Химия между нами

Парни сбежали с лестницы и выбежали на улицу. Доска с расписанием и список учителей находились в корпусе школы, который сам по себе был довольно далеко от корпуса, где жили ребята. Где-то на полпути до корпуса Шаст понял, что дальше бежать не сможет — курение сделало свое дело. Поэтому он снизил скорость и пошел пешком, задыхаясь. Спустя пару метров он нагнал Поза, который тоже не дружил с бегом, хоть и не курил. Подойдя к школе, они увидели сидящего на ступеньках перед школой Матвиенко. Он, задрав голову вверх, тяжело дышал. — А ты был так близок, — сказал Антон, подавая руку Серому, чтобы помочь ему подняться. — Ты вообще первый слился, — принимая помощь друга, ответил Серёжа. Парни зашли в школу, где возле доски с расписанием еще никого не было. Все улыбнулись тому, что они успели до того момента, когда сюда подтянется вся школа. Парни подошли к доске и глянули на список учителей, которые будут вести у 11 «В». «Бартудинов Тимур Тахирович — технология; Вакуленко Василий Иванович — МХК; Воля Павел Алексеевич — русский язык и русская литература; Высокова Клавдия Вадимовна — английский язык; Гагарина Полина Сергеевна — география, астрономия; Галич Ида Васильевна — математика; Гудков Александр Владимирович — физика; Ивлеева Анастасия Вячеславовавна — информатика; Макаров Илья Андреевич — физическая культура и здоровье; Попов Арсений Сергеевич — химия; Сабуров Нурлан Алибекович — биология; Утяшева Ляйсан Альбертовна — всемирная история, история России; Щербаков Алексей Сергеевич — ОБЖ.» — Попов, значит, — сказал Матвиенко. — Ну вот и что нам дало его имя? — спросил Дима. — Ни-ху-я, — сказал Шастун. — Ладно, погнали проверим дыру в заборе, вдруг ее заделали, — сказал Сережа, выходя из школы. Тройка пошла к стадиону, веселясь и вспоминая прошлый год. Подойдя к стадиону, они заметили Кузнецову, сидящую на пледе в окружении девочек. — И-и-р-а-а! — прокричал Шастун и, сказав парням, что скоро вернётся, побежал к Ире, которая бежала ему навстречу. — Привееет, — выдохнула она, обнимая Антона. — Приветики, давно приехала? — спросил Шаст. — Часа два назад, а ты? — Утром. Как жизнь? — Как обычно. Не дождавшись, пока Антон что-то ещё спросит, Ира повернулась к девчонкам, которых никто, как её, не звал и, чмокнув Антона в щеку, сказала: — Еще увидимся, — и побежала к девочкам. Шаст, недолго поглядев ей вслед, развернулся к трибунам, где его ждали парни, и побежал. Между трибунами и забором было метров пять расстояния. Огромная дыра в заборе была на месте. Она представляла собой три выломаных решетки. Кто это сделал, до сих пор остаётся тайной, но вся школа была очень благодарна этим героям. За дырой был лес, через который шла вытоптанная тропинка, ведущая к остановке, где останавливались автобусы, ездящие рейсом в ближайший агрогородок. Поэтому на остановке можно было часто встретить учеников пансиона, которые решили смотаться в город. Убедившись, что связь с внешним миров не оборвана, парни направились к своему общежитию. Всего их — общежитий — было четыре — два для мальчиков и два для девочек. В двух из них жили дети с первого по пятый классы, а в других двух — с шестого по одиннадцатый. На первых этажах в каждом общежитии жили учителя. Это было сделано с целью помешать детям сбегать в комендантский час, однако дети всё равно находили лазейки. Различались общежития тем, что здания для младших были шестиэтажными, общежития же для старших представляли собой белые семиэтажные здания, кое-где разрисованные разными нецензурными словами. Руководство школы каждый год перекрашивало здания и предупреждало учеников о наказании, но виновных находили редко. Система расселения по этажам заключалась в том, что чем старше ты, тем выше ты живёшь. Поэтому сейчас наши неугомонные друзья, как одиннадцатиклассники, живут на седьмом этаже. На этаже по восемнадцать комнат — пять комнат на двоих, семь на троих и шесть на четверых. В пансионе явно стало больше детей, это Антон заметил сразу. Друзьям говорить не стал — какое им дело до каких-то ноунеймов. Отовсюду был слышен шум, радостные крики лились золотой песней, словно не был это последний летний день. Казалось, все пытаются догнать упущенное время за несколько последних часов лета. Антону захотелось забыть обо всем и убежать от всего, поэтому он решил, что ближе к вечеру обязательно найдет Иру и погуляет с ней. Дойдя до своей комнаты, Антон, Серёжа и Дима взяли свои наушники и начали молча разбирать свои вещи. Только Серега иногда матерился, когда что-то падало. Так и наступил вечер. Время близилось к десяти, поэтому Шаст вышел на улицу искать Иру. К счастью, она была всё там же на пледе, но уже одна и читала книгу. — Бу! — он подошёл и обнял её, отчего она нервно дернулась, но, увидев, что это Антон, улыбнулась. — Приветики! Чего пугаешь? — Захотелось. Слушай, складывай свой плед. — Зачем? — удивилась Ира, но встала. — На закат посмотрим. Антон помог Ире сложить плед, и они вместе пошли к единственному в пансионе месту, свободному от леса, и, по счастливому совпадению, выходящему как раз на запад. Оттуда простирался прекрасный вид на озеро, которое было за территорией пансиона. Лучи заходящего солнца, переливались на воде, пение птиц дополняло картину, отчего казалось, что ты находишься в сказке. — Как твои? Нормально всё? — тихо спросила Ира, на которую такая атмосфера действовала умиротворяюще. — Да как обычно. Отец на работе, мать в барах, — ответил Антон неожиданно грустным голосом. С каждым годом становилось все тяжелее говорить о семье. — Эй, ты чего? — Ира шестым чувством поняла причину перемены в настроении Антона, поэтому она приобняла его за плечо. — Ничего, — ответил Антон, улыбаясь, — ложись на колени. Так они просидели до самого захода солнца, обсуждая разные повседневные темы. Можно было бы не уходить, если бы не дежурный, проверяющий наличие учеников в постелях. Поэтому пришлось вставать и идти к общежитиям. — Спокойной ночи, Тоша, — сказала Ира, когда они стояли возле её корпуса, — эй, ты опять завис. Антон! — она почти крикнула, но Шаст явно о чем-то задумался и не слушал её, поэтому она притянула его к себе и поцеловала в губы — это был единственный способ отвлечь его. Антон и правда задумался, причем мысли были совсем не радужные, поэтому он был рад погрузиться в поцелуй, отдаляясь от реальности и ощущая себя на небесах. Он любил Иру больше, чем кого-либо в своей жизни, и Ира отвечала ему тем же, даря ему счастье. Заботливая, милая, всегда готовая прийти на помощь — в общем, ангелочек. — Сладких снов, солнышко, — сказал он, нехотя отрываясь. В 23:01 Антон зашёл в свою комнату. Было довольно тихо, парни сидели в телефонах, изредка что-то друг другу показывая. Антон присоединился к этому молчаливому ритуалу. В 23:07 к ним зашёл дежурный учитель, напомнив о том, что завтра начинается учеба, и был мысленно послан подальше. Парни выключили свет и, включив фонарики на телефонах, стали просто общаться. Если в комнате хотя бы на пару секунд наступала тишина, становилось слышно, что как минимум в соседних комнатах так же, не спят и общаются. Парни были уверены, что гул стоит во всех общежитиях, на всех этажах. Ближе к часу ночи гул стих и все кто еще не лег спать перешли на шепот. Где-то в три Поз отрубился, Матвиенко заснул минут через десять, а Шаст только ближе к четырем. Утром первого сентября каждый ребёнок проснулся под особенно ненавистный сегодня звук будильника. Антон проснулся практически без всяких происшествий. Даже настроение было не хуже «средне — ну жить буду», но ужасно хотелось спать. Дима в это время уже возился с черным галстуком, который не получалось нормально завязать, а Сережа носился по комнате со словами «мы все умрем» и тому подобными. До начала уроков оставалось сорок две минуты. Но так как до школы идти минут 10 от силы, то многие решили поспать подольше и опоздали, вследствие чего получили нагоняй от учителей. Сегодня среда, а это значит, что нет физики и геометрии, можно расслабиться. Все учителя встречали своих подопечных и сильно не нагружали, лишь только выдавали учебники, отчего портфель с каждым уроком становился тяжелее; день протекал довольно быстро. В столовой дружная компания заняла привычный столик в углу своего ряда около стены. Дальше оставалась только химия. В классе было довольно шумно. Девочки шушукались по углам, обсуждая, каким же будет новый учитель, парни развлекались тем, что выбивали двери. Даже прозвеневший звонок никого не остановил — на уроках химии спокойно не было никогда. Поэтому на зашедшего мужчину класс обратил внимание только когда что-то громыхнуло. Все сразу затихли, только тихо скрипнул классный журнал, который не раз становился жертвой учителей в подобных ситуациях. — Сами закроете рты или помочь? У меня есть чем занять их, — неожиданно низкий мелодичный голос с нотками металла окончательно успокоил класс, который что-то невнятно прогудел в ответ. Такой тишины в кабинете химии не было ещё никогда. — Итак, 11 «В», как вы уже, надеюсь, поняли, я — ваш новый преподаватель. Зовут меня Арсений Сергеевич. Мне рассказали, что у вас тут творилось до меня, поэтому больше такого не будет. Эй, ты, — обратился он к сидящему за последней партой Антону, — возьми учебники и раздай их классу. Как тебя зовут? — Антон, — Шаст уже представлял в какой ад превратятся уроки химии. «Хорошо, что нам осталось всего год учиться тут», — с облегчением подумал он. — Ну, Антон так Антон, — шутливо улыбнулся новый учитель, явно намекая на одно интересное матерное слово, рифмующееся с именем Тоши. Класс, однако, не улыбнулся — на всякий случай. — Записываем тему урока «Повторение изученного в 10-м классе»… — Мда, ну и урок, — сказал Антон, когда они выходили из класса, — больше на химии мы веселиться не будем. — Ну, это тебе так, а мне очень даже понравилось. Нам впервые нормально что-то рассказывали, — ответил Поз. — Тебе-то что, ты и так химию всегда понимал, даже умудряясь ничего не слушать, — недовольно сказал Серёжа, тоже не оценивший нового учителя, — и вообще, умник, заткнись. Уставшие после первого, пусть и не очень продуктивного, школьного дня парни пришли в комнаты и упали на кровати, однако уже через полчаса они все вместе тусили на улице, а Шаст даже успел покурить. Все остатки дня они провели в телефонах и на улице. Антон планировал лечь пораньше, но большой поток мыслей не давал этого сделать. Это именно тот случай, когда у тебя есть возможность лечь в десять вечера, чтобы выспаться и быть утром в хорошем настроении, но почему-то всегда в таких случаях не получается заснуть. Лезут навязчивые мысли в голову, ничего сделать не можешь, вот и мучайся. Когда время перевалило за час ночи, Шаст встал с кровати, взял со стола сигареты и стараясь не шуметь, вышел на балкон. На балконе было хорошо. Прохладный ветер приятно обдувал лицо, успокаивая и погружая Тошу в полудрёму. Он сфокусировал своё внимание на окружающем мире и понял, что фонари уже выключили. Парень посмотрел на огонёк зажигалки, уставшими глазами наблюдая маленький танцы огня. Мысли его блуждали где-то далеко, но все же что-то вернуло его в реальность. К общежитию шел человек, освещая себе путь фонарём, которого невозможно разглядеть в темноте.

***

Это был первый день работы Арсения в школе, и он был шокирован тем, что все прошло без проблем. Единственное, что пошло не по плану — он не выспался и очень устал. После занятий ему оставалось заполнить пару каких-то бумаг и, как назло, он заснул. Прямо за столом. Глаза он открыл только когда понял, что кто-то трясет его за плечо, пытаясь разбудить. Открыв глаза, он увидел одну из преподавательниц математики — Иду Васильевну. — Арсений Сергеевич, просыпаетесь, — тихо и спокойной говорила она. Арсений, поднявшись, понял, что спал часов пять — за окном играли лучи заходящего солнца. — Арсений Сергеевич, я понимаю, первый день — это всегда сложно, но вы должны заполнить журналы, которые я принесла, — сказала она, указав на стопку журналов. — Да, конечно, я сейчас же ими займусь, — потирая глаза, Арсений улыбнулся коллеге, но был недоволен, что им самим было потеряно несколько часов отдыха в своей комнате в комфорте и тишине. Хотя странно, что за эти пять часов к нему никто не зашёл. «Никому я не нужен», — без намека на грусть подумал он. — Ну, тогда все замечательно. До свидания, — Ида попрощалась и вышла из кабинета, оставив Арса в полной тишине. Арс заварил себе кофе и сел за ненавистные журналы. К часу ночи он закончил — журналы журналами, но и бумаги он тоже не заполнил, заснув. Да и спать всё равно хотелось — он вечно отвлекался и не мог сфокусировать своё внимание на работе. Собрав свои вещи, Арсений ушел из кабинета. На улице было слишком темно, поэтому он решил включить фонарик на телефоне дабы хоть что-то видеть. Подходя к зданию, он заметил. маленький оранжевый огонек. На одном из балконов седьмого этажа стоял человек. Он поджёг сигареты, и Арс на мгновение увидел некий смутно знакомый силуэт, однако не сумел понять, кто это. Возможно человек, тоже смотрит на него и гадает, кто гуляет в такой поздний час на улице. Его позабавила вся эта ситуация, и, выключив фонарик, Арсений зашел в общежитие.