Что находится по ту сторону смерти?

настоящее время

      Я проснулся в холодном поту, начало мутить. Я не помнил, как приехал домой и уснул. Будто на автомате. Будто ничего не произошло. В сердце больно кольнуло. Я потерял самое дорогое, что было в моей жизни. «Тебе больше не придётся хоронить друзей».       Я вспомнил его фразу. В сердце кольнуло. Хотелось буквально за ним прыгнуть в окно. Вскользь брошенная фраза год назад, а больно стало только сейчас. Действительно, не придётся хоронить? Или, «не придётся хоронить», если я за тобой следом?       Теперь я один. Сейчас, вроде как, утро. Я даже не взглянул на часы, зашёл на кухню с пачкой сигарет, налил себе виски. Едкая печаль, ровно как дым, затянула мое сердце. Кажется, я скоро не смогу дышать. Каждый вдох отдавался болью. Начал ощущать сладкий запах, вроде, где-то читал, что это запах смерти. Я пытался защититься от этого запаха, скуривая уже вторую сигарету.       Меня начало мутить ещё сильнее. Кажется, на голодный желудок курить и пить — было плохой идеей. Но мне слишком плевать.       Я снова пошёл в спальню. Упал на кровать, прикрыл глаза. Я не мог ни спать, ни встать с кровати. Меня придавило. Будто кто-то сидит сверху и не даёт ничего сделать.  Будто меня придавило могильной плитой. Будто выше, надо мной, — два метра земли, и столь желанный, воздух. Я перевернулся на бок, уставился в окно. Пели птицы, солнце выжигало траву. Под окном шумели дети. А мне хотелось скрыться от мира, исчезнуть. Сжавшись на кровати, я натянул подушку на уши. Исчезнуть. Пропасть. Закрыться. «А ты помнишь, как мы с тобой решили пойти в кино на ужастик? Ты вжался в меня, но не подавал виду, что страшно. Ты пытался казаться сильным, сжимая до одури, моё плечо.» Помню. Слишком отчётливо. Замолчи. Молчи. Сиди в моей голове и замолкни. Хоть на секунду.       Я начал орать. Кричать на всю квартиру. Абсолютно плевать, если соседи решат, что здесь происходит что-то незаконное. Плевать, если я сорву к чертям голос. По пустой комнате мой крик отчаяния разносился эхом, усиливаясь втрое. Казалось, будто в ответ кричат все они. Я чувствовал себя безвольной куклой, попавшей в западню. Будущее — лишь размытая сказка, которой не существует. Дальше — только мрак, тупик, боль.       Я оборвался. Будто последняя дверь в моем сердце слетела с петель. Я жив, но ощущаю себя мёртвым. Становлюсь тенью, несущей в мир только боль и отчаяние. Кажется, мой путь закончен. Вместе с ним, последним человеком, умер и я. «Я могу вернуться следующей ночью, только позови»       Я звал. Я ЗВАЛ ТЕБЯ, К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ! СУКА, ОРАЛ В ПУСТОТУ, ЖЕЛАЯ УВИДЕТЬ ТВОЕ, ЕБАНОЕ, ЛИЦО. СУКА. Я не прощу. Не прощу себя за то, что не смог вытащить тебя за волосы из этого омута. Не смог помочь, когда тебе нужно было. Не смог быть рядом, когда ты умирал внутри. Не смог заметить, насколько тебе больно. ВАМ БОЛЬНО. ВАМ ВСЕМ.       Все это началось с Федьки. Забитый мальчик, его гнобили и унижали всю сознательную жизнь. Все, но не мы — его друзья. Я нашёл его случайно и привёл к нам в компанию. Случайная встреча перевернула мою жизнь на сто восемьдесят градусов. Он, маленький и беззащитный, будто котёнок, требовал поддержки и заботы. Но все тщетно. Он не выдержал. В очередной раз его избили в подворотне, за «манерность». Какого черта они открыли свой рот в его сторону? Что в их понимании «манерность»? Почему эти выродки позволили себе убить человека.       Хоть они и не убивали его в прямом смысле. Но они повлияли на его самоубийство. Федька бросился под машину. Никому ничего не сказав. Он пропал. В один день. Исчез.       Мы искали его всей компанией, потому что он стал для нас — солнцем. Мы его по-настоящему любили. Но не смогли дать ему любовь к жизни. Он умер. Мы все попали в омут.       Каждого из нас накрывало с головой. Прилив грусти и скорби. Когда была брошена последняя горсть земли, мы садились в машину и уезжали на набережную. Сидели в тишине и даже не плакали. Никто не понимал до конца, что сейчас произошло. Когда собирались прогуляться, по обыкновению, звонили Феде. Этот противный голос, твердящий «абонент больше не обслуживается», застрял в моем сердце поганой иглой.       Дальше умер Дима. Ушёл из дома, поссорившись с девушкой. Его уже убили. Попал в самое интересное место, в самый неподходящий момент. Шальная пуля прилетела прямо в лоб. Грабитель, вылетевший из ювелирного, был не очень мудрым человеком, подумал, что Дима — из полиции и сейчас вызовет подмогу. Выстрел. Минус жизнь двадцатилетнего парня.       Мы были в шоке. Похоронили его рядом с Федей. Договориться с родственниками было легко. После похорон снова набережная. Снова тихая скорбь без единой слезинки. Марево от сигаретного дыма. Помню, в тот год я и начал курить. Нервы не выдерживали. Потом Артур, за ним Крис, и вот, Влад. Пятеро за пять лет. И врагу не пожелаешь.       Я курил сигарету за сигаретой, прокручивая в голове все наши совместные моменты. Больно — ужасно. Не считал я, что суицид — поступок слабого. Скорее поступок уставшего и обреченного. Мало кому захочется продолжать нести за своей спиной огромный мешок с камнями. «Хочешь чтобы я пришёл к тебе этой ночью?» А что, если я приду к вам этой ночью? Как в старые, добрые…       Я встал с кровати, достал лист бумаги. Хотел написать предсмертную записку. Но, вспомнил, что меня никто не ждёт. Я написал короткое сообщение в беседу своей компании, зная, что мне никто не ответит.       «Я снова с вами» — закрыв глаза, я пару минут держал в руке телефон. Вышел из квартиры, захлопнув дверь. Поднялся на крышу. Это конец? Бесспорно. «Что находится по ту сторону смерти? Всего лишь пустота? Может, в ней есть что-то прекрасное? Таинственное, чарующее?»       Один шаг с крыши. Я пошёл по твоим стопам, Влад. Пора заканчивать с этим. Увидимся где-то там. Может, мы найдём друг друга, и нам снова будет хорошо. Моё желание жить разбилось вдребезги, вместе с твоим телом.