На часах было начало седьмого

      Наконец-то начало светать. Эрвин глядел в светлеющий потолок, с неприязнью отметив про себя, что мешавшее ему всю ночь спать волнение отражалось в виде рябящих мушек. Еще и тошнить от ужаса начинает, ну спасибо… Повернув голову, он посмотрел на часы. Фигурные медные стрелки показывали начало седьмого.       Повернувшись на бок, Эрвин обнял спящего рядом Леви. Хорошо ему — позубоскалит сегодня вволю над новобранцами, впервые оказавшимися за стенами. А может, и над ним самим. Событие вполне располагало. Хотя, и Леви сегодня придется понервничать. Даже странно, как он так спокойно спит…       Ткнувшись носом в затылок Леви, Эрвин шумно вдохнул, наслаждаясь его запахом. Леви дернулся, пробуждаясь. Эрвин скользнул рукой под одеяло, поглаживая его теплый бок. Леви вздрогнул и сонно что-то пробурчал.       Решив, что терять, в общем-то, нечего, Эрвин с мягким нажимом погладил Леви по бедру, мягко толкнувшись в него сзади. Прижимая к себе Леви, он напористо, но нежно гладил его, ощущая, как заводится сам. Мышцы на прессе Леви мягко напряглись, отзываясь на поглаживания.       —Тебе чего? С утра пораньше… — неожиданно сварливо поинтересовался Леви.       Эрвин нежно поцеловал его в шею. Его рука скользнула ниже, будто бы случайно задевая с ночи вставший член. Леви слабо ахнул. Спустившись с поцелуем ниже, на его торчащую из-под одеяла худую лопатку, Эрвин аккуратно, но сильно сжал член Леви, нежно поводя по нему рукой.       Леви глухо застонал, закусив губу. Он всегда закусывал губы, из-за чего они были опухшими, мягкими, безумно заводящими Эрвина, когда дело доходило до поцелуев. Зажав рот кулаком, совсем по-детски, Леви постанывал, вздрагивая от медленных, чувственных движений руки Эрвина.       —Все хорошо, если это будет быстро? — прошептал ему Эрвин, лизнув его по нежному внешнему краю уха.       —Н-нет… Не надо…       —Ну же… По-быстрому, — Эрвин большим пальцем погладил скользкую от выступившей смазки головку. Леви судорожно вздохнул, дернувшись и прижимаясь к нему спиной.       —Давай… Я же вижу, что ты хочешь.       Уткнувшись лицом в подушку, Леви выгибался в умелых и ловких руках Эрвина. Навалившись, Эрвин прижал его к постели, не давая возможности перевернуться и прекратить ласки. Леви был сильно возбужден, его член стоял практически вертикально, а смазка текла рекой, заливая пальцы Эрвина и делая скольжение его ладони гладким и чувственным.       Подвернув под Леви вторую руку, Эрвин принялся играться с его сосками, зная, как ему это нравится. Леви исступленно завыл, мелко вздрагивая на каждом особенно резком движении рук Эрвина. Ладонь, скользящая по его члену, ускорилась, заставляя его стонать, шумно ловя раскрытым ртом воздух.       —Ах… Эр… Эрвин, хватит… — задыхаясь, попросил Леви.       —Ну-ну, всё… Можешь кончить, — шепнул Эрвин. В несколько сильных, властных движений он заставил Леви застонать в голос и залить горячей, липкой спермой свою руку и простынь под ними.       —Эрвин, ты идиот, — отдышавшись, заявил Леви. Повернувшись, он несильно заехал ему кулаком под ребра.       —Да, все, я понял, я виноват, — усмехнулся Эрвин, демонстративно вытирая испачканную Леви руку о пододеяльник.       —Какого хера тебе вообще не спится? — сев, поинтересовался Леви.       —Нервничаю, — отозвался Эрвин, нежно поглаживая его по спине. — Успокоишь меня?       Леви, склонив голову набок, внимательно смотрел на него. Эрвин знал, что, несмотря на внешнюю холодность, он хочет его так же сильно. Леви всегда в постели разыгрывал чёрт-те что.       Положив ладонь на ногу Эрвина, Леви настойчиво согнул ее в колене, отводя в сторону. Скинув на пол одеяло, он устроился пониже Эрвина и, оставляя мелкие, влажные поцелуи, стал медленно подниматься вверх. Эрвин сглотнул, замерев в ожидании.       Леви быстро наловчился в ласках. Эрвин помнил, как боялся к нему прикоснуться, не зная, что делать — а вот, поди ж ты, сейчас его умелым движениям позавидовала бы любая искушенная женщина. Оказавшись между его бедер, Леви устроился поудобнее и, быстро, по-кошачьи лизнув его член, обхватил его обеими ладонями и отправил в рот.       Эрвин прикрыл глаза, концентрируясь на ощущениях. Нет, он был не такой чувствительный, как Леви, и ему не хотелось стонать во весь голос от его прикосновений, но спорить с тем, что горячий, мягкий и влажный рот Леви сводил его с ума, он не собирался. Откинувшись на подушку, Эрвин положил руки на размеренно двигающуюся голову Леви.       Мягкие, шелковистые ощущения от его рта сменились царапиной острых зубов. Эрвин охнул, поджав пальцы. Он знал, что Леви так играется, но привыкнуть к этому было сложно.       —Какой ты… агрессивный… — заметил Эрвин, открывая глаза.       Леви вскинул тонкую черную бровь, выглядывая откуда-то из-за его члена. Медленно облизнув по всей длине, он снова взял его в рот. На этот раз его движения стали быстрее, тянущее ощущение внутри его рта сильнее, и Эрвин почувствовал, что вот-вот кончит.       Он никогда не предупреждал об этом Леви. Эрвин знал, как ему нравится глотать, исступленно вылизывать его, вытягивать все до последней капли. Эрвин не считал это ненормальным, но сам практиковать не отваживался. Впрочем, Леви все равно всегда после этого тянулся к нему за наградным поцелуем, так что, можно считать, в какой-то мере увлечение его Эрвин разделял…       —Фх, — шумно выдохнув, Эрвин подался вперед, загоняя член глубже. Леви издал глухой сдавленный звук, сглатывая наполнившую его рот сперму.       —Ты в порядке? — спросил его Эрвин, гладя по растрепанным черным волосам.       —Угум, — кивнул отстранившийся от него Леви. Слизнув пролившуюся на подбородок каплю, он подтянулся вверх, прилёг на Эрвина и страстно поцеловал его.       —Ну что, успокоился? — поинтересовался он, отрываясь от губ Эрвина.       —Немного полегчало, — хмыкнув, Эрвин поцеловал его в кончик острого, курносого носа.       —А меня будить зачем было? Что, сам бы не подрочил? — ворчливо поинтересовался Леви, опираясь щекой на ладонь.       —Твой ротик куда приятнее руки, — признал Эрвин.       —Придурок, — фыркнул Леви. Быстро чмокнув Эрвина в небритый подбородок, он скатился на постель и потянулся. Эрвин залюбовался подвижным, перетекающим, словно вода, рельефом мышц на его спине.       —Я — мыться и за чаем, — сообщил Леви, поднимаясь. Посмотрев на подсохшую сперму, которой был забрызган его живот, он скривился и, натянув белье, бросил через плечо: — Застели чистое белье, пока я не вернусь.