весна моей души

Нервные постукивания кончиком ручки о парту, тихий шелест страниц учебника, скрежет стилуса о доску и очень тихие, едва слышные перешептывания. Именно так проходит урок математики в технологическом профиле десятого класса. Никто не позволяет себе лишний раз вздохнуть. Все со всем вниманием слушают учителя и пытаются запомнить новые формулы и принцип решения номеров. Темы по математике стали более непонятными, а самостоятельные работы — сложнее. Средний бал большей части профиля так и хочет скатиться к двойке. Костя едва слышно выдыхает, глядя в тетрадь, и вновь принимается за номер, который все не может решить. Звонок с урока только что прозвенел, позволяя ученикам с облегчением выдохнуть и мысленно поздравить себя с еще одним прожитым уроком. Все разбрелись кто куда, но не Костя. Он пообещал себе не вставать с места, пока не решит этот пример, даже если на это уйдет вся перемена. В голову тенью прокрадывается мысль, и Костя спешит ее записать и продолжить ее развивать, но снова оказывается в тупике. Из горла вырывается обреченный вздох, и голова укладывается на парту.  — Тебе помочь? — знакомый голос раздается совсем рядом, заставляя парня вздрогнуть. Он, без желания, поднимает голову и видит своего одноклассника — Рафаэля, — какой номер? Костя молча пододвигает к нему тетрадь, и, подпирая левой рукой голову, наблюдает за парнем. Темные волосы его всегда аккуратно уложены, рубашка всегда опрятно выглажена, да и в общем он выглядит всегда хорошо — спортсмен же (Костя пытается оправдать свои мысли именно так). Парень и не замечает, как Раф наклоняется к нему ближе, отчего ярко чувствуется его аромат, берет карандаш и начинает что-то писать в тетради. Дыхание Кости сбивается напрочь, сердце ускоряется до бешеного ритма, а в глазах, кажется, мутнеет. Его правое ухо обдается горячим дыханием, а нос приятно щекочет любимый запах. Ему кажется, что он сейчас умрёт.  — … теперь понятно? — Рафаэль смотрит ему в глаза, ожидая ответа. Костя не может смотреть ему в глаза, он просто не сможет этого вытерпеть. Увидев слегка заторможенный, но все же положительный ответ, Рафаэль улыбается, слегка хлопнув друга по плечу, и уходит на свое место. Костя вновь выдыхает, прикусывая нижнюю губу, и пытается успокоить себя, свое бешено бьющееся сердце и вновь зарождающуюся боль. Он никогда не дождется взаимности от любимого человека.

***

На улице жарко. Солнце палит так, словно хочет поджечь землю. Мокрая футболка неприятно липнет к телу, влажные от пота волосы спутались, а все тело ноет. Тренер ребят совсем не щадит, выжимает из них все соки, не дает ни минуты на перерыв. Особенно Рафаэлю. «Ты стал слишком рассеянным, пропускаешь мячи. Не знаю, что у тебя там происходит. Но скажу одно — если ты планируешь и дальше играть, то лучше оставлять все личное там, за полем, а здесь думать лишь о футболе». Рафаэль и сам это заметил. В ворота стали все чаще прилетать мячи, а он и не может их поймать. Попросту проблемы с реакцией. Которой никогда ранее не было (имеется ввиду проблема :)). Сухая трава неприятно колет тело, но парень этого не замечает — слишком устал, а может ему просто не до этого. Как только он закрывает глаза, укладываясь на траву, в голову прокрадываются разнообразные мысли, большую часть которых занимает именно он. Его бездонные глаза, яркая улыбка и ласкающий голос, его чуть вьющиеся волосы и форма, так красиво облегающая тело (особенно на уроках физкультуры). Абсолютно все, до единой клетки, манило Рафаэля к нему. Каждое утро, день, вечер и ночь он думал о нем, засыпал, представляя их идеальную жизнь (если бы только Костя ответил взаимностью), а просыпался с разочарованием, ведь не может найти в себе силы признаться. Гребаный Костя. Почему так сложно признаться ему? А иногда (ладно, не иногда) перед сном Раф представлял, как стонал бы Костя, тяжело дыша, умоляя ускориться. Дыхание сбивалось и внизу зарождалась тянущая боль от одних лишь мыслей подобных. А что бы было, если бы это произошло? Рафаэль даже и не догадывается.

***

Из колонок вырывается приятная и до ужаса знакомая песня. Тело движется как будто само. Каждое движение отточено до идеала. Даже ноющие мышцы не разрушат эту синхронность с ритмом песни. Только находясь здесь, окруженный музыкой, Костя наконец чувствует свободу — он не думает о проблемах с учебой, о неразделенной любви. Он забывается ровно в тот момент, когда тело начинается двигаться само. Музыка, словно наркотик, течет в крови, даря бурю эмоций и одновременно ничего; внутри то взрывается вулкан, который некуда деть, то давящая пустота. Но в этом и весь кайф — он не чувствует ничего, кроме музыки. Отдавая последние силы, истощаясь окончательно, он падает на колени, игнорируя тупую боль, и прикрывает глаза. Сейчас, когда в зале оказывается тихо, как на кладбище, былое чувство пропадет, отдавая место переживаниям. Дышать, как оказывается, ему нечем. Сколько бы воздуха не попадало в легкие, ему все мало. Он чувствует, как начинает задыхаться. В голове снова появляются мысли о парне, который уже настолько врос в его душу, что если его попробовать вырвать, то от Кости ничего не останется. Он уже не представляет своей жизни без Рафа. Все, чего Костя сейчас хочет, это оказаться рядом с ним. Даже не свежий воздух, без которого он скоро задохнётся. Он думает, что непременно признается ему, скажет обо всем без стеснения и доли сомнения. А в ответ Рафаэль лишь посмеется, подметив, что шутка классная и он почти поверил, но по глазам увидит, что это все не шутка, а потом… А что потом Костя не знает и знать не хочет. Поэтому он и молчит.

***

 — И так, к доске идёт… — Костя утыкается в тетрадь, делая вид, что увлечен решением номера, — Костя. Очередное разочарование. Костя уже прошелся взглядом по номеру и понял, что решить его не сможет. Но все равно идет к доске, записывает пример, и встает как вкопанный, думая, что делать дальше. Стоит минуту, две. Елена Владимировна уже предложила варианты решений, конечно не называя правильный, но Костя все равно смотрит пустым взглядом на доску и не знает, что делать.  — Так, садитесь на место, — учительница недовольно смотрит на Костю, — Рафаэль, дорешайте номер. Сердце Кости пропускает удар. Он завороженно смотрит на одноклассника, следит за решением, и на мгновение ему кажется, что все совершенно просто, но как только Рафаэль уходит от доски, все встает на прежние места. Косте все ещё ничего не понятно.  — Кость, — рядом оказывается Раф, — тебе не нужна помощь? Рафаэль слегка улыбается, но во взгляде читается явное волнение. С чего вдруг он волнуется?  — Нет, не нужна, — Костя закидывает рюкзак на плечо и спешит поскорее уйти. Былое желание признаться пропало еще вчера, как только он вышел из студии, и больше не возвращалось.  — Уверен? — Рафаэль хватает его за плечо, не позволяя уйти, и чувствует, как под ладонью напряглись мышцы. И он честно пытается сдержать лишние мысли.  — Ну… смотри, сам предложил, — улыбается Костя, отводя взгляд от Рафа, чтобы снова не начать разглядывать его.  — Тогда в шесть у меня. — голос звучит чуть веселее.  — Хорошо.

***

 — … здесь по формуле можно заменить. Как парни и договорились, Костя пришел к Рафаэлю ровно в шесть, перед этим простояв минут 10 под подъездом, борясь с желанием уйти. Но в то же время Костя хотел побыть с Рафом. Наедине. И это оказалось не такой уж и плохой идеей. Первые минут 15 он пропустил мимо ушей, потому что наслаждался голосом парня, но, наконец взяв себя в руки, он начал вникать в смысл его слов.  — Реши этот пример по формуле и по графику, — Рафаэль сам наслаждался процессом. Ему нравится помогать Косте, видеть, как в глазах исчезает непонимание и появляется осознанность. А еще он, кажется, заметил за Костей слегка странное поведение, как только тот вошел в квартиру, — тот стал от чего-то иногда запинаться, краснеть, а когда парень в шутку оценил его черную толстовку (и в душе понегодовал по поводу скрытых рук, которые так нравятся Рафу) и идеально сидящие на нем черные джинсы своим «для меня наряжался?», Костя негромко буркнул что-то про тренировку. Рафаэль очень надеялся, что это все не просто так, и не хотел даже мысль такую допускать, что воспринимает желаемое за действительное. Спустя минут десять Костя пододвигает тетрадь с решенными примерами и сталкивается с прожигающим взглядом друга. Сердце Кости пропустило удар. Он не может отвести свой взгляд от этих глаз. Он смотрит так… горячо? Верно, это будет самым правильным описанием. В его глазах словно зажегся огонек. И этот огонек не давал Косте покоя.  — Мне нужно кое-что тебе сказать, — твердо сказал Раф, словно боялся передумать. Но другого пути уже нет.  — Мне тоже… — он оторвал взгляд от друга и перевел на окно.  — Тогда, могу я сказать первым? — увидев кивок Кости, он тяжело выдыхает и опускает взгляд. Сейчас он признается и… Что дальше? Сердце начинает ускоряться до бешеного ритма. Рафаэль чуть поворачивается к нему и начинает заламывать пальцы, — Ты… не выходишь из моей головы… Я не могу спокойно жить, видя тебя и не имея возможности быть с тобой. Я засыпаю, думая о тебе, просыпаюсь, вспоминая сны с тобой. Тебя так много в моей жизни, но при этом я не могу тебя даже обнять. Он поднимает взгляд на Костю.  — Я люблю тебя, — негромко произносит он, — я люблю тебя и готов произносить эти три слова каждый чёртов день, каждый час, каждую секунду, только бы ты их слышал. Под конец его голос переходит на шепот, а на лице его столько боли видно в сощуренных глазах, в чуть нахмуренных бровях, в поджатых губах. И только тогда он замечает сияющую улыбку Кости и блестящие глаза.  — Кость? — Рафаэль не ожидал от него такой реакции. Он совсем не ожидал такой улыбки, не ожидал стольких чувств во взгляде.  — Я тоже люблю тебя, — он произносит негромко, чуть посмеиваясь, но Рафаэль все слышит. Он все услышал и чуть не разорвался от нахлынувших чувств, взорвавшихся словно фонтаном. Не зная куда деть все эти чувства, оба парня одновременно пододвигаются друг к другу, чуть не сталкиваясь лбами, смотрят друг на друга неотрывно. Первым решается Рафаэль, накрывает своими губами чужие, чуть сминая их, и напористо толкается языком меж губ. А Костя податливо раскрывает их, не желая ни на секунду противиться. От ощущения чужих горячих губ на своих, языка, обходящего каждый миллиметр, парням сносит крышу, туманя разум. Рафаэль привстает со стула, нависая над Костей, целуя уже более напористо. Вокруг них воздух стал словно раскаленный. Он попадает в легкие с трудом, а одежда словно налилась свинцом и давит к полу. Костя, не отрываясь от губ Рафаэля, тоже встает со стула, цепляясь за плечи парня. Внутри него все словно тлеет и снова загорается от влажных нетерпеливых поцелуев, от крепких горячих ладоней на своей талии. А когда эти самые руки проходят вниз к бедрам, подхватывают под ягодицы, Костя чуть не стонет, стискивая плечи парня. Внизу все стягивается в тугой узел от того, как Костя сжал бедрами ноги Рафа, и от того, как хорошо чувствовался его стоящий член.  — Ты уверен? — спрашивает, тяжело дыша, Раф. Получая в ответ кивок, парень немедля несет Костю к своей кровати и, уложив, стаскивает с него толстовку, открывая вид на молочную кожу, обтягивающую напряженные мышцы. Костя не успевает опомниться, как на шее своей чувствует влажные поцелуи и редкие укусы, к черту сбивающие его дыхание. Он готов был застонать лишь от того, как размашисто проводит Раф по шее языком. Руками он ближе прижимает к себе парня, но в тот же момент руки Кости оказываются сжаты над его головой. Рафаэль одной рукой расстегивает ремень друга, вытягивает его, и уже скоро руки Кости оказываются зажаты ремнем к трубе батареи, так хорошо расположившейся у кровати.  — Раф? — Костя немного испуганно смотрит на него, хотя и знает, что вреда тот не причинит ему. Не причинит же?  — Спокойно, — шепчет на ухо ему, обдавая горячим дыханием. Мысли в голове Кости спутались ещё когда он ощутил давно-желанные губы на своих, а сейчас, с связанными руками, будучи обездвиженным, он и вовсе не может мыслить адекватно, отдаваясь этому желанию. По комнате раздается негромкий стон, когда Рафаэль, наклонившись к ширинке Кости, чуть сжимает выпирающий под джинсами член и очерчивает его невесомыми поцелуями.  — Раф… — тихий голос Кости заставляет парня хмыкнуть и продолжить свои действия. Поцелуями поднимается к оголенной коже на торсе, иногда кусая, стягивает с парня джинсы, а за ними и белье. Откидывая одежду на стул, Раф с наслаждением разглядывает парня перед ним. Темные волосы спутаны, из полуприкрытых глаз на него устремлен взгляд полный желания, а сухие губы приоткрыты. Еще ниже открывается вид, прошибающий приятным разрядом. Напряженные мышцы рук, скрепленных сверху, смотрелись так красиво, что Рафаэлю захотелось облизать каждый сантиметр молочной кожи. Грудь Кости тяжело вздымалась и опускалась от глубокого дыхания, напрягая мышцы торса. Рафаэль невольно прошелся языком по губам, а Косте на секунду показалось, что он хочет его съесть. Не заставляя долго ждать, Раф наклоняется к члену Кости, обхватывая рукой у основания, подмахивая вверх и вниз, а потом, смотря прямо в глаза парню, невесомо облизывает член до головки и вбирает головку в рот за щеку. Только от этого Костя готов кончить. Поигравшись с головкой за щекой, Рафаэль пропускает член до горла, насколько может, и помогает себе рукой. Приходится выждать пару секунд, чтобы привыкнуть к новым ощущениям. Взмахивает головой и заглатывает поглубже и из уст Кости слышится очередной глухой стон. Он бы хотел пустить руку в волосы Рафа, задать нужный темп и поскорее кончить, но руки его обездвижены. Он пытается подмахнуть бедрами, но Рафаэль их ловко перехватывает, придавливая к постели.  — Раф… Я… Ах… — из рта вырываются стоны вперемешку с отрывками слов, — я сейчас… Не договорив, он кончает с громким стоном, сжимая ладони в кулаки и очень жалеет, что находится в обездвиженном положении. Ему бы очень хотелось сейчас поцеловать Рафа… Что, собственно, Рафаэль и собирается сделать. Приподнимаясь и упираясь ладонями по бокам от Кости, он чуть наклоняется к нему, едва не касаясь его губ. И Костя нетерпеливо поддается вперед, накрывая его губы, сразу толкаясь языком меж губ парня, и чувствует на чужом языке не до конца проглоченную сперму. Увлекшись, он и не замечает, как Раф разделся. И не заметил бы, если бы тот не оторвался от губ, чтобы стянуть с себя футболку. Косте открылся прекрасный вид на подкачанное тело Рафаэля. Он не раз видел его полуголым в раздевалке во время уроков физкультуры, но никогда не думал, что увидит его полностью голым в таком положении. Он с жадностью обглядывает каждый миллиметр его тела, и так хочет прикоснуться к нему. От этих мыслей внизу живота снова тянет. Рафаэль вновь наклоняется к нему, одной рукой опираясь о локоть совсем рядом с головой Кости. Другая ладонь скользит к лицу Кости. Большим пальцем он очерчивает нижнюю губу парня, заставляя того замереть, а затем скользит внутрь.  — Хорошо поработай язычком, чтобы было не больно, — шепчет Рафаэль, даже не пытаясь скрыть этой пошлой улыбки и проталкивая меж губ указательный и средний пальцы, и чуть не стонет, чувствуя, как горячий язык Кости с усердием вылизывает каждый миллиметр кожи, проходит по длине, меж пальцами, и сжимает губами. Не вынимая пальцы, Рафаэль наклоняется к груди парня, легонько целуя, иногда кусая и доходит до соска, сразу вбирая в рот и играясь с ним языком. Костя стонет, мыча из-за пальцев и Рафаэль с громким хлюпом вытаскивает их из его рта, вновь увлекая в поцелуй. Увлекшись, Костя и не сразу замечает, как одна крепкая рука раздвинула его ноги, а пальцы другой руки движутся внутрь меж ягодиц.  — Скажешь, если будет больно, — шепчет Рафаэль, и кажется, пугает этим Костю, — расслабься. Медленно, боясь навредить, Рафаэль вставляет в него влажный палец до середины и слышит рваный вдох Кости. Вводит палец до конца и пытается подвигать им. От боли Костя закусывает губу и прикрывает глаза, пытаясь придумать, как бы отвлечься от этой боли. Но Рафаэль придумывает вместо него. Делая не резкие движения пальцем, Рафаэль поцелуями проходится по щеке, носу, уголкам губ и спускается к шее. Широко проводит по шее горячим языком, и сразу же с силой кусает, заставляя Костю мычать и тяжело дышать.  — Раф… — голос Кости дрожит, ногти впиваются в ладони от того, как он стискивает кулаки, когда Рафаэль добавляет еще один палец и начинает ими двигать. Свободной рукой Рафаэль накрывает возбужденный член Кости, большим пальцем смазывая предэякулят. Услышав хриплый стон Кости, он продолжает растягивать парня и не перестает надрачивать ему. Костя дышит еще тяжелее, рвано выдыхая, стонет, иногда облизывая сухие губы и от этого у Рафаэля внизу все сводит. Он добавляет третий палец.  — Раф, — со стоном выдыхает Костя и Рафаэль больше не хочет медлить. Он обхватывает пальцами член у основания и направляет к растянутому анусу, медленно вводя головку и наблюдая за Костей. Он закусывает губу, чтобы не застонать толи от боли, толи от новых приятных ощущений. Так странно чувствовать в себе растягивающий горячий член. Рафаэль тяжело дышит и очень хочет толкнуться на всю длину, но понимает, что Косте будет больно, поэтому держится и медленно входит, позволяя обоим привыкнуть к новым ощущениям. Упираясь до конца, Рафаэль склоняется над Костей, опираясь ладонями о матрас, и наклоняется к плечу, оставляя на нем поцелуй.  — А… Костя… Не сжимай, — стонет Рафаэль, чувствуя, как разгоряченные стенки обхватывают его член, сдавливая, — ты такой… узкий.  — Удивлен? — на выдохе бросает Костя и не удерживается от смешка. Убедившись, что Костя чувствует себя нормально (насколько это возможно в его положении), Рафаэль начинает двигаться, постепенно ускоряясь. Костя не может сдержать громких стонов и тянется к чужому плечу, кусая и оставляя огромную отметину. Непривычное ощущение наполненности доставляет удовольствие. Хочется громко стонать, извиваться. Хочется впиться в горячее тело, склоненное над ним, руками и притянуть к себе, но все, что он может, это изувечивать его плечо и шею, слушать хриплые стоны его, и чувствовать, как он толкается в него до упора.  — Раф… Ах… — Костя еле способен что-то выговорить, поэтому слова вырываются вместе со стонами, — быстрее… пожалуйста… Рафаэль не смеет ослушаться, поэтому выходит из разгоряченного тела, позволяя отдышаться Косте, переворачивает его и резко толкается до упора, не предупреждая. Утыкаясь лицом в подушку, Костя глушит свои громкие стоны, и даже не обращает внимания на ноющую боль в запястьях. Рафаэль начинает двигаться быстрее и буквально вбивает его в постель, выбивая из Кости громкие стоны. Склонившись над Костей, Рафаэль кусает шею сзади, оставляя красный след, спускается чуть ниже, и проделывает то же самое. В затворках сознания появляется, как показалось Рафу, хорошая идея. Он, не прекращая движений, тянется к рядом стоящему стулу и вытягивает из брюк телефон, желая запечатлеть этот вид. Откидывая телефон обратно на стул, Раф срывается на бешеный ритм, и выходит из успевшего кончить Кости, и кончает следом за ним на его задницу и спину. Тяжело дыша, Рафаэль расстегивает ремень Кости, целуя покрасневшие запястья, и ложится обратно рядом с парнем. Дыхание пришло в норму, а сердце Рафаэля так и хочет выскочить. Он только что потрахался с Костей. А до этого они признались друг другу. Костя же не уйдет сейчас? Он же тоже сказал, что любит его? Впервые в жизни Рафаэль боится, что ему это послышалось. Он до ужаса боится, что Костя сейчас уйдет и больше даже не посмотрит в его сторону. Поэтому он крепко обнимает горячее тело Кости со спины, чувствуя, как мышцы его напряглись, и стискивает, чуть не до хруста костей.  — Я люблю тебя, — шепчет Рафаэль, боясь нарушить эту идиллию.  — Я помню, — усмехаясь шепчет в ответ Костя и поворачивается к нему лицом, — я тоже люблю тебя. А потом пробует принять сидячее положение. У Кости это почти получается, но нижняя часть полностью отдается ноющей болью, из-за чего он плюхается обратно на подушку.  — Тебе помочь? — нависает над ним Рафаэль.  — Смотри, сам предложил, — усмехается Костя и негромко шикает, когда Рафаэль поднимает его на руках и несет в сторону, как надеется Костя, ванной.