почувствовала, как Драко взял её за руку.

***

      Гермиона выдохнула, чувствуя, как зубы Драко вонзились в её шею. Она выгнулась, предоставляя ему больше доступа, пальцами цепляясь за сильные бёдра. Мужские руки крепко удерживали её на его коленях. Басы вибрировали в них, но она всё ещё чувствовала, как его сердце колотится о её спину. Ритм убаюкивал её, позволяя всему вокруг затихнуть. Она особо не осознавала, как много времени прошло с тех пор, как он утащил её со сцены — должно быть, прошло не менее нескольких часов. Всё, что она могла ощущать, был именно этот мужчина.       Уронив голову назад на его плечо, она повернулась к нему лицом насколько это было возможным. Хныканье сорвалось с её губ, когда он всосал нежное местечко прямо под её челюстью. Шум со стороны привлёк его внимание, и она снова всхлипнула, когда он наконец захватил её губы в плен. Её поцелуй был отчаянным — она засасывала каждую из его губ и изо всех сил сражалась языком с ним. Он не отставал, проходясь языком так дерзко, что она могла ощущать эти движения клитором.       Звон бутылок разрушил их концентрацию, и Гермиона повернулась, заметив, как Тео очищает столик широкими взмахами руки. Пол вокруг был полностью покрыт деньгами, Гермиона вряд ли смогла бы разглядеть даже обувь Тео. Он скинул Пэнси со своего бедра, усаживая на край стола, и, надавив ладонью ей на грудь, опустил её на плоскую поверхность мебели. Гермиона с широко открытыми глазами смотрела, как Тео схватил кучку денег на диване рядом с собой и провёл ею по животу Пэнси. Она изогнулась от лёгких прикосновений, её стринги сияли в софитах с каждым движением бёдер.       — Тебе это нравится, детка? — спросил Тео низким голосом, и Пэнси застонала в ответ, когда он провел краями банкнот по её соскам.       Гермиона снова выдохнула, чувствуя, как пальцы Драко накрыли вершины её обнаженной груди.       Он тоже наблюдает.       — Хочешь чего-то большего? — спросил Тео, и Пэнси взвизгнула, выгибаясь дугой, когда он убрал бумагу.       Она вскрикнула, когда Тео сильно шлепнул стопкой по её соску, и Гермиона не могла не издать тот же звук, когда Драко ущипнул её соски.       — Вот так, красивая и пышная для меня, — Тео провёл большим пальцем по пику женской плоти. Он наклонился ближе к Пэнси и выложил небольшую горку кокаина поверх её груди. Дыхание Гермионы сбилось, когда Драко перекатил её сосок между большим и указательным пальцами. Вместе они наблюдали, как Тео заткнул одну ноздрю и снюхал порошок, а Пэнси заскулила, когда он провел по ней кончиком языка, собирая остатки. Внизу Гермионы всё сжалось, когда Драко лизнул подушечку большого пальца и начал втирать слюну в её грудь, имитируя движения друга.       Тео повторил свои действия с другим полушарием Пэнси, и Драко сделал то же самое.       — Хочешь немного, малышка? — спросил Тео, помогая Пэнси принять сидячее положение. Она кивнула, облизнувшись, и мужчина наклонился, чтобы поцеловать её. Гермиона ощущала, как её собственное сердце билось в сумасшедшем ритме, наблюдая, какое воздействие оказывает наркотик на друзей. Руки Тео неистово двигались по телу Пэнси. Его пальцы давили, растягивали и сжимали каждый участок женской кожи так, словно он не мог насытиться ею. А Паркинсон словно растекалась в его руках, плавясь от каждого прикосновения. Тео разорвал поцелуй, опустившись на софу, и стянул боксёры, обнажая своё возбуждение. У Гермионы потекли слюни, когда она увидела, как Пэнси упала на колени и сомкнула губы на кончике члена.       Драко заворчал при виде этой картины, его член дёрнулся именно там, где он был глубоко в ней. Гермиона простонала от вида того, какими впалыми стали щёки Пэнси вокруг длины Тео, и она почти что забылась, начав было двигаться.       Руки Драко вернулись на её бёдра.       — Тише, любимая, — прохрипел он, не пытаясь скрыть ухмылку в своём голосе. — В клубе ведь не позволено трахаться.       Гермиона захныкала и снова прижалась к нему, дрожа от ощущения его языка, скользящего по ушной раковине.       Путаясь пальцами в волосах Пэнси, Тео запрокинул её голову назад. Они наблюдали, как он держал свой член параллельно полу и насыпал две маленькие кучки кокаина на верхнюю часть своей плоти. Пэнси потянулась вперёд, вдыхая каждую из куч ноздрями по очереди.       — Вот так, — протянул Тео, когда девушка слизала остатки порошка и снова приняла плоть в жар своего рта.       — Ты хочешь попробовать? — наблюдая, как Тео высыпал остатки наркотика на поверхность столика, спросил Драко.       Гермиона улыбнулась, покачав головой из стороны в сторону.       — Нет, — ответила она, уверенная, что мужчина уже и так знал, каким будет её ответ. Вероятно, он даже не спросил бы об этом, но сама идея того, что он предложил ей это с мыслью, что она захочет побаловать саму себя в свой день рождения, заставила её кожу запеть. — Мне достаточно тебя, чтобы получать кайф.       Гул удовлетворения вибрацией пронёсся из его груди, и чужие губы снова сомкнулись на её шее. Она ощущала давление и посасывание его языка, пока смотрела, как Тео двигал бёдрами навстречу раскрытому рту Пэнси. Руки Паркинсон пробегали по каждой части его тела, до которой могли дотянуться: сжимали его ягодицы, обводили живот, обхватывали бёдра. Гермиона не могла услышать, но вполне могла предположить, как постанывала Пэнси вокруг его твёрдой плоти. Она слишком хорошо представляла, каково это, быть столь отчаявшейся от подразнивающих прикосновений. По сути, она ощущала это прямо сейчас. Наблюдая за тем, как губы и язык Пэнси двигаются по нему, она жаждала ощутить то же самое скольжение по своему мужчине. Соки вытекали из неё также, как стекали слюни по подбородку Пэнси.       Какое-то движение привлекло её взгляд, но на этот раз это был Блейз, лежащий спиной на столе. Луна, склонившаяся над ним, оставляла влажные поцелуи на его животе и груди, расправляясь с мужской рубашкой. Гермиона могла увидеть эту мокрую дорожку, рассыпанную губами девушки по всему прессу. Джинни же опустилась рядом с его головой на колени, так глубоко сплетаясь своим языком с его в диком поцелуе.       Гермиона, должно быть, издала какой-то звук, потому что Джинни молниеносно вскинула голову вверх и зацепилась взглядом за Гермиону, бельё которой было сдвинуто в сторону. Губы подруги сложились в озорную улыбку, когда она встала со своего места и подошла к ним.       — Ты уже развернула свой подарок? — спросила она сладким голосом, наклоняясь вперёд, лицом к лицу. Гермиона заметила, насколько расширенными были её зрачки от наркотиков и возбуждения. Она кивнула.       — Может, теперь настала очередь для моего подарка, — Джинни разместила руки на спинке софы позади пары. — Как насчёт приватного танца?       Прежде, чем Гермиона успела запротестовать, Джинни перекинула сначала одну, а потом и другую ногу через бёдра Гермионы. Она и Драко застонали в унисон, когда дополнительный вес толкнул его глубже в неё. Джинни хмыкнула и начала медленно двигаться в такт музыке.       Гермионе казалось, что она в любой момент может потерять сознание. Она так долго сидела в таком положении с членом Драко внутри себя, и теперь движения Джинни словно вновь окунули её в начальную стадию возбуждения. Зажмурившись, она крепко сжала плечи Джинни, раскачивающейся напротив них. Она застонала от контакта, и Гермиона поняла, насколько сильно сейчас её кожа была чувствительной от дозы экстази, которую приняла подруга. Она ослабила хватку и позволила своим пальцам скользнуть вниз по рукам рыжей девушки. Джинни выдохнула и прислонилась к груди Гермионы. Удовольствие приливами пульсировало в клиторе, ведь движения Джинни усиливали давление твёрдости Драко прямо в переднюю стенку влагалища. Её рот раскрылся в крике, а губы провели по верхушкам грудей перед её лицом. Она могла ощущать тяжёлое дыхание Драко на своей шее, пока Джинни продолжала качаться на них. Он был таким большим, и уже невероятно глубоко внутри, но танец перемещал его в такие пространства, о существовании у себя которых, Гермиона была уверена, ей никогда прежде не доводилось узнать. Она была скользкой от желания, и все её чувства обострились, пока она не осознала ничего, кроме восхитительного растяжения, когда он скользил между её стенками снова и снова и…       — Джин… — раздался голос Луны позади них. Гермиона выдохнула с облегчением, когда Джинни прекратила двигаться: кажется, она была как никогда близка к финишу. Уизли оглянулась через плечо в направлении оклика и усмехнулась. Она поцеловала Гермиону прежде, чем наконец слезла с её колен. Гермиона вновь выдохнула от очередной смены позиции.       — Хорошая девочка, — пробормотал Драко, наблюдая, как Джинни идёт обратно к столу. — Ты была такой хорошей.       Гермиона захныкала от вибрации его голоса, пославшего табун мурашек по всему телу. Промежность пульсировала, отчаянно нуждающаяся в разрядке, которой её лишили. Сквозь затуманенные похотью глаза она кинула взгляд на остальных.       Блейз наклонился вниз и потянул Луну за талию, пока её колени не обхватили его голову. Она всхлипнула, когда он сдвинул ткань стринг и припал ртом к её влагалищу. Блондинистая голова запрокинулась назад, женские бёдра резво задвигались навстречу мужскому лицу. Гермиона смогла разглядеть кончик его языка, скользящий по изнывающим складкам и кружащий вокруг клитора.       Джинни взобралась на стол, устроившись позади Блейза, и наклонилась вперёд, очерчивая языком соски Луны. Гермиона не заметила, как вцепилась пальцами в бёдра Драко, наблюдая, как ноги подруги затряслись.       — Такая хорошая девочка, — прошептал Драко. — Ты отлично справляешься, — веки Гермионы дрогнули от его низкого тона.       — О Боже, — пробормотала она, увидев, как губы Джинни сомкнулись вокруг соска Луны. Пальцы Драко снова двигались по её груди, а клитор пульсировал, когда она наблюдала, как крошечный розовый бутон снова и снова исчезает во рту Джинни. Темп Луны увеличивался, пока она тёрлась об лицо и подбородок Блейза.       Внезапно мужчина протянул руки над головой и притянул Джинни к подруге. У Гермионы раскрылся рот, когда Джинни, перекинув одну ногу Луны через себя, притянула свой центр к её. Джинни, ухватившись за задницу Луны, уткнулась головой в шею подруги, пока их промежности тёрлись друг о друга, а язык Блейза порхал над ними обеими.       Тео издал низкий стон, вновь возвращая внимание Гермионы на себя, и она увидела, как он удерживал голову Пэнси согнутыми в локтях руками, с напряжёнными бицепсами по-первобытному трахая девушку в рот.       — Ох блядь, — прошептала Гермиона, бегая глазами от одной зрелищной картины к другой.       — Увидела что-то, что тебе нравится, милая? — Драко укусил её за ухо.       Гермиона чуть ли не зарычала от отчаяния. Она понятия не имела, как ему удавалось сохранять относительно самодовольный вид, когда, она была уверена, он был впечатлён не меньше, чем она. Его член снова дернулся внутри неё, когда Луна издала пронзительный стон, словно в доказательство своей правоты. Правда, она сама снова застонала от этого резкого движения внутри себя.       — Как думаешь, кто кончит первым? — спросил он, проводя руками по её бокам и под грудью.       Она посмотрела на Луну, испытывающую наслаждение от языка и трения; на Пэнси, заглатывающую член Тео. Она подумала, что если никто из них не поторопится в своих действиях, первой здесь кончит она.       И словно по сигналу, Тео застонал, протяжно и низко, изливаясь Пэнси в рот. Гермиона затрепетала, наблюдая, как она тяжело сглатывала всё, что давал ей Тео. Мышцы его задницы и бёдер напряглись, когда он приподнялся с дивана. Его руки гладили волосы, лицо и шею Пэнси, когда он стонал и шептал похвалы, которые она не могла слышать.       — О, тебе это понравилось, — промурлыкал Драко, и она знала, что он чувствует, как жжение предвкушения заставляет её ещё больше увлажниться. С каждым выдохом из неё вырывался тихий стон. Руки Драко скользнули на внутреннюю поверхность дрожащих бёдер, и она мысленно взмолилась, чтобы он наконец прикоснулся к клитору. Пусть даже лёгкое касание. Какое-либо движение. Всё, что угодно.       Конечно, он этого не сделал.       Она была близка к тому, чтобы заплакать, наблюдая, как Блейз зафиксировал бёдра Луны, когда та вскрикнула от наслаждения и рухнула на Джинни. Гермиона задыхалась, наблюдая, как его пальцы впиваются в ее плоть, нежно покачивая её на своем языке.       — Ммм, она кончает так сильно, — пробормотал Драко. Его голос был таким низким, что ей показалось, что этот тон может вызвать короткое замыкание в её мозгу. Она смотрела, как Луна тряслась в припадках освобождения. — Очень жаль, что у неё нет красивого… большого… члена… который заполнил бы её.       Гермиона застонала, пока мужчина прерывал свои слова облизыванием её шеи.       — Пожалуйста, — она задрожала вокруг него. — Пожалуйста, не останавливайся, — умоляла она, чувствуя прилив наслаждения от каждого слова.       — Будет так хорошо, когда ты наконец кончишь для меня.       Её глаза закатились.       — Ты была такой хорошей девочкой.       Всё её тело содрогнулось.       — Я хочу ощутить эту тугую пи…       Её глаза распахнулись от крика Джинни со стола перед ними. Голова Луны была прижата к её груди, а язык Блейза кружил вокруг её клитора, и Гермиона наблюдала, как она пыталась двигаться навстречу им с тяжёлым дыханием снова и снова и…       — Кончай.       Команда была произнесена нежно, но взорвала её, как бомба.       Гермиона закричала, когда спазмы удовольствия обрушились на неё. Член внутри неё был таким большим, а она такой наполненной, что они оба едва ли могли двигаться. И без какого-либо движения, чтобы распределить энергию, импульсы безжалостно били по её стенкам, отскакивая друг от друга снова и снова. Драко крепко прижал её к своей груди, не отпуская, пока удовольствие продолжало расщепляться во всём её теле. Это ощущалось везде, и она не могла избежать этого. В коленных чашечках, запястьях, голенях. Тех местах, где она никогда прежде не чувствовала оргазм. Она вскрикивала на каждой волне наслаждения, до тех пор, пока руки Драко не начали скользить вдоль неё. Успокаивая её. Приводя её в чувства.       Только она подумала, что ей наконец удалось привести дыхание в норму, его палец закружил вокруг клитора, и её зрение затуманилось, пока она снова распадалась на части. Последним, что она запомнила, был украшенный шарами потолок.

***

      — Ммм, — пробормотала Гермиона между поцелуями, пока Драко нёс её по коридору. — Я… люблю тебя… так сильно.       Обхватив ногами его талию, она старалась зарыться пальцами в его волосы, забыв, что в руках она держала свои туфли на высоком каблуке.       — Я — ау! — тоже люблю тебя. Даже, когда ты пытаешься вырубить меня.       — Прости, — быстро проговорила она, обнимая его за крепкую шею, и ухмыльнулась. — Просто маленькая расплата.       Мужчина засмеялся, и вибрация от его смеха заставила её дрожать.       — Я хочу тебя, — прошептала девушка, посасывая мочку его уха зубами.       — Подожди минутку, любимая.       — Но прошло уже столько времени, — хныкала она, пытаясь двинуть бёдрами в его хватке. — Этот чёртов дом слишком большой.       Драко выбил из неё весь дух, резко прижав её тело к стене. Туфли упали на пол, когда она схватила его лицо и крепко поцеловала.       — Да, пожалуйста, — прошептала девушка ему в губы. Спустя столько времени после их первого раза ей было слишком мало одного раунда за ночь.       — Ты можешь подождать? — спросил он, толкаясь бёдрами к ней.       Гермиона застонала и притянула его лицо к шее.       — Мне придётся, верно?       — Поверь мне, ты захочешь этого.       Она разочарованно хмыкнула в ответ, и он подтянул её повыше на бедрах, прежде чем идти дальше.       Он отвечал на её поцелуи так, как мог, неся её на руках, а она довольствовалась засосом, оставленным на его шее, пока он шёл по лестнице. Гермиона вздохнула с облегчением, когда он наконец отпустил её задницу у двери своей спальни. Однако вместо того, чтобы открыть её, он прижал девушку к ней, как только её ноги коснулись земли.       — Что ж, у меня есть очень важный вопрос, — начал он, пальцем подцепив её подбородок и обратив взгляд на себя. — И мне необходимо услышать серьёзный ответ, маленький жулик. Никакого обмана.       Моргнув, она подарила ему невинную улыбку.       — Обещаю.       Драко наклонился к ней так близко, что их носы почти соприкоснулись.       — Видела ли ты когда-нибудь миллион фунтов?       Гермиона рассмеялась ему прямо в губы. Как будто ей действительно требовалось жульничать в ответе на подобный вопрос.       — Нет, я никогда не видела один миллион фунтов, — игриво протянула она.       Он одарил её лукавой улыбкой и накрыл её губы своими в обжигающем поцелуе. Она едва ли поняла, что он раскрыл дверь позади неё. Спустя мгновение мужчина отстранился и снова посмотрел на неё.       — Просто подумай, — низким тоном произнёс он. — Сегодня — последний день, когда ты могла сказать так.       Прежде, чем она смогла понять смысл сказанного, он развернул её лицом к комнате.       Гермиона почувствовала, как её глаза округлились от шока, когда взгляд упал на картину перед ней. Она и раньше слышала, как люди говорили о том, что они лишены дара речи. Она, возможно, даже применяла подобную фразу к себе в какой-то ситуации. Но до этого самого момента она никогда не могла по-настоящему оценить чувство, когда слова покидают её разум. Слова, буквы, даже какие-либо звуки. У неё ничего не осталось.       Руки Драко обвились вокруг её талии, когда он подошел сзади туда, где она стояла, уставившись на непостижимую сумму денег, покрывающую кровать.       — Я же сказал, что копил, — прошептал он ей на ухо.       Видимо, так оно и было. Должно быть, потребовались недели заказов, возможно, из каждого банка Лондона, чтобы в итоге обналичить столько купюр.       Девушка попыталась открыть рот, чтобы хоть что-то ответить, но лишь безмолвно разинула его. Даже пошевелила языком. Нет, у неё всё ещё не было слов.       Драко медленно повёл её вперёд, на ходу снимая с неё пальто. Когда её колени упёрлись в край кровати, он взял её руки и положил их на гору денег. Он отпустил Гермиону, и она пошевелила пальцами, пока её ладони не достали до матраса. Наличка покрывала её предплечья. Одна из его рук скользнула вверх по задней поверхности её бедра, по заднице и на середину спины. Мужчина осторожно надавил, пока она не легла вперёд, перекатившись так, чтобы смотреть на него с деньгами, распластавшимися под ней. Она слышала, как стопки банкнот соскальзывают на пол при этом движении.       — Ты в порядке? — спросил он, наклоняясь и прислонив ладонь к нежной коже щеки.       Она понятия не имела, какое выражение лица у неё было, но очевидно, что она заставила его забеспокоиться. Сдавленный смех вырвался из её горла. Была ли она в порядке?       — Я не знаю, что именно со мной, — Гермиона покачала головой. — Но простого «в порядке» будет определённо недостаточно для того, чтобы описать моё состояние.       Он ухмыльнулся, и девушка почувствовала какой-то истерический порыв в груди. Она лежала на одном миллионе фунтов стерлингов.       Подняв руки над головой, она, собирая кучки банкнот в руки, рассыпала их над собой, словно снег. Хихиканье вырывалось из неё, когда она хаотично хватала деньги и подбрасывала над собой в воздух. Драко рассмеялся, услышав её нелепый визг, когда она взобралась на ноги и начала прыгать прямо на кровати. Держась за него для баланса, Гермиона продолжала прыгать, позволяя купюрам падать с кровати. Её веселье кончилось, когда Драко схватил её за одну ногу, отчего она плюхнулась обратно на кровать, успевая схватить его за воротник костюма и потянув за собой.       — Ты невероятный, — пробормотала она ему в губы, расстёгивая мужскую рубашку.       — Я невероятно люблю тебя, — усмехнулся он, стягивая с себя одежду.       — О, Боже мой, — она застонала, отталкивая его от себя и игриво закатывая глаза. Но она не могла не улыбаться ему, пока стояла у его ног, чтобы снять с него брюки. Как бы банально ни звучали его слова, она знала, что это правда. Она была окружена одним миллионом причин, чтобы верить в это.       Мужские руки скользнули вверх по её спине, чтобы расстегнуть лифчик, и она выскользнула из трусиков, а затем снова легла на его широкую грудь. Он крепко схватил её за непослушные волосы, целуя, и она вздохнула, почувствовав, как он прижался к её входу. Гермиона отстранилась, чтобы посмотреть на него, пока его шаловливые руки обхватили её бёдра, вцепляясь пальцами в кожу так крепко. Синхронный стон вырвался у обоих, когда Драко наконец оказался внутри неё, и она, удерживая его лицо в своих руках, двигалась над его телом.       Его глаза неотрывно смотрели на неё, и она словно читала его мысли также легко, как если бы он проговорил эти слова в её кожу.       Я подарю тебе весь мир.       Она мягко прошлась большим пальцем по его щеке и позволила увидеть то, о чём подумала она.       Ты — весь мой мир.