Медленно расстегивая пуговицы рубашки, Костя лениво обводил взглядом помещение. Темно-голубые стены, желтоватая плитка, грязная раковина и Рафаэль. Тот быстро расстегнул рубашку, снял, повесив на крючок, но надеть футболку не спешил. Он, сам того не зная, позволил Косте проскользить по подкачанному телу жадным взглядом. Ему внезапно захотелось потрогать эту загорелую, наверняка упругую, кожу, покрыть поцелуями эту шикарную грудь, вылизать эти – господи – прекрасные руки.

никогда не молчи о своих проблемах. ни к чему хорошему это не приведет. даже если кажется, что ты держишь все под контролем. пожалуйста, не молчи.

Парень и не замечает, как Раф наклоняется к нему ближе, отчего ярко чувствуется его аромат, берет карандаш и начинает что-то писать в тетради. Дыхание Кости сбивается напрочь, сердце ускоряется до бешеного ритма, а в глазах, кажется, мутнеет. Его правое ухо обдается горячим дыханием, а нос приятно щекочет любимый запах. Ему кажется, что он сейчас умрёт. - … теперь понятно? – Рафаэль смотрит ему в глаза, ожидая ответа. Костя не может смотреть ему в глаза, он просто не сможет этого вытерпеть.

Ему надоело прикидываться хорошим другом; он задолбался смотреть на то, как Марс не пропускает ни юбки; а ещё он заебался скрывать свои чувства. Когда они появились, сам Радмир не знает, но в чем он точно уверен, так это в том, что хочет сделать Марселя только своим. Он не хочет делить его с какими-то восьмиклассницами и прочими девушками. Он хочет себе его всего. И сегодня он сделает это.