Осколки нового мира. Седьмой

Пролог Находясь вне времени и пространства, блуждая по этой бескрайней пустыне Вселенной – я пытаюсь отыскать ответы на свой главный вопрос. Но, к сожалению, нахожу больше новых загадок, чем ответов. И один из них, самый главный, который есть в этом мире, который посещал каждого живущего человека на этом свете, как же сильно переплетены наши судьбы. Пусть ты не знаком с кем-то лично, но тот же самый случайный толчок плечом или неловко заданный вопрос могут построить такой перекресток событий, что кольцо вокруг Триумфальной арки покажется детской сказкой на ночь. И эти линии судьбы могут разрушить, начиная с того, что тебе дорого, заканчивая до всего мироздания. Или они могут дальше строить новые перекрестки, открывая новые пути и перспективы. Я думал, что, попав в программу ЭКЛИПС, смогу найти свое предназначение в жизни. Так оно и было, пока я не оказался здесь, на перекрестке судьбы, пройдя через страдания, боль и потерю хороших людей. Глядя на каждую дорогу, которая мне здесь открыта, я не могу решить, что мне сейчас делать: или отправиться искать ответы на свои вопросы, или исправить все те события, источником которых стали мои необдуманные действия, наполненные страхом, переживанием и неопытностью. Не найдя, пока, верного для себя решения, Я вновь падаю в водоворот событий, пронося через себя все те события, которые произошли со мной за последнее время, надеясь найти ответ на одно единственное решение. ГЛАВА ПЕРВАЯ Половина седьмого вечера. Люди, наблюдающие за проходящими соревнованиями, сидят, сжав кулаки, после остановки третьего раунда. Судья совещается с коллегами, чтобы совместно принять итог поединка. Оба бойца показали свои лучшие и худшие стороны. Кто-то в стойке, кто-то в партере. Но победитель должен быть только один. И вот судья вышел на ринг и объявляет итоги совещания, нарушая тишину: - Дамы и господа болельщики. После совещания судей, мы пришли к выводу, что будет объявлен дополнительный, четвертый раунд, исход которого нам покажет истинного победителя. А пока объявляется десятиминутный перерыв. Зрители разошлись, оставив пустыми трибуны и зал. В одной из раздевалок сидели тренер и его подопечный - Иван Калинин. Это был молодой парень, двадцати пяти лет, который сегодня пытался выйти победителем в соревнованиях. Это даже было не состязание между двумя противниками, это было состязание между своей личностью и своими возможностями. Тренер Ивана, Сергей Владимирович, офицер контрразведки в оставке, сел перед ним. Он поднял голову парня, параллельно обливая его от пота и вытирая кровоподтеки с подбородка. - На моей памяти, это первый раз, когда тебя так разукрасили. - Есть возможность посмотреть? - Конечно. - ответил Сергей, передавая Ивану ведро с водой. Калинин смахнул челку с лица и смотрел в свои уставшие карие, близко посаженные, глаза. Шрам на лбу, полученный еще в детстве, немного кровоточил на опухшую бровь. Нос, который еще до поединка был прямым, теперь с небольшой горбинкой, был заклеен пластырем. Ссадина на подбородке напоминала ему, то как в детстве он прокатился на велосипеде с горы, а правый глаз был полностью закрыт. - Хоть на подиум иди. - произнес Иван. Сергей смотрел на него, и что-то ему не нравилось в его поведении. - Иван, вид у тебя какой-то странный. Все в порядке? - Угу, Сергей Владимирович. Просто измотался. Дайте мне пару минут. - Ну-ка встань. - Может быть, не стоит? - спросил парень. - Встань! - уже более настойчиво требовал тренер. Иван встал со стула, выпрямившись во весь свой рост. Сергей осмотрел его сверху вниз, потому что Калинин был выше его на голову, при росте тренера метр шестьдесят. - А теперь пройдись. Иван с неохотой сделал это. Он шагнул вперед, задев при этом плечом ящик, развернулся вокруг себя и остановился, облокотившись на раковину. Тренер не увидел выражения лица Ивана, парень умело согнулся, закрыв свое отражение широкой спиной. - Сколько бы в тебе не было мускулатуры и как бы ты не пытался скрыть своей широкой спиной свою физиономию, а проблему с коленом я вижу очень хорошо. Калинин повернулся вполоборота к тренеру. - И что теперь? Объявить о том, что я не буду продолжать бой?! - спросил Иван с напряжением. - Это самый безопасный исход. Черт с ней с победой. Твое здоровье, вот что важно. А оно тебе ещё по жизни потребуется. - А по итогу что? Что я этим докажу? Я не буду отказываться. Сергей подошёл к нему. Глядя на него в отражении в зеркале, Иван думал, что сейчас получил хорошего отцовского леща. Но даже шрам тренера, проходящий от нижнего века до верхней губы, не дрогнул. Он думал, какие ещё слова можно подобрать для убеждения. Но он их не нашёл. Тишину в раздевалке нарушил скрип двери. Сергей повернулся и увидел вошедшую в раздевалку девушку. Тренер вновь посмотрел на Ивана, который тоже был в замешательстве, как и он сам. Оля обратила внимание на то, как тренер хотел что-то сказать или ей или Ивану, но вместо этого только махнул рукой в сторону парня. Нужных слов он так и не нашёл. Сергей подошел к шкафчику, в котором висела куртка, и, достав пачку сигарет, подошел к двери. - Оль, не знаю как и знать этого не хочу, но может быть, ты, сможешь с ним поговорить? - обратился к девушке Сергей Владимирович, делая акцент на слове поговорить. Но никакого эффекта это не дало. Иван, как стоял, уткнувшись в свое отражение, так и продолжал стоять не пошевельнувшись. Тренер вздохнул, договаривая. - Вы пока вдвоем побудьте, а я проветрю голову. Она приближалась к Ивану, цокая по кафелю каблучками своих туфелек. Ольга положила свой рюкзачок на скамейку, подошла к парню и приобняла его. Ее мягкие и нежные каштановые локоны опустились на его спину. Иван украдкой посмотрел на нее - такую простую, но в то же время такую прекрасную. Словно белая роза, которая показала всю свою нежность, красоту, обворожительность. Ее карие глаза, наполненные постоянной добротой, глядя в которые всегда ощущалось тепло и забота, смотрели на Ивана. - Как ты? - спросила она его, улыбнувшись ему своими тоненькими аккуратными губками. Она всегда улыбалась, ни смотря, ни на что. - Как ты сюда попала? Я же не говорил тебе, что сегодня у меня будет бой. И не холодно тебе было сюда топать? Какие, блин, кожаные штаны в ноябре месяце. Сверху толстовка и куртка, внизу кожаные штаны. И платформа на туфлях. - Во-первых, я приехала на автомобиле, а пройти несколько метров от стоянки до спортивного комплекса не затруднит. Во-вторых, не могла же я пропустить бой своего близкого и лучшего друга. Был бы ты мне безразличен, я бы не пришла и не доставала бы Лебедева вопросами. Так что насчёт моего первого вопроса, Вань. - Серега хочет, чтобы я заканчивал бой. Колено дало о себе знать. - А я с ним согласна. Ты кому-то пытаешься что-то доказать? - Нет. - Ты дальше собираешься продолжать карьеру бойца? - Нет. - Да, это бой среди сотрудников специальных подразделений. Здесь можно засветиться и, может быть, кто-нибудь, заинтересуется тобой. А может и нет вовсе. - сказала Оля на эмоциях. - Прости... ты же знаешь, что если я начинаю переживать, я начинаю нести все что попало. - Все хорошо. А ты прекрасно знаешь, как я уважаю твое мнение. Мнение одного из... дорогих мне людей. - ответил Иван, поворачиваясь к Оле. - Тогда в чем проблема, Вань? Но Иван не смог найти ответа. Он снова отвернулся к зеркалу, смотря в свое отражение. - Отражение не поможет найти ответ на вопрос. - утвердительно сказала Ольга. - Знаю… я знаю. - Иван встал, повернулся к девушке. - Мне хочется двигаться дальше, чтобы люди видели, что я способен не только ломать стены и выбивать дерьмо из людей. - О да, бои без правил самое главное место, где ты сможешь похвастаться своими умственными навыками. - ответила девушка. - Где-где, но точно не здесь. На заданиях своих будешь блистать умом, но точно не здесь - Если все пойдет плохо, я ударю по рингу три раза, и мы закончим на этом. А потом пойдем куда-нибудь. Оля улыбнулась и, подходя к Ивану, кружилась от радости, что смогла хоть не много переубедить друга. Парень кинулся вперёд, ловить споткнувшуюся о скамейку девушку. Поймав и держа ее на руках, Иван снял с ее головы капюшон, который закрыл Оле глаза. Она продолжала все так же улыбаться и смеяться. - О мой герой, защити меня и в награду получишь поцелуй! - заигрывая, сказала девушка. - Ой Тихомирова. - смеясь, ответил Иван, поднимая Олю. Когда девушка вновь уверенно стояла на ногах, она резко поцеловала парня в щеку. - На удачу. *** Зрители заполнили зал. Бойцы заняли свои углы в клетке. Судья объявил о начале боя. Иван то и дело пропускал удары в корпус, иногда и в голову. Он был дезориентирован. Голос диктора только усугублял ситуацию: - Дорогие зрители, у меня такое ощущение, что сегодня Калинин передаст свой пояс чемпиона своему сопернику. - Ну уж нет, - сказал Иван, откидывая руки соперника в стороны, пробивая ему боковым с локтя. Соперник отошёл в сторону, шатаясь. Иван, пользуясь ситуацией, прыгнул, занося руку на удар, но тут судья объявил тайм-аут. Калинина, при приземлении, судья толкнул в сторону. Иван отошёл в сторону, задев столб ногой. Его выражение лица резко изменилось. Он чувствовал, как по его телу пробежался холод. Появилось головокружение. Парень пятился назад, отмахиваясь от чего-то рукой. Облокотившись на сетку, Иван дошел до тренера. - Что с тобой?! - Не знаю. Как-то… душно стало. Дайте воды… ледяной. - Иван взял бутылку воды и облил себя, приходя в сознание. - Что мне делать? - Если получится, вложись в один удар. Только один и всё. Или мы заканчиваем. - Продолжаем. - сказал Иван. - Ваня! - крикнула Ольга, но он ее не услышал из-за зрителей, которые кричали не жалея своих ртов. - Ваня! - попыталась ещё раз докричаться до него девушка, но без толку. Она сняла свою ленточку с волос и кинула ее, как тут же раздался гонг о продолжении раунда. Иван атаковал двойкой в голову, промахнувшись. Удар в корпус прилетел куда надо. Но в ответ он получил удар в область колена. Калинин отступил назад. Он прыгнул от подсечки, но, приземлившись, получил удар по колену сбоку, размашистый лоукик в чашечку. Падая на больную ногу, ощущая тот холод, который прошёлся по нему несколько минут назад, и, дрожа от переносимой боли, Иван поднял голову. Зал замолчал. Зрители переваривали увиденное. Тишина оборвалась только тогда, когда обессиленное тело Ивана упало на ринг. Парень смотрел в потолок, он видел только свет огней, освещающих зал. В голове был один гул голосов, ничего нельзя было разобрать. Глаза устали смотреть в потолок. Голова упала на бок. Последнее, что увидел Иван, была, упавшая в его ладонь, красная ленточка. Три хлопка по рингу, и звук гонга, который становился все тише и тише. *** Выжженная земля. Словно огненный смерч только что прошел тут, не оставляя ничего на своем пути. Где-то ещё отчётливо было слышно треск горящей древесины, а откуда-то отчётливо доносился скрип падающих деревьев. Дым не давал лучам солнца пробиться в это забытое жизнью место. Иван открыл глаза, не понимая, что происходит. Он медленно встал на ноги, осматривая местность на поиск каких-либо знакомых знаков. - Что это за место? - задал Иван вопрос пустоте. Вдруг из-под земли вырвались потоки пепла, как гейзер с водой. Калинин отошёл как можно дальше от эпицентра, но за спиной образовался такой же поток пепла. Ища путь спасения, Иван не заметил, как эти потоки образовали вихрь, в центре которого он стоял. Парень встал на месте. На стенах вихря стали появляться расплывчатые изображения, но некоторые "картинки", он смог разобрать: центральная площадь города в руинах; в руках непонятный предмет; врачи в операционных халатах; прибывший на вокзал поезд, а рядом провожающие люди. И последняя картинка - точно такая же выжженная земля, тропа, которая ведет к статуе сидящего мужчины с крыльями и в тунике. Но тут пошло что-то не так - он поднял голову, его глаза горели ярко красным огнем. Мужчина встал, расправил крылья и, взмахнув ими, закрыл ими свет. Протягивая руку в сторону Ивана, он произнес. - Прими свою судьбу! *** - Твою мать! - сказал Иван, открыв глаза и тут же прикрывая их рукой от яркого света. Не дожидаясь, как он привыкнет к обстановке, парень заговорил. - Да уберите Вы от меня свой фонарик! Эм… прошу прощения. - извинился Ваня, когда увидел всех присутствующих. Перед ним стоял доктор, который что-то объяснял родителям. - Какой у него прогноз? - задал свой вопрос отец. - Да все должно быть нормально… Ну я надеюсь, по крайней мере, на это. Ну по крайней мере с головой у меня все хорошо. - отвечал Иван на одни и те же вопросы мамы и Ольги. - С головой у Вас все хорошо. Не большая ссадина и гематома. Тут дело в другом - у Вас очень сильная травма колена. - доктор вмешался разговор. Он отошел от информационной доски, нажимая на кнопку. - Это Ваш коленный сустав, а это… - Мениски. - Иван перехватил слова доктора. - Да, все верно. Это латеральный мениск. У Вас смешанный разрыв передних отделов. Тендиноз медиальных отделов 4-х главой мышцы бедра, и повреждение подколенной мышцы на уровне мышечно-сухожильного перехода 1-ой степени. Иван опустил голову. Сказать, что он был подавлен, ничего не сказать. - Операция поможет? – спросил Иван, не поднимая головы. - Да. И лучше ее запланировать прямо сейчас. Дальнейшее откладывание операции может усугубить ситуацию, вплоть до того, что придется вскрывать колено целиком. - Сколько будет стоить операция? Сколько займет восстановление? - Операция составит двадцать тысяч рублей. Сроки реабилитации у каждого разные, но ориентировочно это составляет от полутора до трех месяцев. - Хорошо... хорошо... - тихо произнес Иван, опуская голову. - Вам требуется время для принятия решения? Я не настаиваю, но мы можем произвести операцию прямо сейчас. У нас все готово. Все зависит от Вас. - Делаем! – все так же тихо отвечал Иван, не поднимая голову. Оля подсела к Ивану и взяла его за руку. Она беспокоилась о том, как быстро Иван принял свое решение, не советуясь ни с кем. Девушка увидела всю боль в глазах парня, как он "иссох" за несколько минут своего пребывания в больнице. - Ваня. - Не надо, Оль... Честно... Не надо никаких слов сейчас, - ответил Иван, поднимая голову за столь долгое время. Его глаза были пустыми. Задиристый огонек куда-то пропал. Оля попыталась начать разговор, как тут же он уходил на «нет». - Будем делать операцию! - Хорошо, Иван. Мы все подготовим и вернёмся за Вами. - ответил доктор, выходя из палаты. - Что это было сейчас?! - Задала свой вопрос Ольга. - Кто дал тебе право принимать решение, не посоветовавшись с нами? С родителями в конце концов! - А что ещё мне остаётся делать?! Лежать и ждать у моря погоды?! Продолжать так же пинать говно в проруби?! - на последнем вопросе Иван сделал сильный акцент, напоминая как он хочет добиться успеха и стать значимым. - Ты так зациклился на своем успехе, что не видишь всей своей жизни! Ты даже не хочешь на минутку остановиться и отдохнуть! - ответила Оля, вставая с койки и уходя из палаты. - Оля... Иван успел произнести только имя, перед тем как захлопнулась дверь. Парень начал вставать, как резкая колющая боль в колене остановила его. К нему подбежала мама. - Ваня, что ты творишь?! Ты сам не свой! Зачем ты все это сказал ей?! - Мам, пап, я понимаю, что мы должны были это обсудить, но лучше пусть они сделают операцию мне сейчас, чем потом. Я знаю, что вы меня в этом поддержите. А теперь дайте пожалуйста костыли. Отец передел Ивану костыли, и, взявшись за них, парень выскочил из палаты. В коридоре было уже темно, только дежурное освещение и свет от электронных часов освещали коридор. Тишину нарушила вибрация мобильного, который лежал в сумке Оли. Она стола и смотрела в окно. Иван дошел до нее, сел на подоконник. - Ты ведь знаешь, что я беспокоюсь о тебе... Ты знаешь, что ты мне очень дорог... Так почему ты так поступаешь? Скажи мне Вань? - Я не знаю. Наверно, не хочу быть обузой. Не хочу чтобы все рушилось у Вас в один момент. - Оно так и так изменится. Я не хочу жить в таком темпе, что в один миг все меняется резко, не обговорив это. Мы все вместе через это должны пройти. Мы не чужие друг другу люди. - Прости. Был не прав. Но ты согласна с тем, что нужно делать операцию. Оля повернулась к нему, глядя на него своими карими глазками. Девушка взяла его за руку, приблизилась к его лицу, произнесла: - Конечно, милый. Она улыбнулась и обняла Ваню, но тот попросил не делать резких движений из-за колена. Пока они продолжали разговаривать, ребята не заметили, как к ним подошёл доктор с санитаром, который впереди себя направлял кресло-каталку. Из палаты вышли родители. - Иван, мы готовы приступить, – объявил доктор. Оля поцеловала парня в щеку. Иван пересел в кресло. Санитар остановился около родителей, которые обняли и целовали сына. Иван поблагодарил их всех, сказав что их поддержка самое лучшее что есть у него. - Удачи, - сказали все хором. *** Ночь. Центр города. Видимо происходит какое-то грандиозное событие, потому что на улице очень много людей и охраны. Все идут к центральной площади, к дому правительства области. На каждом углу стоит автомобиль, а рядом с ним вооруженные люди в форме. Иван, шагая за людьми, не понимает происходящего: все, кто рядом с ним, будто бы не замечают его, они толкаются, резко подрезают, шагая перед ним, или наступают на пятки. Пытаясь, что-то сказать, и даже переходя на крик, его никто не слушал или не слышал. Но потом Иван заметил, что он не мог услышать самого себя. Его голос заглушил безостановочный шум окружения. Это сводило с ума. Держась за голову и крича от безысходности и своего собственного бессилия, улица опустела. Прохожие куда-то пропали. Но не только это настораживало – Иван, вдруг, переместился, оказался на сцене, напротив здания правительства. На него смотрела толпа и чего-то ждала. Парень осмотрелся по сторонам: слева и справа стояли люди, но без лиц, их было не разобрать. Они, как и толпа, смотрели на Ивана. Раздался выстрел. Один из стоящих на сцене упал, но другие стояли неподвижно, словно ничего не произошло. Появился отчетливый запах дыма. Среди всей толпы, в том числе и стоящих людей на сцене, поднимались в воздух маленькие искры, как-будто рядом с ними невидимые костры. Еще выстрел, а за ним еще целый залп выстрелов. Стрелков так и не было видно. Прогремел взрыв, среди толпы. Но и снова никто не шевельнулся. От взрыва по асфальту пошли трещины, из которых вырывались языки пламени, сжигая каждого, кто стоял рядом с ними. Земля начинала дрожать. Ночное небо окрасилось в красно-оранжевый цвет. За зданием правительства поднялась огненная волна, которая медленно-медленно приближалась к площади. Все, что попадало на ее пути, было безжалостно уничтожено. Приближаясь все ближе и ближе, огненная волна начала приобретать отчетливый образ людей, похожих на воинов древних времен, а возглавлял их тот самый крылатый мужчина. Иван выставил руки вперед, закрываясь от волны смерти. Приготовившись к неизвестному, Калинин закрыл глаза. Он ждал, когда огонь начнёт его поглощать, но вместо обжигающего пламени, парень ощутил прохладу. Убрав руки от лица, он, уже, стоял в центре площади, вокруг которой все было разрушено. От всех зданий: правительство, храм, жилые дома - остались одни развалины. Вокруг лежали только горстки пепла, которые несколько мгновений назад были людьми. Иван сделал шаг назад, но уперся во что-то твёрдое. Он повернулся и отпрыгнул назад, вскрикнув от увиденного - за ним стояли человеческие образы, состоящие из пепла. Осматриваясь вокруг себя, Иван увидел, что их становится все больше и больше, но только в одном месте оставалось все так же пусто. Парень направился по коридору, к огненному кругу, проходя мимо образов из пепла. Не дойдя и нескольких шагов, из круга вылез все тот же мужчина с крыльями. Иван остановился, тропу за ним перегородили образы. Кто-то начал что-то шептать. Его примеру последовали остальные, создавая и наращивая новый шум. - Замолчите! Вон из моей головы! - Прокричал Иван. Человеческие образы пропали, превратившись вновь пепел на земле, но человек с крыльями продолжал стоять перед ним. - Что?! Что, Вам, от меня надо?! Кто это сделал?! - Задавал вопросы Иван про окружающую их обстановку. Но мужчина поднял руку и, указав на Ивана указательным пальцем, сказал: - Ты! - опуская руку, он отвернулся от парня. Перед ним образовался круг. Делая шаг в центр, мужчина, объятый пламенем, продолжил говорить. - Он нам подходит. Продолжайте! Мужчина с крыльями пропал, а Иван почувствовал, как начинает терять устойчивость под ногами. Асфальт превратился в жидкость, засасывая парня. Калинин карабкался, хватался за любую твердую поверхность, но чем больше он сопротивлялся, тем сильнее становилась обратная тяга. - Я не сдамся! - кричал Иван, закрывая глаза. Руки вцепились в него, таща его вниз. - Я не сдамся! *** - Я не сдамся Вам! - открыв глаза, крикнул Иван. Всё то же стерильное помещение, запах фенола и спирта, но только теперь свет погашен. Осталось только дежурное освещение. Парень повернул голову, рядом с ним, на соседней, впритык, койке, спала, съежившись, Оля. Оно не удивительно, здесь стало прохладнее, чем несколько часов назад. Удивительно, как она ещё не проснулась от крика парня. Иван накрыл Ольгу шерстяным одеялом и обнял ее, чтобы согреть. Дыхание девушки стало более спокойным и монотонным. Иван, продолжая согревать Олю, смотрел куда-то за ее спину. В окно. Несколько часов назад сон казался таким правдивым, что парень готов был поверить, что грань между реальностью и сновидениями стирается, образовав что-то новое. Но все происходило взаправду - он чувствовал все запахи, жар волны огня и прикосновения фантомов. Это не могло быть бредом, иначе у него не остался бы на левом предплечье царапина с ожогом, которые зудели, словно продолжают нажимать и медленно-медлеено проводить, как наждачкой по заготовке. Он закрыл глаза, пытаясь поймать ритм дыхания девушки, и, погружаясь в сон, старался не думать о произошедшем дне. С сегодняшнего дня началась новая страница в его жизни.