Куда бы мы ни пошли

Она живёт в этом мотеле пять дней, и первый сон приходит в ночь на шестой. Сон объёмный, глубокий и тягучий, как густой сироп. Из него не выбраться. Сон кажется реальностью. В нём нет ничего, кроме темноты и Алисы, которая стоит в самом её сердце. Воздух вокруг наэлектризован, но Алиса не боится, а медленно осматривается, понимая, что вокруг пустота. И сколько ни беги, пустота. Лишь странный бледно-чёрный свет, который позволяет ей видеть своё тело и протянутые вперёд руки. А затем из темноты позади возникает чужая рука и сжимает ей горло. Алиса резко проснулась и быстро оглядела комнату. Раскрытую сумку на полу, выключенный телевизор, парящие в воздухе пылинки на свету. Уже утро. Спокойствие начало медленно растекаться по напряжённым мышцам, когда она поняла, что угрозы нет. Алиса откинулась на подушку и прикрыла глаза. Наверняка неприятный сон ей навеяло забытое богом захолустье. Разбуженная всплеском адреналина, она вряд ли смогла бы заснуть, да и по времени этот подъём был не сильно раньше обычного. Алиса — ранняя пташка. Поэтому она поднялась, почистила зубы и, надев майку и джинсы, вышла из номера. Светлые волосы с тёмными корнями запутались, и девушка расчесала их пальцами. Оглядела пустынную парковку. Утреннее солнце пока ещё светило нежно, позволяя свежему ветерку холодить кожу, но уже скоро наступит время зноя. Алиса сделала неторопливый круг вокруг мотеля, как бы невзначай заглядывая во все укромные уголки. Не то чтобы она ожидала увидеть кого-то опасного, но осторожность превыше всего. Проверив округу, она снова зашла внутрь за деньгами. Не мешало бы запастись кое-чем для скорого отбытия — ближайший супермаркет как раз откроется к её приходу. Неделя на одном месте — долгий срок. Но после изматывающего переезда автостопом через полстраны Алиса наконец позволила себе отдохнуть. Бедный мотель на окраине маленького южного города был идеален для того, чтобы отоспаться в тишине и не привлекать внимания. За эту неделю девушка успела узнать местность как свои пять пальцев. В мотеле, кроме неё, жили только старая женщина, говорящая на незнакомом гортанном языке, и работяга, не выпускавший сигарету изо рта. Мужчина за стойкой администрации не обращал ни на что внимания. Каждый здесь жил в своём мире. Ещё одна непримечательная, но такая важная остановка на пути к цели. Алиса почти каждый день доставала из кармана кожаной куртки смятую карту и ласково проводила пальцем по маршруту, где земля одной страны сменяла другую, а затем утыкалась в море. Совсем близко. Ещё чуть-чуть. Уезжать она собралась через два дня. Непозволительное промедление, но Алиса чувствовала, что её телу нужно набраться сил перед последним броском, не предусматривающим долгих остановок. Чем ближе граница, тем внимательнее будут люди вокруг. Правительство не было заинтересовано в потере контроля над ещё одной охотницей, даже бывшей. Алисе было нельзя покидать страну, но она планировала это сделать и знала, что у неё получится. Так же легко, как получилось достать фальшивые документы для продолжения вакцинации. Последнюю прививку ей поставили две недели назад, а следующую, надеялась девушка, она получит уже на чужой земле. Мотель не предоставлял своим постояльцам большого выбора развлечений, поэтому очередной день Алиса провела за просмотром телевизора и чтением фантастического романа, который привезла с собой. На следующую ночь сон повторился. Причём ощущение реальности происходящего усилилось. Алиса могла чётко разглядеть свои пальцы в темноте и даже переплетение ниток на одежде. В темноте было прохладно, и можно было услышать своё дыхание, не заглушаемое другими звуками. Наверное, Алиса могла даже сделать шаг и попытаться отыскать что-то в черноте вокруг, но она стояла на месте. Ждала. Прислушивалась. Точно зная, чем закончится сон, она не боялась и собиралась встретиться со вторым обитателем этого места снова. По затылку скользнул еле ощутимый ветерок. Девушка почувствовала, как он зашевелил волосы. И всё та же рука смело легла ей на горло и сжала его сильно и бескомпромиссно, словно не принадлежала невидимому человеку, а существовала сама по себе с целью выдавить из Алисы жизнь. Отчаянно вдохнув, Алиса проснулась. Тело сотрясала мелкая дрожь, глаза болели от напряжения, как будто она долго всматривалась куда-то. Вместо спокойствия пришло раздражение. Кошмары каждую ночь могли испортить её самочувствие, а оно должно было быть идеальным. Это путешествие значило слишком много, чтобы Алиса начала путаться и засыпать на ходу по пути к границе. Взбив подушку и поправив смятые простыни, девушка повернулась на бок и попыталась заснуть. Вернее, приказала себе это сделать. Чёткие воспоминания о сне и незнакомой руке ещё некоторое время туманили её разум, но упёртости Алисе было не занимать. Она прогнала мрачные образы и расчистила голову, но вернуть сон уже не смогла. Пробуждение напоминало удар током и прогнало всю сонливость. Ещё один день она посвятила подготовке к отъезду. Перебрала вещи в сумке, выбросила то, что испортилось по дороге, и запаслась едой, которая должна была прослужить подольше. Проверила фальшивые документы и запас денег. Даже позволила себе принять ванну вместо душа, чтобы настроить тело и разум на волну сосредоточенности и спокойствия. Впрочем, и без этого всё было в порядке. Алиса всегда умела держать ситуацию под контролем. Уверенная, наблюдательная, жёсткая — никто не мог сломить её или прогнуть под себя. В последний раз засыпая на продавленной кровати мотеля, она не могла сдержать улыбки. Всё шло хорошо. Цель совсем рядом, и у неё нет шансов выскользнуть из рук Алисы. Ночь оказалась невыносимой. Третий сон был похож на толщу ледяной воды, столь мощную, что невозможно вынырнуть на поверхность и сделать малейший глоток воздуха. Девушка металась по кровати, сбивая мокрые от пота простыни. В ушах стоял гул. Глазные яблоки активно шевелились под веками, как в припадке, а стиснутые зубы готовы были заскрежетать. Внутри этого сна всё было по-прежнему, но теперь тьма, пустота и воздух давили на Алису точно пресс. Она стояла в ожидании чудовища и чувствовала, как из глаз текут холодные слёзы ужаса и ярости. Сердце бешено колотилось, вызывая боль в груди. Алисе во сне хотелось убивать, но она не могла пошевелиться. Возможно, это злость парализовала её — новое чувство, которое она почему-то не распознала раньше. Ей хотелось увидеть лицо человека, который нападёт на неё. Она жаждала увидеть его и разорвать руки, сжимающие её горло, в клочья. Нежное прикосновение к коже не заставило себя ждать. Чужая ладонь с готовностью обхватила шею девушки и сжала так, что ногти впились в кожу. Резко провела сверху вниз, оставляя царапины, и надавила. С губ Алисы сорвался сдавленный вздох, жалкий и ничтожный, но на этот раз она не растерялась. Когда она схватила руку, сжимающую её шею, в голове вспыхнул свет — точно под ноги бросили световую гранату. Алиса закричала от боли и злости. Её ногти начали кромсать кожу незнакомца, стоящего позади, и она почувствовала текущую по пальцам кровь, расходящиеся края ран. В какой-то момент её боль и боль незнакомца стали одним целым, а белый свет заполонил всё. Девушка скатилась с кровати на пол и завыла, пытаясь набрать в грудь воздуха. Она ещё не поняла, что очнулась, и продолжала скрести пальцами старый ворс ковра. Её трясло, как от лихорадки. Мокрые от пота волосы тяжело свисали вперёд. Алиса была абсолютно дезориентирована и не могла прийти в себя от эха агонии, которое отзывалось во всём теле. Ей было дико жарко. Картинка перед глазами то прояснялась, то мутнела. Алиса перевернулась на спину и обмякла. Это был не кошмар. Это был реальный голос, который пытался связаться с ней через сон. Грёбаная сирена, сообщающая об опасности, подошедшей впритык. Ей понадобилось несколько минут, чтобы нащупать утерянный контроль и попробовать мыслить здраво. Физическая боль осталась во сне, но мозг продолжал кричать и требовать... схватиться за нож и убить того, кто за дверью. Может, не сразу за ней, но уже в мотеле. Видимо, чем ближе он был, тем громче подсознание пыталось достучаться до Алисы, пока не стало совсем поздно. Тихо выругавшись сквозь зубы, девушка попыталась встать. Внезапно это далось ей с трудом: тренированное тело продолжало дрожать, а мышцы фальшивили, не давая крепко удержаться на ногах. Но давать слабину было некогда. Алиса добралась до ванной, сполоснула лицо и натянула джинсы. Не сводя глаз с двери, она вернулась к сумке и бесшумно достала оттуда охотничий нож. Медленно подошла к двери. Прислушалась. Снаружи было пусто, но со стороны стойки администрации слышался разговор. Говорили двое, в основном хозяин мотеля. Второй голос отвечал односложно, негромко, и было невозможно разобрать слова, но незнакомец точно только что приехал. Вероятно, новый постоялец. Ни у кого не было мотивов выслеживать Алису и представлять для неё угрозу, но мозг ясно говорил ей об обратном. Она знала это чувство: его испытывает каждый охотник, когда вступает в контакт с нечистью. Но это было до введения обязательной вакцинации, которая «вылечила» охотников от пагубной страсти к кровопролитию. Сирена, орущая сейчас у неё в голове, была выключена уже десять лет. И всё же что-то пошло не так. Пришлось ждать не больше минуты — звук шагов стал приближаться. В руках постояльца звякнул ключ от номера. Алиса приоткрыла дверь, чтобы через щёлку увидеть незнакомца, и бесшумно втянула носом воздух. Ей хотелось уловить запах быстрее, чем его обладатель пройдёт мимо. Чем ближе он был, тем сильнее по её коже бежали мурашки. Девушка крепко сжала нож. Покажись! Высокая тень прошла мимо её двери и направилась дальше, к своему номеру. Несмотря на ночь и неработающие фонари, Алиса разглядела достаточно и закрыла дверь, щёлкнув замком. Прижалась к стене. Тихо выдохнула. Вампир. Длинноволосый, худощавый и не ведающий о том, что его поджидает взбесившаяся охотница, готовая вспороть ему глотку. С одной стороны, это хорошо: он не пришёл сюда за ней и не представляет угрозы. С другой — почему тогда его появление свело Алису с ума? Она долго простояла на месте, вопреки собственной воле чувствуя присутствие нечисти так ясно, будто они прижимались друг к другу и делили одно сердцебиение на двоих. Вампир находился в двух дверях от неё, но этих дверей и стен не хватало, чтобы расслабиться. Наконец Алиса опустила нож и ослабила хватку. Почувствовала, как болит ладонь, крепко сжимавшая рукоять. Что она хотела сделать? Напасть на незнакомую нечисть, как обезумевшее животное, и заработать себе проблем? Вряд ли пара свидетелей из мотеля доведут её до тюрьмы, но дорога до границы и переход точно станут сложнее. Было приятно услышать голос разума, но кипящий в крови адреналин отказывался ему внимать. А поскольку убийство не входило в планы Алисы, у неё оставался один выход. Бежать. Чем раньше в путь, тем ближе место назначения. Девушка взглянула на будильник и недовольно поджала губы: всего час ночи, и до рассвета далеко. Твёрдым шагом двинулась к сумке, чтобы поднять её с пола и повесить на плечо, но, потянув за лямки, ощутила слабость в руках. Досада оказалась такой сильной, что пришлось прикусить губу. Ей был нужен сон или хотя бы горизонтальная поверхность, чтобы не бороться с тяжестью своего тела. Немного отдохнуть, ведь даже солдаты спят в перерывах между военными действиями. Не выпуская ножа из рук, Алиса забралась на кровать и отодвинулась к дальнему от двери краю. Вряд ли ей удастся спокойно провести эту ночь, но бороться с ослабленным и бунтующим телом тоже не дело; всё-таки прошло много лет с тех пор, как Алиса охотилась в последний раз... Она то дремала, то возвращалась к реальности. Бросала сотни взглядов в сторону двери. Но никто даже не подходил к ней, и, кроме редких криков птиц, ничто не нарушало тишину. Обдумывать происходящее было слишком тяжело, словно в голову девушки залили кисель. Она доверила охрану своим инстинктам и стала ждать зари. Около пяти утра было решено встать с кровати. Игнорируя настойчивую, но уже терпимую сирену в голове, Алиса быстро закинула последние вещи в сумку, привела номер в порядок и собрала волосы в небрежный пучок. Зеркало в ванной отражало её красные щёки и лихорадочно блестящие глаза. Вид скорее одержимый, чем больной. Накинув джинсовую куртку и в последний раз оглядев комнату, девушка распахнула дверь. Небо над головой было бледно-голубым, а где-то до сих пор сохраняло тёмный — ночной — оттенок. Утренняя свежесть с запахом травы и сигарет хорошо прочищала мозги, но Алиса не стала тратить время и быстро направилась к стойке администрации. Не смотрела назад. Готовилась с облегчением рвануть подальше от этого чёртового вампира. Ей пришлось несколько раз использовать звонок на столе, чтобы вызвать управляющего и хозяина мотеля в одном лице. Это было грубо, но девушка была слишком занята желанием смыться. — Никакого уважения к распорядку, — пробубнил хозяин, когда Алиса вернула ключи от номера. — Одни выезжают ни свет ни заря, другие приезжают за полночь, чтобы свалить через пару часов... Алиса замерла. — Кто свалил? Вчерашний постоялец? «Но я всё ещё чувствую его поблизости», — хотелось добавить ей, но разумней было промолчать. — Он самый. Разбудил меня, требовал номер, чтобы переночевать, а сам ушёл куда-то ещё до рассвета. У меня хороший слух, я всё замечаю. — Окей, до свидания, — натянуто улыбнулась девушка и направилась в сторону автобусной остановки. По пути она продолжала думать о том, что сказал управляющий. Значит, вампира нет на месте? Вот почему Алиса смогла отдохнуть и подумала, что привыкает к его присутствию, — он снова отдалился. Но ненамного. Всё сложилось довольно удачно для ситуации, которой в принципе не должно быть. Вакцина исправно работала долгие годы, и в новостях и медицинских буклетах никогда не говорили об исключениях и побочных эффектах. Конечно, информацию могли скрывать, но она всё равно утекла бы в интернет. Всё же вакциной пользовались многие страны, ежемесячно прививая миллионы охотников. Кто-то да сообщил бы о внезапно проснувшемся желании убивать. До остановки было минут десять, и Алиса равнодушно смотрела по сторонам. Куда ни глянь, везде сухая земля и далёкие очертания гор, из-за которых поднимался новый день. Редкие строения на большом расстоянии друг от друга. Ни души. В этой части страны — на юге, до которого после войны не дошла заново цивилизация, — жили в основном бедняки, старики и изгои. Они возводили простые и хлипкие здания, предпочитали не общаться друг с другом и доживали свой век в обиде на весь мир. А ещё это был край Дороги. Огромное шоссе проходило через эту землю, связывая центральные регионы и пункт пропуска через границу. Поэтому на Юге всегда было много гостей, которые не задерживались и стремились куда-то прочь. Как Алиса. Как наверняка и тот вампир. Девушка недовольно стиснула зубы. При одной мысли о незнакомце у неё внутри поднималась волна чего-то тёмного и властного, требующего вернуться в мотель и встретиться с вампиром лицом к лицу. Посмотреть ему в глаза, запомнить черты лица — и стереть с них следы жизни навеки. Но это было наваждением, потворствовать которому Алиса не собиралась. Раздражённо поправив чёлку, она посмотрела на небо: оно уже стало ярко-голубым, а из-за острых гор слепяще светило солнце. Плохая погода для путешествия, но терпения Алисе было не занимать. Она спряталась в глубине автобусной остановки, чтобы тень от навеса закрывала хотя бы лицо, и погрузилась в ожидание. Зной усиливался с каждой минутой. Железные бока остановки накалились, как в печи, а пыльный воздух застыл. Здесь, в сердце Юга, умирало всё живое, что не умело приспосабливаться к жестоким нравам людей и природы. Здесь каждый был сам за себя и выживал в своей войне. Внезапно для себя Алиса задремала. Вернее, погрузилась в странное состояние между реальностью и сном, когда тело замирает, а разум начинает жить своей жизнью. Духота и солнечный жар спутали её мысли и направили их куда-то, где ей было трудно их отследить. Перед глазами поплыли картины — знакомые и те, которые она не видела раньше. Большие жёлтые буквы на железном пласте, покрытом синей краской, — это название мотеля, врытое в землю перед съездом к парковке. Длинное одноэтажное здание с белыми стенами и рядом синих дверей. Большие окна, за которыми скрывалась стойка администратора. Запах сигаретного дыма, хлорки и нагретой резины. Алиса медленно двигалась вдоль номеров с золочёными цифрами, пока солнце светило справа и неприятно грело ей щёку. Она миновала свою бывшую комнату и остановилась у шестого номера, всё ещё ощущая себя в полусне. Не то чтобы ей часто приходилось нарушать закон и вламываться на чужую территорию, но всякое в жизни бывало, и Алиса вынесла из этих ситуаций не один полезный навык. Например, как открыть запертую дверь без ключа. У неё даже была небольшая серебристая отмычка, подходящая к распространённым простым замкам. И не стоило, конечно, забывать о шпильках со скрепками. Замок не выдержал и минуты. Дверь начала медленно поворачиваться на петлях внутрь комнаты, и нос Алисы уловил тонкий запах мужского одеколона. А затем она проснулась. В мотеле. Стоя на пороге вампирского номера с отмычкой в одной руке и ножом в другой, дрожа от предвкушения и гнева одновременно. Девушка в панике огляделась, ища свидетелей, и быстро нырнула в комнату. Отдышалась. События последних десяти минут не укладывались у неё в голове, и прийти в себя было трудно — как это сделать, если тело, кажется, начало жить своей жизнью? Алисе захотелось закричать, но она ограничилась парой звонких пощёчин. Судорожно вдохнула. Широко распахнутыми глазами осмотрела номер. Хозяина пока здесь не было, но его присутствием фонило от каждой вещи: как охотница, девушка отлично чувствовала, что нечисть была тут совсем недавно. От этого ощущения волоски у неё на коже вставали дыбом. — Хорошо. Чего ты от меня хочешь? — пробормотала Алиса, обращаясь к самой себе. Убивать она была не намерена, но чего-то ей не хватало, чтобы отпустить происходящее и сбежать. Сувенира? Большего количества сведений? — Ну, давай посмотрим. Раз тебе так надо. Она осторожно подошла к кровати и посмотрела на брошенную на покрывало рубашку. Провела пальцами по тонкой ткани и, растерев еле уловимый аромат на пальцах, поднесла их к носу. Спокойный запах с древесными нотами одеколона, свежестью средства для стирки и ещё чем-то простым. Может, мылом? Отойдя от кровати, девушка оглядела лежащий на полу чемодан. Приоткрыла крышку и провела пальцами по небрежно сложенной одежде (разноцветные рубашки, пара брюк, бельё), бархатной коробочке с кольцом-печаткой и каким-то тетрадям. Открыв одну на случайной странице, она увидела что-то похожее на выдержки из статьи, написанные на двух языках размашистым почерком. Заглянув в ванную, Алиса нашла только пену для бритья и флакон одеколона. На ручке входной двери висел пиджак, в кармане которого обнаружилось немного мелочи. Портрет постояльца вырисовывался довольно простой. Наверняка какой-нибудь интеллигент, предпочитающий одиночество и зарабатывающий на жизнь головой. Умный, практичный. А отсутствие упоминаний родителей, девушки и детей указывает на то, что этот вампир либо путешествует налегке, либо... Нет, Алиса была уверена в своих суждениях: очередной одиночка остановился на забытой земле. Неизвестно лишь, почему его появление привлекло её внимание. Да так, что она под каким-то гипнозом заявилась в его номер, чтобы обыскать вещи. «Тебе очень повезло, что я тебя не застала», — подумала охотница и, напоследок коснувшись пиджака, висящего на двери, вышла из номера. Побег был необходим ей как воздух. Больше никакой слабости — только жёсткий самоконтроль, пока она не уедет достаточно далеко, чтобы снова себе доверять. Если опять потянет в сон, придётся себе врезать или поранить руку, лишь бы боль прогнала наваждение. Свалить из этого заколдованного места и встретиться с первым попавшимся врачом, который вколет ей новую дозу вакцины и, возможно, разболтает о недостатках препарата. Но всегда Алисе везти не могло. Она почти бегом покидала мотель, когда из-за угла здания вышла высокая фигура. Руки в карманах серых брюк, белая рубашка с закатанными рукавами и расстёгнутыми верхними пуговицами. Красивый молодой мужчина с длинными каштановыми волосами неторопливо надвигался прямо на Алису, а она застыла как вкопанная. Её ноздри раздувались от тяжёлого, глубокого дыхания. Острый взгляд голубых глаз пристально изучал чужие черты. Время вокруг как будто замедлилось и ускорилось одновременно, позволяя запомнить каждую деталь утончённого, мужественного лица — но не давая шанса избежать этой встречи. Если бы Алиса была зверем, она бы оскалилась и выпустила когти. Зашипела или зарычала бы, как дикая кошка, чьи пути пересеклись с добычей. На деле же девушка была ниже и мельче своего противника, и одного предупреждающего взгляда с её стороны было бы мало, чтобы напугать вампира. Но это были его проблемы. Он ещё не знал, у кого Алиса училась, что пережила и на что могла пойти в драке. Однако война была лишь у неё в голове. Вампир почти поравнялся с Алисой, когда она взяла себя в руки и отодвинулась, давая ему пройти. Волоски на коже стояли дыбом, обоняние усилилось, улавливая каждую ноту запаха, что исходил от незнакомца: всё тот же древесный аромат с каплей спирта и свежестью мыла. Девушке так сильно захотелось стереть этот запах с его кожи, что она сжала кулаки, впившись ногтями в ладони. Позволила себе скользнуть взглядом по проходящему мимо вампиру и встретилась с ним глазами. Карие, они взглянули на неё сверху вниз с лёгким интересом, а затем мужчина отвернулся. Всё той же расслабленной походкой миновал Алису и скрылся из её поля зрения. Мгновение она стояла на месте, а затем побежала прочь. То, что она чувствовала, было похоже на шок: точно все невидимые датчики у неё в голове решили зашкалить одновременно, а шестерни накалились добела. Собраться было невозможно. Мысли исчезли — остался только шум приборов и пар из ушей. Так что пришлось снова прибегнуть к автопилоту и делать то, что надо было. Спасаться. Алиса бежала что есть сил, готовая запрыгнуть в автобус на ходу или сесть в первую попавшуюся попутку. Ничто на всём континенте не представляло для неё такую опасность, как вампир, которого она хотела убить. Или же сама Алиса становилась опасностью... и её стоило избежать.